ОБЪЯВЛЕНИЯ
АВАТАРИЗАЦИЯ
ПОИСК СОИГРОКОВ
Таймлайн
ОТСУТСТВИЕ / УХОД
ВОПРОСЫ К АДМИНАМ
В игре: Мидгард вновь обрел свободу от "инопланетных захватчиков"! Асов сейчас занимает другое: участившееся появление симбиотов и заговор, зреющий в Золотом дворце...

Marvelbreak

Объявление

мувиверс    |    NC-17    |    эпизоды    |     06.2017 - 08.2017

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Marvelbreak » Отыгранное » Somewhere between the stars


Somewhere between the stars

Сообщений 1 страница 30 из 32

1

SOMEWHERE BETWEEN THE STARS
http://forumstatic.ru/files/0018/aa/28/36613.png

https://i.ibb.co/k8v450M/ea9c5953f0bad18f22f063217b37f814.jpg
Thor | Lady Sif | npchttp://forumstatic.ru/files/0018/aa/28/36613.png
---

ВРЕМЯ
на заре тысячелетия

МЕСТО
асгардский дворец

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЯ
предупреждаем

[AVA]http://forumavatars.ru/img/avatars/0019/7e/3e/2-1517829215.jpg[/AVA]

Отредактировано Thor (2018-03-02 00:21:36)

+2

2

- Ох ты ж, мать моя Фригга!- Тор вытянулся во весь рост на волчьей шкуре, брошенной на каменный пол рядом с очагом. Уже не первый час он лежал так возле огня, пытаясь прийти в себя после вчерашнего пира в честь прибытия гостей из Ванахейма. "Послов", как их дипломатично именовала мать, и следом за нею весь двор. "Заложников", как шептались по углам с особой усмешкой. И пусть это было лишь даром традиции, корни её уходили почти так же глубоко, как и корни священного ясеня,- во времена, когда Асгард был еще молод и рвался к власти, созидая царство Девяти миров и кроя его под себя, как швея - рубаху для выросшего ребенка. Саги об этих победах вырезаны были на позолоченных стенах дворца, и в людских сердцах; и даже звезды, взиравшие в эту минуту через большое окно, казались не более чем сверкающими письменами о славных деяниях его предков.
Впрочем, наследнику престола, длинные ноги которого, обутые в щегольские сапожки, грозили вот-вот оказаться в огне, сейчас было до этих побед мало дела. Он с некоторым трудом приподнял золотоволосую голову, озирая окрестности, и поочередно останавливаясь на лицах товарищей - тех немногих, что выстояли (или вылежали) в неравной борьбе с зеленым змием. Их было немного - но это была поистине великолепная четверка.

Правда, сейчас на великолепие или хотя бы на какое-нибудь достоинство могли претендовать только двое: Огун, невозмутимая бледная физиономия которого склонилась в эту минуту над книгой, и леди Сиф - единственная из всех девиц Асгарда, доказавшая свое право войти в круг ближайших друзей наследника не только острым язычком, но и не бритвенно наточенным клинком.
Те же сплетники, что посмеивались втихаря над соотечественниками Огуна, поговаривали, что главным достоинством, перевесившим даже первые два, была ее красота.
Во многом это было так: и взгляд Тора, еще мутный после многочасовых возлияний, и еще мгновенье назад отражавший смертную муку (сушняк одинаково жесток с принцем и последним босяком), остановился на ее стройной фигурке, словно алой с серебром мантией облеченной отсветом скорого рассвета.
Или недавнего заката.
Правду сказать, он не имел ни малейшего представления, сколько часов проспал, после того как в чаше, поднесенной ему пронырливым кравчим, оказался чистый самогон. Пропищав что-то неразборчивое, мерзавец весьма непочтительно впихнул ему здоровенный кубок в руки, и был таков, оставив Тора недоумевать и теряться в догадках, кем послано было ему столь сомнительное угощение. Но спасовать и не выпить было нельзя: неловкий шаг - и, того и гляди, обидишь какого-нибудь заносчивого вана, который мнит себя пупом земли только за то, что носит по шесть халатов, расшитых жемчугом, а волосы у него длиннее, чем язык у его младшего братца...
Кстати, о Локи.

В голове Одинсона забрезжило нечто похожее на догадку. Вот только раскрыть рот, чтоб произнести хотя бы звук, у него не получалось: язык словно приклеился к небу, поворачиваясь как засохший от времени, задубевший свиток где-нибудь в библиотечных подвалах.
Юноша поискал взглядом со всей выразительностью, которой его наделила природа.
На его счастье Огун обладал умением не только видеть буквы в свитках, но и поистине сверхъестественным чутьем к страданиям ближнего: отложив книгу, ван с невозмутимостью каменных идолов, украшавших степи и леса его родной стороны, наполнил ковш, стоявший тут же на низеньком столике, и, подойдя, наклонился к приятелю, помогая подняться и принять сидячее положение.
- Много не пей,- предупредил он, когда Тор приник губами к богато украшенному краю. Не успел тот сделать первый глоток как живительная бодрость пробежала по его жилам: сын Одина ощутил прилив сил и вздохнул полной грудью, как если бы какое-то колдовство вернуло его из ужасного Хэльхейма в цветущий мир живых.
Фандрал, которого булькающие звуки заставили повернуть голову, с мукой следил за тем, как возвращаются на чело наследника краски жизни; ему оставалось лишь ждать, когда Тор насытится и соизволит поделиться живительным эликсиром с товарищами.
Впрочем, не прокомментировать это он не мог.
- Скотина,- хрипло произнес он.

Нельзя сказать, что это слово, полное неизбывной боли, или же гневный взгляд заставили Одинсона остановиться. Причина была куда прозаичнее: ковш, милосердно поданный ваном, был уже пуст.
- Потерпишь!- фыркнул Тор, с жестокостью победителя пиная приятеля ногой в бок.- Небось, твои штучки, ты мне и подсунул это ведро самогона. Ведь почитай ведро там было, клянусь бородой Одина!
- Если бы он был, тут бы не валялся,- возразил Огун, оставляя принца и вновь подходя к столику, чтобы вернуться к своим обязанностям санитара, врачующего раненых на поле боя.
- Так я и думал!- Тор резко вскочил, и чуть не свалился в огонь, когда мир перед глазами вдруг потемнел и рассыпался на разноцветные паззлы.- Где этот гаденыш? Кишки ему выпущу!
- В библиотеке, где еще,- ван дернул плечом, передавая ковш Фандралу, уже сучившему руками и ногами от нетерпения.
[AVA]http://forumstatic.ru/files/0019/7e/3e/26516.png[/AVA]

Отредактировано Thor (2018-01-24 16:49:54)

+2

3

Утро вечера мудренее?

[AVA]http://sd.uploads.ru/MbSuU.jpg[/AVA]
Фандрал вцепился в ковш с жадностью утопающего, который хватается за любой обломок, способный удержать несчастного от погружения в пучину. С поражающей воображение скоростью он опустошил ковш до дна, но на последнем длинном глотке поперхнулся и выплюнул живительную влагу под ноги принца, обильно забрызгав его сапоги.

Всеобщий любимец и признанный красавчик в данную минуту выглядел весьма жалко. Небесно-голубые глаза налились кровью, лицо приобрело изысканный бледно-зеленый оттенок, а пышные белокурые кудри слиплись неопрятными прядями, вымазанные какой-то нестерпимо воняющей гадостью. С опаской послюнив палец, Фандрал опознал в веществе, напомадившим его локоны, жирную луковую подливу, которой он давеча сдабривал жаркое. Мысли ворочались в голове, как неподъемные мельничные жернова, причиняя почти физическую боль.

– А? Что? – произнес он, бессмысленно тараща глаза, но затем неимоверным усилием воли собрал воедино и мысли, и взгляд. До него дошло, о чем толковал Тор. – Локи?!! Да я первый ему брюхо вспорю и залью тем зельем, каким он нас вчера попотчевал. Вольштагг, ты слышал, дружище? Где Вольштагг, прах его разбери?!

Оглушительный храп с присвистом стал ответом Фандралу. Его более счастливый товарищ крепко спал, испуская немелодичные звуки, не познав еще мук похмелья, и Фандрал нахмурился, до глубины души задетый обнаруженным разладом в дружбе.

Тихий смешок от окна прервал его размышления. Их подруга приблизилась к ним, скрестив на груди руки и глядя без всякого снисхождения. Впрочем, отвращения в глазах девушки не было, только насмешливое сочувствие победительницы к наглотавшемуся песка арены побежденному.

– Да-да, и вдобавок Локи клинок к горлу вам приставил, силком заставил выпить эту гадость, – поговорила Сиф безжалостно, как человек, никогда не ведавший мук раскаяния наутро после обильных возлияний. – Вы оба сейчас и столового ножика не удержите, не говоря уж о мече. А при виде кишок еще и стошнит ненароком, как беременную девицу. Твой брат, может, того и ждет.

Отредактировано Sif (2018-03-01 22:56:03)

+3

4

Храпели ретивые кони, удерживаемые крепкими руками седоков, когда могучие копыта их в собранном галопе, дробью от радужной поверхности моста отражали весть: ваны прибыли. Делегация была небольшой, даже в мирный час Хенир, взошедший на трон наместника, не видел смысла в пышной свите, да и чему бы радоваться, тому ли, что с почетом и пиететом, но, по сути, в заложники отдает родную красавицу-дочь, еще совсем дитя для него, но молодую девицу для других.Остальные ваны прибыли раньше, и их сопровождение, конечно, было помпезнее.  Она, восседающая в седле с уверенностью амазонки, только фарфоровой бледностью выдавала свое волнение, да поджатыми губами.  В сопровождении десяти рослых воинов казалась хрупкой птичкой-невеличкой, хоть и держалась с царственной величественностью, но куда там, тряслась внутри, точно осиновый куст. Мыслимо ли – впервые вновь так близко увидеть позабытый уже детским умом величественный Асгард, столицу Девяти миров, слепящую золотом взгляд! Тонкие пальцы почти не касались повода, конь ее был прекрасно вымуштрован и знал свое место, и потому ни разу не нарушил четкой линии построения, и так, в церемониальной кавалькаде, они промчались по Бифресту….
Спешившись, ванесса оказалась так невысока, что едва достала бы могучему Хеймдаллю до плеча макушкой, и потому на фоне своих сопровождающих тоже казалась слишком тонкой, слишком хрупкой и маленькой, издалека – сущий ребенок, и только вблизи становилась понятно по тонкому стану, округлым бедрам и выступающей линии грудей, что это уже девица, входящая в цвет юности из детства. Ее плечи укрывал расшитый золотыми нитями в растительном узоре цветов камелии темно-синий плащ, под которым ванесса была облачена в приталенное платье с узким лифом и свободным расклешённым подолом, да длинными рукавами на шнуровке. Из украшений лишь сапфировый кулон лежал на линии ключиц, поблескивая серебром цепочки, да хитросплетенная диадема удерживала густую копну медно-золотых волос, спадающих на спину. Девушка ощутимо тушевалась, запинаясь о ступени, точно вот-вот собиралась развернуться и стремглав пуститься назад, но нет, дует губки, пыхтит, но идет, ибо негоже леди вот так постыдно удирать, стоит лишь неизвестности на горизонте показаться….
Высокие свободы дворца вызывали дрожь, и такой несчастной дева не чувствовала себя очень давно.  Один пожелал беседовать с воинами о том, что женским ушам некстати, и деву оставили одну в каком-то полупустом зале, где каждый вздох отражался гулким эхом. Сплетя в замок пальцы и прижав сомкнутые руки к груди, ванесса силилась не плакать и для этого увлеченно рассматривала все, измеряя легкими шажками все, даже не глядя, куда именно движется, только бормоча себе под нос: Ох, мамочки-мамочки. Мамочки-мамочки. Вряд ли легкомысленная Маргрит могла бы ей чем то сейчас помочь, но просто от тихих звуков собственного голоса в голове становилось как-то спокойнее.

Отредактировано Sigyn (2018-01-25 21:04:28)

+1

5

-... Вообще-то это именно твой брат принес это сюда,- Огун был по-прежнему невозмутим. Вернувшись, он поставил чашу рядом с почти опустошенным кувшином, и вновь взялся за свое чтение. Острые слова Сиф вызвали на его губах тонкую усмешку.
Этот совместный натиск (и отчасти известие о великодушии младшего брата) заставили Тора смутиться - впрочем, лишь на мгновение.
- Извиняется, значит,- с ухмылкой произнес он, поднимаясь на ноги и делая шаг к окну, чтобы вдохнуть свежий, пахнущий ночной темнотой и зеленью трав воздух. Воистину, сейчас принц-наследник чувствовал себя воскресшим из мертвых, и наслаждался каждым мгновеньем блаженства, разливающегося по телу. Потянувшись, и чувствуя, как прохлада ласкает его кожу после жаркого пламени очага - словно прохладный поцелуй, ложащийся на пылающий в лихорадке лоб - он ухмыльнулся.
- Ладно... прощу в этот раз. И только благодаря вам.

Впрочем, мысли о брате и об их новом, грозившем разгореться конфликте почти тут же вылетели из головы принца, стоило ему бросить взор на открывающееся из окна зрелище. Башня, где они собирались, облюбована была неслучайно: с нее Биврёст и окружающее постройки, взмывающие к небу арки и зелень садов казались игрушечными, сотворенными искусным ремесленником для услаждения чувств. В этом месте то, что сотворено было человеческими руками, волей и знанием, смыкалось с мощью самой природы, спорило с ней и одновременно вливалось в нее, так же, как сам Асгард царил и сливался с любым из девяти миров.
И ночь - эта известная сводня и покровительница любовников - делала это слияние только прекрасней.

Впрочем, сейчас покой и величие были нарушены суетой, необычной для такого часа, и взгляд наследника не мог не зацепиться за это.
- Гляди-ка, еще кто-то притащился,- фыркнул Тор, глядя на копошащиеся внизу фигурки всадников: те спешились, очевидно, желая оставшуюся часть пути проделать пешком.- Опять посольство?
- Это Хёнир,- с бесстрастностью часового откликнулся ван, которому, уж конечно, были ведомы все перемещения его соплеменников.- Встречал свою дочку. Как видно считает, что девице вроде нее, рановато таскаться по пирам, да к тому же в Асгарде, где, куда не кинь, сплошные соблазны для юной девы.
- Не так уж мало нужно, чтоб соблазнить юную деву,- усмехнулся Громовержец, отворачиваясь от окна и делая шаг к очагу, возвращаясь в очерченный светом золотой круг.- Поглядел бы я на того, кто решится совратить леди Сиф... тут даже у Фандрала нет никаких шансов. Не слишком, как видно, крепки девы из ванахейма в своей добродетели, если их нужно прятать от мужских глаз.
[AVA]http://forumstatic.ru/files/0019/7e/3e/26516.png[/AVA]

+2

6

По одежке встречают, по уму провожают.

[AVA]http://sd.uploads.ru/MbSuU.jpg[/AVA]
Фандрал, к тому времени тоже ощутивший себя скорее живым, чем мертвым, заносчиво вскинул подбородок и невольно поморщился. Затылок неприятно кольнуло: волшебное зелье еще не подействовало в полную силу.

– Ну так уж и никаких? – ухмыльнулся он самолюбиво и разгладил усы, вместе с щегольской бородкой придававшие блондину лихой вид записного сердцееда.

– Объяснись, – преувеличенно ласково попросила его Сиф. Глаза девушки были прищурены, и их зеленое сверкание не сулило хвастуну ничего хорошего и доброго.

Но и Фандрал был не так уж прост.

– Охотно, – торжественно отозвался он. – Ты – совсем другое дело, несправедливо сравнивать. Да и я вовсе не таков, каким изображает меня Тор. Женщины для меня – не крепости, которые нужно осаждать и брать штурмом, а уютные дома, готовые гостеприимно принять усталого путника, ищущего любви. На одну запертую дверь всегда находится сотня открытых. Не мне, так кому-то ты свою дверь тоже отопрешь сама, – Фандрал стрельнул взглядом в спину асгардского принца, вызвав на щеках девы щита  яркий румянец.

– Какова она из себя теперь, дочь Хёнира? – спросила Сиф, поспешно отходя к окну.

Легкое касание пальцев по стеклу – и вид за окном укрупнился, приблизив изображение спешившейся кавалькады. Сиф нашла взглядом самую маленькую фигурку, почти утонувшую в нарядном плаще, чьи негнущиеся складки топорщились от обилия тяжелой золотой вышивки.

– Да она совсем ребенок, – заметила Сиф. – Такой и правда нечего делать на пиру. Бедняжка. Думаю, среди свиты находится и ее нянька.

Она вновь заскользила по стеклу кончиками пальцев, поочередно рассматривая ванов, на самое длительное время остановившись на лице Хёнира.

Отредактировано Sif (2018-03-01 22:55:08)

+2

7

Тор проводил взглядом свою подругу, потирая лицо, словно пытаясь скрыть румянец, покрывший его от дерзких слов Фандрала. Возможно, что дочь посланника заинтересовала бы его больше, если бы была первой ваной при асгардском дворе. Но и ласки и обычаи чувственных дев, населявших этот прекрасный зеленый мир, исполненный наслаждений и поэзии, не были наследнику в новинку, поэтому к появлению очередной юбки во дворце он отнесся более чем спокойно.
- А вот скажи-ка мне, Огун,- произнес он, вновь отходя к окну и принимаясь рассматривать рыжеволосую девицу с деланным интересом,- по вашим законом дочь аса и ваны считается асиней или же ваной. Ты много раз говорил, что в Ванахейме двор Хёнира сильно отличается от уклада, к которому вы привыкли?
Черноволосый воин наклонил голову в знак согласия.
- В Ванахейме жена или дочь более собственность отца или супруга, чем в Асгарде,- подтвердил он, и трудно было не услышать в тоне, каким это было сказано, оттенок самодовольства.- Ты был у нас, Тор... и ты, Фандрал: наши девы и жены воспитываются больше для услаждения вкусов, для ублажения своего господина; они искусны в магии, предпочтительно любовной, а также в магии крови, потому что магия крови позволяет использовать страсть, алчность и похоть, заключенные в сердце человека. Беда тому, кто назовет вану своей, и предаст: в ней нет легкомыслия мидгардских, ни гордости асгардский дев. Она погибнет, молча, в слезах, благословляя имя неверного господина, и призывая на него благословенье небес...
- Похоже, Тору надо жениться на ване,- ухмыльнулся Фандрал, разгляживая усы и смотрясь в крошечное зеркальце, которое он всегда носил с собой.- Благословенье небес в обмен на...- он осекся, дернув бровями, вовремя удержав слово, которое часто можно услышать в мужской компании.- Но ты ошибаешься, приятель: могу наперечет назвать тебе десятка два асгардских девиц, которые повторяют его имя с таким же благословением, несмотря на то, что...
- Заткнись,- негромко, но отнюдь не беззлобно прошипел принц, ища, чем бы потяжелей запустить в болтливого дурака. Его лицо вновь разрумянилось, но теперь причиной тому было очевидно не смущение.- Смотри как бы тебя самого не женили на этакой дурочке, что будет таращиться на тебя, как влюбленная овечка!
- Рожей не вышел для дел благородных,- парировал тот, подкручивая и без того завитые усы. Очевидно было, что, несмотря на иронию, приезд новой девицы заинтересовал его куда больше, чем красавчик намерен был признавать.- К тому же она дочь посла; оно мне надо, в случае чего иметь дело с твоим отцом, потому что дочка его соратника пронесет в подоле? Любовь должна быть свободной, как птица, а если ее посадить в клетку, она зачахнет,- с важным видом изрек он, убирая безделку и придавая себе важный вид.
[AVA]http://forumstatic.ru/files/0019/7e/3e/26516.png[/AVA]

+1

8

Если бы да кабы, во рту выросли б грибы.

[AVA]http://sd.uploads.ru/MbSuU.jpg[/AVA]
Стекло под пальцами Сиф задрожало от чересчур сильного и неловкого прикосновения юной воительницы. Свита Хёнира враз потеряла в ее глазах всякую привлекательность, и она отошла от окна.

– Давно ли ты, Огун, ставишь колдовство и ворожбу выше доблести? – насмешливо спросила Сиф, демонстративно не замечая Фандрала. – Магия для слабаков, – она дерзко вскинула голову и воинственно подбоченилась, приставив сжатые кулаки к талии, туго перехваченной кожаной безрукавкой с нашитыми металлическими пластинами. – Истинный ас сильнее дурацкой любовной ворожбы, и уж точно не превратится в куклу на веревочках на потеху какой-то девчонке.

Огун не стал возражать Сиф, однако она довольно его знала, чтобы слышать возражения в самом его молчании, и грозно нахмурилась.

– Ну, вся женская магия ван заключена в их сговорчивости, – подмигнув, неожиданно поддержал подругу Фандрал, вероятно, желавший исправить допущенную оплошность.

– Не мели ерунды! – вспылил Огун, чье терпение всё же было не безгранично.

– Ага, как только я словечко правды скажу, как вы все норовите заткнуть мне рот, – хмыкнул красавчик, безуспешно пытаясь прикинуться оскорбленным борцом за истину, на всякий случай стратегически отступая подальше от друзей. Но сделал это настолько неудачно, что запутался каблуком сапога в густом мехе расстеленных на полу шкур и с размаху свалился на живот спящему Вольштаггу.

– Ах ты ж! – застонал безжалостно разбуженный товарищ, силясь приподняться со своего ложа. – Чтоб вас йотуны гнали до самой границы без глотка воды! Меня словно демон Муспельхейма за глотку держит. Фандрал, песий сын, что ты тут на мне разлегся? Девок своих тискай!

Великан махнул рукой, спихивая виновника на пол, и с кряхтением принял сидячее положение. Он попробовал помотать головой, чтоб прояснить мысли, но эта идея была явно неудачной, поскольку Вольштагг с воплем схватился за виски.

– Что за пойло мы пили? – проревел он.

Вздохнув, Огун сунул ему в руки ковш с тем же волшебным зельем.

– Пей теперь это, полегчает.

Отредактировано Sif (2018-02-18 21:01:09)

+1

9

Как и все его братья по оружию - и товарищи по празднованию славных побед - рыжебородый великан жадно прильнул к краю ковша. Могло показаться магией, но, похоже, зелье, сваренное младшим принцем, подействовало на него поистине волшебно: от питья он оторвался вовсе не тем жалким страдальцем, каким сделал первый глоток. Глаза воинственно сверкали, на зеленоватое лицо вернулся яркий румянец; даже борода, висевшая мочалом, кажется завилась и покрыла грудь широкой парадной мантией.
Ободренный, он решительно приподнялся на руках, очередным - весьма не слабым - пинком - придавая Фандралу ускорение, исторгшее у того громкий вопль.
- Ну ты, рыжий чибис!- он развернулся, огрызнувшись на приятеля с непритворной злобой. Как видно насмешки Сиф ранили его куда больше, чем блондин пытался всем показать.
Тор, который с уходом юной воительницы утерял всякий интерес к окну и всему, происходящему за ним, повернулся к приятелям.
- Похоже, Фандралу не повредило бы немного магии ванов, а то Вольштагг что-то совсем с ним неласков. Может быть, следует взять пару уроков у новой красавицы? Как думаешь, Сиф, вдруг это поможет?- поинтересовался он, словно невзначай скользнув рукой по ее гибкому стану, и останавливаясь рядом.- А ты что скажешь, Огун? Может, познакомишь нас с этой новой чародейкой?
Невозмутимый воин поджал губы, но в уголках его глаз набежали морщинки: он улыбался.
- Боюсь, ни у тебя, ни у кого иного ничего не выйдет с дочерью Хёнира. Если отец привез ее ко двору, причина и цель этому может быть лишь одна: брачный союз, который посол Всеотца намерен заключить, или на который намерен спросить дозволения. В противном случае девица ее положения едва ли покинула бы отцовский чертог.
- Не может быть!- почти единодушный вопль зазвенел в воздухе; едва пришедший в себя Вольштагг, должно быть, тяжелей других воспринял это известие, продолжив тему.
- Невозможно! Женить царского сына на дочери простого посла?! Немыслимо!
- А по-твоему ему на тебе надо жениться, что ли?- парировал недавний предмет всеобщих насмешек.
Огун предотвратил грозящую разгореться ссору, по своему обыкновению, тихо заговорив своим хрипловатым спокойным голосом.
- Брак в Асгарде и брак в Ванахейме - дело различное. У нас нет запрета на рождение дочерей, а ваны обычно плодовиты: если девице и посчастливится сыскать мужа, и войти в дом супругой, а не наложницей, это - большая ее удача. Впрочем, иной раз наложница владеет мужчиной куда более чем жена, ведь удел последней - плодить детей, тогда как наложница свободна для изученья магии, политики или искусств. Кроме того, в некоторых племенах мужчине дозволено иметь по нескольку жен, и у тщеславной девы, желающей соединить сан хозяйки с влиянием любовницы, всегда есть надежда. Иногда династии управлялись такими вот из неизвестности пробившимися волшебницами, тогда как глава дома и его владыка лежал на подушках в объятиях юных дев.
Приятели переглянулись: в глазах у всех читалась одна и та же мысль.
- Надо бы навестить этот Ванахейм,- протянул Тор, косясь на подругу.- Правда, Сиф там нечем будет заняться. В Ванахейме же нет женщин-воительниц?
- Леди Сиф в Ванахейме будет окружена несомненным почетом, как и любой и детей Одина. Но мужа ей бы там не найти никогда. У нас до сих пор проклинают отряды валькирий, истребившие конницу последнего Императора и сына Солнца. Женщинам Ванахейма под страхом отлученья от дома запрещено даже прикасаться к оружию... если, конечно, это не нож для разделки рыбы,- позволил себе улыбнуться ван.
Его черные глаза опустились, словно бы принося извиненье за сказанное. Впрочем, почти вся часть истории уже испарилась из умов молодых гуляк; во всяком случае Тор вздохнул с сожалением.
- Валькирьи. Я слыхал эти истории...- он опустился на меховые подушки, покрывавшие раззолоченные массивные скамьи, образовывавшие треугольник вокруг гигантского очага. Его физиономия приняла романтическое выражение, всегда появлявшееся перед какой-нибудь большой глупостью. - В детстве я хотел быть валькирьей...
[AVA]http://forumstatic.ru/files/0019/7e/3e/26516.png[/AVA]

+1

10

Если бы желания были лошадьми, нищие могли бы ездить верхом.

[AVA]http://sd.uploads.ru/MbSuU.jpg[/AVA]
На лицах троицы появилось одинаково смущенное выражение, как бывает на пирушке, когда один из друзей успел хватить лишнего, покуда прочие пребывают в печальной трезвости. К воспоминаниям о детских мечтах маленького Тора никто не был готов.

– Валькирией? Ну, э-э-э... – почесал в затылке Вольштагг. – У тебя все равно ничего бы не вышло.

– Фигура не та, – подсказал Фандрал с самым серьезнейшим видом, какой он только мог придать своей плутовской подвижной физиономии.

– Да, – кивнул великан, не учуявший подвоха. – Это тоже.

Сиф неопределенно пожала плечами. Рассуждения про Ванахейм и его обычаи ей пришлись не по вкусу, хотя воительница не подала виду, что замечание Огуна ее задело. Мужа она не найдет в краю изнеженных ванов, надо же. Пусть для начала отыщут там хоть одного мужчину, на кого она, дева щита, посмотрит дважды!

– Какие истории? – спросила Сиф, устроившись среди мехов подле Тора и подобрав под себя ноги. – Прости, Огун, по твоим словам выходит, что ваны не доверяют своим женщинам так, как принято верить здесь, в Асгарде. Раз не дают прикасаться к оружию, значит, боятся рано или поздно получить удар в спину, и стало быть, не так уж безобидны эти нежные, словно весенние цветы, красавицы, – с затаенной жестокостью усмехнулась воительница. – Поэтому осторожней мечтайте о Ванахейме.

+1

11

Из всех друзей Тора именно Огун, пожалуй, был самым старшим и самым немногословным; однако, если же на него вдруг находил соответствующий стих, истории хриплоголосого вана увлекали не хуже песен о победах Одина, и пленяли куда больше историй бардов о вечной любви. Одна из тайн этого, возможно таилась в том, что он повествовал с огромным достоинством, не повторяясь для невнимательных и не ища шумного одобрения; но зато можно было ручаться, что все рассказанное, в отличии от повествований Фандрала о победах над девами - чистая правда.
Вот и сейчас, не оспаривая слов юной воительницы, он расположился на широкой каменной ленте, опоясывающей очаг и нагретой его жарким дыханием; пальцы его привычным движением вытащили из-за ворота тонкую длинную трубку, которую ван принялся неторопливо набивать смесью из трав, взращиваемых на зеленых лугах его родины.
- Одним из предков моего отца, а, если быть точным, то его троюродный дед с материнской стороны, был знатный воин по имени Васидзу. Отличался он великой доблестью и не менее благородным нравом, и был верным слугой своему господину, князю Цудзуки. Множество славных деяний совершил он ради его славы и своей чести, и тело его было покрыто шрамами, и во всем царстве не было человека, который бы не уважал его, и не восхищался им. Однако, на свое горе, сей грозный воин становился кротким ягненком, попадая с объятия своей супруги, имя которой ныне предано забвению. Была она женщиной баснословной красоты, и столь же выдающегося ума, и была предана своему супругу и господину; но более, чем ему, была она преданна собственному честолюбию. И вот, когда князю подошли годы, и пришло время выбирать наследника - а был владыка земель бездетным, не считая трех дочерей, только одна из которых к тому часу оставалась еще жива и дала потомство - стало ей казаться, что нет во всей стране никого достойней, чем ее супруг. И так бы оно и было, и, может быть, трон князя перешел бы к Васидзу по доброй воле, если бы, боясь стариковского каприза, госпожа не решила направить дело на путь злодейства. Однажды, когда князь навещал их по праву сюзерена, принялась она убеждать супруга, что наследство вот-вот ускользнет от них в руки зятя Цудзуки, достойного Мики. А когда, движимый честью, тот отказался, принялась упрекать его в слабодушии. И эти упреки сделали свое дело: той же ночью старый владыка был умерщвлен... и наше семейное преданье гласит, что пал он не от руки мужчины, но от маленькой ручки той, чьим долгом было оказывать гостеприимство седовласому старцу. Но этого показалось ей мало: смутившись рассудком, или же в страхе, что дело откроется, и месть родичей настигнет их род, госпожа Васидзу побудила мужа умертвить не только наследника трона, но также его семью, супругу, и многих его малолетних детей. Не столь страшны колдовские чары женщин, и кинжал в их руке, сколько те мысли, что, словно соль, источат и самый могучий дух,- завершил он свой жутковатый рассказ, улыбнувшись и делая длинную затяжку из своей трубки.

Тор был впечатлен.
- И что же потом... что же стало с этим человеком?- спросил он придушенно, отважившись подать голос; приятели его между тем сидели, нахмурившись, и, верно, раздумывая, насколько им самим по душе такие брачные перспективы.
- О, господина Васидзу постигла славная смерть, насколько возможна такая для подобного предателя и изменника. Когда его замок осадили союзники павшего Мики, он был смертельно ранен, однако, успел покончить с собой, бросившись на меч. Что же до госпожи, его супруги, то природа наказала ее раньше, чем руки людей: потрясенная количеством совершенных злодейств, она помешалась, но и это не спасло ее от отмщения. Ее изловили, когда она, как вампир, бродила по замку, и привязали к хвостам четырех степных кобылиц, бешеных и неистовых, как и она сама.
Снова повисло молчание, нарушенное на сей раз Вольштаггом.
- Черное сердце и скользкий язык,- сплюнул он с отвращением, едва не попав в Фандрала, который, по счастью, не заметил этой неловкости приятеля. С кривой улыбкой подняв глаза, красавчик бросил взгляд на Тора.
- Кое-кого напоминает, верно?
Громовержец не ответил, и говоривший открыл было рот, надо полагать, для подробнейших пояснений,- но Огун, снова взяв слово, не позволил развить новую тему.
- С тех пор, как у нас говорят, признак женщины с окровавленными руками блуждает по замку, смущая чистосердечных людей, и приводя в ужас тех, кто таит мрачные помыслы.
[AVA]http://forumstatic.ru/files/0019/7e/3e/26516.png[/AVA]

+1

12

Скучен день до вечера, коли делать нечего.

[AVA]http://sd.uploads.ru/MbSuU.jpg[/AVA]
Слушатели притихли, покоренные мастерством рассказчика, с безыскусной простотой поведавшего историю, от которой кровь застыла бы в жилах и у более умудренных опытом и годами воинов. Каждый из них находился под глубоким впечатлением, которое, однако, не хотел показывать другим, бравируя показным бесстрашием.

– Бр-р-р... – передернула плечами Сиф и деланно рассмеялась. – Кто боится призраков? Уж верно ни один из нас.

– Фандрал точно перед женщиной не сробеет, – захохотал Вольштагг, которому так же не по нутру пришлась мрачное и тревожное уныние, охватившее всю компанию. – Эти твои истории, Огун... – начал было он, но потом просто махнул рукой.

Красавчик-блондин криво усмехнулся.

– Такая дама не в моем вкусе, приятель, окстись. Однако, в случае чего я, разумеется, готов, – Фандрал по-петушиному гордо выпятил грудь и безуспешно попытался придать своей плутовской физиономии вид скромного достоинства, – стать на вашу защиту, отвлечь внимание и всё такое.

Сиф запустила в хвастуна меховой подушкой, которую он ловко поймал.

– Где этот замок, Огун? – внезапно спросила воительница. – Отчего бы нам всем не поглядеть на эту... леди. Что скажешь, Тор?

Отредактировано Sif (2018-02-22 22:58:50)

+1

13

Скитания по Ванахейму в поисках убийцы с обагренными кровью руками было не то, что Тору представлялось идеальным препровождением времени после дружной попойки - однако после таких слов уклониться от предложения было немыслимо. Поэтому беспечный сын Одина лишь усмехнулся, высоко закину голову, принимая вызов, брошенный подругой.
- Что ж, я готов! Хочу посмотреть на даму, много веков повергающую в страх отважных ванов!
Тщеславие, прозвучавшее в этих словах, заставило Огуна на мгновенье нахмуриться. Однако суровые складки на его челе сразу разгладились, когда молодой принц подмигнул товарищу, указав глазами на вытянувшиеся физиономии приятелей. И они не замедлили выразить свое возражение, правда, на разном языке, и в свойственной им манере.

- Что? Отправляться в Ванахейм? Вот так, не позавтракав?- воскликнул Вольштагг, от возмущения даже приподнимаясь с места и тряся рыжей бородой.- Побойся гнева богов, Тор! Вы, может быть, и сожрали тут пару коней, пока я лежал без памяти, но у меня-то маковой росинки во рту не было!
- Да уж, пожалейте нашего толстяка!- в тон ему подхватил белокурый воин, скрывая за насмешкой над приятелем озноб, пробежавшей по коже от предложения юной воительницы.- Он же, пока не выпьет пару бочонков пива и не закусит десятком поросят, не то что топор - ложку не поднимет. Как же он будет гоняться за призраком?
- Нельзя изгнать неупокоенный дух оружием смертных,- то ли решив поддержать шутку предводителя, то ли действительно предостерегая, загробным голосом проговорил ван.- Если у кого есть серебряный клинок, заговоренный против их магии, или откованный при слияньи двух лун, и окропленной на перекрестке кровью первого встречного - тогда, может быть...
- Но мы же не собираемся с нею драться, не так ли?- Тор, у которого аж загривок похолодел, тоже поднялся и выпрямился, расправляя плечи.- Мы только хотим убедиться, что это не сказки, которыми старые няньки пугают детей, чтобы те не вылезали из постелек. Так что это за место, Огун? Сможешь ли ты показать его Стражу Биврёста, чтоб он сумел направить нас прямо в замок?
- Кумоносу дзё, Замок паучьего логова или же Замок паутины... так называется оно,- поняв, что решение принято и переубедить наследника Одина не удастся, названный отложил свою трубку, а затем принялся неторопливо выколачивать ее прямо в очаг.- Когда я бывал там последний раз, он уже весь зарос глухим лесом, но, думаю, Страж сможет найти место во внутреннем дворике, чтоб перенести нас туда.
- Тогда через полчаса собираемся возле конюшен,- распорядился Тор, в последний раз окинув взглядом свой маленький отряд.- Обещаю, мы не оскорбим твоих предков, старик,- широкая ладонь опустилась на плечо вана.- Мы только посмотрим, что за женщина оставила такой след в ваших сердцах.
[AVA]http://forumstatic.ru/files/0019/7e/3e/26516.png[/AVA]

+1

14

Дурная голова ногам покоя не дает.

[AVA]http://sd.uploads.ru/MbSuU.jpg[/AVA]
Как и остальным, Сиф было не по себе, однако воительница тряхнула головой, откинув назад рассыпавшуся по плечам гриву темных волос, и задорно улыбнулась.

– Эй, отважные воины! Биврёст доставит нас туда в мгновение ока, успеем и позавтракать до, и пообедать после. А то и устроим походный завтрак в самом Замке Паутины.

Она пружинисто распрямилась, готовая ринуться навстречу реальной либо воображаемой опасности тем стремительней, чем бóльшую неуверенность девушка испытывала в душе. Однако показать слабость перед Тором – немыслимо.

После брошенного Сиф вызова возражать дальше означало подвергнуть сомнению свою храбрость – не товарищами, всегда готовыми проявить великодушие, но самим собой.

– Пообедаем в замке, дружище! – хлопнул Вольштагга по спине Фандрал. Заразившись самоуверенностью юной воительницы, он уже убедил себя, что их ожидает всего лишь увеселительная прогулка на лоно природы, а ужасающий призрак (если он отважится явиться перед грозными асами) станет острой приправой, щекочущей нервы и нёбо.

...В назначенный асгардский принцем срок Сиф точно секунда в секунду появилась возле конюшен. Распущенные темные волосы были теперь стянуты назад и забраны в тугую косу, черной змеей стекавшую между лопаток. Щегольский наряд с золотой отделкой, в котором она красовалась на пиру и призванный скорее подчеркивать ладную фигуру воительницы и обозначать ее статус, чем служить защитой, сменился на походный костюм, более ей привычный: простой нагрудный доспех с наручами до локтя, штаны из некрашеной кожи, высокие сапоги и широкий плащ, способный и укрыть от непогоды, и послужить походным одеялом.

Не заставили себя ждать и Вольштагг с Огуном, однако Фандрал задерживался. Вольштагг переглянулся с Сиф и фыркнул, собираясь во всеуслышание высказаться по поводу оробевшего в последний момент товарища, когда тот, наконец, явился перед очи ждущих. Да еще как явился! С тщательно расчесанной бородкой и усами, в сияющих до боли в глазах золоченых доспехах и с жемчужиной в левом ухе.

– Вот это да! – Вольштагг ухмыльнулся и толкнул в бок Огуна. – Гляди-ка, красавчик собрался произвести впечатление на ванахеймских дев.

– Завидуй молча, – привычно огрызнулся Фандрал и туманно пояснил. – Какая-никакая, а нас ждет дама.

+1

15

Тор встретил товарищей уже в седле; в отличие от Фандрала, он не блистал парадным доспехом, и даже не поменял черный короткий плащ, который носил дома, на алый, обычный в военных походах. Могло показаться, что сын Одина передумал, и вовсе решил отменить намеченную поездку - однако молот, висящий на поясе, опровергал это предположение. Вид у наследника был по-прежнему так же безоблачен, как у рассветного неба в погожий денек.
Прифранченный вид Фандрала заставил его рассмеяться.
- Ты и в Вальхаллу нарядишься, как на свидание!- воскликнул он, пуская своего белоснежного жеребца по имени Ветер топтаться на месте; его длинная грива струилась вниз по подрагивающей шее, обметая стремя и сапоги всадника, словно поземка, бегущая по камням в холодную ночь.- В седло! Красавицы из Ванахейма уже заждались нас, даже если вся их красота давным-давно сгнила в могиле. В путь!

Часть вторая
... Двор Замка паутины зарос сорной травой. Она прорастала сквозь каменную мостовую, вскипала во всех щелях, словно пена, с ловкостью змей карабкалась по валам. Только по этому, да по нехарактерным для ванов разросшимся и бесформенным деревцам, росшим прямо в стенах, можно было понять, что старинная крепость давно заброшена: в остальном же ничто не напоминало о запустении и разрухе, царящем в крепости, по словам Огуна, уже более двух тысяч лет.
Могло показаться, что гарнизон отозван к трапезе, или же притаился и наблюдает за группой воинов, появившихся в огненном круге прямо посредине двора, и что вот-вот прозвучит предостерегающий окрик часового.
Тор первым сделал шаг за стремительно остывающую черту; в утренних сумерках, мрачных и серых, как будто бы действительно сотканных из паутины, густо присыпанной пылью, огненные письмена горели, как злые глаза. И хотя разумом сын Одина понимал, что на широком дворе они совершенно одни, рука потянулась к поясу, чтобы привычно обнять шершавую ручку молота.
Но Мьельнир не предвещал опасности, не рвался в бой и даже не искрил, одевая бедро сверканием электрических искр - и рука Громовержца расслабленно опустилась.
- Ну, где там видели эту твою... родственницу?- обратился он к Огуну. Однако голос, прозвучавший привычно-громко, вдруг заметался в стенах крепости вспугнутой птицей, заставив путешественников невольно оглянуться, ощутив, как пробегает по спинам холодный ветерок.
Один только Огун остался невозмутим. Повернув голову, он указал на крытую галерею, соединявшую мощное главное здание с одной из четырех башенок по углам: крепость, традиционно для ванов, имела форму квадрата.
- Там. По преданию, именно там она бродит, терзая грудь окровавленными руками и умоляя служанок и легковерных искателей славы подать ей воды, чтоб умыться.
Тор оглядел своих спутников. В сером утреннем свете их и без того не слишком-то вдохновленные лица сами могли сойти за физиономии призраков, пришедших покарать тех, кто не дал им отоспаться и хорошенько позавтракать.
- Идем? Или сначала пикник, как намеревались?
- Эммм... знаешь, я тут подумал,- промямлил Вольштагг, и странно было услышать от этого пышущего жизнью здоровяка, вечного готового подзаправиться кабаньей ногой и пинтою эля, подобные речи,- подумал, что, чем быстрей мы закончим, быстрее вернемся обратно. Кто его знает, как подействует призрак на старое доброе пиво? Так что давай, тронулись...- он сделал решительный шаг вперед, удобнее перехватывая секиру, прихваченную таки с собой, конечно же, совершенно случайно, а вовсе не из страха перед неизведанным.
[AVA]http://forumstatic.ru/files/0019/7e/3e/26516.png[/AVA]

Отредактировано Thor (2018-02-23 14:03:53)

+1

16

Как аукнется, так и откликнется.

[AVA]http://forumstatic.ru/files/0017/90/c0/10980.jpg[/AVA]
Тягостное впечатление производило это место, некогда полное жизни и славы, а теперь преданное забвению и покинутое всеми, словно одинокий старик, брошенный умирать без жалости и сострадания. Холодом и гнилью тянуло от стен замка: тепло дневного светила не могло отогреть камень без живительного присутствия огня, разведенного в очаге, без человеческой речи и звука шагов живых.

Тихий протяжный полустон-полувздох раздался в предрассветном сумраке, и путники невольно вздрогнули.

– Ветер, – быстро произнес Фандрал, однако охрипший голос блондина был не так тверд, как он думал.

– Пойдем, раз пришли, – откликнулась Сиф, отринув колебания и минутное сожаление, что она подбила друзей на авантюру. – Никто ведь не думает, что Огун попотчевал нас небылицей, а?

И первой шагнула вперед.

Судя по хмурым физиономиям, Вольштагг и Фандрал не возражали, если бы выяснилось, что их друг подшутил над ними. То есть, они высказались бы, не стесняясь в выражениях, что они думают о таких шутках, само собой, но – нет, не возражали бы.

...Под крышей галереи, прохудившейся в разных местах, гулял сквозняк, пробиравший до костей, подгнившие деревянные доски зияли проломами, в которых серело предутреннее небо, расшатавшиеся ступени лестницы опасно скрипели под ногами.

– Шею тут свернуть – и вся недолга, – проворчал Вольштагг. – Вот вредоносная баба, и при жизни отвратная хозяйка была, и после смерти за домом не смотрит.

Никто не засмеялся, хотя в другое время ворчание рыжего великана вызвало бы дружный смех компании. Как будто в ответ на упреки Вольштагга, в конце галереи полумрак посветлел, сгустившись белесым клочковатым туманом. Светлое облако медленно вращалось вокруг своей оси, раскинув в стороны, словно размашистый росчерк тушью, белые крылья. Однако неправда это, обман зрения – то, что казалось крыльями, теперь широкие рукава белого платья женщины, движущейся в медленном танце. Над замком вновь раздался протяжный вздох, пошевеливший волосы асгардцев.

– Никогда, никогда... – прозвучал шепот, многократно отраженный от стен. Тихий, почти неразличимый, шепот ледяными иглами въедался под кожу и холодной дрожью спускался вдоль позвоночника.

Фандрал охнул и отступил назад, едва не свалившись наземь. И свалился бы, если б не крепкая рука Огуна, поддержавшая друга.

Отредактировано Sif (2018-02-25 15:48:36)

+1

17

Сказать правду, Тор тоже с куда большей охотой провел бы время в компании с теплой постелью и бутылкой хорошего вина из отцовского погреба, чем таскался сейчас по развалинам паутинных замков, пусть даже там собрались бы все предки Огуна в полном составе и играли в шары черепами врагов. В привидения гордый сын Одина верил мало, точней допускал, что неупокоенный дух может бродить по земле - вот только в рассказах, где глупые путники сталкиваются с ними, куда больше от неуемной фантазии автора, чем от святой истины.
Поэтому сетования товарищей он встретил насмешкой.

- Да бросьте, Фандрал, Вольштагг!- с привычным оптимизмом, в некоторых случаях выглядевшим совершенно по-идиотски, и заслужившем ему славу неисправимого упрямца, воскликнул принц.- Вспомни, как мы лезли по Чертовой лестнице на эту гору, чтоб ее снесло в Бездну, как ее... Кол... Кол...
- Колвир?- хмуро буркнул рыжий
- Да, Колвир! Или как мы удирали от великанов в Йотунхейме! Та еще была прогулочка! В сравнении с этим здешние галереи - просто твердыня спокойств...

Уверенная речь молодого человека прервалась по двум обстоятельствам, случившимся почти одновременно. Первым было видение, мелькнувшее в конце галереи, и накрепко приковавшее к себе внимание путешественников. Вторым из них была, как он потом уверял, отставшая от настила и задравшаяся доска, за которую Одинсон зацепился носком сапога и, споткнувшись, влетел прямо в спину идущей впереди него Сиф, из-за чего они оба растянулись на полу, словно парочка, готовая заняться любовью.
Но происшествие, которое при других обстоятельствах вызвало бы немедленные насмешки и намеки от Троицы, в этот раз прошло почти незамеченным. Даже сам Громовержец не попытался сдержать яростный рывок своей жертвы, и, лишь слегка придержал ее плечи, когда с возгласом возмущения Сиф вывернулась из-под его тела, наградив неловкого кавалера тумаком.
- Тише, да тише ты! Гляди!

... Белое облако между тем обретало все более определенные очертания. Теперь уже можно было со всей отчетливостью различить белоснежный балахон, рукава которого свисали почти до земли, выбеленное лицо с красными, словно кровавыми губами, и рыжие космы.
Челюсти отважных героев по очереди улеглись на грудь, исключая, пожалуй, Огуна, которым по обычаю ванов успел совладать с собой и лишь сжал губы в тонкую линию.
Однако, товарищи Тора и Сиф заслужили свою славу не одними лишь пирушками и приставаниями к дворцовой прислуге: какое бы чудовище, какой бы ужас не попался им на пути, в минуту опасности кучка отчаянных забияк превращалась в маленький, но надежный отряд.
И Громовержец не зря был его лидером.
- Я подойду к ней!- он оттолкнулся от пола и на мгновение замер, изучая фигуру, стремительно проявлявшуюся в утреннем тумане. Огун стремительно протянул руку, чтоб ухватить наследника за плечо, но его пальцы сомкнулись на крае плаща, который тут же выскользнул из пальцев, словно змея.
[AVA]http://forumstatic.ru/files/0019/7e/3e/26516.png[/AVA]

+1

18

Видом — богиня, сердцем — ведьма.

[AVA]http://forumstatic.ru/files/0017/90/c0/10980.jpg[/AVA]
– Тор, стой! – воскликнула Сиф, мгновением раньше ругавшая неуклюжего растяпу на чем свет стоит, но принц, разумеется, и не подумал отступить.

Призрак кокетливо склонил голову, будто разглядывая смельчаков, что не побоялись бросить вызов древнему ужасу. Широкие рукава и полы платья колыхались от невидимого ветра, на бледном лике багровым злым светом сверкали глаза, а сквозь истлевшую кожу проступали кости черепа. Некогда солнечно-рыжие, цвета расплавленной меди, волосы безжизненными ржавыми прядями стекали вдоль мертвого лица на узкие плечи, ниспадая ниже талии. Даже в столь ужасающем облике возможно было угадать остатки красоты, которой покойница славилась при жизни.

При приближении Тора она затрепетала, точно гибкий тростник на ветру, и простерла навстречу асу костлявые руки. На белой ткани проявилась алая вязь узоров, через миг слившаяся в уродливые кровавые пятна, на рукавах и спереди на подоле – там, где их оставило совершенное злодеяние.

Растопырив, словно когти, скрюченные пальцы, призрак стремительно ринулся вперед, и хриплый пронзительный крик птицей заметался под крышей галереи. Белый сгусток прошел сквозь грудь Тора, чтобы, растаяв, тут же возникнуть за его спиной. Испустив новый яростный крик, мертвая женщина бросилась к Сиф, явно увидев в той ненавистную соперницу.

Девушка попятилась, выставив перед собой щит, о который призрак ударился с металлическим звоном и с силой, заставившей левую руку воительницы онеметь. Меч Сиф, тотчас же блеснувший в воздухе, рассек пустоту, а белый туман вновь клубился возле Тора, обнимая его за плечи, заглядывая в глаза, приникая ледяными устами к его губам, источнику тепла и жизни, в обманчивой надежде утолить холод и отчаянную жажду.

– Прочь! Тор, берегись! – секира Вольштагга ухнула, вонзаясь в гнилые половицы у ног Громовержца.

Покойница отпрянула назад и снова закружилась в завораживающем гипнотическом змеином танце, поводя то левым, то правым рукавом, зазывая и заманивая.

Отредактировано Sif (2018-02-25 15:46:45)

+1

19

Тайным желанием Тора всегда было, чтоб за него сошлись в схватке две прекрасные дамы; вот только он никак не рассчитывал, что одной из них вот-вот сравняется две с небольшим тысячи лет. Не то чтобы столь зрелый возраст смущал сына Одина, но вот то, что одна из них, буквально, проймет его до костей, в планы прекрасного принца никак не входило.
И уж тем более не ожидал, что верный товарищ решит отгонять преданную поклонницу топором.

- Эй, ты, не трогай ее!- успел рявкнуть наследник, когда призрак кинулся к его спутнице, впрочем, не причинив ей значительного вреда.- Эй ты! Поосторожнее, дуболом!- воскликнул он, отскакивая от упавшего на него сверху тяжелого лезвия с проворством, которому позавидовал бы и лучший дворцовый гимнаст. Его блестящий взгляд сверкнул на товарища - и тут же, то ли заинтересованный, то ли завороженный мельканием белых теней, вновь обратился к призраку. Казалось, эта внезапная любовь мертвеца льстит самолюбию принца: протянув руку, Тор наблюдал, как покойница тут же начала, словно кошка, ластиться к ней, прижимая прозрачными руками к лицу. Под увлеченным взглядом ее страшная внешность изменялась на глазах - и вот уже перед искателем приключений резвилась и ликовала женщина, красота которой не поблекла даже по ту сторону гроба.
Она резвилась все пуще и пуще, то приникая к руке и могучей груди золотоволосого воина, то отступая прочь.
Громовержцу эти женские штучки были не внове, однако столь быстрое превращение грозного призрака в ласковую игрунью льстило самолюбию, заставляя утерять осторожность. Шаг за шагом он следовал за призраком по галерее, удаляясь от товарищей, и не замечая, что с каждым пройденным футом у него за спиной словно ложится несколько шелковых нитей.
- Посмотрите, она совсем... безопасна,- проговорил он, не в силах отвести взгляд от квайдана, и сам вступая в игру: его ладонь очертила набеленное круглое личико, задержавшись под подбородком; и Тор готов был поклясться, что на мгновение он ощутил прикосновение если не живой, то вполне ощутимой плоти. Он говорил тихо, и в ответ на это призрак засмеялся так чисто и звонко, словно бы где-то зазвенел фарфоровый колокольчик.
Фандрал растерянно оглянулся на вана - но тот покачал головой, давая понять, что не все так просто.
- Тор, послушай меня,- начал он, но слова совершенно тонули в заливистом смехе призрака. Мелькание белых рукавов, отделявших Громовержца от компании, сделалось быстрее, а туман, поднимавшийся на галерею, словно нарочно, в этот момент резко сгустился. Сейчас сквозь него уже с некоторым трудом можно было различить фигуру златоволосого сына Одина.
Однако же, тот расслышал предупреждение. Частично.
- Что говоришь, Огун? Идите сюда, ребята: я плохо вас вижу и слышу,- успел сказать он, прежде чем окончательно утонуть в белом мраке.

Смех вдруг оборвался.
[AVA]http://forumstatic.ru/files/0019/7e/3e/26516.png[/AVA]

Отредактировано Thor (2018-02-25 00:36:49)

+1

20

На устах мёд, а на сердце – лёд.

[AVA]http://forumstatic.ru/files/0017/90/c0/10980.jpg[/AVA]
Сиф яростно зашипела. Ну, конечно – стоило появиться смазливому личику и развевающейся юбке, как Тору отшибло все мозги.

– Давайте за ним, – хмуро сказала она, потирая локоть, до сих пор нывший от столкновения с призраком. – И смотрите под ноги.

– Э-э-э... Сиф, может, ты станешь держаться позади? – предложил Фандрал. – Ты ей явно не понравилась, в отличие от Тора.

Но, Сиф, не слушая его, уже нырнула в туман, держа наизготовку щит. Фандрал и Вольштагг последовали за ней, наощупь пробираясь сквозь густую молочную взвесь туда, где слышался заливистый женский смех. Последним шествие замыкал Огун.

Через несколько шагов туман рассеялся, или глаза асгардцев стали более привычны к белесой мгле, но они увидели черное пятно, в котором угадывался плащ Тора. Призрак по-прежнему вился вокруг него, маня следовать за ним дальше, хотя дальше пути не было – галерея оканчивалась неровным проломом в каменной кладке.

– Ох, йотунова мать, – прошептал Вольштагг. – Фандрал, давай! Зря что ли красоту наводил?

Фандрал посмотрел на вероломного и жестокосердного друга с горьким упреком, откашлялся и затянул высоким фальцетом:

– О, прекрасная дева, славная... славная...

– Своими делами, – подсказала Сиф.

– Своими делами, – послушно повторил Фандрал.

Призрак замер, прекратив свое кружение, и медленно направился к четверке.

– Ох, не знаю, что хуже: понравиться ей, или не понравиться, – тихо проговорил Фандрал, однако подкрутил усы и выдал кривоватую улыбку, слабую тень обычного своего ослепительного сияния, и громогласно продолжил. – Слух о твоей несравненной красе привел меня сюда.

Отредактировано Sif (2018-02-25 22:43:38)

+1

21

На мгновение могло показаться, что хитрость удалась, и льстивые речи Фандрала привлекли внимание призрака. Полупрозрачный силуэт скользнул к нему, и принялся сновать вокруг так же, как лишь недавно он увивался возле его товарища. Казалось, что он позабыл о своей первой жертве,- но Огуна насторожило, что Тор, которому, кажется, самое время было освободиться из-под удерживающих чар, оставался недвижен и нем.
- Будь осторожен,- ван сделал шаг вперед и протянул руку, желая дотронуться до плеча блондина. Однако как раз в этот момент тот, увлеченный игрой квайдана, сделал шаг, и предостерегающий жест пропал втуне.
И все же попытка не прошла даром: красавчик заметил движение и даже повернулся, демонстрируя странное выражение на лице - точь-в-точь такое, с каким не так давно стоял Тор.
- Да брось ты, Огун, она совершенно...
- Безопасна?

... Он не успел даже договорить это слово. Ужасный вой - высокий, болью впивающийся в уши, похожий на визг собаки, которой кабан взмахом мощного клыка вспорол брюхо - вдруг пронзил галерею, заставив охотников за привидениями припасть, зажимая руками голову. То ли разгневанный невнимательностью Фандрала, то ли вмешательством вана, призрак замер, согнувшись едва ли не вдвое, растопырив руки, как крылья и широко раскрыв красный рот. А потом, повернувшись к несостоявшейся жертве, медленно выблевал прямо в лицо и на новенькие доспехи блондина порцию липкой полупрозрачной слизи.
Белесая тень мелькнула, отшатываясь, а затем стремительно обвившись вокруг неподвижной фигуры в черном плаще - а затем, словно пушинку, подхватив Громовержца, увлекла его за собой в каменный проем, закрывшийся за его спиной.

- Что тебя!- Огун, успевший отпрыгнуть от брызг вонючей мерзости и первым метнувшийся следом за исчезнувшими. В отчаянии он замахнулся, намереваясь нанести удар по ни в чем не повинным камням - и бессильно всплеснул руками.- Бездна тебя разбери, Фандрал, совсем головы на плечах нет? Куда ты полез?!
- Да кто же знал?- заступаясь за товарища, все еще не в ошеломлении не имеющего сил сдвинуться с места, откликнулся рыжий гигант.- Кто ожидал, что эта тварь уволочет Тора?! Ты и сам не намного больше сделал! Йотунова мать! Что за дрянь!- фыркнул он, с выражением омерзения на физиономии принимаясь выбирать из густой бороды пятна слизи.
[AVA]http://forumstatic.ru/files/0019/7e/3e/26516.png[/AVA]

+1

22

Утром — румянец на лице, а вечером — лишь белые кости.

[AVA]http://forumstatic.ru/files/0017/90/c0/10980.jpg[/AVA]
– Тор, нет! – отчаянно закричала Сиф, но тот, увлекаемый своей новой подругой, остался глух к ее призыву.

Воительница бросилась следом за ним, готовая крушить всё и вся на своем пути, но выросшая перед ней стена заставила остановиться, застонав в бессильной ярости.

– Убить мерзавку! – свирепо прорычал Вольштагг, так до конца и не отчистившей своей бороды от липкой вонючей слизи.

– Она уже мертва, – отрезала Сиф. – Но ход твоих мыслей мне нравится. Ломай стену!

Вольштагг кивнул и, примерившись, с громким хэканьем вонзил свою многопудовую секиру в заложенный камнями проем. Последствие оказалось неожиданным: потеряв равновесие, великан рухнул вперед, исчезнув в незыблемой и неповрежденной каменной кладке. Друзья онемели, но раздавшиеся с той стороны ругательства быстро привели их в чувство.

– Это просто морок, – радостно воскликнула Сиф, первой ныряя в иллюзию вслед за Вольштаггом. – Тут на самом деле ничего нет. За мной!

Внутри башни было суше и теплее, чем остальном замке. Пахло мышином пометом и прелым сеном. И кровью – давно пролитой и впитавшейся в каменный пол и стены. Уши резанул тот же самый жалобный стон, что приветствовал асгардцев на пороге Замка Паутины. Стон перешел во всхлипывание, обратившееся в злорадный смех, разбитым стеклом рассыпавшийся в башне.

– Тор! – позвала Сиф, но ответом ей снова был смех.

Воительница крепче сжала влажной ладонью рукоять меча.

– Это ж твой замок, так? – сердито спросила она у Огуна. – Так говори, что нам делать?

Отредактировано Sif (2018-02-25 23:45:05)

+1

23

Ван молча кивнул, озираясь по сторонам с видом человека, явно имеющего перед собою какую-то цель. В отличии от остальных товарищей, он не устремился за отважной воительницей прямиком внутрь колдовских владений, лишь поставил в проём одну ногу; вся его фигура при этом казалась расплывчатой и зыбкой, словно товарищи смотрели на нее из-под слоя воды.
Приняв какое-то решение, он поймал край своего плаща и, надорвав, вытянул из него толстую синюю нить. Затем, отступив, захлестнул ее за перила и завязал каким-то хитрым узлом, бормоча что-то себе под нос. Лишь после этого его голова просунулась в дыру.
- Свет.
Его уверенность, а также тайные знания, продемонстрированные столь неожиданно, в столь необычной обстановке, вселила уверенность и в растерянных товарищей: во всяком случае Вольштагг оторвался от попытки отодрать налипшую слизь с бороды, и даже Фандрал, который был покрыт ей едва ли не с головы до ног, а потому лишь растерянно моргал, мысленно сокрушаясь о погубленной красоте, отвлекся от своих горестей и, утершись какой-то занавеской, принялся сооружать факел.
Пока товарищи возились, Огун при помощи леди Сиф пустился на поиски следов - ведь даже если призрак и сотворен из людского страха и суеверий, то здоровенный детина почти семи футов ростом никак не мог провалиться в небытие, не оставив следов на пыльном полу.

Отпечатки ног в сапогах обнаружились легко - но, к великому огорчению мистиков, если бы таковые сыскались в компании леди Сиф и ее товарищей, они вовсе не растворялись в воздухе, знаменовав торжество перехода материи в дух, а вели к кое-как прикрытому старой циновкой деревянному люку, уводившему вниз, в темную нору. Единственным, что, пожалуй, могло утешить искателей фантастического и странного, было то, что Тор проделал весь этот путь, по всей видимости, очень быстро, как если бы провел в опустевшей башне не один десяток лет.
Вооружившись зажженным факелом и разматывая за собой синюю нить, Огун первым нырнул в узкий проем.

... Спуск по крутой лестнице был делом не слишком приятным, но все же не слишком сложным для воинов, которым за время службы довелось пережить множество приключений куда поопаснее, чем блуждание по пустой крепости. Единственной опасностью, встретившейся им, были все те же прогнившие доски, норовившие подломиться под ногой - и однажды, действительно, чуть не приведшие к паденью Вольштагга; но кроме них, да тяжелых стенаний призрака, щекотавших нервы лишь первое время, смельчаки не встретили более ничего. И когда перед ними открылась, наконец, дверь в уединенный покой, обставленный со следами былой роскоши, никто из юных героев не успел даже толком устать или запыхаться.
Комната, погруженная в полумрак, вспугнутый светом факелов, убрана была со всеми возможными ухищрениями изящества и кокетства, какие доступны были красавицам Ванахейма несколько тысяч лет тому назад - однако время, беспощадное даже к камням замка, не пощадило и этот приют неги и роскоши. Горестно было видеть, как яркие краски и расписные шелка, убиравшие покой, истончились и поблекли; истлевший шелк, как мертвая плоть, свисал с каркаса разбитых ширм. Ковры и наряды, некогда украшавшие стены, изъедены были слоем пыли, и некоторые вовсе порвались под ее тяжестью; медные и серебряные зеркала поблекли.
Единственным, что было цело, и даже сохранило некие остатки былого великолепия, была застланная алым, будто пропитанным кровью покрывалом кровать, на которой, словно принцесса из сказки, лежал сейчас любимый сын Одина.
На его лице играл нежный румянец, а опущенные ресницы вздрагивали: Тор крепко спал.

Троица воинов остановилась над ним, переглядываясь и хмыкая. Затем, как и следовало ожидать, молчанье было нарушено - вопреки ожиданью, Вольштаггом.
- Ну, кто-нибудь из нас знает способы разбудить прекрасного принца?
[AVA]http://forumstatic.ru/files/0019/7e/3e/26516.png[/AVA]

Отредактировано Thor (2018-02-26 01:00:36)

+1

24

Не войдя в логово тигра, не достанешь тигрёнка.

[AVA]http://forumstatic.ru/files/0017/90/c0/10980.jpg[/AVA]
Серые тени трепетали, падая на невидимые во тьме стены, повинуясь пляске огня в зажженных факелах, пока преследователи не достигли тайного убежища убийцы. Четыре тени поднялись по всей стене и протянулись по потолку, словно призрачное воинство, призванное товарищами Тора на пороге света и тьмы. Кругом царила мертвенная тишина, если не считать шороха шелковых лохмотьев, свисающих со стен и шевелившихся под действием вездесущего сквозняка.

Могло ли это быть, смутно удивилась про себя Сиф, что всего час назад они лениво сидели у очага в Асгарде, перебрасываясь шутками о ванахеймской магии и ее жрицах? Время, подумалось ей, совсем теряет свое привычное значение, когда происходят странные вещи.

Сиф бросила на Вольштагга хмурый взгляд. Он, Фандрал и Огун смотрели на нее, как ей показалось, с затаенной усмешкой. И тень этой усмешки будто бы виднелась на губах спящего Тора.

– Чего сразу я? – воспротивилась Сиф.

– Ну, не я же! – вполне резонно возразил Фандрал, чья ухмылка стала неприкрытой. – А ну как очнется? Костей не соберу.

Сиф вздохнула и подошла к багровому ложу. Положив на край постели меч, она приподняла неподвижно лежащую руку Тора. Теплая. Воительница склонилась над спящим, ловя тихое едва слышное дыхание, и осторожно потрясла за плечи. Бесполезно. С тем же успехом она могла бы отдубасить его секирой Вольштагга.

Сиф снова вздохнула и на мгновение прижалась губами к приоткрытом рту Тора. Ей показалось, что она коснулась неподвижного мрамора, чье тепло вызвано падающими лучами жаркого полуденного солнца, а не живого тела. Испугавшись и забыв о смущении, она приникла к губам околдованного в более длительном поцелуе, способном разбудить любого мужчину, в котором теплится хоть искра жизни.

Отредактировано Sif (2018-02-27 13:27:31)

+1

25

Ресницы принца затрепетали и приподнялись, глубокий вздох всколыхнул его грудь. Тор улыбнулся, и по его удивленному лицу стало понятно, что самопожертвование юной воительницы осталось для него тайной. Впрочем, ее низко склоненное личико, полное тревоги, заставило румянец на его щеках вспыхнуть ярче.
- Сиф? Я... Что со мной?- голубые глаза вспыхнули удивлением. Пальцы Громовержца скользнули на грудь, ища рану или оружие, поразившее плоть. В недоумении он принялся вертеть головой, озираясь, пытаясь вспомнить или понять, что произошло - а потом быстрым движением поднялся и сел на постели.
- Нет!- только и успел вскрикнуть Огун.

Казалось, комната, доселе неподвижная и словно замершая в тишине и обманчивом спокойствии, взорвалась красками и жуткими визжащими звуками. Ширмы и сундуки, занавеси и проемы окон, даже само ложе, с которого Одинсон и его спасительница тут же слетели, словно неосторожные птенцы из гнезда - все ощетинилось десятками ртов и рук, цепляясь, разбрасывая вокруг себя стрелы-щепки, стремясь зацепить, нанести рану или укус. И над всем этим, отчаянно визжа, вытянув из рукавов костлявые руки, вознесся и повис призрак, больше не напоминавший некогда прекрасную вану - но высохший труп с провалившимися дуплами век и запавшей ямой на месте рта.
Единственное, чего нечисть избегала, был факел в руке Огуна.

И ван был единственным, кто сохранял спокойствие. Взмахнув перед собой этим новым оружием, он сделал выпад, целясь призраку прямо в лицо. Чудовище взвизгнуло и отшатнулось - но длинный алый кушак, все еще удерживавший на трупе изорванную одежду, словно гигантский язык захватил и обвился вокруг руки Громовержца.
- Бегите! Прочь отсюда!- воскликнул Огун, отталкивая Фандрала и метким ударом заставляя отпрянуть и задымиться длинную щепку, нацелившуюся в леди Сиф.- Бегите по нити и выбирайтесь наружу! Я освобожу его! Йотунова мать!
Этот крик вырвался у него, когда следующий бросок алой ленты захлестнул Громовержца за горло. И тут же гигантский шип, а потом и другой воткнулся в запястье отважного воина: факел, упав, покатился по полу, разбрасывая вокруг сполохи искр.
[AVA]http://forumstatic.ru/files/0019/7e/3e/26516.png[/AVA]

+1

26

Смахнёшь волосок – получишь ссадину.

[AVA]http://forumstatic.ru/files/0017/90/c0/10980.jpg[/AVA]
От искр упавшего факела занялись обрывки истлевшей ткани, и языки пламени принялись жадно лизать обломки рассохшейся мебели, испуская едкий дым горящего лака.

Сиф пригнулась, уворачиваясь от импровизированных снарядов, которыми разозленное привидение осыпало асгардцев. Рука воительницы нащупала меч, упавший рядом с ней со вздыбившейся кровати, и острое, как бритва, лезвие перерубило алый кушак, стягивавший горло Тора.

Призрак испустил новый пронзительный вопль, исполненный такого бешеного неистовства и боли, как будто клинок Сиф поразил не призрачную, а настоящую плоть. Обрубок шелковой ленты, словно располовиненный червь, конвульсивно дернулся и пополз в направлении другой своей части.

– Огун! – воскликнул Фандрал, бросившись к раненому товарищу, и оттащил его в сторону, яростно тыча своим факелом в сторону визжащего призрака, чуть не подпалив при этом бороду и волосы вана. Мелкие щепы иглами вонзились в правую щеку блондина, украшая физиономию воина подобием щетины, но он лишь отмахнулся от пустяковых ссадин, презрев возможный ущерб красоте.

Вольштагг перебросил секиру в левую руку и, недолго думая, схватил Огуна в охапку. Он бы поступил так же и с Тором, но асгардский принц был чересчур тяжел даже для могучего рыжего великана.

– Уххх... ди-те! – полузадушенно прохрипел ван, стиснутый медвежьими объятиями друга. – Тор!

– Ага, щас, – пыхтя и отмахиваясь от взбесившейся мебели, отозвался Вольштагг.

Отредактировано Sif (2018-02-28 22:26:13)

+1

27

Один Громовержец остался невредим. Казалось, ярость призрака пощадила того, кто стал для него воплощением обожаемого супруга, или - как знать - новой надеждой на достижение королевской власти. Единственной раной, полученной им, был ожог, оставленный красным шарфом: он алел на могучей шее, вызывая боль, как укус ревнивой любви.
Впрочем, хозяйка замка не желала уступать: перерубленный алый пояс снова сцепился краями, как жадный язык. Алые капли сыпались с его кончика, пятная грудь в разорванной рубахе и пачкая ткань.
Рванув его прочь, Громовержец отпрыгнул прочь с полыхающего ложа, мощным пинком отправляя в начинающий разгораться костер ощетинившуюся табуретку, пытавшуюся впиться ему в игру, как разъяренная собачонка.
- Уходите!

Мьёльнир, прыгнув в ладонь, загудел, посылая вокруг себя колючие иглы молний. Нечисть, рванувшаяся было к беглецу, осмелившемуся покинуть отведенное место, с визгом и скрежетом бросилась по углам. Несколько тонких копий полетели в сжимающую его руку, однако сноп искр, выбитых смертоносным оружием, уничтожило их на подлете, обратив в прах, тут же осыпавшийся к ногам принца.
- Прочь, я сказал! Сиф,- крепкая рука сжала плечо юной воительницы, а затем подтолкнула к выходу, туда, куда рыжеволосый громила пытался вытащить сопротивляющегося Огуна.- Сиф, уводи всех! Бегите, я вас догоню! Ты видишь? Она не трогает меня. Уводи всех.
Словно в ответ на его приказ, пламя, гулявшее по комнате, вспыхнуло ярче, карабкаясь вверх по стенам и с жадностью принимаясь вылизывать обрывки ткани и торчащие отовсюду мелкие щепки. Два стремительных языка рванулись вверх по перилам и бортам лестницы, ведущей в башню; через мгновенье огонь охватил ее целиком, отрезая путь, заставляя высохшее от времени дерево корчиться и стонать.
Фандрал, решительно бросившийся вперед, вынужден был отпрыгнуть едва ли не на головы товарищам.
- Бездна ее раздери! Мы в ловушке.

Помимо воли, Три воина придвинулись к своему лидеру и друг к другу. За время их приключений приятеля не раз и не два попадали в переделки и пострашней этой, и все же при приближении разбушевавшейся стихии ощутили невольный страх. И дружный вздох радости вырвался у всех, когда посреди залитой багровым светом комнаты сверкнула молния, и и в одной из стен появилась огромная брешь.
Здание башни задрожало, и гул прошел по нему, начиная от основания, вверх, до самой крыши. Огонь, прибитый было разрядом электричества, яростно заревел, с удвоенной силой принявшись пожирать все вокруг.
Голубые глаза на мгновенье приблизились к лицу Сиф, и горячее дыхание обожгло лицо. Тор улыбнулся, подталкивая ее к пробоине,- и эта улыбка сверкнула едва ли не ярче молнии, сыпавшихся из его молота.
- Вперед!
[AVA]http://forumstatic.ru/files/0019/7e/3e/26516.png[/AVA]

+1

28

Нет друга – ищи, а нашел – береги.

[AVA]http://sd.uploads.ru/MbSuU.jpg[/AVA]
Улыбка, а в особенности взгляд, ясный и чистый, убедили воительницу, что Тор вновь стал сам собою. Если несколькими минутами ранее Сиф защищала его от алчных притязаний призрачной возлюбленной, то теперь настал черед принца стать на защиту своих друзей.

Девушка, улыбнувшись, кивнула и шагнула  свежему пролому в стене, с неровных краев которого осыпались мелкие камешки и песок. Ветер, ворвавшийся в брешь, вздыбил огненные языки еще выше, и от наддува пламя пожара загудело, разгораясь всё сильней и заворачиваясь в спиральную воронку смертоносного вихря, над которым парил, раскинув рукава-крылья разгневанный призрак. Со всей яростью отвергнутой женщины и злобой неупокоенной души покойница тянула к ускользающей добыче удлинившиеся почти до самого пола руки, испещренные плесенью и трупными пятнами. Опаляющий жар огня не был помехой для мертвой, однако голубые искры, испускаемые Мъёльниром, заставляли отдергиваться жадно шевелящиеся пальцы.

– Сюда! Ко мне! – звонко крикнула Сиф, прикрываясь щитом от напора пламени. Сизый дым ел глаза и надсадным кашлем оседал в горле.

Фандрал отпрянул от пожираемой огнем лестницы, бросив бесполезный теперь факел. Пылающая головешка пролетела сквозь туманную плоть призрака и разбилась о противоположную стену. Вольштагг развернулся на голос воительницы. Сыпавшиеся со всех сторон жалящие укусы пламени, казалось, не причиняли ощутимого вреда дубленой шкуре рыжего великана, когда он тащил сопротивлявшегося Огуна к зияющей дыре.

– Ты что, не доверяешь Тору? – успокаивающе заорал он в ухо вану и первым выпрыгнул в пролом вместе с Огуном.

Бросив последний взгляд через плечо, Сиф последовала за ними, увлекая за собой Фандрала.

Через мгновение раздался оглушительный треск – вспыхнув напоследок угольно-черным, лестница горящими обломками рухнула вниз.

Отредактировано Sif (2018-03-01 21:54:39)

+1

29

Одинсон остался один на один с разбушевавшимся пожаром и разошедшимся призраком - и правду сказать, пламя, подбиравшееся уже к самым ногам и лизавшее края его плаща, занимало его гораздо меньше. Прикрыв рукой лицо, заслоняясь от раскаленного пепла, норовящего упасть на его длинные волосы, он медлил, словно желая разглядеть что-то на искаженном, уродливом лице призрака.
И там было, что посмотреть. Женщина, ставшая причиной смерти столь многих славных воинов, с запозданием поняла, что настал и ее собственный конец. В ужасе заметалась она белой тенью от стены к стене, пытаясь выскользнуть из смертельных объятий любовника, столь же неумолимого, как и она сама, и столь же пламенного, как ее жажда власти. Огненные бичи жалили ее, дымные петли захлестывали за шею; осколки дерева, не столь давно наносившие раны ее врагам, теперь рвали и язвили призрачную плоть. На мгновение могло показаться, что из сполохов вдруг воздвиглось могучее войско, тени тех, кто пал жертвой тщеславия и чужой алчности. Полыхающие ряды сдвигались тесней и тесней - и,  не в силах вынести их напора, чудовище в образе женщины принялось метаться, крича о пощаде; для слуха же человека это звучало как мерзкий, паучий визг.
Но даже сами камни башни отталкивали ее; в конце концов, обессиленная хозяйка замка рухнула на ложе, пылающее со всех четырех сторон - то самое ложе, на котором она недавно пыталась вкусить новую любовь. Закрыв прозрачные веки, не дающие ее мечущимся глазам скрыться от картин гибели, опустив руки, неназываемая оставалась недвижима, пока подточенный огнем полог не рухнул, погребая ее под собой.

... Но этого Громовержец уже не видел: когда от ядовитого дыма из его глаз потекли слезы, а пламя нетерпеливым поцелуем лизнуло в щеку, он решил, что пора, как и его товарищи, последовать голосу разума, и сиганул в дыру в стене, рухнув почти на голову как раз поднимавшегося с коленей Вольштагга.
Дикий визг призрака пробрал его до костей - и, едва ощутив под ногами твердую землю, сын Одина подхватил под руки своих спутников и самым постыдным образом пустился бежать подальше от пылающей башни, готовой вот-вот обрушиться на него, словно в наказанье за то, что они осмелились потревожить древний замок.

... Только когда страшный грохот за спиной показал, что все кончено, Громовержец остановился, и, повернувшись, воззрился на огромный костер, в который превратилась одна из башен старинной постройки. Утерев измазанное сажей лицо, он подмигнул Огуну.
- Темпераментная, однако, была старушка, эта твоя родственница.
[AVA]http://forumstatic.ru/files/0019/7e/3e/26516.png[/AVA]

+1

30

Война войной, а обед по расписанию.

[AVA]http://sd.uploads.ru/MbSuU.jpg[/AVA]
Вольштагг закашлялся и сплюнул, прочищая забитый вонючей гарью рот.

– И обед наш пропал, – продолжил он вслух начатый внутренний монолог. – Мешок со снедью того... в замке остался. Как знаете, а я в рот не возьму того, что побывало в том проклятом месте.

При этих словах Фандрала передернуло, и он скривился, как будто хлебнул горькой жабьей настойки.

– Посидеть у огня мы и в Асгарде могли. И чего не сиделось? – проворчал Вольштагг и с добродушной усмешкой посмотрел на главную застрельщицу их приключения. – И темных углов, чтоб целоваться с Тором, там тоже полно.

Сиф, отчищавшая клинок о траву, сумрачно взглянула на него исподлобья, но ничего не сказала, чувствуя довольно правоты друга, чтобы молчать, но недостаточно – чтобы согласиться.

– Не скажи, – неожиданно возразил Фандрал, приходя на выручку воительнице, но так, что лучше бы он этого не делал. – Только уединишься, подумаешь, что вокруг никого нет, как тут же покажется чья-то рожа и начнет пялиться. И будь справедлив, Вольштагг, – ухмыльнулся блондин, – сегодня из нас четверых этот подвиг был по плечу только Сиф.

Отредактировано Sif (2018-03-01 23:54:18)

+1


Вы здесь » Marvelbreak » Отыгранное » Somewhere between the stars


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно