ОБЪЯВЛЕНИЯ
АВАТАРИЗАЦИЯ
ПОИСК СОИГРОКОВ
Таймлайн
ОТСУТСТВИЕ / УХОД
ВОПРОСЫ К АДМИНАМ
В игре: Мидгард вновь обрел свободу от "инопланетных захватчиков"! Асов сейчас занимает другое: участившееся появление симбиотов и заговор, зреющий в Золотом дворце...

Marvelbreak

Объявление

мувиверс    |    NC-17    |    эпизоды    |     06.2017 - 08.2017

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Marvelbreak » Альтернатива » от тоски - вдребезги с мечтами рваными


от тоски - вдребезги с мечтами рваными

Сообщений 1 страница 3 из 3

1

[epi]от тоски - вдребезги снегами талыми.
Дерек Шепард, Эддисон Монтгомери-Шепард
https://66.media.tumblr.com/tumblr_m7bg9rr5C41qcoz2bo1_250.gif https://66.media.tumblr.com/tumblr_m7bg9rr5C41qcoz2bo2_250.gif
https://66.media.tumblr.com/tumblr_m7bg9rr5C41qcoz2bo3_250.gif https://66.media.tumblr.com/tumblr_m7bg9rr5C41qcoz2bo4_250.gif
https://66.media.tumblr.com/tumblr_m7bg9rr5C41qcoz2bo5_250.gif https://66.media.tumblr.com/tumblr_m7bg9rr5C41qcoz2bo6_250.gif
Они так легко разрушили одиннадцать лет брака. И со звоном разбилась образцовая семья лучших в своей области врачей. Стоила ли карьера одиночества? Стоили ли чужие объятия брака? Они потеряли друг друга, и теперь все сложно.
NB! Я тебя люблю, но ты мне уже не нравишься (с)[/epi]
[nick]Addison Montgomery[/nick][icon]https://i.imgur.com/TkzKIcc.gif[/icon][sign]http://24.media.tumblr.com/76a5ada2d17ab952da56284540787ad2/tumblr_mtfqpk3KBS1qfmzxdo4_250.gif http://31.media.tumblr.com/79e011305a54cf220fe7c4be1f25f1a0/tumblr_mtfqpk3KBS1qfmzxdo9_r1_250.gif
[/sign]

+3

2

У Эддисон нежные руки. Нежные, думается Дереку, странное слово, наверное? Какое-то неподходящее. Эддиссон – врач, хирург. Интерн. Та самая девчонка, самая красивая в их потоке, вежливая, яркая, улыбчивая. А руки у нее нежные. Она улыбается, подумать только, ему, Дереку – ласково. Пьет горячий утренний кофе, который он купил для нее, из стаканчика, пачкая каемку губной помадой. У нее волосы рыжие – рыжие, огненные, обожжешься. Она вся такая, всполохами, мазками краски разноцветными, неудержимая. Как же ему повезло, все-таки. Эддисон врач восхитительный – самоотверженный. К каждому пациенту, словно к родному. Не совсем правильно это, наверное, привязываться к тем, кого лечишь, кому можешь объявить о смертельной болезни, но не Дереку судить ее, верно? У Эддисон есть все то, о чем может только мечтать мужчина: она чудесная женщина, любящая, ласковая, понимающая. Она заинтересована в работе, буквально живет больницей, как и он сам, и что еще нужно будущему нейрохирургу, как не понимающая жена рядом? Он не может мечтать о большем. Дерек влюблен. Как мальчишка, словно подросток, впервые так сильно, что не может думать ни о ком другом.  Они женятся, молодые еще, наивные, окрыленные собственным счастьем, любимой работой, которой отдаются целиком и полностью. У них есть вечерний Нью-Йорк, больница, собственная квартира. Пациенты, сменяющие друг друга, благодарные за спасение, иногда погибающие, своей смертью дикую рану в душе оставляющие. Они есть друг у друга – гениальные, подхватывающие и поддерживающие. Жизнь идет своим чередом, бешенным ритмом. Годы сменяют друг друга незаметно, что глазом не замечаешь. Интернатура. Ординатура. Пациенты, конференции, семейные ссоры.  Дерек все еще окрылен. На свадебной фотографии Эддисон улыбается ярко, заразительно. По утрам приносит кофе в постель. Ее волосы, все еще восхитительно рыжие, закручиваются в мелкие кольца после душа, поблескивает на пальце кольцо. Дерек думает: у них все хорошо. Они видятся реже – операции перестали совпадать еще последние года два, работа захватывает, научных исследований сваливается целое множество, а он сам запоем изучает новые методы лечения аневризмы, да и много еще чего. Он думает о трепанациях, лечениях, обходах и множестве другом. Кажется, Эддисон иногда пытается спрашивать, что нового у него, но он говорит лишь о работе. Жена хмурится, словно это не то. Дерек иногда ее не понимает. Они же оба врачи, жизни спасают, правильно? Почему она говорит про отпуск, когда у него пациентов новых полно?

Жизнь все еще идет своим чередом.  Вертится и крутится, словно бесконечный хоровод. Он иногда забывает про совместные ужины, на которые не успевает из-за бесконечных операций. Кажется, из головы вылетают какие-то праздники, очень важные, подарки матери на Рождество. Дереку стыдно, он виновато целует Эддисон ладонь. Обещает исправиться, в конце концов, она все для него. Его жену обожают сестры, боготворит мать, и он сам не устает повторять, как ему с ней повезло. Она улыбается ему все еще. Немного устало – на работе сложная пациентка, о которой она думает почти постоянно, по крайней мере, он уверен, что дело именно в работе. В последнее время они действительно почти поселились в больнице – они долгие годы зарабатывали себе статус и имя, и это работает даже немного против них самих. Пациенты съезжаются со всей страны, а иногда и из-за границы, лишь бы их оперировали только они. Известная семейная пара, гордость Нью-Йорка, гениальные хирурги – они учились и работали так долго лишь для того, чтобы спасать тех, кого, кажется, спасти уже и вовсе невозможно.

Дерек Шепард все еще окрылен. Своей женой – она чудесная, пускай они реже выбираются куда-то вместе, пускай Эддисон кажется уставшей, поникшей даже, у них это пройдет, нужно лишь немного перетерпеть наплыв пациентов, они уже это проходили, помнишь, дорогая? ; своей работой – количество смертей на его столе уменьшается с каждой новой операцией, руки делают сами, глаза видят все и даже больше, и ему думается, что они могли бы даже открыть свою клинику когда-нибудь? Почему бы и нет, в конце концов. У них много денег и возможностей, они еще молоды, правильно?

Иногда, совсем редко, он оглядывается в операционной, смотрит на своих медсестер и интернов, слушает щебет счастливых пациентов, целующих в лоб детей, с которыми не расстанутся слишком рано, и думает, что им, наверное, с Эддисон тоже пора. Завести малыша, может быть собаку? Дом на природе, с видом на горы и звезды. Иногда он мечтает о трейлере, маленьком, они бы приезжали туда на выходные и отдыхали от городской суеты. Эддисон, правда, от такого лишь посмеивается, но Дерек не обижается – он все понимает, ведь иногда он правда смешон.

Они живут в своем бешеном ритме, время летит, а в их отношениях что-то незаметно меняется. Вот только он не может выловить, что. Он замечает, что глаза у жены становятся мечтательными, как тогда, в самом начале их отношений, она вновь прихорашивается у зеркала, подводит губы любимой помадой, целует его в щеку по утрам нежно и ласково, и он не понимает, что с ней произошло. Выхватывает краем глаза эти изменения, но не уточняет – дел полно, он не успевает поспать иной раз, что уж говорить о разговорах с женой. Он думает, что нужно сводить Эддисон в ресторан, ведь они так давно не общались. Устроить ей романтический ужин только на двоих, чтобы она не думала, что он забыл о ней – нет, не забыл. Просто работы столько, что он успевает разве что вздохнуть. Дерек помнит, какими они были, когда их отношения только начинались: молодыми, безбашенными, готовыми любить друг друга в тесной кладовке для швабр, берущими смены, чтобы они непременно совпадали. Они сбегали в ближайшие кафе, чтобы побыть вдвоем, выпить чашечку кофе, и улыбались друг другу так задорно, как могут только влюбленные, когда у них все только-только начинается. Он не думает, куда это все ушло – они постарели, обматерели и столько лет вместе, что ту юношескую нотку безумия сменила ежедневная монотонная серость.

Эддисон, кажется, не хватает его внимания, но он откладывает это на потом: все на потом. Оглядываясь, он думает, что, кажется, именно в этом была его вина. Он не был тем мужчиной, каким должен быть. Он не смог увидеть проблему, в которой был в большей степени виноват, не разглядел корень проблемы там, где ему казалось, что все хорошо. Ведь жена все также улыбалась ему устало после работы. Все также старалась приносить утренний кофе в постель. Целовала на прощанье, если он уходил раньше, желала хорошего дня и послушных пациентов. Он сжимал ее ладонь, а после исчезал на тридцать часов, отрабатывая свою смену, слушая классический рок в операционной, подбадривая нервных интернов, и не думал ни о чем, кроме любимой работы.

Все было так… серо?

В тот вечер была гроза. В тот вечер у него была ужасная смена на работе. Умерло сразу двое его пациентов, которым он так старался продолжить жизнь. Он боролся долго, боролся муторно, но не смог. Словно все, к чему он прикасался, шло вкривь и вкось, не давая ему обманываться хотя бы тем, что он спасает людей. Те двое умерли, но умерло что-то внутри него. Дерек ехал домой. Ему хотелось выпить стаканчик скотча на два пальца, кинуть туда звенящий лед. Выпить, поцеловать жену в лоб. Хотелось заснуть длинным сном. Таким, чтобы он заснул, а, проснувшись, на небе вновь сияло солнце. Яркое-яркое, слепящее в глаза. Чтобы фактически начать все заново, практически с нуля. Но еще на подъезде к дому он почувствовал, что что-то не так. Внутри словно сворачивался тугой ком.

В окнах свет не горел – лишь отблески бра в спальне как напоминание, что его кто-то ждет. Было темно. Лестница скрипела глухо – он поднимался медленно, словно на эшафот. По лицу что-то текло.  Шаг и скрип – слышится чужой стон. Он закрывает глаза: в душе что-то ломается с треском, переворачивается, в горле стоит тугой ком. Бесконечное движение вверх, скрип, но он лишь идет. За окном гремит гром. Разрываются стежки красных нитей между ладоней, эфемерно соскальзывает с пальца обручальное кольцо.

В двери, открытой словно в издевки, он видит супружескую постель. На которой двое. Его жена, любимая Эддисон, яркое солнышко, нежный солнечный луч, и знакомо-чужой.

Разлетелся осколками давно уже не целостный брак. За окном гремит гром. В жизни у него все будет серо .

[NIC] Derek Shepherd [/NIC]
[AVA]https://i.ibb.co/pZFsF56/tumblr-onwn84-L4k31w3p52ko2-540-1-1.gif [/AVA]
[STA] It’s time to be alone [/STA]

Отредактировано Kate Bishop (2019-07-01 00:20:42)

+2

3

Каждая девочка мечтает о свадьбе. Идеальной и счастливо. И Эдди мечтала. Выросшая в холодном мире трастовых фондом, биржевых акций, денег, которых не сосчитать, в доме в Коннектикуте - скачки в сезон раз в неделю (Эдди, надень шляпу и расчешись, бога ради), коктейли по пятницам (Надень платье подлиннее, прилично), свадьбы и похороны (Сделай хотя бы вид, что тебе не все равно). Ей было и правда не все равно, просто у нее теперь был другой мир. Мир белых халатов, мир, где она могла быть кем-то помимо красивого дополнения к мужу. Эддисон не хочет быть как мать, ей не нравится жизнь, которой живет миссис Монтгомери, и она отчаянно рвется за рамки. Сначала медшкола, потом ординатура. Интерны - низшая ступень пищевой цепочки в больнице. Она запоминает это, хотя все первое собрание косится в сторону Дерека Шепарла. У них было собирается компания из интернов, где они не соперники, но друзья. И это работает. Это дарит дружбу, которая обещает быть яркой.

Она смеется. Дерек поет песни. Они ночуют на работу в дежурство. Там же впервые целуются, там же проводят первую ночь. Нет времени на красивые свидания, все книги, пациенты, экзамены, но они все равно еще что-то успевает. Дерек поет песни, она смеется, очень быстро переезжает в его съемную квартиру, где тесно, но это неважно. Они вместе. У них первое Рождество, нет елки, но по всей квартиры развешаны гирлянды. Они строят планы на лето, на год, на два, а там уже все понятно. Их свадьбу ждут все, а они определяются со специальностью, впервые расходясь дорогами, но это не страшно, это нормально.

Эдди хочет давать жизнь детям, спасать детей еще в утробе матери. Это не просто, это сложно, но Эдди верит, что сможет. Неонатология не та сфера деятельности, в которой будет просто, она еще не изучена, и это очень страшно, когда ты берешь на себя ответственность за мать, за ребенка, который еще не родился. Эдди страшно, и она приходит к Дереку. Элли теряет первого пациента, своего пациента, и Дерек делает предложение.
А она говорит - да. Потому, что должно быть что-то хорошее в их жизнях, правда?

Мать поджимает губы, отец дарит подарок в виде оплаты всей свадьбы. Эдди неловко, но к черту. Она все реже видится с родителями, у Дерека чудесная мать, в которую нельзя не влюбится, военная медсестра, которая рассказывает забавные истории. И одну историю, в которой любит мужа, уже покойного. О трагедии в семье Шепардов Эдди узнает от Дерека еще на восходе их отношений. Она знает, что его мать относится к ней насторожено, богатая девочка, не пара ее сыну. Но Эдди обещает не причинять боли Дереку, смотрит в глаза будущей свекрови, говорит правду потому, что знает, что такого и быть не может. Впервые у нее появляются подруги кроме Наоми, сестры Дерека поразительные, господи, как он выжил-то с ними, но они как глоток свежего воздуха. Она всегда хотела иметь сестер, а был только брат, которого бесспорно любит, но все-таки не то. Ночные посиделки, девичник, свадьба, вот оно, событие года, а то и всей жизни. Эдди шутит, что через пару лет они будут отмечать рождение ребенка, швыряет букет невесты, который ловит Эми, самая младшая сестра. Эми, конечно, еще рано замуж, но зато им всем весело.

Через два года у них нет еще ребенка. Они работают. Нет, они пашут. Вгрызаясь в гранит науки, стремясь стать лучшими. Они гордость - курса, друзей, больницы, никто их не отпустит отсюда, так что придется оставаться, но они никуда и не рвутся. Нью-Йорк удивительный город,  и по утрам они часто пьют кофе на набережной.
Им бы гулять. Им бы думать о том, что они планировали. Но пока нет времени. Там уже и аттестационный экзамен, а у Эдди умирает пациентка. Они спасают ребенка, но не ее. И Эдди плачет, заперевшись в ванной дома, плачет долго, плачет одна, потом в руках Дерека. Она не понимает, как научиться не привязываться к детям, к мамочкам, как перестать быть такой чувствительной. У Дерека нет ответа, а Эдди снова откладывает в долгий ящик мысль о ребенке потому, что ей на самом деле страшно, но она справится, просто на это нужно время.

Много времени.
Идеальная пара продолжает путь к совершенству. Пациенты, исследования, аспирантура.
Первый дом, они покупают его в Грин-Виллидж, оттуда, конечно, далековато до больницы, но все же это их дом, пусть они там видятся не часто - графики больше не совпадают, хотя они пытаются. Первый день рождения друзей, и они на нем порознь. Не страшно, но немного неловко.
Наоми и Сэм тоже женятся. Они женятся еще через год после Эдди и Дерека, у них рождается дочка. А теперь они уезжают в Лос-Анджелес потому, что там есть место для Сэма, да и Наоми будет востребована, потому, что он чинит сердца, а она дарит родителям детей. Эдди думает о том, что пора бы и им с Дереком озаботится этим, но в вечер прощальной вечеринки они не говорят, только занимаются любовью всю ночь напролет, хотя у Дерека утром консультация, а у Эдди лекция для студентов.

Марк открывает клинику, и на мероприятии Эдди снова одна. Цедит шампанское, улыбается знакомым, ссылается на занятость мужа. Нет, у нее график не легче, просто другой, она тоже пропускает вечеринки, но разница в том, что тогда и Дерек остается, сидит со своими исследованиями. Они все еще лучшая пара, пара мечты, они Шепарды, и все еще их можно на обложку медицинского журнала о судьбах врачей. Читателям понравится, но мало кто поймет, что уже что-то не так.
Они все меньше говорят.
Все меньше проводят вместе время.
Обсуждают пациентов только если кому-=то из них нужна консультация другого.
А Марк приглашает на ужин. Он приглашает обоих, ведь только они втроем остались в Нью-Йорке от компании. Но приходит одна Эддисон - у Дерека дела, у него всегда дела. Ей грустно, но она смеется на шутки Марка, он ведь друг, хороший друг, лучший друг Дерека, с которым тот дружил с детства.
Иногда Эдди кажется, что Марк просто идет за Дереком

У него теплая ладонь, он накрывает ее руку, смотрит в глаза.
Происходит что-то, недозволенное законом, встречи становятся чаще, но ведь это ничего, они просто друзья. Эдди еще зовет Дерека выпить с ними, но муж снова в делах, сухо целует жену, улыбается так, как улыбается только ей, но не может пойти с ними.
Она начинает думать, что ей нужен ребенок. Им нужен ребенок. Потому, что что-то пошло не так, жизнь покрывается маленькими трещинами, их не видно, если не присматриваться. Они в пике славы, они известны, они Шепарды, но Эддисон знает, что все идет не так, знает это и Марк. Он рядом, все время рядом, хотя все так же спит с медсестрами, но все  равно, рядом с ним не так одиноко.
Хотя он не Дерек.

Они снова откладывают разговор о детях. И снова и снова.
Эдди все больше проводит времени с Марком. Она делает непозволительное, она влюбляется. Но ведь это Марк, он просто друг, и ничего не будет, правда?
А потом что-то происходит. Очередной занятой день Дерека, и приступ тоски в груди. Их дом слишком велик для одного, а дождь стоит стеной. Дерек звонит, предупреждает, что задержится. Эдди почти хочет приехать к нему, пусть бы он занимался своими делами, а она поспит рядом, на диване. Просто чтобы не чувствовать этого пустого одиночества.
Но вместо этого она звонит Марку. Он только закончил работу. И он готов приехать с бутылочкой вина.
Они просто говорили. Вспоминали то, как все начиналось одиннадцать лет назад. Может, стоит всем собраться? Да, наверное, стоит. В Лос-Анджелесе как раз день. Можно позвонить Наоми и Сэму.
Но вместо этого они целуются. Просто целуются. И почему-то Эдди не чувствует, что это неправильно. Не останавливает Марка. Она устала. Устала гоняться за призраком того счастья, что когда-то здесь обитало. Устала искать тепла мужа, которому было не до нее.

Все происходит само собой. Будто бы так и надо было. И дождь за окном не позволяет услышать шорох машины, хлопок двери, шаги по лестнице.
Лишь ощущение, что что-то изменилось.
- Дерек? - Эдди отшатывается от Марка. Ее взгляд упирается в фигуру мужа, он ведь даже не снял пальто, волос намокли, пока шел от машины к крыльцу, наверное, как обычно, поленился открывать зонт. - Дерек...
Это не то, что ты думаешь? Смешная фраза, которую произносит, лежа с чужим мужчиной в собственной супружеской постели кажется слишком лицемерно. И Эдди соскакивает с кровати, набрасывая на себя футболку.
Футболку мужа, которая ей служила вместо пижамы.
- Дерек, подожди, нам нужно поговорить.
Как было бы сейчас хорошо, чтобы Марк просто растворился в воздухе, но, конечно, это нереально. Он явное доказательство ее измены, хотя не первой в этом браке. Просто другой.
[nick]Addison Montgomery[/nick][icon]https://i.imgur.com/TkzKIcc.gif[/icon][sign]http://24.media.tumblr.com/76a5ada2d17ab952da56284540787ad2/tumblr_mtfqpk3KBS1qfmzxdo4_250.gif http://31.media.tumblr.com/79e011305a54cf220fe7c4be1f25f1a0/tumblr_mtfqpk3KBS1qfmzxdo9_r1_250.gif
[/sign]

+1


Вы здесь » Marvelbreak » Альтернатива » от тоски - вдребезги с мечтами рваными


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2020 «QuadroSystems» LLC