ОБЪЯВЛЕНИЯ
АВАТАРИЗАЦИЯ
ПОИСК СОИГРОКОВ
Таймлайн
ОТСУТСТВИЕ / УХОД
ВОПРОСЫ К АДМИНАМ
В игре: Мидгард вновь обрел свободу от "инопланетных захватчиков"! Асов сейчас занимает другое: участившееся появление симбиотов и заговор, зреющий в Золотом дворце...

Marvelbreak

Объявление

мувиверс    |    NC-17    |    эпизоды    |     06.2017 - 08.2017

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Marvelbreak » Незавершенные эпизоды » В эскимо начало всего


В эскимо начало всего

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

В ЭСКИМО НАЧАЛО ВСЕГО
http://forumstatic.ru/files/0018/aa/28/36613.png

http://i.imgur.com/bSFH9d8.gif http://i.imgur.com/f7uDMna.gif
Лорна Дэйн | Алекс Саммерсhttp://forumstatic.ru/files/0018/aa/28/36613.png
Вообще-то, в свои почти семнадцать Лорне хочется только натянуть ролики и в тридцатый раз пересмотреть VI эпизод. Вместо этого, Лорна надувает жвачку и подпирает кулаком подбородок, пока синенький хвостатый чмырит хлипенького блондинчика-айсберга, а мерзкий Хэнк снова тащит у неё вишнёвый лимонад, что-то талдыча о наркомании от соли и сахара.
Лорна очень сильно не хочет домой, а хочет спать, но Чарльз заставляет её тренироваться, обещая познакомить с мутантом, который тоже страдал от неумения силы контролировать.
В общем, с Кубанского кризиса хороших идей у Чарльза стало поменьше.

ВРЕМЯ
октябрь 1981 года

МЕСТО
Институт им. Ксавье, Буффало, штат Нью-Йорк

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЯ
Могло бы быть два распиздяя, а получилось «ещё один Леншерр» + «очередной отпочковавшийся Саммерс».

[NIC]Lorna Dane[/NIC]
[STA]чарли маккабрей[/STA]
[AVA]http://forumavatars.ru/img/avatars/0017/8b/2e/17-1461964369.jpg[/AVA]

Отредактировано Irené Adler (2017-08-28 17:05:49)

+1

2

+soundtrack

— Профессор, — Лорна супит брови и надвигает Ray-Ban на переносицу, — они на меня пялятся. Через толстые темные стекла солнцезащитных очков мир кажется чуточку приятнее, чем он есть; блеклые цвета очищаются от пыли и играют насыщенными красками, — и меня это страшно бесит.
Лорна лопает розовый пузырь и продолжает громко чавкать жвачкой. Футболка размера XXL с символикой Колумбийского университета почти платьем болтается на девчушке, а шорты с вышивкой мулине напоминают о том, что на дворе давно не июль.
На дворе 1981 год, нога астронавта ступила на поверхность луны, цветные телевизоры в домах давно не новость, а на роскошную изумрудную гриву Лорны, словно подсвечивающуюся изнутри мотыльками, глазеют все жители, высовываясь из ярко-синих мицубиши (мажоры!). Лорна трясет головой и прядки змейками ползут по плечам, добавляя не столько красоты (коей в ее резких чертах лица, в удлиненном вздернутом носе и плотно сжатых губах маловато), сколько повышают жару; она усиленно обмахивается стащенной из чьего-то почтового ящика New York Daily двухгодичной давности. Чарльз хмурится, и только Бобби наигранно весел, сыпет фактами о какой-то фабрике мороженого неподёлку и рассказах Хэнка о прорыве в науке,  «беспроводной мотороле ». Лорна закатывает глаза.

— Вы можете приказать им перестать? Я не знаю, Фантомаса поссмотреть, засыпать голову картошкой, послушать очередную радиопьесу про приключения Капитана Америки, да что угодно, лишь бы не выпучивались, — Лорна продолжает хлюпать жвачкой и перебивать скошенными-поношенными кедами камешки.
— Мне еще родителям позвонить надо, сообщить, что я еще не подохла и грифы не склевали, — и придумать, где она пропадала почти год. Ну не сказать же  «мам, пап, меня похитили два чокнутых механика, пробудили латентные способности и я была почти Барбареллой; костюмчики схожи, только я не как Хан Соло с пришельцами перестреливалась, а роботами королевила ». Или, например,  «мам, пап, вы же знали, что я мутант?».  Или, вишенка на торте,  «мам, пап, почему у меня в голове засел новый отец и кто нахрен такой Магнето?».
Или,  «мам, пап, я опасна и могу вас убить. Необъяснимо опасна. Я должна остаться здесь, и да, не смейте предавать идеалы американской конституции и Линькольна!».

А потом они продолжают добираться до кованных железных ворот, перепачканные гарью и маслом; пот высыхает и не блестит, сходит и краснота, и розовота со скул. Небо со слепящего лазурного окрашивается в ласкающий зрачок лиловый, розовые пушистые облака проплывают высоко-высоко над головой. Лорна уже не жует жвачку, не расспрашивает спутников о всяких глупых и не очень вещах; ветер усиливается и приятно развевает во все стороны распушившуюся сборку все тех же изумрудных волос.
— А-х-р-и-н-е-т-ь, — она не может сдержаться, заприметив сначала ажурные резные башенки особняка гигантских размеров, а затем и сами узорчатые ворота, и могучие каменные стены, и океан пушистых кустов ее обожаемых роз.
— Охренеть, — Лорна выдыхает во второй раз, пока Ксавье отпирает ворота и жестом приглашает следовать дальше. Щиколотки тонут в подернутой вечерней росе траве, пальцы пробегаются по нежным лепесткам роз, голова кружится от обилия ароматов и милых сердцу запахов.
— Пойдем, — подталкивает ее Бобби, хохоча, — познакомишься со всеми!
Лучше бы она осталась знакомыми с одним Дрейком.

+soundtrack

Потому что Лорне не нравятся решительно все. Может быть, Джин получше тошнотворно-правильного Скотта, или неоновой Джубили, выродку скрещивания Bee Gees с Аббой. В особенности Лорна прячется от Курта Вагнера, потому что он ей не нравится, и она уже раз пять случайно вырубила его графином. Она не виновата. Просто не контролирует себя.
Вспышки происходят всё чаще; и если в первые дни Лорна в ярости отрубает электричество в половине Буффало, а потом два дня валяется без сознания, сейчас всё ограничивается случайно выбитыми каменными плитами и подорванными духовками.
Лорна угрюмо поджимает губы, хлопает дверью их общей с Джин комнаты и яростно бросает ролик с розовыми колёсиками в стену. Ролик насаживает шишку на лбу.

В спокойном доме, среди тёплой еды и уютной кровати, она совсем не стремится снять последствия гипноза и пожимает плечами, когда Хэнк упорно продолжает повторять:  «да не дочь ты Леншерра, успокойся!». Лорна пытается осознать, что её родители  — не её родители, что она убивала по приказу, что у неё зелёные волосы везде и что ей предстоит спасать мир. Все эти пустые картонные слова как реклама хлопьев — звёздочки хрустят, а вкуса никакого.
В особенности ей не нравится мстящий Вагнер (хотя, всё же, от него не хочется бежать под кустик, а вот от Скотта — ещё как), потому что Лорна ненавидит, когда у неё воруют вишнёвый шнапс.
Лорна. Не. Делится. Едой.
— Фы фойфа фофифаффя ффеффаф? — фырчит она, упрямо дожёвывая пончик, когда голубоватая фигура тянется к доктору Пепперу. Лорна стукает Курта коробкой от донатсов и облизывает пальцы.
В тренировочной комнате особняка прохладно и на удивление комфортно находится. Лорна склоняет голову, наблюдая за тем, как Джубили жонглирует цирковыми плазменными афишами и промазывает по мишеням, и как недовольно ковыряется в носу Скотт, подбивая клинья к рыжей телепатке.
И вот так они собираются спасать мир. Охренеть.
— Лорна, — говорит Чарльз, и она очень хочет услышать нечто хорошее, — у меня для тебя сюрприз. Сегодня будешь тренироваться на улице.

Ей не нравится Алекс Саммерс. Это Лорна понимает сразу, как видит лохматую, сваленную гриву, запачканные машинным маслом фаланги пальцев и заунывный, ностальгически-одобряющий взгляд. Лорна смотрит на него загнанной дворняжкой, но ведёт плечём и говорит  «да мне по пизде». На шее у неё болтается деревянный резной крестик с распятием, в чёрных бусинах. Снять отчего-то не решается. Память что ли хранит?
— Не пялься, — грозно хмурится она, замечая, как Саммерс-старший выпучивается то на волосы, то на брови, то на ресницы. Чарльз говорит, она преувеличивает интерес окружающих к своему имиджу. Лорне по пизде, что там вещает Чарльз, она лучше знает.

У неё всё ещё Ray-Ban на переносице и смятая упаковка от эскимо из той фабрики по соседству в руках. Они выходят на поляну, и колосья зерновых бьют по лодыжкам. Чарльз желает удачи и уезжает, а Лорна облизывает мороженку, пинает мысками кедов глинястую почву и смотрит на спутниковые тарелки вдали, за верхушками голубых елей.
— И мне надо их всех взорвать? Пфф, отсосите, ребятки! Я херню эту разъебашу по щелчку пальцев.
Бумажку она выбрасывает прямо на землю, в островок из клевера, и на Саммерса не смотрит, а сгорбливается. Лорна ненавидит тренировки на природе.
[NIC]Lorna Dane[/NIC]
[STA]чарли маккабрей[/STA]
[AVA]http://forumavatars.ru/img/avatars/0017/8b/2e/17-1461964369.jpg[/AVA]

+1

3

Когда Алекс появляется в Институте, на него обычно тоже почему-то глазеют. У него нет ни зеленых волос, ни синей кожи, с хвостом тоже как-то не сложилось — он как будто ничем не отличается от тех людей, которым свезло родиться без гена икс. Может быть, все любопытные взгляды притягивала именно его внешняя "нормальность". Ну или Скотт с Хэнком на пару рассказали ученикам несколько уморительных историй из его бытности иксменом. Алекс и знать не хочет, какие именно слухи о нем ходят по всей школе, он здесь совсем не для этого. Впрочем, и не для того, чтобы навестить брата, тоже; малыш Скотти уже достаточно большой мальчик, чтобы уметь разбираться со своими проблемами самостоятельно, включая разбитые носы одноклассников и безуспешные попытки охмурить рыженькую телепатку. Он только обреченно вздыхает, когда братец вдруг расправляет перышки и начинает прихорашиваться, стоит мисс Грей появиться в пределах видимости.

А Алекс... Алекс бревно с эмоциональным диапазоном как у зубочистки. Хэнк пытается быть ему другом, действительно пытается, подбивает на посиделки в лаборатории после уроков с бутылочкой чего-нибудь горячительного и душещипательными подробностями из жизней дорогих воспитанников Чарльза. Саммерс молча слушает, иногда выдает несколько едких комментариев, но в целом не проявляет особой заинтересованности. Он проводит с Хэнком много времени лишь потому, что иначе МакКой слишком расстроится, прикрутит ему каких-нибудь лишних проблем в своей голове и отправит решать их с Чарльзом. Они же хотят как лучше, всегда хотели — школа на этом и строилась, и кто Алекс такой, чтобы с этим спорить. Ему как-то лучше в одиночестве, привычнее, что ли, и лезть в пеструю идиллию Института своей мрачной рожей не слишком хочется, только настроение всем портить. Но Чарльз почему-то упрямо верит в то, что он может им как-то помочь, что работа с трудными подростками для Алекса проще пареной репы и он всю жизнь об этом мечтал. Как же. Впрочем, он не отказывается. То ли из желания держать брата поблизости, что вряд ли, то ли потому что помнил о том, как сам был таким. И даже хуже, ну правда — не так-то много мутантов, способных истребить все живое в радиусе... не суть, в каком. Большинство мутаций могли быть неприятными, но вполне безобидными. Чего Алекс не мог сказать ни о себе, ни о девочке, которую ему предстояло тренировать.

Хэнк много говорил о ней, когда пытался убедить Саммерса в необходимости его присутствия, выложил все, что знал сам. Что семьи у Лорны Дэйн нет, потеряла по трагическому стечению обстоятельств, что она переживает тот самый нелегкий отрезок своей жизни, в который каждый мутант вне зависимости от степени разрушительности своих способностей начинает ненавидеть себя и окружающих. Только у большинства это проходит, по крайней мере, дети Института со временем переставали быть столь агрессивными и недоверчивыми, быстрее шли на контакт, оказавшись среди таких же потерянных душ. С Лорной такой номер не прошел. Она здесь уже несколько недель, но по-прежнему не хочет пускать к себе никого, вроде бы не отталкивает, но ясно дает понять: мне и одной замечательно. «Никого не напоминает, а?» — подначивал МакКой, пихнув Саммерса локтем, на что тот нервно отшучивался, сводил разговор к какой-нибудь отвлеченной теме. И все же посматривал на девочку украдкой, когда та оказывалась поблизости, в основном шипящей на Дрейка или других ребят помладше.

Как бы то ни было, до сегодняшнего дня они ни разу не заговаривали. Пересекались немного в коридорах, встревали в дверях кабинета профессора, неуклюже расходились под его тихий смех. Почему-то Алекс был уверен, что Лорна терпеть его не может. Наверное, потому что Лорна в принципе не показывала, что ей кто-то хоть немного нравился. Ее однозначно бесил Скотт, но, тем не менее, львиную долю времени она проводила где-то неподалеку, переговариваясь с Джин или огрызаясь на чьи-нибудь комментарии. Скотт о девочке с зелеными волосами отзывался тоже не очень лестно, пару раз так и хотелось дать ему по губам.

Словом, юношеский максимализм цвел и пах со всех сторон, гормоны бушевали, а Алекс, кажется, застрял в том возрасте, когда пора бы стать серьезнее, но все как-то нет. Октябрьское солнце уже не такое яркое и почти не бьет по глазам, однако ж Саммерс прячет глаза за авиаторами и лениво потягивает кофе из пластикового стакана, прислонившись к крыше припаркованной любимицы Шеви.

— Ну привет, — знакомиться с девушками оригинально Алекс не очень умел, да и собрались они тут не вовсе не для этого, и все же он чуть опускает очки и подмигивает. Хэнк бы поржал, однозначно, невыспавшийся Саммерс так и лучился обаянием, сто очков форы Дрейку. Лорна предсказуемо огрызается, вынуждает тащиться за собой в чисто поле, Алекс забывает на крыше своей красотки ополовиненный стакан. Отличное начало дня, если так и дальше пойдет, кому-то очень скоро не поздоровится. Алекс готов был биться о заклад, что как раз ему. И, чтобы его маленькое предсказание уж точно сбылось, делает все, лишь бы взбесить маленькую самоуверенную девчонку.

— Ауч, мои чувства задеты. Может, ты не металлокинетик вовсе, а словами убиваешь? — Он хмыкает, а потом, недолго думая, забирает из рук не ожидавшей такой наглости Лорны эскимо, принимается за него сам с видом а ля так и надо. И потом еще и палочку облизал с удовольствием. — Если сможешь взорвать — валяй, я посмотрю.[AVA]https://68.media.tumblr.com/f34dd1fda2f0fcfc195979984799f25c/tumblr_inline_oplr39pM691t6h4s4_540.gif[/AVA][NIC]Alexander Summers[/NIC][STA]sledgehammer[/STA][SGN][/SGN]

Отредактировано Wanda Maximoff (2017-08-28 17:13:02)

+1

4

+soundtrack

Какой же этот Алекс мерзкий, злится Лорна, с таким видом наблюдая за поеданием эскимо, словно он при ней аутопсию проводит. Мерзкий, задирающий нос, а ещё и её подначивает. Лорна хочется накричать на него, стукнуть кулаком в грудь и пояснить, что она — пострадавшая. Что больше всего на свете ей хочется забраться под одеяло в комнате, пускать слюни на Патрика Суазе, рыдать под надрывные песенки Лайонелла Ричи и проводить свою в жизнь вдали от всех мутантских инсинуаций. Лорна знает ещё кое-что — Чарльз врёт, все нагло врут, никто здесь в Институте не семья друг другу. Так не бывает. Никого не объединяют геномы или какой-то неправильный, разрушенный хромосом, и волокна крови с лейкоцитами тоже. Может, у Лорны плохо с биологией, но о жизни она кое-что да знает. Например, что таким парням нельзя давать спуску. Например, что нельзя принимать вызов. Например, что она выше этого, и что мама с папой не одобрили бы, и приход тоже.  
— Я уверена, у тебя есть прозвище. Постой-постой, дай угадаю — Пиноккио? Да пошёл ты %^$*, — и красочной иллюстрацией она показывает ему неприличный жест обеими руками. Выходит целых три средних пальца.
— Чарльзу сам потом объяснять будешь. Наслаждайся, надеюсь, чувство юмора у вас, Саммерсов, не ДНК обусловлено.

Он не кажется ей жутко интересным или лёгким на подъем, скорее уж тяжёлым, как танк, как раз тем истуканом и деревом. Какой-то он неживой что ли, скучный и занудный. Почти Скотт, неудивительно! Наедине с вроде-как-тренером ей некомфортно и не особо удобно. Вот с Бобби весело, с ним никогда не знаешь, что тот выкинет — хотя вечные сюрпризы и ледяные розы утомляют. А здесь гладь Алкалая, пучина скукоты, Марианская Впадина бездействия, самые банальные, клишированные поступки. Странный он, этот Алекс. Дебильный.
— Я, блядь, будто сама охуительно рада, — Лорна собирает волосы в хвост и перевязывает резиночкой с Микки Маусом. Стаскивает Ray-Ban и прикрывает один глаз. Спутниковые тарелки видно неплохо, массивный корпус отливает металликом под макияж Боуи, антенны шепелявят. Если сосредоточиться, она слышит их шум, вибрации, как идут сигналы. Расшифровать не может, не получается отделить, не хватает практики — Хэнк говорит, со временем она научится, станет чувствовать не всё сразу, а выборочно. Запертые так долго способности, пояснят Хэнк, вырываются мощными сгустками, неконтролируемо. У неё теперь с этим проблемы будут всегда.

Сейчас проблемы начинаются с того момента, как Лорна взлетает. Паническая атака, волнение и «под ложечкой сосёт» чувство — в память хлынут воспоминания о Старре и Месмеро. О том, что они заставляли ее делать — гипноз сошёл, но помнит ведь, а коли забудет, постучись в архив любой телевизионной компании, выуди кассеты с выпусками новостей, почитай газеты. Ей приходится с силой прикусить губу, не до крови, но сводящей боли — да ей насрать. Она разворачивается на девяносто градусов и пальцем указывает на спутниковую тарелку, виднеющуюся за пару сотен миль вдалеке. Громадная махина устремляется вверх шпилем и соприкасается с облаками под ватные шарики, словно целует их. Лорна прищуривается; порывы ветра оплеухами врезаются в лицо, на высоте холоднее. Она вспоминает, как надо — развести, установить контакт и не только посылать импульс, но и вводить в катарсис саму систему изнутри. В этом смысл, двойной удар. Неспешно, со скрипом и ржавым потрескиванием, стальной монстр разворачивается в пол-оборота. Ей хочется поиграться еще немного, и она решает наклонить тарелку, измять, как какой-нибудь объект современного искусства — но вместе того перед глазами встает картина гуашью, где Месмеро приказывает ей склонить железную балку над несчастной женщиной с животом-арбузом и девочкой, лет пяти, с бантиками-барабанками в косах. На спутниковой тарелке появляются вмятины, но Лорна щёлкает пальцами — и две из шести тарелок шумят, а потом взрываются.
Железная палка протыкает девочку насквозь, насаживая бифштексом на шампур для шашлыка, и беременную женщину также. У Лорны ничего не мокреет у ресниц — пошли они все.

Огненные осколки и чёрный дым видно издалека; стружка взлетает в небеса, а каркающие грачи разлетаются в стороны и спешат скрыться с места катастрофы. Круги из железных пластин разрушаются не полностью, частично, половину сметает по сторонам, в хвойные заросли и под можжевельники — и острые края крепостной стены уходят убывающим месяцем вниз; сохраняются одна пятая каждого связного творения. Лорна не уверена, что именно сотворила — но позади раздаётся шипение. Она резко оборачивается в сторону Института. Желтоватый тусклый свет в окнах шумит, хлюпает, а затем все проёмы, один за другим, погасают.
Кажется, она обесточила половину округа. Или Буффало целиком.
Дэйн заходится бешеным смехом, вперемешку с горькими нотками, из носа у неё идёт кровь. Тошнит, а полянка пляшет кружочками, и мерзкий Алекс Саммерс — тоже. Она утирает хлипкую липкую жидкость футболкой, задирая совсем, так, что видно нижнее бельё, и как-то по-детски улыбается. Поднимается еле-еле и изображает, пародирует реверанс, широко расставляя руки в стороны.
— Профессор будет в восторге. Поинтересуешься, что там с Опасной Комнатой? — она щипает себя за щёки, пытается выйти из резонанса. Ей кажется, что мир теряет краски и уходит из-под ног, но правда такова, что Лорна — самый обыкновенный монстр, и её надо либо в клетку к животным, в зоопарк, либо на стул. Не электрический, а с мылом и верёвкой.

Лорна массирует виски пальцами. Режущие кислотные оттенки уходят с неба, уходит и чёрный дым в искрах, уступая пьедестал лёгким намёткам царящей осени, уходит и жара. Больше всего в Институте Лорне нравятся розы. Ей и сейчас чудится этот аромат, хотя сами кусты миль за десять от них — но он струится и сюда, сочится через землю и впитывается в кожу. Её подташнивает, но на Алекса она смотрит гордо вздёрнув подбородок, волчицей глядит, и расплывается в акульей зубастой ухмылке.
— А скажешь, что знал кое-кого, кто умел также — и тебя взорву, усёк?
Потом Лорна грохается прямёхонько в обморок, и изумрудные локоны сливаются с сочной травой.
[NIC]Lorna Dane[/NIC]
[STA]чарли маккабрей[/STA]
[AVA]http://forumavatars.ru/img/avatars/0017/8b/2e/17-1461964369.jpg[/AVA]

+1

5

— От луковицы слышу, — ненавязчиво отмахивается Алекс, ничуть не смущенный таким раскладом. Лорне очень хочется быть грубой, пусть так, Саммерс не против, пока это не мешает делу. Вот только Лорна при всей своей грубости чересчур эмоционально разбитая, от нее буквально исходят все эти волны драмы, а еще жалости к себе. Алексу слишком уж такое не нравилось, жалеть ее он не собирался, равно как и становиться покладистым котиком, чтобы можно было обнять и поплакать в его нежную шерстку. Вместо этого он топорщится жесткими иглами, кривит губы в ухмылке и не меняет взятого курса на север, где холоднее и, вообще-то, проще. Вот только Лорна загорается спичкой и все не желает остывать.

Это плохо.

Помнится, когда-то давно, на совместных тренировках Чарльз говорил им с Эриком, мол, надо найти баланс между спокойствием и хаосом в своей голове. Точку, где все сливается воедино. Алексу совет не особо помог, но у него случай особый, а вот Эрик сумел им воспользоваться и достиг успехов, прямо скажем, впечатляющих. Наверное, Саммерсу стоило сначала рассказать об этом Лорне, дать хоть какие-то указания, чтобы его тренерство принесло какие-никакие плоды. Вместо этого он ерничает и сердится на поглощенную собственными эмоциями девчонку, неспособную сдерживаться. Отличный подход, Алекс, просто браво, так держать. Глядишь, к концу курса они все тут разнесут. И школу с землей сравняют, чтоб уж наверняка.

Саммерс напряженно наблюдает за действиями Лорны, не выпуская палочки от эскимо изо рта, недовольно щурится, понимая, что вот-вот — и грядет что-то плохое. Но он не мешает, не пытается ее остановить, потому что ему очень надо увидеть. Мало ли что говорил Хэнк, она действительно, по-настоящему была похожа на Магнето. И дело не в управлении металлом даже, ну, подумаешь, не все дети мутантов копировали способности своих родителей, всякое бывало. По правде говоря, такое сходство немного пугало. Алекс видел беспокойство на лице Чарльза, когда тот непринужденным голосом описывал возможности Лорны. Такое просто невозможно было игнорировать и отрицать.

— Я увидел достаточно, хватит, — наконец, предпринимает он попытку закончить демонстрацию. Но Лорна его не слышит, Лорна уже поглощена своими демонами, совсем не смотрит на него и не давит из себя дурацких и якобы остроумных комментариев. Она пытается что-то доказать, не важно кому. Вот только... доказать что? Что она монстр? Алекс не видел в ней чудовища, лишь измученную собственными кошмарами девочку, упрямо считавшую, будто ей не нужна ничья помощь. Распространенное заблуждение и только. И не таких приводили в чувство, и более запущенные случаи решались несколькими сеансами терапии профессора Ксавьера. Если бы Лорна не сопротивлялась, может, ей уже сейчас стало бы значительно легче. Если бы она хотела, чтобы ей помогли, помощь непременно бы подоспела.

Но она не хочет.

Это так чертовски глупо. И так знакомо.

Если бы можно было выжать силы до капли.
Если бы.

Лорна смеется громко, и от этого как-то даже жутко. У Лорны льется носом кровь, и Саммерс тянется к ней, чтобы помочь, но успевает только подхватить на руки, спасая зеленый затылок от знакомства с усыпанной желтеющими листьями землей. От такого упрямства тошно, безрассудство буквально до чертиков с ума сводит, эмоционально стабильному Алексу в какой-то момент почти крышу срывает, обнажая тщательно скрываемый хаос в черепной коробке. Он относит ее в машину, укладывает на заднем сидении, отнюдь не нежным движением стирает остатки крови с лица и ждет. Ждет, пока эта чокнутая очнется, посмотрит на него осоловелыми глазами и попытается сбежать, упираясь спиной в запертую дверцу.

— Ты дура! — Слова вырываются неожиданно громко, Алекс рычит почти злобно, смотрит на нее, как на умалишенную, не понимая, откуда в ней столько ебанутости. Да, именно это слово, другого не подобрать, оно идеально подходит. — Выпендриться захотелось, да? Совсем жить надоело?

Лорна Дэйн раздражает Алекса Саммерса всем — начиная от зеленовласой макушки до кончиков обкусанных ногтей, она не слушает никого, в первую очередь самого Алекса, и это бесит до такой степени, что держать себя в руках куда труднее обычного.

Он не ждет от нее вразумительных ответов, равно как и робких девчачьих извинений, мол, погорячилась, не подумала, прости, что заставила волноваться. Нет. Вместо этого Алекс усаживается за руль и, не потрудившись обернуться, выдает:

— Бургер хочешь?

Срочно надо остыть. Забегаловка в десятке километров отсюда — лучший вариант, показываться на глаза всем после такого фиаско — только репутации вредить.[AVA]https://68.media.tumblr.com/f34dd1fda2f0fcfc195979984799f25c/tumblr_inline_oplr39pM691t6h4s4_540.gif[/AVA][NIC]Alexander Summers[/NIC][STA]sledgehammer[/STA][SGN][/SGN]

+1

6

+soundtrack

Ей хорошо во тьме. Уютно, тёпленько, почти что спа. Никаких тебе проблем с логарифмами, неконтролируемым управлением силой гравитации, выговорами за ночные побеги и лохматой шевелюры недо-тренера. Но ей приходится придти в себя, и Лорна этому ой как не рада. Назад бы, а, приложиться что ли о резиновый коврик?
А Алекс, значит, так прохуярил всё, что никому и не снилось. Очаровательно, и душу греет.

«Сам дурак»,  хочется крикнуть Лорне, «тоже мне, учитель года, фото в рамочке на стенку и стипендию за успехи в работе с молодёжью!».

«Я жить не заслуживаю», силится она не проорать, «ты хоть представляешь, скольких я убила? Мне семнадцать, а уже можно на пожизненный срок сажать!».

Вместо того Лорна, как заведённая, дёргает головой болванчиком, и кудряшки пружинят вместе с ней. Одну из прядок она заправляет за ухо, покусывает язык, приоткрывает рот, упираясь фалангой большого пальца в носовую перегородку, выковыривает из ноздрей запекшиеся хлопья крови.
— Хочу, — кивает она, чуть поспокойнее, но от недостатка сил, — и большую картошку фри. И коктейль молочный. И яблочный пирог. И ещё газировку.
Организм требует подкрепления, углеводов-белков-жиров и прочую вредную, неправильную и такую вкусную фигню, от которой Хэнк закрывает тонкое, передёрнутое лицо ладонями, пряча выступающие мохнатые волосинки. Лорна представляет, как пропитывается говяжья котлета брызгами томатного сока, как хрустит салатный лист, как жгутся луковые колечки, как свистит упаковка горчицы и как снегом оседает крупная соль на причудливых ломтях из картофелин, и как плавает, подтаивая пенкой, ванильное мороженое в жестяном стаканчике. Это тебе не тыквенно-брокколевые пюрешки с рыбными котлетами из столовой Института.
— Пиздец прям как хочу, умираю. 

Пока они едут, «шевроле шевелл» подпрыгивает на кочках и выбоинах, а дороги в Буффало, ни дать ни взять, изощрённо выстроенная полоса препятствий. Мимо проносятся сбитые дорожные знаки с приветствиями о въезде, гнилые стухшие дубовые пеньки, заляпанные заплесневевшими груздьями опят, звенит-орёт пожарная сирена. Они выворачивают на шоссе I-85, уходя от дороги к заведению для подарочков судьбинушки-фортуны, мимо проносится служебная машина. Радио шипит, начинается блок новостей, сообщают о взрыве и пожаре близ Нью-Салема в округе Буффало, Лорна жмурится. Колёсико поворачивается само, переключаясь на кантри-канал; негусто, зато получше бубнёжки склизких дикторов. Она не пристёгивается и не разговаривает, не комментирует ситуацию и не извиняется; ей-то за что?! Саммерс кукурузный початок в духовку положил, пусть и отскребает гарь со стенок.

Боб Дилан не перестаёт верещать о том, как меняются времена, а Лорна глазеет на дорогу, считает полосы разметки. Сбивается на пятисот четыреста шестой, чешет ухо. Машина у Алекса старая, потёртая и подлатанная, видно, зато цветом — в красный мандарин, и пахнет историей. Чистая, ухоженная. «Автомобильчики любишь» кажется самым тупым вопросом, и, пускай Лорна и порывается его задать, тут же вжимается в сиденье снова. Нет, разговаривать с Саммерсом она не собирается, а голова кружится на кочках. Обойдётся без её компании.

+soundtrack

Ехать на автобусе — почти час, Лорна знает; когда они сбегают с Джин, налаченные бриолином и с египетскими стрелками, на вечеринки в роллер-клубах, до автобусов приходится ещё добираться. На машине им быстрее, а проходит минут восемь. И Лорна начинает жутко скучать, без разрешения крутит колёсико дальше.
— Я открою окна, — предупреждает она, и из своего высовывается, подставляясь дорожному ветру — с пылью, перекати-поле и остатками жахлых колосьев, а потом что-то выкрикивает, в редких попутчиков на байках, и залезает назад. Простыть может.
По радио начинают крутить ну хоть что-то хорошее.

— I remember, seems like a lifetime, can't believe it's a matter of days, since you left me I'm near to heartbreak — I want you so bad don't turn away! — чересчур громко подпевает Лорна Дио, облокачивается на передние сиденья и раскачивается, трясётся, как на концертах. — I surrender!
К её великому разочарованию, в музыкальных вкусах Алекс не лажает, в противовес Скотту, и присоединяется. К несчастью, Блэкмор вообще объединяет — на короткий пятиминутный срок песни она перестаёт бесится от присутствия Саммерса-старшего, даже смеется тихонечко, но весело, откидывается, крутит волосами, а потом прихлопывает.
— Можешь отпустить руль, — вопит Лорна на втором припеве, — я поведу! У меня есть права!
Она, конечно, врёт — на пересдаче учебный «форд» врезался в столб, снёс водный насос и чуть ли не убил тренера. Ей не то что права не выдали, а всучили бумажку какую-то о неприближении к автошколе.
И это чувство единения — с сонным, где и мухи дохнут от безделия, Нью-Салемом, с ревущей мигалкой пожарных и шипящими спутниковыми тарелками, с разноцветными, пестрящих клочками пэчворковских чилийских одеял кронах, лиственницами и каштанами, единение с Дио и гитарными соло — и, пожалуй, даже с ещё одним мутантом — опьянеет получше дешёвого вина за двадцать баксов, на которое скидывались одноклассники, чтоб подливать в пунш во время осеннего бала.

Всё хорошее имеет привычку заканчиваться, и песня — тоже.

Лорна, уже раскрасневшаяся, с живёхонькими, бегающими глазами, отворачивается опять, забивается в угол, но сидит порасслабеннее. Мимо проносится водохранилище Вали Крик и ряд противных, грязных поросяче-розовых домиков с разбитыми палисадниками пионов, и плохонькая аптека. Свет не горит. Воро́ны и голуби активно заполоняют натянутые провода меж вышками, и электричество не бьёт — обесточен весь район. Впереди ждёт Вурхизвилль, и он достаточно далеко от Института, чтобы мутантов там терпеть не могли. Лорна это понимает слишком поздно.
— Я не смогу выйти, — сдавленно, поспешно лепечет она, — я забыла шапку. Повязку. Тюрбан. Сука, да что угодно, но без — не выйду.
Ей проблемы не нужны, и злые взгляды — так тем более. Брови скроют Ray-Ban, но причёска...

[NIC]Lorna Dane[/NIC]
[STA]чарли маккабрей[/STA]
[AVA]http://forumavatars.ru/img/avatars/0017/8b/2e/17-1461964369.jpg[/AVA]

Отредактировано Irené Adler (2017-08-28 17:20:06)

+2


Вы здесь » Marvelbreak » Незавершенные эпизоды » В эскимо начало всего


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно