ОБЪЯВЛЕНИЯ
АВАТАРИЗАЦИЯ
ПОИСК СОИГРОКОВ
Таймлайн
ОТСУТСТВИЕ / УХОД
ВОПРОСЫ К АДМИНАМ
В игре: Мидгард вновь обрел свободу от "инопланетных захватчиков"! Асов сейчас занимает другое: участившееся появление симбиотов и заговор, зреющий в Золотом дворце...

Marvelbreak

Объявление

мувиверс    |    NC-17    |    эпизоды    |     06.2017 - 08.2017

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Marvelbreak » Отыгранное » [2025г.] PACIFIC RIM: Down with the Sickness


[2025г.] PACIFIC RIM: Down with the Sickness

Сообщений 1 страница 16 из 16

1

[epi]PACIFIC RIM: Down with the Sickness 2025г.
Grant Morrison (Stryfe), Jake Olsen (Thor)
https://www.firstcomicsnews.com/wp-content/uploads/2018/04/Pacific-Rim-Logo-600x257.png
... Каждую ночь старая дева заглядывала под кровать, проверяя, не спрятался ли там мужчина.
Со временем она поставила вторую, чтоб ее шансы удвоились (с)
Продолжение эпизода: PACIFIC RIM: Coastal Wall
[/epi]
[icon]http://forumstatic.ru/files/0017/90/c0/33138.gif[/icon]

+3

2

Признаться честно, маршал Грант Моррисон никогда не любил токийский шаттердом. Не любил он и Японию в целом, как и весь «восток». Не понимал он их культуру, мировоззрение и образ жизни. Абсолютно всё здесь казалось ему каким-то неестественным, ярким, вычурным, никак не вписывающимся в его взгляд на этот мир. Он так и не научился ни понимать какое-то особенное по своей структуре творчество местных знаменитостей, ни есть сырую рыбу палочками, ни ценить жизнь на острове.

Нет, он не любил Японию. Но искренне уважал работавших здесь людей, восхищаясь их трудолюбием и ответственностью. Прибывая сюда, он мог с уверенностью сказать – в токийском шаттердоме всё будет работать как часы. А что не работает, то уже в процессе починки.

К слову о часах.

Моррисон бросил взгляд на механическое устройство над входом в ангар. Кто-то мог бы осудить создателей тех самых часов за отсутствие некой современности и технологичности, но именно в таком виде эти чертовы часы стали символом. Именно так, символом. Грядущей катастрофы. И пусть Моррисон мечтал о том дне, когда нужда в часах отпадёт навсегда, он научился относиться к ним с удивительным спокойствием. Может быть привык, а может в какой-то момент осознал, что невозможно тратить свои нервы каждый раз, когда идешь в бой из которого можешь не вернуться, когда отправляешь на смерть кого-то другого, когда смотришь, как очередной треклятый монстр выходит на берег.

Он уже давновато не ступал в кабину собственного Егеря, но всё ещё помнил, что такое дрифт. Помнил, что значит держать в руках оружие. Пусть не непосредственно в своих, но в тех, которые мог назвать его. Его и ещё одного человека. Так уж вышло, что Моррисон пошёл на повышение, лишившись своего напарника. И с тех пор не слишком-то хотел пускать кого-то в свою голову. Позволять переживать то, что пережил он. Видеть то, что там творилось.

И так уж вышло, что сегодня на базе был ещё один пилот, со схожей историей и в схожей ситуации. Пилот, которого он мог назвать другом.
Он нашёл напарника для Джейка Олсена, хотя и совсем не так, как планировал.
Они не проходили совместных тестов и боёв, но знали друг друга достаточно долго, что понять – у них все шансы на дрифт-совместимость. А ещё очень маленький выбор.
Вероятно, пришло время вернуться в бой.
А ещё они нашли ещё одну команду. Талантливых молодых людей, которые делали удивительные успехи. Если бы ещё он мог дать им то, что они заслуживали. То, что так старались похоронить вместе с программой Егерь бюрократы, воспевавшие Береговую Стену. Моррисон не хотел, что они стали последними защитниками, но ему никто не давал выбора. Но опускать руки он не умел.

- Джейк.
Маршал с улыбкой кивнул другу и, вполне вероятно, будущему напарнику. А напарник в Егере это куда большее, где бы то ни было ещё.
- Хорошее утро.
Командир поднял глаза, рассматривая своего Егеря. Удивительный механизм хранил память о многих победах. Его победах. Он был готов разделить его с Олсеном. Как и свою память. Странное чувство.
Моррисон кивнул вглубь ангара.
- Идём. Поздороваемся.
[NIC]Grant Morrison[/NIC][AVA]https://i.imgur.com/eVMPRry.png[/AVA][STA]Bastion[/STA]

+2

3

... Очередной окурок полетел в щель между бетонными плитами - но порыв ветра подхватил его, относя прочь от цели, и Олсен с беззвучным проклятием вынужден был прижать, а затем и загнать его в темное отверстие носком ботинка. И на нахмурился. Не то чтобы он верил в приметы, но две выкуренных сигареты подряд покорно исчезли в стыке, а этот третий...
Глупость какая. Нет ничего магического в числе три.

В ответ на приветствие босса он подтянулся и даже изобразил пятками подобие выравнивания. Или прищелкивания. Словом, жест, который положено делать перед вышестоящими офицерами; тот, что так полюбился всем режиссерам фильмов о Втором Рейхе. И так же молча последовал за маршаллом, испытывая странное чувство. Вдвойне странное.
Он был не на своем егере.
Он был не со своим...

Ну, допустим. С тем, что его напарник ушел еще как-то можно было смириться. До женитьбы Олсен не раз и не два крутил романы с красивыми девушками, и прекрасно знал, что значит быть брошенным. Ты возвращаешься утром - а на столе записка. Или же вдруг (ты на совещании, на презентации, на переговорах, ты помогаешь отцу, готовому подписать миллионных контракт) - и вдруг телефон вздрагивает.
Прости, наша встреча была ошибкой.

Обычно считается, что у миллионеров, ну или сыновей этих самых миллионеров подружек хоть отбавляй, и за деньги можно купить любую. Это и так, и не так. Купить, разумеется, можно почти любую - только в какой-то момент начинает хотеться уверенности в том, что любят тебя, а не твои деньги.
Очень шаблонно. Но, тем не менее, правда.
Ему повезло. Хотя... Ненадолго, но повезло.

... Но купить можно, и правда, не все. Кайдзю, разрушившего Сидней, не покупали. И, если бы было можно, приплатили бы, чтобы он не появлялся. Не возникал из разлома.
Жертвы сиднейского разрушения обычно считаются тысячами. Не учитываются те, кому не повезло встретиться с ним еще до того, как огромные лапы коснулись стены.
Что ж, он не смог заплатить кайдзю, но сумел вложиться в постройку личного егеря. И вот теперь он не с ним. Добро пожаловать в мир реальности.

... Все так же молча он кивнул в ответ на предложение познакомиться. В отличие от большинства, Джейк не очеловечивал егерей. Егеря можно починить, можно отдать на металлолом, можно снять с вооружения, или же снять вооружение с него самого. Но, несмотря на кажущееся сходство, ничего этого нельзя сделать с людьми.
Особенно запустить вновь.

И все же было невежливо не отвечать человеку, сердце которого трепетало при взгляде на его титанового товарища.
- Сколько узлов делает? Плазма, а еще что?
[nick]Jake Olsen[/nick][status]Thunderer[/status][icon]http://ipic.su/img/img7/fs/800-20.1566049514.png[/icon]

+2

4

На вполне успешную попытку своеобразно отдать честь маршал не обратил внимание. То есть, конечно же, он заметил телодвижения Джейка, и в целом оценил, но считал лишним. Пусть программа Егерь была практически ликвидирована, Моррисон был весьма внимателен в вопросах дисциплины. Он считал, что добрая часть боевого духа держится именно на вот этом практически последнем ощущении того, что они всё ещё принадлежат к функционирующей и готовой к бою военной организации.

Но не в отношении Джейка Олсена. Сейчас он видел в Джейке не подчиненного, а без пары минут напарника, который, вполне вероятно, будет знать о нём больше, чем он сам. И что ещё важнее – друга.
Нельзя сказать, что маршал Моррисон скрывал своё прошлое, но и никогда его не афишировал. Теперь его придётся разделить с другим человеком. Вполне вероятно, что Олсену придётся узнать своего командира с другой стороны.

Грант Моррисон прошёл этот путь с самого начала. Успешно пройдя всё испытания благодаря своей великолепной реакции, воинскому мастерству и тому самому ощущению, что любая битва для него родная стихия. Ну и, конечно же, выносливости и дрифт-совместимости. Кто бы тогда подумал, что человек, который пришёл лишь для того, чтобы увидеть самые страшные сражения на планете Земля и сделать на них деньги станет маршалом, из последних сил сражавшимся за умирающую программу.
Иногда ему хотелось ощутить себя тем, прошлым, легкомысленным и беззаботным, жадным до битвы и наживы, стоявшим на пороге академии с усмешкой на лице, словно все вокруг ему что-то должны.

Программа Егерь изменила его. Нет, он остался всё тем же прирожденным воином, жизнелюбивым и порой излишне дерзким, но у него появилась цель. Цель, которая заключалась не только в удовлетворении своих желаний. Глядя на разрушенные города и тысячи жертв, на людей, которые тщетно пытались как-то спастись от гигантских монстров, но в итоге могли лишь подсчитывать потери и хоронить павших, Грант Моррисон неожиданно ощутил цель. Сражаться не только за себя, но и за них тоже.
Олсену придётся увидеть всё это.

Огромный робот, созданный по подобию человека, был надежно припаркован в ангаре. Его окружали платформы, на которых суетились инженеры. Искры от сварки скользили по черной с оранжевыми вставками броне. Надежной броне. Это Моррисон помнил отлично. Увидев своего Егеря, он улыбнулся.
- Tempest Ferox.
Маршал бросил хитрый взгляд на своего друга.
- Думаю, он тебе подходит.
Нельзя сказать, что Моррисон очеловечивал Егерей. Скорее, он считал свою боевую машину продолжением себя. Как и любое оружие, в обращении с которым достигал мастерства.
- Не самый быстрый, но надежный. Плазменная пушка в наличии. Его всё ещё латают после последней битвы, плюс некоторые апгрейды, которые мне удалось выбить напоследок. Обещают закончить в течении недели.
Моррисон несколько секунд помолчал, а затем пожал плечами.
- Со вторым оружием ещё есть шанс определиться. Есть предпочтения?
[NIC]Grant Morrison[/NIC][AVA]https://i.imgur.com/eVMPRry.png[/AVA][STA]Bastion[/STA]

+2

5

Джейк ничего не ответил. Бросив на маршалла взгляд - больше формальный, чем взаправду просительный (о какой просьбе идет речь, если уж тот решил допустить нового напарника в душу?) - он коротким прыжком очутился на инженерной платформе, а оттуда проворно, как обезьяна, цепляясь за фермы и тросы, добрался до головы егеря, полураскрытой, словно у больного, которому собираются сделать трепанацию. Опасно качнувшись, через мгновение он был уже внутри кабины, и огляделся.
- А что, бара нет?- его голова вскорости появилась из несмонтированной смотровой щели, а голос, насмешливый, низкий, звучал одновременно и странной тоской и насмешкой.- В моем "Громовержце" был. Перекурить, пропустить стаканчик между боями. Душ, кондиционер... я так понимаю, тоже отсутствует. И писать приходится в штаны. Ох уж эта Америка!- и, тряхнув светлой гривой, под порывом ветра тут же рассыпавшейся по лицу, он снова исчез внутри кабины. Затем снова заговорил, обращаясь к инженерам, выспрашивая о готовности меха и отпуская какие-то ироничные замечания.

- Что ж, мальчик что надо,- появляясь уже окончательно, и даже слегка перегибаясь через кабину (со стороны и снизу зрелище человека, висящего на высоте трехсот футов, должно быть выглядело жутковато и вызывающе) резюмировал Олсен.- Только знаешь, давай вот без этих японских штучек типа "горящий клинок" или меч... и вот это все. Циркулярная пила с водяным охлаждением будет в самый раз. При удачном попадании вскрывает брюхо кайдзю как плюшевого щеночка малышки Молли... а при неудачном - тут и Христос со всеми ангелами не поможет. Кстати, маршалл,- снова серьезнея, почти что мрачнея, и понижая голос, проговорил он.- Я не особо религиозен и матерюсь в бою. И могу быть "левым", если захочешь. Попробуем?- щуря глаза, предложил он, и на мгновение искра тоски снова блеснула в прозрачном взгляде.

[nick]Jake Olsen[/nick][status]Thunderer[/status][icon]http://ipic.su/img/img7/fs/800-20.1566049514.png[/icon]

+2

6

С долей удовольствия глядя за уверенными движениями друга и потенциального напарника, Моррисон дождался когда тот, наконец-то доберется до кабины. Затем качнул головой, улыбнулся и тоже забрался на инженерную платформу, откуда практически повторил путь Джейка. С той лишь разницей, что двигался маршал спокойнее и по более «легальному» пути. Нет, тело ничуть не подводило бывалого солдата, он находился в великолепной форме, да и на смелости ему не занимать, дело было лишь в привычке подходить ко всем своим действиям расчетливо и основательно. Привычке, которая выработалась у него через несколько лет службы в программе «Егерь».

- Я подумывал над баром. Ещё чтобы диван сбоку откидывался, и можно было пиццу заказывать.
Моррисон искренне улыбнулся. Зацепившись руками за край, он с легкостью подтянулся и наконец-то оказался в кабине.
- Но финансирование прикрыли. Не хватило даже на плейстейшен.
Пока Джейк общался с инженерами, маршал окинул взглядом до боли знакомую кабину, вспоминая тот день, когда впервые поднялся на высоту своего Егеря. Когда впервые осознал, что дрифт больше не обучение и теперь всё будет по-настоящему.

Командир повернулся к Олсену.
- Договорились. Никаких горящих мечей.
Он и сам не любил старомодное оружие, которое хоть и демонстрировало определенную эффективность в боях с кайдзю, но всё же требовало то ли определенно склада ума, то ли долгих тренировок, на которые Грант время тратить не стал. У него просто не было ни времени, ни желания учиться мастерству обращения с мечом или того круче каким-нибудь хлыстом или булавой. Смотрелось, конечно, стильно и на рекламные плакаты заходило на ура, но в жизни это было явно не то, чего желал Моррисон, лучшим холодным оружием считавший свои кулаки.
- Значит, будет циркулярная пила.
Без спора согласился маршал. Такой выбор его более чем устраивал. Он подошёл к одному из инженеров, достал планшет, что показал, уточнил детали и проследил взглядом за удалявшимся техником.
- О, дерзкой лексикой меня сложно смутить. Разве что если сможешь научить чему-то новому.
Грант подошёл к будущему напарнику.
- И на бога в бою я не уповаю. Только на себя и на тех, кто рядом со мной.
От опытного взгляда не укрылась тоска во взгляде Олсена. Но ничего поделать с этим Моррисон не мог. Возможно, он сам сейчас выглядел не лучше. Поэтому маршал только кивнул.
- Буду правым.
Грант подошёл к системам управления и положил руку на фиксаторы.
- Думаю, нет смысла затягивать. 
[NIC]Grant Morrison[/NIC][AVA]https://i.imgur.com/eVMPRry.png[/AVA][STA]Bastion[/STA]

Отредактировано Stryfe (2019-10-15 00:42:06)

+2

7

Голубые глаза Олсена на мгновение потемнели, стали резкими, колкими - но тут же он скупо кивнул и, нырнув внутрь кабины, без дальнейших околичностей взялся за шлем левого полушария.
И остановился.

... Наверное это похоже на первый секс, точнее - на первый секс с новым партнером. Казалось бы, много ли мудрости? но под твоими пальцами - тело, незнакомое, словно вход в неизвестную страну; ты изучаешь его наново, нанося на карту шрамы и родинки, вычерчивая рельеф ребер, входишь в ритм непривычного дыхания; обжигая ладони, как скульптор о только что вышедшую из печи глину, затираешь старые трещины в памяти.
Разница в том, что это проникновение не имеет никакого отношенья к любви. И неизвестно, что хуже: если она никогда не возникнет, или если она появится.

Джейк всегда считал, что позиция руководства касательно подбора пар для егерей в корне неправильна. Неэффективна. Не поточна. Сперва ты терзаешься, раскрывая кому-то все самые потаенные мысли, а потом... потом, когда он вдруг погибает, или съезжает с катушек, или же просто уходит, бросив напоследок: "Я просто устал",- чувствуешь себя разоренным. Преданным. Да что там: ты почти чувствуешь себя как любовник, обнаруживший на пороге квартиры свой чемодан и записку: "Прости, это была ошибка".
Кайдзю не могут ждать, пока ты наиграешься в страдания.

Нахлобучив шлем, он поднял защитную мембранну, от дыхания тут же покрывшуюся пятнами влаги. Для дрифта не нужен громоздкий скафандр, не нужен и егерь, не нужна вся хитроумная система креплений и подачи воздуха. Нужны два ненормальных, которые согласятся на этот моральный стриптиз, и мозголомная машинка.
И их воспоминания, готовые вырваться из-под контроля.

.......................................................................................................
- В данной таблице указаны секторы рынка, давшие в последней четверти года устойчивые показатели роста. Должен заметить,- докладчик нехорошо ухмыльнулся,- что по этим показателям после появляния кайдзю мы обгоняем даже сырьевую промышленность, которая, как известно, показывает устойчивую положительную динамику последние двадцать лет и не выявляет признаков стагнации. Итак, ESK и AD8 лидируют с показателями в 2174.83 и 721.89 соответственно; при этом последний демонстрирует тенденцию к увеличению цены за акции, и увеличение с 21.80% за шесть месяцев до 105.62%. Что касается нашей компании, мистер Олсен, то ее рыночная стоимость, даже несмотря на нестабильную обстановку последнего времени, составляет...

За дверью - скорый топоток. Члены совета директоров обмениваются слегка раздраженными взглядами. Неслыханно. Невероятно. Аналитический доклад, как молитва, здесь, в этом месте, не прерывался никогда и никем. Как и любой доклад в Олсен Хэлс Индастриз. Жестоко говорить, но вторжение кайдзю пошло ей на пользу, ведь каждый хотел теперь знать, и в любой момент быть в состоянии знать, где его близкие, и каково их самочувствие. Браслеты здоровья, бывшие для австралийцев лишь модным аксессуаром, и трендовой штучкой (что-то вроде солнцезащитных очков, которые в этой стране значат больше, чем пухлый "лопатник" для русского или большая машина для американца), вдруг стали чем-то вроде магических оберегов.

За дверью продолжался шум. Он взглянул на часы.
2:18

Сначала - всегда самое болезненное.
- Готов, маршалл?
[nick]Jake Olsen[/nick][status]Thunderer[/status][icon]http://ipic.su/img/img7/fs/800-20.1566049514.png[/icon]

+2

8

Как будто у них был выбор.
Именно такой была первая мысль маршала Моррисона, когда он взял в руки шлем. Привычное и до боли знакомое устройство словно с каким-то недружелюбием кололо пальцы. Но нет, речь шла только о его личных чувствах и эмоциях. О, как бы он хотел в любой ситуации сохранять холод не только внешний, но и внутренний, вступать в бой с пустой головой и ясным сознанием. Иногда Моррисон сожалел о том, что он… слишком человек.

С одной стороны, маршал был рад, что его напарником станет Джейк Олсен. Этого человека он уважал, без сомнения был готов позволить ему не только прикрывать свою спину, но и зайти куда дольше – позволить увидеть то, что творится в его голове, безо всякой лжи, без притворства и попытки играть роль того, кем он должен был быть.
С другой – досада. Моррисон искренне хотел, чтобы напарником Олсена стал кто-то молодой, полный надежд и оптимизма. Но как-то не случилось, несмотря на все их старания. Случился побитый жизнью матерый солдат, далеко не всегда сражавшийся с честью и достоинством. Тот, кто давно заменил энергию и легкомысленность молодости силой воли, а оптимизм холодным расчетом.

Моррисон наклонил шлем, рассматривая устройство. Неужели головастики не могли придумать ничего кроме хваленого дрифта, будь он неладен. Да-да, конечно, распределили нагрузку, удвоили чего-то там, так необходимое для управления Егерем, и всё, прорывов в этой области больше не будет? Так и остановимся на необходимости заставить двух людей думать как один? Проживать жизни друг друга и осознавать потерю, только когда один из них двоих исчезает навсегда.

Что же, ладно, ему не привыкать.
Грант решительным, отработанным движением надел шлем, поднял защиту и глубоко вдохнул, расслабляя не только тело, но и сознание. Он видел многое, но всё ещё считал, что его можно удивить. Шокировать - конечно же, нет, но умения удивляться он утратил. Так же, как и тогда, в первые дни в американском шаттердоме. Когда впервые увидел Егерей, когда вышел на площадку для спарринга, ещё не понимая, что значит искать дрифт-совместимого напарника, и само собой, когда впервые понял насколько перед ним открыт разум другого человека и как глубоко он позволил заглянуть в свой. По крайней мере, не ему одному хотелось в тот незавидный момент кричать от вовсе не физической боли.

- Я давно готов. – Ответил Моррисон вовсе не подчиненному, не бойцу, даже не другу.
Напарнику.       
- Запускайте.
Грант интуитивно закрыл глаза, ещё не зная, что ему придется разделить на этот раз.     
[NIC]Grant Morrison[/NIC][AVA]https://i.imgur.com/eVMPRry.png[/AVA][STA]Bastion[/STA]

+3

9

... Это не совсем верно. Начало дрифта всегда боле-менее одинаково. Проникновение (дедушка Фрейд, отпустите меня, вы ведь и сами сказали: сигара иногда просто сигара) начинается с мельтешащих мыслей и образов, зачастую бессвязных, случайно зацепившихся за сознание, словно тина цепляется за сеть. Парни, хохочущие над анекдотом; обрывки песни; чьи-то ботинки, которые ты разглядывал, дожидаясь, пока освободится дежурный по пульту. Джейк не мог бы сказать, его ли это забывчивость, или разум подстроился под необходимость дрифта; или же свойство всего человечества в целом, показывающая, как бесцельно, бездумно и глупо мы тратим величайшее из богатств - время, отпущенное на земле. Утро, ты открываешь глаза... а затем уже ночь, пора ложиться, и вот ускользнул и еще один день, настолько пустой, что спусти еще пару других о нем даже нечего вспомнить.
Одним словом, о недавнопрошедшем Олсен не помнил почти ничего.

Это был первый слой дрифта.
Дальше начинались события важные, верней - то, что человек заставляет себя запомнить как важные: планы и цели, то, что солидные люди и бизнесмены заносят красивым почерком секретаря в ежедневник. Разослать пригласительные билеты на спуск на воду яхты; не забыть прикупить супруге к какой-то там дате жемчужное ожерелье; или же вот - собрать на бетонной стене, на краю мира претендентов на его руку и сердце.
Забыть, наконец, об ушедшем бадди.

А дальше... а дальше у всех по-разному. Кто-то сильнее всего держится за воспоминания детства; кто-то, как рыбка, сидит на крючке у пропойцы-отца, бесконечно расстегивающего ремень; кто-то писается в постель; кто-то целуется с девушкой. Для себя он когда-то пытался составить классификацию того, что видят пилоты. Здесь бы работать психологам - а парням, вместо того, чтобы лежать на диванчике, нужно крошить инопланетных чудовищ.
Хотя... кому как. Для него - не самый плохой выход.

... Он всегда немного задерживает дыхание, чтобы дать нейропроводящей жидкости опуститься в скафандр. Привычка, странноватая, глупая, но впитавшаяся в кровь еще с самых первых егерей. Сейчас и скафандра не было, и желтоватой, мерзко пахнущей жижи, и все же - он на мгновение перестал дышать.
- Подготовка к дрифту. Отсчет. Дрифт через пятнадцать секунд,- знакомый, но доносящийся точно из-под воды голос дежурного уже тоже был своего рода привычкой. Примерно так же муж, увлеченно следящий по телевизору за спортивной передачей, едва различает ворчанье супруги.- Пятнадцать. Четырнадцать. Тринадцать...

Забавно. В Штатах цифру тринадцать частенько пропускают в отсчете. В токийском шаттердоме никогда не исползуют цифру "четыре". Когда-то ему сказали, что на японском языке произношение созвучно со словом "смерть".
- Восемь. Семь. Шесть.
Джейк смотрит на Моррисона. Бастиона. Что ж, маршалл, надеюсь, твоя стена выстоит, когда ты узнаешь обо мне... то, что узнаешь.
- Три.
- Два.
- Один.
[nick]Jake Olsen[/nick][status]Thunderer[/status][icon]http://ipic.su/img/img7/fs/800-20.1566049514.png[/icon]

+2

10

- Пятнадцать.
Когда-то, во время своего первого дрифта он нервничал. Нет, действительно, тогда, в те счастливые времена Грант Моррисон ещё категорически не понимал, что его ждёт в том, что эти мозговитые болванчики называют странным словом дрифт. Понапридумают вещей, которые им самим никогда им никогда не придётся испытать на себе, назовут красивыми хитрыми словами. Не может всё быть так сложно?
- Четырнадцать.
Голос оператора был не столь спокойным как сейчас. Сейчас это была уже рутина. И пусть тогда дрифт уже был не новостью, слегка волновались даже те, кто смотрел на этот процесс со стороны. Кто-то сочувствовал пилотам, кому-то было любопытно, а кто-то просто боялся, что громилы по ту сторону скафандра всё-таки окажутся не совместимы и придётся подбирать новых, а если не повезет, то и отправлять в лазарет этих.
- Тринадцать.
Нет, это точно не может быть сложно. А затем мир вокруг словно рухнул.
«Какого…»
Были и другие слова, но все не совсем пригодные для использования в приличном обществе. Но общество их уже не слышало. Как и крик человека, бегущего по высохшей пустынной земле. Ноги поднимали облачка пыли. А рядом свистели пули. А он бежал вдоль стены вроде бы охраняемой базы, на ходу перезаряжая автоматическую винтовку. Пустой магазин полетел куда-то в сторону, а он всё ещё бежал, едва не споткнувшись об окровавленное тело сослуживца, взявшееся на его пути словно из неоткуда. Бежал, чтобы наконец-то рухнуть за бетонным блоком, служившим какой-никакой, а защитой, и проорать в коммуникатор осипшим от жары, пыли и бега голосом: «Откуда?!» Высунуться, дать прицельную очередь, спрятаться назад, не получив ответа.
- Двенадцать.
А всё это время напарник пытался вытащить его из бездны воспоминаний, орал прямо в ухо, что всего этого нет, это всё осталось в прошлом, а надо сконцентрироваться на настоящем. Наверное, знатно он тогда проклинал того, кто поставил ему в напарники этого сдвинутого наёмника с его не менее сдвинутыми воспоминаниями.
Первый и последний раз, когда он, Моррисон, с собой не справился, не справился со своим прошлым. Когда его пришлось вытаскивать из скафандра и ещё и отбиваться от попыток того продолжить начатое сражение.
Тогда он понял, что к дрифту нельзя относиться легкомысленно.
Чертовы умники.
- Одиннадцать.
Что придётся пережить в его голове Джейку?

-…Три.
В одном Моррисон был уверен – он был готов принять правду, какие бы тайны не хранил Олсен, он был готов разделить их. Они редко говорили о своём прошлом, кайдзю и эта война была куда более актуальным настоящим.
- Два.
А ещё настоящим было то, что принесла им эта война. То, какими она их сделала. А истинную суть человека ты видишь только в бою.
- Один. 
[NIC]Grant Morrison[/NIC][AVA]https://i.imgur.com/eVMPRry.png[/AVA][STA]Bastion[/STA]

Отредактировано Stryfe (2019-11-04 23:00:45)

+2

11

... Get up, come on get down with the sickness
Open up your hate, and let it flow into me
Get up, come on get down with the sickness
Your mother get up come on get down with the sickness
Your fucker get up come on get down with the sickness
Madness is the gift, that has been given to me.

... Телефон трезвонит так, что кажется его его динамик сейчас раскрошится, или, сожженная яростью, перегорит звуковая плата. К ней вскорости присоединяются трели дверного звонка, столь интенсивные, будто это женщина в схватках жмет на кнопку вызова медсестры; когда и это не помогает, некто, стоящий за дверью, начинает с яростью колотить в толстый стальной лист.
К нему присоединяется еще один голос, потом еще и еще. Затем вдруг все голоса взрываются, а потом затихают, когда пиликанье возвещает о приходе коменданта.

Выдохнув, Олсен в последний раз делает жим, и тяжело падает на покрытый вытертым линолеумом пол. Майка на спине сразу становится мокрой от пота.
Фигура коменданта в прямоугольнике двери медленно наплывает, из расплывчатого силуэта: светлый шар поверх двух серых шаров, сверху поуже, тот что ниже - пошире,- становясь более-менее узнаваемой.
Пятна за его спиной все так же неидентифицируемы.
Он прикрывает глаза.
- Он там не сдох?
- Да хоть бы и сдох, сука,- этот голос он опознает: соседка снизу. Вечно всем недовольная пигалица с крашеными волосами. Из иммигрантов, кажется, из Восточной Европы.- Может, заселят кого-нибудь нормального.
Джейк усмехается, думая о том, что еще лет пять она и ей подобные готовы были рыдать от счастья, если бы их пригласили на работу в Olwell хотя бы уборщицей. Теперь же она готова растоптать его лишь потому, что он может... мог позволить себе дом на Байрон-бэй.
Он открывает глаза - но вместо того, чтоб подняться, проваливается вниз, дальше и глубже, в воспоминания.

... - Открой глаза.
Лицо выплывает из темноты. Женское лицо с голубыми глазами, которые расширяются при виде какой-то вещицы, которую мужчина держит в раскрытой ладони.
- Джейк, ты с ума сошел. Нет, ты рехнулся. Два миллиона. Два. Миллиона. Джейк.
- Не нравится?
- Нет, что ты!- в глазах появляется испуг, и они наполняются влагой. Женщина смаргивает ее раз и другой, но, в конце концов, не выдержав, заслоняет ладонью лицо.
- Что?
- Погоди, погоди. Сейчас прой.... Джейк, два. миллиона. Это слишком дорого. Давай что-нибудь... ну, поменьше.
Джейк чувствует, как его бровь напрягается: он хмурится в воспоминании, и от этого делается на удивление напряженно во лбу.
Боль и досада всплескивают волной-убийцей. Моряки хорошо знают их: прилетают из ниоткуда, и исчезают.
Он подается назад.
- Ну... давай.
- Стой. Джейк,- тонкие пальцы ложатся поверх рефлекторно сжавшегося кулака, а потом он плечом чувствует прикосновение теплого лба. Она смеется, и от прерывистого дыхания футболка колеблется, становится влажной и теплой.
- Ты ненормальный...

-... Чокнутый!
- Что, слабо?
- Да пошел ты!
- Слабоооо. Тебе слабо!
- Да иди ты!
Он смеется. Ветер бросает в лицо соленые брызги. Отбрасывает на лицо волосы.
Одной рукой, поперек, он подхватывает доску и шлепает по сырому песку, заходя по колено, когда волна, набежавшая с шумом, обдает его сразу по пояс. Океан неспокоен, и у волн мутноватый цвет - но вдали, за скалами, они соблазнительно скручиваются, как не снилось и Хокусаю.
Зеленые. Синие. Золотые.
Он бросает доску на воду и, плюхнувшись на нее (соленая вода на лица, во тру, в глазах, но он привык, он лишь смеется в ответ от наполняющего ощущения счастья) и делает сильный гребок руками. Волна пытается сбить его, но, уклонившись, он легко посылает доску вдоль, вверх и вниз, скатываясь с гребня, отплевываясь, с дерзким смехом.
- Ну что, слабо?
Его не слышно. Грохот воды заглушает все, даже стук собственного сердца. Но он пытается докричаться, еще и еще раз, пока наконец, зевнув, не упускает момент.
Волна опрокидывает его - и он летит, кувыркаясь, в смеси песка и воды, куда-то в темноту, вглубь, не чувствуя силы вырваться из утягивающей бездны.
[nick]Jake Olsen[/nick][status]Thunderer[/status][icon]http://ipic.su/img/img7/fs/800-20.1566049514.png[/icon]

+2

12

«Не цепляйся за воспоминания. Они – часть тебя. Пропускай их мимо. Пусть текут. И не пытайся что-то скрыть, всё равно не получится».

Что это? Какая-то песня?
Моррисон резко открывает глаза, словно утром от звонка навязчивого будильника. Хочешь возненавидеть совершенно любую мелодию – поставь на будильник.
Взгляд падает на телефон. Не из его памяти. Из чужой.
А следом звук ударов по металлу.

… Камни стучат по днищу машины. Они что тут, совсем дорогу не чистят? Мелкий, дробный стук, раздражающий, словно дребезжит не днище подержанного внедорожника, а что-то в самой голове, и только крепко сжатые зубы не позволяют ей рассыпаться от напряжения.
- Ты уверен? Ещё не поздно повернуть назад.
- Да. Да! Сколько можно спрашивать одно и то же?
Тяжелый, полный усталости вздох.
- С твоими баллами ты мог поступить в любой колледж. Возможно, даже в университет. Обеспечить себе нормально будущее…
- … канцелярской крысы, просиживающей задницу в офисе и перекладывающей бумажки из одного угла стола на другой? Отец, я хочу стать солдатом. С детства. Ты же помнишь…
Ещё один тяжелый вздох.
В его роду «смирение» всегда было ругательством.

- Он там не сдох?
Грант открывает глаза вместе с Олсеном, смотрит вверх. Он видит размытые силуэты людей, чужие, незнакомые, не из его воспоминаний. Моргает, пытаясь вернуть зрению четкость. Шевелит сухими губами, слегка дергает головой, пытаясь отогнать назойливую муху, упорно пытающуюся сесть ему прямо на лоб и при этом не побеспокоить ли одну травинку.
- Сколько часов он там уже лежит?
Муха всё-таки добилась своего. Молодой мужчина сводит брови, морща разукрашенный оттенками грязно-зеленого лоб. Вдох, выдох, предельная концентрация. Палец буквально массирует спусковой крючок.
- Грант, ты б ещё себе куст на задницу прикопал!
Веселый, полный задора смех, в котором практически не было издёвки.
- Кто знает, может он и станет снайпером.
- Если у этой недисциплинированной задницы хватит терпения.

...В каком маразме природа придумала пустыню. Слева песок, справа песок, снизу песок и даже сверху каким-то образом находился песок. В рюкзаке, в ботинках и даже в перчатках. Назойливые бледные кусочки камня или чем там он является. Зачем Земле эта мертвая пустота.
Целое море со своими волнами, своим прибоем и своими брызгами.
- Дерьмо.
Мужчина наклонился и сплюнул себе под ноги. Тоже, кажется, песок.
- Зато знаешь, сколько за это платят?
- Не так много, чтобы давиться песком под вражеским огнём.
- Ох, да ладно, разве не ради легких денег ты ушёл из армии, а там ведь тоже платили неплохо.
- Есть определенная разница между контрактом и частной компанией.
- Почувствовал ветер свободы.
- Ага, полный гребанного песка.
- Забей, вполне может быть, мы тут ни одного выстрела не услышим.

- Мы под огнём. Повторяю, мы под огнём. Необходима поддержка.
Мощный взрыв буквально выбивает воздух из груди.
«Это не может быть реальностью».
Древний как дерьмо мамонта мост и так расположенный совсем низко над водой проседает ровно по центру. С глухим треском вверх взмывают клубы бетонной крошки.
«Словно ломается чья-то кость».
Из освещения – только огненно-рыжие всполохи огня. Весь мир словно разом окрасился в неестественно оранжевый.
«Словно весь мир горит».
- Первая машина…
Была на обвалившейся части моста.
Моррисон буквально вываливается из своей машины, вскидывает оружие, пытается заметить хотя бы кого-то из нападавших. В голове шум, перед глазами огненные всполохи.
И кто-то кричит. Страшно кричит. Откуда-то снизу.
- Они тонут!
… Как вода может быть настолько черной? Словно это не вода, а чертов битум. А сверху шторм, настоящий шторм, в котором льётся кровь. У них хватит сил, чтобы отбиться. Вот только…
- Дай руку!
Как ему хватило силы открыть дверь, он сказать уже не сможет. Как и вытащить на поверхность потерявшего сознание водителя и нырнуть в салон за бойцом, сидевшим на втором сиденье.
Страх парализует.
- Дай руку!!
Вода стремительно прибывает, заливая внутренности грузовика. Несчастный всё же успевает схватиться. Вода смыкается над головами людей. Что-то впивается в ногу, в темноте не рассмотреть. Может дверь, может кусок стекла.
«Держись!»
Вокруг бурлит тьма, вода закручивается, песок каким-то образом добрался даже сюда. Словно это какая-то пустынная переплюйка, а настоящий океан. Бесконечная бездна, в которой уже не видно даже силуэта автомобиля.
Моррисон хватает человека второй рукой и изо всех сил толкает вверх, к спасительному воздуху. Правую ногу он уже почти не чувствует. Ну и тьма с ней.

«Держись, Джейк!»   
[NIC]Grant Morrison[/NIC][AVA]https://i.imgur.com/eVMPRry.png[/AVA][STA]Bastion[/STA]

+2

13

- ... Держись, Джейк!
Новый удар волны не сбивает с ног лишь потому, что остатки костюма намертво заклинило в подвесе. Но приятней от этого, разумеется, не становится. Пенная и соленая вода океана, температура близка к нулю. Это вам не пляжи для серферов, и не нагревшаяся за день вода в бассейне. В мгновенье ока холод пронзает его с головы до ног, мышцы сводит до боли. Но хуже всего не это - а то, что вместе с бурлящей волной в разнесенную, разорванную когтями кайдзю кабину врывается страх.
Инстинктивный. Животный. Повелевающий вырваться из неподвижной опоры, сорвать с себя шлем и корсет костюма, и бежать. Все равно куда. Только бы отсюда.

- Джейк!
Его напарник... О, черт! С его напарником все гораздо хуже. Удар когтистой лапы не просто разбил пилотскую капсулу - он повредил подвесные крепления, и теперь они неподвижны оба. Вот только шлем Лорена разбит, а его костюм почти целиком погружен под стремительно пребывающую воду.
- База!- что было сил, пытаясь перекрыть вой электроники и грохот воды, кричит он. И сам понимает, как глупо, нелепо все выглядит. Снаружи. Два судорожно барахтающихся человечка в смешных пластиковых латах, из трещин которых, как кровь, вытекает золотисто-зеленая жидкость. Она легче и маслянистей, она светится в темноте; это сделано для того, чтобы при аварии течь легко было можно обнаружить - но сейчас, в этом водовороте, в отчаянном мельтешении аварийных сигналов зеленоватый цвет лишь ненадолго окрашивает белую пену. Неужели всё? Всё вытекло? Без гидравлики костюм - просто железные и пластмассовые накладки, от них не больше проку, чем от колпака из фольги, препятствующего, как мнят конспирологи, чтению мыслей. Вот только в отличие от колпачка из фольги, этот сраный костюм с себя просто так не снимешь.
Сраные костюмы.
Сраный океан.
Сраный разлом.
Сраные кайдзю.

- ... Они тонут?
- Тонут?
- Джейк, дай руку!
Голоса в голове. Призраки в эфире? Или дежурный на пульте наконец допер, что произошло.

- Джейк, твою ма...
Голос тонет, срывается и камнем уходит в пену водоворота. Вода заливает лицо Лорена, прорывается в шлем, фонтанирует в рот,- и через мгновение лицо в шлеме, словно под лупой, превращается в раздутую страшную маску. Почти утопленника.
Как лицо в банке в "Мочаньи ягнят".

Миг он смотрит на это лицо, а потом начинает судорожно лупить ладонью по кнопке "unlock". Автоматика не действует, они с Лореном заклинены, да и шанс выстоять в нелепом громоздком костюме против напора воды практически равен нулю,- но сейчас главное не это.
Главное попытаться.
- Ну давай же! Давай!
- Джейк!- уже не голос, а визг, булькающий и хрипящий, неузнаваемый, дикий голос того, кто сейчас требует лишь одного: жить. Жить. Жить. Жить!
Он не хочет. Не может. Не в силах видеть и чувствовать, почти что не может себя контролировать. Они еще в дрифте. Сраная электроника все еще поддерживает соединение, и Джейк физически чувствует, как вода заливает ему глаза, как ему не хватает дыхания. Но главная опасность в этом - та, что Лор, его напарник, кодовый позывной Ligtning, все еще чувствует, что дышать может. Может. Может.
- НУ ДАВАЙ ЖЕ, ТВОЮ...
- Внимание! Подана команда на отсоединение пилота левого полушария. Если вы подвтерждаете...
- ДА! ТВОЮ МАТЬ, Я ПОДТВЕРЖДАЮ! ОТПУСТИ МЕНЯ, СУКА!
- Джейк!- даже не крик. И не хрип. И не шепот. Гаснущая мысль в умирающем разуме, вспышка света среди опускающейся завесы тьмы.
- Получено подтвержденье команды на отсоединение. Дрифт будет прерван через десять... девять... восемь... семь...

Что-то внезапно щелкает и он, сорвавшись, падает в бурный поток.
[nick]Jake Olsen[/nick][status]Thunderer[/status][icon]http://ipic.su/img/img7/fs/800-20.1566049514.png[/icon]

+2

14

- Держись…
Пустынная река, она вроде должна быть тёплой. Но не была. Или кровь холодила вовсе не черная вода, а страх пополам с чудовищным напряжением.
Он всё-таки боялся. Но всё равно нырял всё глубже, пока наконец-то не схватился за руку оглушенного, тонущего человека и не рванулся вертикально вверх, на приглушенный оранжевый свет, стараясь как можно быстрее вырваться из едкой, грязной воды, мертвой хваткой таща за собой совершенно незнакомого парня, которого он видел раз или два в жизни.

Там, в его прошлом, вода наконец-то расступилась, и наполненный запахом гари и пороха воздух показался как никогда свежим и живительным. Моррисон отлично помнил, как греб к берегу, прижимая к себе левой рукой вяло кашляющего мужчину. Но ничего, кашляет, значит дышит сам. Помнил, как пальцы буквально вгрызлись во влажный крупный песок. Ох ничего в тот момент ему ничего не казалось прекраснее того песка. А спасенный всё ещё цеплялся за его пятнистую куртку, словно боялся, что треклятая вода затащит его обратно в свои тёмные, мертвые глубины. Не в силах сопротивляться, он рухнул рядом…

… но не сейчас.
Вода становилась всё холоднее, сковывала тело, сбивала ритм дыхания, кусала, заставляя изгибаться в судороге. Вырывайся, борись. А вода уже рвётся в легкие.

Опытный разум яркой вспышкой провёл четкую, звенящую грань между собственными и чужими воспоминаниями. Становится легче дышать, отступает терзающий холод. Но он всё ещё видит развернувшуюся перед ним драму. Как примитивное слово – драма. Люди используют его где надо и где не надо. Моррисон же видел трагедию, которая изменила жизни двух человек. Плевать на эти литературные слова.

- Джейк!
Надо вытащить напарника. Иначе никак.
«Мы не бросаем своих».
Кажется, именно эти слова он прохрипел тому парню, который, казалось, пытался содрать с него чертову насквозь промокшую куртку и никак не желал верить, что его плечо уже упирается в песок.
Грохот выстрелов гас вдали. Вместе с ним угасало и сознание.
Но не сейчас. Сейчас он не имел права.

Маршал поднимает глаза. Изорванный край того, что ещё недавно было кабиной Егеря. И чей-то отдаленный рёв, совсем как грохот тех самых выстрелов.

- Джейк, слушай меня!
Бесполезно утверждать, что всё это не реально. Что всё это лишь часть воспоминаний. Память забавная штука. Ей без разницы как давно произошло то, что тревожит её сейчас. Ты никогда не поймешь - прошло десять лет, год или же секунда.
- Джейк, у тебя всё получилось.
Моррисон прикоснулся к груди, к своему костюму. Какими же нелепыми ему показались эти «доспехи», когда он увидел их впервые.
«Вы из какой дешевой фантастики выдернули эту идею?»
Кажется, кто-то тогда даже обиделся.

- Дай мне руку, солдат!
Тон, который сложно подвергнуть сомнению. Понадобилось несколько лет, чтобы научиться разговаривать вот так.
А сам Моррисон не думая и не сомневаясь прыгает в бурлящий поток следом за тем, кого уже считал своим напарником.     
[NIC]Grant Morrison[/NIC][AVA]https://i.imgur.com/eVMPRry.png[/AVA][STA]Bastion[/STA]

+2

15

Приказ, которому невозможно не подчиниться. Голос, за которым невозможно не пойти. Взрослые волки отличаются от грызущихся щенят тем, что выбирают вожака - или покидают стаю. Собственная сила позволяет им безошибочно угадать того, за кем они готовы идти до конца, за кого готовы рвать глотки, терзая окровавленными клыками друзей и врагов.

... Кто-то хватает его за плечо и рывком поднимает на поверхность - и, бог свидетель, нет на земле ничего слаще этих мгновений. Ни поцелуй девушки, ни первый вздох белой дорожки, выведенной аккуратной линией на зеркальной глади, ни даже первый крик новорожденного сына, твоего сына,- ничто не сравнится с этим мгновением. Когда можно дышать. Когда можешь дышать. Когда тело, уже отчаявшееся бороться, вновь с лихорадочной жадностью вцепляется в право жить.
Воспоминания, переплетенные с обрывками чужих мыслей, перемешанные с осколками, с пестрой и острой мозаикой чужого и еще раз чужого прошлого, повисают на тебе, тащат камнями на дно. Войдя в дрифт, ты не только делишься своим прошлым. Ты превращаешься в коммунальный воз чужих жизней, калейдоскоп кошмаров и разрушившихся надежд.
В тебе - целый воз руин.
"Удачников" здесь не держат.

- Твою мать...- ругательство само вырвалось сквозь стиснутые зубы, пока Джейк одурело хлопал глазами, с запоздало нахлынувшим ужасом осознавая, как далеко его унесло мутным потоком. Мог в самом деле захлебнуться.
И снова, тише.
- **. Твою. Мать.

Ладонь, слегка дрожа, отирает лоб. Мокрый. Как если бы он и вправду только что вынырнул из-под воды. Даже блестит. И блестящие, злые, веселые глаза смотрят в лицо маршалла, даже не пытаясь скрыть то, что таится на самом донышке. Страх.
Неужели после всего он еще боится смерти и хочет жить.
Он тоже хотел. Потому и ушел. Между страхом и смертью выбрал не смерть. Выбрал право не делиться ни с кем своей памятью, своей душой, всем, что было между ними, всем, что они испытали. Вдвоем. Выбрал право не превращать свою жизнь в разъездной аттракцион.

Грант узнает и это. И многое другое. А пока он видит и знает только одно. Главное.
Есть волк, готовый перегрызть глотку. За него. За них. За всех них. Волк, который нашел вожака, которому подчинился.

- Спасибо.
[nick]Jake Olsen[/nick][status]Thunderer[/status][icon]http://ipic.su/img/img7/fs/800-20.1566049514.png[/icon]

+2

16

Сжатые до скрипа зубы. Окаменевшие в нечеловеческом напряжении мышцы. Холод воды, буквально впивавшейся в тело.
Но ничего не могло заставить бывалого воина разжать пальцы. Не тогда, когда от его силы, как физической, так силы его воли, зависит чья-то жизнь. Не чья-то. Жизнь того, кто следовал за ним.

Грат Моррисон знал каково это – жить с россыпью чужих воспоминаний, с этими яркими обрывками чужого горя и боли, радости и успеха. Отличать где заканчиваются его воспоминания и начинаются чужие. Опыт, всё это пришло с опытом.
Но это не делало это ношу легче. Только лишь… терпимой.
Всё, что он когда бы то ни было видел, чувствовал, проживал, связывая своё сознание с чужим, оставалось с ним навсегда. Плата за дрифт. Плата за право быть на первой линии в этой чудовищной войне.
Плата за право быть чьим-то напарником.

«Твою мать».
Кажется, сам Моррисон успел выругаться и куда менее сдержанно. Наверное, лишь потому, что у него хватило на это сил и дыхания.
Маршал открывает глаза, делает глубокий вдох и только теперь разжимает правую руку. Боль судорогой прокатывается по мышцам. В глаза стекают капли пота, пота, не терзающей ледяной воды.
- Да. – Скорее выдох, чем ответ.
Солдат слегка улыбается уголком рта, трясет головой. Наконец-то проводит рукой по мокрому лбу. Заглядывает в глаза Олсена. И совершенно не смущается тому, что видит в них.

Куда меньше он доверял тем, в чьих сердцах не находилось место такому естественному чувству, как страх. Люди, не способные бояться, куда чаще гибнут сами и тащат за собой своих товарищей.
Грань между смелостью и безрассудством слишком тонка.
Моррисон смотрел в глаза своему напарнику и не видел в них безрассудства.

А ещё видел осознание того, что увиденное самим Олсеном не отвернуло его от командира, не пошатнуло веру в человека, не легло тяжелым грузом на плечи человека, прожившего совершенно иную жизнь.
Кажется, само понятие доверия вышло на новый уровень.

Моррисон кивнул в ответ. Вздохнул и наконец-то расслабился.
- И тебе.
Тихий, уставший, но достаточно уверенный голос.
Ни одна победа не достается только одному человеку. Не в дрифте.
Не в этой войне.

Завершено
[NIC]Grant Morrison[/NIC][AVA]https://i.imgur.com/eVMPRry.png[/AVA][STA]Bastion[/STA]

+1


Вы здесь » Marvelbreak » Отыгранное » [2025г.] PACIFIC RIM: Down with the Sickness


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно