ОБЪЯВЛЕНИЯ
АВАТАРИЗАЦИЯ
ПОИСК СОИГРОКОВ
Таймлайн
ОТСУТСТВИЕ / УХОД
ВОПРОСЫ К АДМИНАМ
В игре: Мидгард вновь обрел свободу от "инопланетных захватчиков"! Асов сейчас занимает другое: участившееся появление симбиотов и заговор, зреющий в Золотом дворце...

Marvelbreak

Объявление

мувиверс    |    NC-17    |    эпизоды    |     06.2017 - 08.2017

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Marvelbreak » Отыгранное » [07.06.2016] Ghost story


[07.06.2016] Ghost story

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

ghost story
http://forumstatic.ru/files/0018/aa/28/36613.png

http://s5.uploads.ru/t/1nMXD.gif http://s4.uploads.ru/t/9rJOc.gif
JAMES BARNES | HOWARD STARKhttp://forumstatic.ru/files/0018/aa/28/36613.png
- Папа, он тебя убил!
- Убьет. Лет через сорок, как раз успею выпить кофе. (с)

http://forumstatic.ru/files/0018/aa/28/36613.png
Баки Барнс убегает из Ваканды и собирается обратиться за помощью к единственному,
по его мнению, человеку, который может что-то предпринять. Кто же знал, что таких людей окажется два. В смысле, Старков.

ВРЕМЯ
7 июня 2016, вечер

МЕСТО
Нью-Йорк, башня Старка

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЯ
-

+5

2

Сегодня Говарда Старка накрыло покрывалом и осознанием того, что домой ему можно не возвращаться. Там, в прекрасном будущем, он благополучно спустит все полимеры, не додушит Гидру, не найдет Стива Роджерса, зато разругается с Хэнком Пимом, погубит некую Марию Коллинз Карбонелл, а еще оружием из его загашников разнесет половину Заковии.
На том подвиги не заканчиваются, но багажа предоставленных знаний  накопилось уже столько, что можно обмотать пленкой и вместо рубашек везти с собой психушку.
Хмм, а  он просто клея попросил.
Странное чувство, когда вроде косячил не ты, но разгребать придется. Нет, сын (сын, вашу ж мать, сын, мать которой он в глаза не видел!) ни в чем не обвинял, не пытался влиять на отца, не подбрасывал под дверь видеоматериалов и осведомлял только о части общеизвестных к тому времени фактах.
Тони. И с этим надо тоже что-то делать. Но сначала нужно доразбираться с тем наследием, которое Говарду Старку оставил покойный он же сам. Запись декабря 91-го гений оставил на десерт, подозревая, что лучше было бы не смотреть, но придется. Легенды о том, что Старки творят только то, что хотят, не более чем популярное заблуждение. По мелочи самодурствуют, а когда приходит время, делают все необходимое. Через «не хочу», «не нравится» и «больно».
Говард явственно ощущал, как в груди намечается дыра. Сразу после новостей о появлении «команды Тони» и «команды Стива» с полной выкладкой художеств сторон. И как только щи у обоих в короны пролезли? Умерла Пегги Картер, последний бастион адекватности (и Старк никогда бы не поверил, что называет ее именно так), усугубив болезненное самочувствие. Сегодня Говард собирался довести концентрацию немыслимого до абсурда, ненадолго соприкоснуться с самым днищем зарождающейся депрессии и стремительно вылезти  на свет божий. Старый-старый (как он сам) секрет успеха гласил, «если чувствуешь, что даже юмором не вывозишь происходящее, позволь себе на мгновение раствориться в сумасшествии и быстро вылезай».
Старк планировал добить себя и молился, чтобы все прошло как надо. Метод ненадежный, рискованный, но действенный. Гений тщательно выбрал день. Обложился алкоголем на помин души. И приступил.
...Он катался на всех кругах ада как на чертовых каруселях, а Дьявол смеялся ему в лицо. Даже мысленно не соотнося себя с убитым мужчиной, ни разу не касаясь женщины с благородными чертами, его резало на части от уютного, такого...родного? звенящего в ушах негромкого  голоса, тревожно звавшего его по имени.
А ведь это могла быть его жизнь. Она могла быть его женой.
До 49-го года жизнь обоих Говардов была идентична до кляксы в документах, оформленных для пересечения границы с Советским Союзом. Старк неделю скрупулезно соотносил все события, приходя к выводу, что с вероятностью 100 процентов закончил бы так же.
Но где-то там, в другом измерении была спасена прекрасная женщина Мария. Ее будущий муж трагически пропал в ноябре 1949-го, возможно погиб в результате неудачного эксперимента.
У гениев такое случается.
«Хоть что-то хорошего сделал», - успел подумать Говард прежде чем ее голос вновь вернул душу в пекло ада. Обмануть себя не вышло. Абстрагироваться не получилось. И Старк даже близко не представлял, что твориться с ним сейчас на физике.
Прошел один миллион лет, прежде чем бесконечная промотка остановилась.
-Фрайдей?
В горле неприятно саднило. Вероятно, он орал. Хорошо, что в доме прекрасная звукоизоляция, а где носит сына не знает даже Настрадамус.
-Фрайдей!
Программа молчала, демонстративно выводя в пространство информацию о резком ухудшении самочувствия подопечного. Все верно, все так и было. 
-Сыну ни слова. И...спасибо.
Пошатываясь, бросив чуть раздосадованный взгляд на заготовки несостоявшейся алковечеринки, Говард побрел на крышу. Программа мероприятий пополнилась пунктом «проорать в небо «Она жива! Слышишь? Она жива!» и только после этого, часа через два Говард обессиленно рухнул  на пол.
Она жива. Пусть не здесь, но там она жива. Вырастет, отучится, выйдет замуж и проживет долгую жизнь с достойным человеком.
А здесь...Он жив. Стивен жив. Тони жив.
Ему ли, блин, жаловаться?
С наслаждением втянув ночной воздух, Говард на выдохе  пробормотал «Господи, хорошо то как». Ему дали второй шанс, и он будет самой великой сволочью, если упустит его. Нужно то всего ничего, помочь сыну, да вернуть Роджерса.
Скоро закончится ночь, наступит утро, навсегда забрав этот вечер и развеяв остатки кошмара.
Постепенно возвращались иные чувства. Старк с удивлением понял, что успел порядком подмерзнуть стоя на крыше и прыгая по ней почти в синем состоянии. В доме его ждет виски. И бренди. И водка Столичная, Бог знает, как оказавшаяся на этом празднике то ли жизни, то ли смерти.
Пора уходить, заполировать весь спектр ощущений, что едва не вынес гению крышу (а заодно и гения с крыши). Ведь в какой-то момент безумия это показалось ему блестящей идеей.
«Торжественно клянусь больше так не делать. Никаких призраков из прошлого!»,-непонятно кому пообещал Говард.
«Ты уверен?»-спросило мироздание.
Через пару минут Старк наблюдал (излишне пофигистично) беспилотник в ночном небе. Даже когда аппарат приземлился на крышу, мозг лениво поинтересовался, а не галлюцинация ли это? Спокойная реакция системы безопасности натолкнула на мысль, что может это Старк младший-старший прибыть изволил?
-Сержант Барнс?!
Реальность. Бессердечная ты сука.

Отредактировано Howard Stark (2017-08-06 02:41:45)

+5

3

В момент приближения к точке назначения шлюпка (а иначе, чем шлюпкой, этот беспилотник Барнс назвать не может) больше напоминала дырявое корыто. Еще вчера, забираясь в похожее на летающую капсулу средство передвижения, Баки задумывался: а выдержит ли оно настолько длительный перелёт? Уровень науки в Ваканде, если верить тому, что им говорили и показывали, заметно превосходил достижения военных сил даже Штатов. И в подобных беспилотниках был стелс, позволяющий пройти над границами воздушного пространства, не превратившись в мишень.
Барнсу повезло - он почти всё время проспал, будто тех нескольких недель в криокапсуле ему было мало. Изредка просыпался от тряски и шумов, кажется, пару раз его даже почти подстрелили, но в целом везло, как пьяному - снаряды чиркали по бокам шлюпки, оставляя на неё чёрные росчерки подпалин, но не наносили серьёзных повреждений. Барнс мало волновался по этому поводу - сделать он вообще ничего не мог. Сперва он думал над тем, чтобы высадиться где-то поближе к Ваканде, в Африке, ближе к одной из старых баз, где могла быть подготовлена (и наверняка была) крайне полезная заначка. Фальшивые документы, кредитки, аптечка, которая его взбодрит и довольно быстро поставит на ноги. Но это существенно замедлит его дорогу к цели, кто знает, вдруг его хватились и выслали за ним погоню? Барнс не знал, насколько всё в Ваканде серьёзно, а потому малейшая пауза могла оказаться фатальной.
Последний час, пролетая уже над воздушным пространством Штатов, Баки выглядывал в иллюминатор, он скучал по родине, всегда скучал, и теперь, даже не вдыхая родной воздух, но созерцая города сквозь белые хлопья облаков, он чувствовал себя в разы лучше, появлялась какая-то надежда. Возможно, стоило обратиться за помощью к кому-то другому, к кому-то, кто при встрече не захочет пришибить его на месте, но Барнс знал только одного друга Роджерса, который был способен решить настолько масштабную и странную проблему. Тони Старк, встреча с которым прошла не очень удачно, вот кто может помочь кэпу. Наверное, стоило подумать о том, как убедить миллиардера и гения в том, что он не лжет, по пути сюда, но Барнс позорно спал, в голову не пришло ни одной идеи, кроме как показаться, подняв руки вверх, показать все свои ссадины и признаться, как всё вышло.
Если Старк вообще станет слушать.
В Нью-Йорке Зимний поставил шлюпку на ручник, пилотируя прямиком к возвышающейся над остальными зданиями Башне. Он аккуратно приземлился прямо на её крыше, на безопасном расстоянии от края, в случае, если Энтони при его виде стрельнет в посудину из репульсора сразу. Но на крыше, на первый взгляд, никого не было. Ни переполошенного Старка, ни охраны... Башня не выглядела заброшенной, некоторые из её этажей горели жизнью полностью, все окна светились, но, видимо, крыша не была той частью, которая внимательно и пристально охранялась. Не каждый день на неё приземлятся беглецы из Ваканды.
Пробираться внутрь было бы уже взломом. Барнс выбрался из беспилотника, пошатываясь - он всё ещё был очень слаб, и, по правде говоря, вместо общества разъяренного Старка ему бы куда больше пригодился двойной чизбургер, или, что ещё лучше, стакан воды. Но стоило ему ступить обеими по-прежнему босыми ногами на холодный и твёрдый бетон, реальность снова дала поддых, причем с той стороны, с которой ждал ещё меньше. Напротив, на расстоянии какой-то пары десятков метров - зрение у Барнса хорошее, и рассмотреть он может даже, насколько аккуратно подстрижена бородка у этого человека - он видит Старка. Не Энтони, а его родителя.
В последний раз в жизни Барнс видел старшего Старка в добром здравии в день его смерти. Кодировку задания Джеймс помнил и сегодня, помнил, и как выполнял его. Необходимо было сымитировать автокатасрофу - никакого огнестрела, ручная работа. В тот день Зимний не вспоминал, что это за человек, не помнил, как восторженно наблюдал за его демонстрациями на площадях Нью-Йорка, в душе представления не имел, что во время войны именно этот человек помогал ему и его лучшему другу, именно благодаря Говарду у Баки тогда была нереально высокотехнологичная пушка с отменным оптическим прицелом. И именно этого человека тогда, в декабре девяносто первого, он до смерти забивал бионическим протезом, просто потому, что живой рукой это делать было бы дольше. Металлом в разы быстрее проломить череп.
Гораздо позже, вспоминая всех, кого убил, Баки не единожды думал о Говарде, супругу, Марию, тоже было жаль, но она никогда не была ему другом, они даже не были знакомы. А вот Говарда он помнил, его голос и чувство юмора, такое старковское. Он помнил его не старым и мёртвым, а живым, молодым, с аккуратными чёрными усами и хитрым взглядом. Говарда времён войны.
Зимний ни с кем не говорил о том, что жертвы приходили к нему и во сне. Говард тоже приходил, ничего не делал, не говорил, просто смотрел, смотрел, и Баки становилось стыдно и до обидного больно за украденные годы у него, за украденные жизни - им.
И вот сейчас напротив него оказался поразительно тот самый Говард. Молодой, высокий, худющий, как щепка. Прямо из снов, только теперь - не молчит, а зовёт его сержантом, ещё и таким тоном, будто сейчас добавит крепкое словцо.
Градус абсурда происходящего за последние сутки именно сейчас переваливает критичную отметку. Барнс понимает, что всё вокруг кажется ему слишком холодным, даже ледяным, наверное потому, что у него жар. Лихорадка, а мужчина напротив - её продукт, натуральный, чистейший бред.
- Мистер Старк? - сипло спрашивает Баки, норовя залиться истеричным смехом. - Говард? Не может быть. Я же тебя убил! Всё ясно. Я в бреду.

+5

4

Вот так и приходит шизофрения. Нежно обнимает ручками шею. Ручкой.
Нет, не так.
Ее кисть свисает с плеча. Его кисть. Знакомьтесь, это не шизофрения, это... как там его... Джеймс Бьюкенен Барнс, в сороковые более известный как Баки Барнс, в девяностые знаменитый в как зимний солдат. Кстати, почему «зимний»? Он  вроде не зимой родился.  А когда? А кто бы знал.
Память неуверенно подсказывает «март?», тут же ехидно уточняясь «тебе зачем? На мраморе выбить?» И Говард не знает, что ответить. Пару часов назад Старк умирал вместе со своим двойником, а сейчас тащит с крыши своего несостоявшегося убийцу.
-Хреново убил, раз я живой такой,-то ли на самом деле злиться, то ли просто ворчит Старк,-Не судьба тебе сегодня к вратам рая. Коньковым ходом.
Одно Говард знает точно. В случае промедления его успешно заменит архангел Михаил, и шутка про эдем потеряет свою актуальность.
Насколько Говард разобрался в непростых, как гордиев узел, взаимоотношениях Тони с окружающим миром, конкретно к этой единице мира сын любовью не страдал. Более того, с удовольствием разобрал бы Барнса на запчасти, но упс, кто-то сделал это раньше его. Зимний выглядел так, словно его жевал динозавр. Долго. Тщательно. И выплюнул в сторону Башни вместе с другой жертвой недожева. Беспилотник смотрелся очень грустно. У солдата дела были еще хуже: одной руки нет, одна нога почти не рабочая, а сам он целиком и полностью колотится в ознобе.
А тяжелый какой, гад. Сразу видно, что в армии не бабочек ловил, а в Гидре занимался не балетом.
Барнс. Говард его помнил. Прозвище его, конечно, слух коробило, но ничего, привык.
Барнс. Лучший друг Стива. На линии фронта те еще были попугаи неразлучники.  Вооружал его Старк соответственно, раз уж ближе всех к кэпу, значит отвечаешь за безопасность. О безопасности самого Джеймса Старк как-то не подумал. Война была, за каждым не уследишь, а Барнс внушал чувство основательности, непоколебимости, бытия на своем месте.  Был на слуху у Старка, а мгновенно незабытой (за ненадобностью) информации хватило на какую-никакую характеристику.
Барнс умел думать. Умел шутить. И не зацикливался на возвышенных идеалах. Был человеком земли, другом для многих, ярким и не теряющимся на фоне именитого товарища. Был.
Старк не пришел на его похороны, посчитав это неуместным. Старк ненавидел подобные мероприятия, и, в конце концов, не был усопшему близким или родственником. Но был тем человеком, который сразу сказал, что искать тело будет бесполезно.
Может зря сказал.
И вот теперь один восставший из мертвых тащит второго восставшего из мертвых, действуя больше по инерции, чем по велению ума. Это потом Говард подгонит обоснуй, мол так и так, умереть наш гость всегда успеет, а вдруг сгодится на что живым?
А сейчас Старк не думал. Он тащил бойца, потерянного семь лет назад. И очень хотел дотащить.
Стол отлетел в стену, посланный в космическое пространство хорошим пинком. Жалобно звякнув, бутылки дорогого и не очень алкоголя превратились в стеклянный неликвид, но Говарду было плевать. Он освобождал место на полу, на единственной ровной поверхности.
-Фрайдей, сканируй. Как можешь сканируй.

Еще никогда технологии не осваивались им с такой скоростью. Старк мысленно благодарил все зло мира, нападавшее, нападающее и строящее планы нападения на Мстителей хотя бы за то, что в плане оснащения на случай экстренной медицинской помощи Башня давала миллиарды очков вперед тому, что было в самых современных госпиталях сорок девятого года.
Состояние Барнса было неоптимистичным, но и жизнеугрожающим оно быть перестало. Переломы, глубокие порезы, асфиксия. Давая мужчине побыть в забытье, Старк с удивлением читал отчеты Фрайдей, снятые с приборов.
Что есть Гидра? В биологии-мелкое пресноводное. Вот и вернуть бы ее на историческую родину,и чтоб как можно глубже.
Один анализ крови чего стоил. Вообще-то Говард опасался заражения, но теперь даже немного сочувствовал возбудителям инфекций. 
Инфекциям то сочувствовал, а кредит сочувствия Барнсу  исчерпался уже к утру, начиная стремительно уходить в минус. В момент «данунафигнадоело» мужчина был бесцеремонно  приведен в чувство. Программы отсчитывали дозировку медикоментов, чтобы незваный мог хоть как-то осознавать  реальность, не покинув при этом грешный мир на крыльях ангелов.
-Итак, убийца дней моих суровых, перед тем, как Тони превратит мой мозг в конфети, а тебя превратит в труп, поясни, на кой черт я так рискую?
Ответ они знали оба.
Стив.

Отредактировано Howard Stark (2017-08-06 02:54:20)

+5

5

Спасительная теория о том, что стоящий напротив живой и неприлично молодой Старк-старший является плодом воображения Барнса, трещит по швам, и слишком быстро разваливается. Потому что к Баки подходят, подхватывают, помогают идти, и тёплое плечо, на которое так просто опереться, отнюдь не призрачное и передвигается он действительно быстрее.
Баки никак не рассчитывал, что ему так просто будет проникнуть внутрь Башни, он по-прежнему опасается, что придёт Старк-младший, хотя на вид он постарше Говарда будет, и уж тогда его точно вышвырнут, не поверив ни одному его слову. Говард отшучивается, прямо как тогда, семьдесят лет назад, тон его голоса и юмор настолько не изменились, что Джеймса пробирают мурашки.
- Ты ведь не тот Говард, да? Молодой. Из прошлого, что ли? Из какого, раз башня стоит, поди, Старк никуда не девался, - едва слышно бормочет Баки, ни разу не укоряя себя за жутковатую прямоту, уж слишком чует солдат, что его простят сейчас, и спишут весь этот бред на состояние шока. Впрочем, он бы и сам списал. - А где Старк? Твой сын. Он нужен, с ним всё в порядке? - в голосе Барнса звучит неподдельное беспокойство. Кто ещё, если не Тони, влиятелен в реальном мире настолько, чтобы помочь кэпу? Баки второго такого не знал.
Дальше происходит уже до оскомины знакомая процедура. В который раз ему помогают улечься на гладкую и ровную поверхность, особо не спрашивая, и латают. Барнс надеется, что латают. И внутренне смеётся над собой, потому что по-прежнему надеется. Он не знает человека, который бросился так любезно ему помогать, в конце концов, мало ли кто мог украсть личину Говарда, мало ли. Вчера ему уже довелось общаться с чем-то, что украло личину Стива, и чем это закончилось? Но у Баки совершенно нет альтернатив и он даже не пытается выбить какие-то доказательства. Ему вводят какие-то препараты, он даже не знает, какие, но через пару минут начинают слипаться глаза.
"Надо было спросить его о чём-то, что никому не известно", - тревожные мысли ворочаются в его голове, не желая униматься, о чём спросить Говарда, он сразу придумать не может, а потому гениальная мысль приходит уже тогда, когда он отрубается, - "фондю! Надо было спросить про фондю!"
В сознание Барнс возвращается очень скоро, чутко прислушиваясь к ощущениям - тело стало будто легче, рука-ноги больше не налиты свинцом, боль ушла полностью - видимо, его под завязку накачали обезболом. Вторым приятным открытием становится тот факт, что он остался в том же положении и состоянии, в котором и засыпал. По привычке Баки сразу не открывает глаза и притворяется спящим, проверяя, насколько подвижны рука-ноги, но нет, чудо случилось, на него даже не одели наручники, не говоря уже о специально приспособленных фиксационных ремнях, способных удержать суперсолдата с бионикой. Ах да, о чём он, бионики у него по-прежнему нет, и при ходьбе по инерции оттого слегка заносит вправо.
Барнс глубоко и облегченно вздыхает, открывая глаза. Напротив - точнее, где-то слева и сверху - Говард. Взгляд у него ровно пытливый и подозрительный, что Баки кажется, будто где-то из его черепной коробки на него смотрит Энтони. Глаза у них  похожи настолько, что становится жутко.
Увиливать некуда, да и незачем. Барнс решает рассказать всё, как есть.
-  Ты, наверное, знаешь о Соковианском договоре, и с той шумихой вокруг меня и взрыва, - словно нехотя, начинает Зимний, кривя губы в улыбке, больше похожей на оскал. Его по-разному использовали, но тогда, повесив на него взрыв и все те смерти, так его ещё не трепали.  Превратиться в первую мишень для спецслужб всего мира оказалось ямой, из которого даже ему не удалось выпутаться, а потом туда засосало и кэпа. - Мы со Стивом удрали в Ваканду. Я успел пробыть там два дня, но, знаешь, со всей этой хренью, которая осталась в моих мозгах, мне очень не нравится жить. Это как пороховая бочка, раз, два - и ты уже пытаешься убить того, с кем минуту назад мирно попивал чай. Кому бы такое пришлось по вкусу? В Ваканде хорошие учёные, заморозили меня ещё лучше, чем в Гидре. Говорили так, во всяком случае. А потом разморозили, - Зимний морщится, глядя куда-то мимо Говарда - вспоминает. Он прокручивает всё сказанное Стивом в голове, пытаясь понять, что упустил. На душе кошки скребут, особенно от фразы - "я это сделал для нашего будущего, Баки". Знать бы ещё, что сделал. - Вот только разморозили меня  не они, а Стив. Просто пробил дыру кулаком в стекле криокапсулы, говорил что-то странное, о будущем, о том, что он жалок и сам себе противен. Его речь была настолько бессвязна и не похожа на то, как обычно излагает Стив, - Баки нахмурился, он волновался о Стиве, которого бросил там, в чужой и далёкой Ваканде. - А потом он попытался меня убить. Я сбежал через окно, украл беспилотник Т'Чаллы, и вот, спустя меньше, чем сутки, я тут.
Барнс пожал плечами. Вот и вся история, больше ему рассказать особо нечего. Вместо доказательств - показания диагностического аппарата, использованного Старком. Они-то точно не соврут.
  - Я успел его поранить, благодаря этому удалось сбежать, - Баки поднимает чуть подрагивающую ладонь, резаная рана начала затягиваться, но кожа по-прежнему перепачкана кровью, почти чёрной. - Здесь моя и его, можно ли это как-то использовать? Проанализировать, может, его отравили? - сквозь спокойный голос Зимнего прорывается тревога. Тревога и вина, они жгутся изнутри, как Барнс вообще мог, как посмел его бросить?..

+5

6

Он стоит перед Барнсом без​ всякой защиты или оружия, и возможно это самая большая глупость, которая его однажды погубит.
Потому что аура гениальной ушибленности за щит не считается.
Он стоит и думает. Учится думать, как днями ранее учился ходить. Ходить по улицам, переполненным людьми и транспортом, коих неожиданно стало слишком много, ходить по полу мастерской, чье покрытие способно обездвижить любого воришку.  Учился смотреть на буйство неестественных цветов и красок, учился слышать о том, как он жил и как умер, как его лучший друг едва не убил его сына, учился дышать после всего, что узнал.
Скурпулезно, вдумчиво впитывая каждое ощущение и заставляя его быть частью себя. Адаптируя чуждое, разбирая болезненное до таких степеней, когда оно перестает быть болезненным, превращаясь просто в информацию. У него нет времени на полноценную адаптацию нервной системы, он нужен здесь и сейчас, в рабочем адекватном состоянии, без множества внутренних демонов, которые хотят есть и без конца отвлекают.
За бесконечным юмором, лёгкостью бытия скрывался тот ещё завод по утилизации мусора. Сказывалась относительно спокойная когда-то жизнь и относительно нормальная когда-то семья.
И горький урок 46-го года.
Он  уже спокойно, почти нормально, вспоминал, что совсем недавно Стивен выбрал из двух друзей, Джеймса и Говарда, Баки Барнса, потому что так было правильно. Мертвые не товарищи живым, и надо бороться за тех, кто еще дышит. Кэп сделал трудный (а может и лёгкий) но всё-таки правильный выбор.
А ко во второй части мерлезонского балета имелись претензии, и очень, очень большие претензии. Как сказал бы Лекси, "вот иду по асфальту я в лыжи обутый..."
Старк и сам был грешен сокрытием важной инфорции, за что всегда был готов к люлям справедливости, если чувствовал, что спрятал гадость недостаточно глубоко.
Ладно, что было, то было. Между Зимним и Железным Стив выбрал Барнса. Его право. С  зубным скрежетом, но Говард признавал этот выбор. С огромными трудом, но Тони жил дальше
Допустим. Но.
Какого черта?! Если ты желаешь убить человека, ради которого пошел против всего мира,  не проще ли было оставить его в сибирском бункере? Можно было выйти покурить, и наши герои без проблем поубивали бы друг друга сами.
Нелепица. Бессмыслица какая-то.
-У вас там в гидре что, сначала борщ с бутиратом, а потом все остальное?
Говард устало трёт переносицу. Не то, чтобы известие доконало его полностью, просто он не спал три ночи, а до этого дремал урывками. Мозг совершенно не желал обрабатывать информацию, полученную из столь странного источника, что не мешало Старка заставлять себя думать.
-Я тебе не верю, но я все проверю. Ваканда, говоришь? Душевная страна.
Говард  наконец-то полностью фокусирует внимание на Барнсе. Знакомое лицо незнакомо до неузнаваемости.
В одной жизни они были очень мало знакомы. В другой жизни Барнс его убил. Что будет в этой Старк не знал.
-Я тебе не враг. Но я отец человека, пострадавшего от твоих рук...- Говард задумчиво смотрит в глазв обессиленного солдата, пытаясь найти ту самую формулу, что не утянет Тони, Стива и его самого в бездну, заодно пытаясь встроить в уровнение найденного Барнса, - Значит так. Долги за свою жизнь прощаю все оптом.  Не думаю, что старый хрыч в могиле будет сильно против, он свою карму долго нарабатывал. Марию только жалко. Но за сына ничего решать не могу, разбирайтесь сами. Что смотришь, я тот самый Говард из 49-го, не туда заехал на машине времени. Банально, у тебя более увлекательная история. И...Джеймс. Хорошо, что ты выжил. Покойники тянут живых вниз, а конкретно наши живые итак на самом днище. У нас  чертовски много работы, Джеймс.
В конце концов, не сам ли Говард исповедовал принцип "Накосячил? Исправляй. Пробуй. Пытайся. Хотя бы вид сделай"?
А ещё он не без мрачного удовлетворения думал о том, что наконец у него появилась возможность безнаказанно скинуть на кого-то часть своей работы. На кого-то, кого он знает, и кто так же заинтересован в результате, будучи замотивированным по самое не балуйся.
Слава Богу.
Старк ещё покопается в темной истории с прибытием Зимнего, слишком много вопросов в ней и белых пятен.  Но даже если это изощрённый план гидры, Старк успеет припахать Барнса на разгребании этой руды. А там посмотрим, кто он есть на самом деле, опрометчиво подаренный врагом ресурс и потенциальный труп или будущий союзник.

+5

7

- Если бы борщ, - ворчит Барнс, складывая руку на груди. - Если бы с бутиратом...
Зимний качает головой, глядя прямо перед собой - вверх, к слепящим глаза лампам. Он настолько привык к тому, что ему не верят, что заявление Говарда о "не верю но проверю" не вызывает в нём малейшего отклика, он не оскорблён, не обижен, не расстроен и вообще пропустил это мимо ушей. Возвращаясь после очередной миссии, Барнс давал показания в кресле, под детектором лжи, обходить его такие штуки учили, но у Гидры были препараты, способные блокировать любые обходы, а были и другие вещества, сродни сыворотке правды, бьющие по психике, как сильнейшие психотропы. Да и не только по психике. Джеймс подумал вдруг, что было ведь время, когда ему верили - в далёкие времена второй мировой. Слишком давно. Он бы и сам себе не поверил, с таким-то прошлым, он - тот парень, который может оказаться ходячей бомбой, сам того не подозревая. Недоразмороженный амнезийный солдатик, даже если сам верит в то, что говорит, вполне может опять и снова оказаться чьей-то пешкой. Предельное недоверие ко всему окружающему - и даже к себе - с каких-то пор въелась в жилы и стала второй нормой, вторым воздухом. Потому Баки просто кивает, принимая как факт, что он здесь на сроке мягко говоря испытательном.
А затем переводит взгляд на Говарда. Как всё же размеренно и осторожно он излагал, пожалуй, сказанное следовало трактовать как "я своё дело сделал, ты молодец, парень, что приполз на локтях, но если мой сын захочет разнести тебе голову, так и будет" - пожалуй, это был лучший вариант из ожидаемых. Баки мог ждать, что его запрут в карцер или станут допрашивать с пристрастием. Даже когда Стив его разыскал, тогда, с Соколом, его задержали не слишком-то гуманным способом, придавив бионический протез грузом в пару тонн. Не на что обижаться, сам заслужил, так себе твердил Баки, но чувствовать себя псом на привязи всё равно отчаянно не нравилось, было кое-что, что он приобрёл за время работы на спецслужбы - исключительную любовь к свободе. Поэтому сейчас, под действием лекарств, под весьма дружелюбные речи Говарда, он практически ловил дзен и в какой-то момент даже растянул губы в улыбке - кривоватой, немного безумной, но с искоркой подлинной радости.
- Спасибо, Говард, думаю, мы с твоим сыном договоримся без чьей-либо помощи, я постараюсь, честно, - Зимний осторожно, боясь потревожить ушибы, сел, с удивлением отмечая, что наконец-то может шевелиться и менять своё положение потуг заскулить от боли. Так же аккуратно он встал, широко расставив ноги, его слегка покачивало и даже клонило в сон - лекарства давали своё. Только сейчас Барнс, случайно поймав в зеркале на стене своё отражение, понял, что он грязный и небритый, как чёрт, и даже руки до сих пор в крови - своей и Стива. Внешний вид в стиле "гроб краше кладут" был вполне приемлем для жителя криокапсулы, но, раз уж он разморозился и на цепь больше не садят, от вида бывалого бездомного стоило как можно быстрее избавиться. - Где я, кстати, могу найти душ и кухню?
Барнс собирался привести себя в порядок, вымыть свисающие сосульками волосы, сбрить начисто рябоватую бороду, и, возможно, даже принять ванну.  После чего он разыщет холодильник и сделает себе многоэтажный бургер, наестся до отвала... Выпьет чашку крепкого кофе. А потом уже и встреча с Железным человеком не пугала: умирать счастливым совсем не страшно.

+4


Вы здесь » Marvelbreak » Отыгранное » [07.06.2016] Ghost story


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно