ОБЪЯВЛЕНИЯ
АВАТАРИЗАЦИЯ
ПОИСК СОИГРОКОВ
Таймлайн
ОТСУТСТВИЕ / УХОД
ВОПРОСЫ К АДМИНАМ
В игре: Мидгард вновь обрел свободу от "инопланетных захватчиков"! Асов сейчас занимает другое: участившееся появление симбиотов и заговор, зреющий в Золотом дворце...

Marvelbreak

Объявление

мувиверс    |    NC-17    |    эпизоды    |     06.2017 - 08.2017

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Marvelbreak » Отыгранное » [05.02.2017] It's a new dawn


[05.02.2017] It's a new dawn

Сообщений 1 страница 18 из 18

1

It's a new dawn
http://forumstatic.ru/files/0018/aa/28/36613.png

https://78.media.tumblr.com/tumblr_m8bsn9VyRg1rwr5fwo1_640.gif
Эрик | Скотт | Джин | Аннаhttp://forumstatic.ru/files/0018/aa/28/36613.png
Тяжелые времена требуют союза с тем, кому Иксы не доверяют. Но готовы сотрудничать,
готовы строить новый мир для мутантов, ведь в этом мире им уже нет места.

ВРЕМЯ
ближе к вечеру

МЕСТО
в гостях у Эрика

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЯ
сделки

+3

2

Эрик практически "сидит на чемоданах": почти все готово, и на Геноши уже ведутся финальные приготовления, так что бегает на два континента и наверняка бы нигде не успел, если бы не помощь внука. Не то, чтобы Билли вдруг стал резко доверять деду (видимо, в будущем кто-то таки рассказал про бурную молодость - вот только какая?? Эрик грешил на Чарльза - как на того, кто был более в курсе и причастен!), но ради благого дела спасения мутантов некоторыми принципами пришлось поступиться. Конечно же попутно внук еще за Магнето и приглядывал, но поведение того было безукоризненным: ему не нужны были конфликты с людьми - нет, не сейчас. Проанализировав список своих не самых удачных миссий, он пришел к не самому тривиальному выводу, что преждевременное обнаружение собственной персоны и излишнее внимание как раз серьезно тем самым делам и вредили. Поэтому теперь все было тихо, мирно и чинно, а его лицо и имя не мелькали по всей Геноши. Пока что не мелькали, но кое-кто уже прослышал про то, что остров теперь принадлежит мутантам, а рулит там всем - Магнето. И слухи начали распространяться, но, как говорится, уже поздно: последние корабли с людьми покидали Геношу, где мутанты теперь смогут спокойно жить, где уже разворачивались первые оборонительные комплексы, чтобы ту самую спокойную жизнь и обеспечить.
Сегодня у него планировался тихий домашний вечер: последние дни были слишком напряженные, и Эрик решил взять себе паузу. Правда вот у Билли были еще какие-то свои планы, но влезать в душу внуку он не стал, а то еще полезет с таким же обратно к деду, и чего ему говорить, чтобы спокойно спал по ночам и отпускал деда на Геношу? Так что взаимное невмешательство - это не так уж и плохо, и, чтобы не нарушать традицию, Эрик уже приготовился было посмотреть хоккейный матч, как в дверь вдруг позвонили. К нему, в принципе, никто не приходил, поэтому тут он подозрительно покосился в сторону холла - однако система безопасности молчала, что, в принципе, ничего не значило. Потом вспомнились ключи, которые валялись на тумбочке - внук выскочил без них, и вывод тут был вполне себе логичен.
Эрик распахивал дверь, уже приготовив небольшую тираду, как слова застряли в горле, и он уставился на стоявшую на пороге троицу: Скотт Саммерс, Джин Грей и крайне любимая им Анна Мария. Магнето хмыкнул, очки сползли с переносицы на кончик носа, и он, обозрев еще разок всю компанию, дверь тут же захлопнул. Стоя в холле, сделав глоток пива из бутылки, которую он держал в руке, он выдохнул и дверь снова открыл. Картинка на пороге не изменилась.
- Билли, это - не смешно! Ты бы еще... - судя по тому, что все остались стоять на месте, не пропали, довольный смех внука не послышался - перед ним и правда стояла та самая троица из "иксов". Лучше уж это были проделки Билли! - Так это вы, - протянул Эрик, снова обозревая всю компанию. Видимо, что-то и правда случилось, раз они стояли у него на пороге, и это явно случилось у них, да без его участия - иначе бы не было вежливых звонков в дверь, а ту самую дверь они бы дружно выносили еще более расширенным составом команды.
Магнето, в майке "Нью-Джерси Дэвилз", серых штанах и каких-то меховых тапках, с очками на носу и бутылкой пива в руке, сейчас меньше всего представлял то самое главное зло и главного идейного противника, к которому все привыкли. Но, с другой стороны, кроме как на поле боя они вообще редко где встречались! И вот на эту встречу он совершенно не рассчитывал.
- Что-то случилось? - у них, в принципе, постоянно что-то случалось, и тут Магнето никаких иллюзий не питал. Но держать таких гостей на пороге - тоже было чревато, и он принял решение: - Заходите, - обратно в дом он прошел первым, уходя в гостиную, где огромная плазма во всю стену уже начала транслировать матч. Он коротко моргнул, и экран потух, а потом достаточно быстро дошел до тумбочки, убирая с нее фотографию, где он был запечатлен в обнимку с Билли как раз на матче. Нечего тут еще и в его личную жизнь влезать! И, да, личная жизнь тут у него внезапно нашлась в виде трех детей и двух внуков, но и этими новостями он делиться как-то не спешил.
- Я так понимаю, что вы не просто в гости зашли, - Эрик вопросительно поднял седую бровь, а потом кивнул на диван, предлагая дорогим гостям присесть. - И не потому, что соскучились, - при этом взгляд задержался на Шельме. У него тут было множество вопросов и прилично догадок, но Магнето не спешил их озвучивать. В конце концов, это они тут к нему пришли, а, значит, мяч на их стороне - интересно будет посмотреть и послушать. Но явно случилось что-то из ряда вон выходящее - иначе бы этой троицы тут точно не было! И, чтобы "иксы" еще больше и "радостней" собирались с мыслями, Эрик снова оглядел всех, на мгновение призадумался и точно вошел в образ идеального хозяина: - Пива? Водки? Чаю?

Отредактировано Erik Lehnsherr (2018-10-14 01:52:18)

+4

3

Скотт Саммерс с трудом представляет то, каким должен быть разговор со старым добрым врагом, и то, каким он будет. Эрик Леншерр. Волею судеб им приходилось не раз сталкиваться на поле брани, сходиться в битвах, отстаивать абсолютно разнящиеся точки зрения. Теперь обо всем их прошлом, богатом и насыщенном, приходится старательно забывать – не то время для пустой вражды, не то время для того, чтобы держаться порознь.

После того, как Темный Феникс промчался по планете, устроил хаос, убил сотни руками своих носителей, отношения мутантов со всем остальным миром резко ухудшились. Люди становятся реальной угрозой, ощутимой. Скотт четко осознает – человечество считает их проблемой, которую необходимо решать, и не желает ждать, когда они нанесут первый удар. Под их ответственностью жизни детей, их собственные, тех, кто не может за себя постоять. Они не имеют права медлить, решая, как налаживать отношения с врагами.

Закрывает глаза, давит в себе раздражение, неизменно возникающее при мысли о людях, чувствует беспокойство о будущем мутантов. Вспоминает, как яро горел желанием спалить мир, очистить его от людей, будучи носителем Феникса, и ощущает, что до сих пор этого хочет – спасти свой вид любыми доступными методами. Единственный, должно быть, способ защититься, радикальный, но надежный.

Идея союза с Магнето может кому-то не нравиться, но никто не посмеет отрицать тот факт, что им необходимо сотрудничество. Его предупреждения касательно людей становятся явью, обретают форму с пугающей скоростью, а нежные мечты профессора рассыпались и стали прахом. Мир между людьми и мутантами, который Ксавьер столь бережно строил, давно стал хрупкой иллюзией, готовой развеяться по ветру. Скотт давно не верит в его слова, далеким отголоском звучащие в сознании, не верит в то, что подобное будущее возможно, не верит в то, что что-то еще можно изменить и нужно.

Машина подъезжает к дому. Скотт выходит, осматривая окрестности. Эрик не прячется. Или до него никому нет дела – все заняты иными проблемами. Или только мутанты умеют искать, Церебро есть не у всех. Смотрит в сторону Джин и Анны, направляется к дверям первый, в глубине души надеясь успеть поговорить с Магнето до того, как Анна решит, что отскребать его с ближайшей стенки будет для них гораздо более увлекательным занятием.

Дверь открывают, через секунду закрывают. Сайк молчит, переваривая то, что он успел увидеть. Поворачивает голову, чтобы посмотреть на спутниц и убедиться в том, что ему не померещилось. Дверь вновь открывается, Эрик в простой домашней одежде невозмутимо обозревает троицу, а затем подает голос, окончательно разрушая догадки Скотта о том, что это некий двойник, брат-близнец, кто угодно, только не Магнето – заклятый враг, всегда выглядевший эффектно и стильно.

- Эрик? – срывается полное недоумения и крайнего изумления – не каждый день приходится видеть подобное.

Собирается с мыслями, а взгляд предательски цепляется за меховые тапочки. Отчего-то это окончательно лишает дара речи. Скотт вопросительно приподнимает брови, приоткрывает рот, чтобы что-то сказать, и тут же закрывает его, не отвечая на заданный вопрос Леншерра.

Сайк внезапно начинает сдерживать рвущиеся на волю вопросы, это застает врасплох, но ничего удивительного – его самоконтроль дает трещину. Сохраняет спокойное выражение лица, пытается упорядочить взвившийся ворох мыслей в голове и вспомнить то, зачем они пришли в гости к бывшему заклятому врагу, внешний вид которого поразил сверх меры.

Входит в дом, идет в гостиную, так же молчаливо, почти не обращает внимания на обстановку. Скотт уверен – он не удивится, если у Магнето окажется еще и пушистый кот. Поворачивается к Джин и Анне, кидает на них быстрый взгляд, возвращается к хозяину дома, любезно предлагающему им сесть на диван.

Гостеприимный Эрик Леншерр. День сюрпризов. Скотт часто моргает, затем незаметно качает головой, берет себя в руки.

- Мне ничего, благодарю. Мы хотим просто поговорить, - не знает, с чего начинать, но знает, что начинать ему – его идея. - Полагаю, ты в курсе положения дел между людьми и мутантами в последние месяцы, и знаешь, насколько все плохо. Мы здесь по этой причине.

С места в карьер. Эрик их поразил, их черед. Скотт не видит смысла в хождениях вокруг и около. Они пришли не за этим. Им нужно понять, готов ли тот оставить былые разногласия и помочь мутантам, как твердил всегда, помочь построить иное будущее, защитить детей, которым грозит опасность.

- Как насчет того, чтобы забыть о нашей вражде и заключить союз?

+4

4

Последние месяцы идеи Скотта слегка отдавали… паленым. И Джин надеялась, что эта идея удастся получше, чем предыдущие. Союз с Эриком вызывал много вопросов, рациональных вопросов о здравости принятого решения, но чего Джин не могла отрицать, так это того, что делать что-то надо. Стоило отправиться в отпуск, как почти сразу случилось несколько нападений на детей-мутантов в Салеме, в свободное от школьных занятий время. Никто особо не пострадал, ничего критичного, но это снова поднимало волну недовольства соседей. Никому не нравилось подобное соседство, ни самой Грей, ни людям, в конечном счете, все сводилось к тому, что уютный и любимый особняк придется оставить, а школе нужно было было новое место.
Ну хотя бы она перестанет называться в ее честь, и Джин больше не будет видеть эту ненавистную табличку.

И все же, мысль об Эрике вызывала в Джин смятение. Она не знала, как ей относиться к подобному, не знала, как реагировать на Магнето, как не поддаваться какой-то детской и иррациональной обиде, которая, в общем-то, не имела права на существование. Но предложение Скотта Джин не просто приняла, но и поддержала, отправившись вместе с ним с визитом вежливости, как только они вернулись из Вермонта.
- Скромность не одно из его качеств, - констатирует Джин, когда машина подъезжает к особняку, который занимает Магнето.
В салоне чувствуется напряженность. Скотт весь в своих мыслях, Анна вообще не очень-то рада, что ее потащили за собой. Вот уж у кого большой счет, так это у нее, Эрик практически стоил ей седины, но это, конечно, они сами будут разбираться. Настроение же у всех было паршивое, измученное неизвестностью. Они понятия не имели, как их может встретить Эрик, еще меньше имели понятия, что делать, если тот откажет им.

Впрочем, через несколько минут они все узнают, стоит лишь позвонить в дверь. Джин кутается в пальто, прячет мерзнущие руки в карманы, думает о том, что если они доживут до весны, будет хорошо. Она хочет весну и хочет подумать о безопасном месте, в котором они со Скоттом будет свой дом и возможность… родить детей.
Дверь открывается не сразу, а когда открывается, то Эрик выглядит весьма… впечатляюще, но совсем непривычно. Впрочем, оценить его внешний вид выходит не очень хорошо, перед носом у гостей дверь снова закрывается.
- Может, он за шлемом пошел?
К его домашним штанам, меховым тапочкам и пиву только шлема не хватает.

Дверь снова открывается, и в этот раз Эрик выдает нечто такое, что заставляет на миг задуматься о его душевном состоянии. Может, не зря Леншерр исчез с радаров после Гидры, и все сплетни о Геноше были фигней, а на деле ему положена была сиделка и успокоительные?
- Мы, - подтверждает Грей, - хочешь, отпечатки пальцев сдадим?
Рассказывать на пороге о том, что случилось - вы шутите? у них всегда что-то случается! - Джин не очень хочет, более того, она чувствует, что Скотт начинает распаляться. Касается его руки, сжимает пальцы, мягко оглаживая их. И мысленно просит:
“Не нервничай, любимый”.

Джин все еще не может нарадоваться тому, как отпуск пошел им на пользу, и хотя вся ее телепатия пока только до половины восстановилась, ее уже хватает на ментальную связь со Скоттом, что согревает лучше всего.
Они проходят в распахнутую дверь за хозяином дома, сначала Скотт, затем женщины, Джин склоняется к голове Анны, фыркает:
- Какая прелесть, не находишь? Майка, штаны, тапочки, очки. И пиво. Старость?
Она устраивается рядом со Скоттом на диване, в противовес ему произносит:
- Чай будет хорошо, Эрик, спасибо. Сыро на улице очень.
И снова кладет руку на руку Скотта, предлагая ему не напрягаться. Да, на его плечах лежит огромная ответственность, они оба знают, знают и то, что Скотт в себе очень сомневается последние недели. Но в нем не сомневается она, Джин, и поэтому будет его держать за руку все то время, которое он будет поддаваться колебаниям.
В остальном же Джин отдает право вести разговор Скотту, оставаясь лишь молчаливой - по крайней мере, внешне - поддержкой и наблюдая за Шельмой. Взгляды Эрика от нее не укрылись, от того еще любопытнее, чем на то ответит Анна.
“Дом только не разнеси, дорогая”.

+4

5

Выражение лица Анны сейчас ярко предавало весь спектр накопленных чувств, эмоций и мыслей, которые неустанно терзали её ровно с того самого дня, как на командном пункте была выдумана идея о взаимовыгодном сотрудничестве между Людьми Икс, и, кто бы мог подумать, их самой главной головной болью. Сказать, что Мари обалдела, ничего не сказать. Её возмущению не было никакого предела. Более того, первым мутантом, который бы бросил камнем в этого человека, являлась сама Мари. И камень этот едва ли бы уместился в руку. В лапу стража, может быть.
Определенно в их жизни в последнее время происходит тотальная катастрофа, которая подкидывала всевозможные толчки со стороны людей на ответные действия. Участились случаи нападений на мутантов, гонений, издевательств. Шельма сама видела, в каком виде вернулись домой несколько учеников. Злость в уме вскипела мгновенно, как и осознание того, что дракой делу не поможешь. Не стоит жить по тем же правилам и устраивать подобные игрища с людьми. Ситуация накалялась и в один прекрасный день Скотт просто взял и выдал свою безумную идею, и не просто выдал, двинулся притворять её в жизнь, прихватив с собой Джин и саму южанку для большей убедительности.
Возможно, смысл хоть какой-то в этом был. Никогда не знаешь, до чего доведет подобная ситуация и как скоро от школы не останется и камня на камне после нападения всех бунтующих. Убить всех явно не получится. И убить ли? От одной лишь мысли у Роуг бежали мурашки по спине.
И как только они докатились до такой жизни?
Соглашаться с идеями Скотта было тяжело. Возникала нерушимая стена недоверия, которая тянулась из прошлого, неся в себе напоминания в прядях волос. А люди не меняются, нисколечко. В этом у Анны уверенность огромная, непрошибаемая.
Допустим, они и договорятся о сотрудничестве. Но в какой именно миг, Магнето посетит ещё одна безумная идея, в которой обязательно должен участвовать мутант или группа мутантов ради всеобщего блага их расы. Слова великие, широкие и страшные. Уверенности в отсутствии такой возможности у Шельмы нет. Она не верит и никогда не поверит.
Из мыслей её вырывает голос подруги, на что девушка лишь хмыкает, в голове представляя, как особняк мог быть добыт. Может тут сыграла история как с мостом? Удобно ведь, переставить из одного место в другое.
Шельма старается не особо думать, когда они выходят из машины. Послушно следует за Джин и Скоттом, который сделал первый шаг к двери их заклятого врага.
Они стоят у двери как команда скаутов, которая вместо печенья принесла документ о союзе, только был он не на листе, а в голове Саммерса.
Дверь открывается, являя собой владельца поместья в не слишком привычном виде. А ещё он ведет себя довольно странно. Шельма не помнит подобных странностей в его поведении.
Эрик просто взял и захлопнул дверь.
Анна в недоумение смотрит  на тот час обернувшегося Скотта, на лице которого также застыл вопрос, а после прислушивается к словами подруги.
- Логично, - отвечает она на предположение Джин, - Ну что? Домой? – воодушевленно выкладывает свои мысли Анна, чуть ли не улыбаясь, но радость быстро сходит с лица, стоит двери снова открыться.
Обидно, но куда деваться?
А тем временем, завязывается бессмысленный разговор, в котором девушка предпочитает молчать, ожидая быстрейшего побега из этого места. В отличие от Скотта и Джин, Анна не прочь была и на пороге решить все дела «мирно».
Но нет, Эрик все же приглашает их в дом, всматривается в их лица, ищет подвох. Ещё бы. Кто в здравом уме и светлой памяти додумался предложить союз врагу? Что толкает на такие поступки? Отчаяние? Безысходность? Попытка найти руку в помощи в той тьме, с которой они вели вечную борьбу? Сомнительно все это. Шельма не верить этому злу, зато верит своей команде, и, сквозь зубы, все же соглашается с их идеями.
В дом они заходят поочередно. Каждому удается разглядеть, где же именно коротает своё существование враг человечества. А так и не скажешь, что он время от времени пытается отправить всю людскую расу к чертям.
Южанка чувствует, как к ней склоняется Джин, а после прислушивается к тому, что она говорила.
- Старость или нет, в моем разуме сейчас пытаются сопоставиться два образа, и честно сказать, таблетка от головной боли не помешала бы, - отвечает она на слова подруги, пытаясь объяснить свои мысли по поводу увиденного. Эффектно, сказать нечего. Тапки завершили образ, и Мари невольно соглашается с предположением Джин о шлеме. Сейчас бы в таком виде читать нравоучения для мутантов. Интересно,  у Профессора тоже припрятаны такие тапочки?
Магнето гостеприимно предлагает им присесть и выпить. Анна-Мари выбирает первое, на второе лишь отрицательно качает головой. Скотт начинает говорить о союзе, Джин молчит и Шельма следует её примеру. Путного она все равно не скажет. А выразить своё не слишком лицеприятное мнение уже успела дома, здесь оно никому не нужно, отчего она и держит язык за зубами, сомнительно поглядывая на всех собравшихся.

+3

6

Меньше всего Магнето рассчитывал увидеть на пороге "иксов", и тут даже возникли сомнения, а они ли? Однако, судя по всему, сегодня над ним пошутил то ли злой рок, то ли судьба, но явно не Билли, и вся троица так и стояла перед ним.
- Да, Эрик. А вы ожидали кого-то иного? Адресом ошиблись? - хмыкает он и качает головой в ответ на слова Джин. - Нет необходимости, - в принципе, те же отпечатки можно подделать и так далее. Но все-таки он отчего-то верит, что перед ним - именно "иксы". Почему? Шестое чувство? Магнето в него не слишком верил, скорее отмахивался, но, как показывала практика, оно его редко подводило, и в этот раз он решил к нему прислушаться. Во всяком случае, те самые "иксы" вели себя мирно, просто позвонили в дверь и даже опасная фурия Анна Мария на него не кидалась, чтобы попытаться полапать, а заодно и придушить. Но ее взглядом он окинул, мысленно вздохнув, что хороша, а также, что за подобные мысли, сказанные вслух, его все-таки придушат.
Но такие разговоры - не для ушей соседей и точно не для всеобщего обозрения, и Магнето приглашает в дом, успевая еще по пути выключить телевизор, где начинался его хоккейный матч, а потом быстро положить на тумбочку рамку фотографией вниз, чтобы еще и в личную жизнь не влезали, раз до дома его добрались. Вполне себе вежливое предложение, и Скотт отказывается, как и Анна, а вот Джин просит чаю, и Эрик кивает головой, где на кухне чайник уже клацает кнопкой и начинает закипать. Сам Магнето не спешит садиться, облокакиваясь о стену и поглядывая на всю троицу, ожидая уже их слов. И ему еще любопытно, что про все это думает Чарльз, и почему его тут нет, как главной движущей силы в убеждении старого друга?
Скотт, конечно же, заговорил первым, а девушки замолчали, будто по команде, чтобы не мешать ему, но Эрик прекрасно понимал, что мысленно диалог уж точно ведется. Но то - их дело, а ему было главное, чтобы в его голову не лезли.
- Да, я кое-что слышал, - осторожно отвечает он, кивая, не выдавая своего участие в этом конфликте, где он, разумеется, не остался в стороне. Ему становится уже несколько понятнее причина, по которой здесь "иксы": наверняка прослышали про Геношу! Но свои карты раньше времени он и правда раскрывать не собирается, поэтому внимательно слушает - даже свое пиво пить перестал, понимая важность момента.
- Союз? - Эрик вопросительно смотрит на Циклопа, пытаясь понять, а не послышалось ли ему? - Это вас Чарльз ко мне прислал? Почему сам не приехал? - именно эти вопросы возникают у него в первую очередь: скорее бы профессор сам был бы здесь, с бутылкой, расставляя шахматы, и они бы все быстро порешали. Или не очень быстро, но зато качественно напились бы, о чем он также молчит, не желая ронять светлый образ Чарльза Ксавье перед его учениками.
Магнето собрался было еще что-то добавить, как послышался едва уловимый щелчок из недр дома: на кухне вскипел чайник, и он уже отлепляется от стены.
- Прошу прощения, - самый светский тон, вежливая улыбка, и он уходит в сторону кухни, где слышно, как открывается и закрывается дверца шкафа, шум льющейся воды, а через некоторое время он снова возвращается, поставив на небольшой журнальный столик перед Джин чашку чая. Чашка была большая, белая, на которой был нарисован зеленый листок марихуаны на фоне надписи "Я люблю Колумбию". Этот сувенир из Колумбии он и правда привез сам, а еще кое-что важное и ценное для Геноши.
- Итак, мы говорили о союзе, - он возвращается к этой теме, усаживаясь на подоконник и приоткрывая окно, взглядом приманив к себе пепельницу, а затем и портсигар с зажигалкой. - О каком именно союзе идет речь? Давайте для начала проясним этот момент, - ему и правда интересно послушать, что же ему хотят предложить "иксы", и было бы глупо сразу же отказываться, так и не узнав суть. К тому же, как не ему знать, что враг моего врага - мой друг, и таких союзов в его жизни тоже было порядочно - с разными исходами, правда, поэтому он зарекаться уж точно перестал!
- Что конкретно вас беспокоит и что случилось, что вы пошли на такой отчаянный шаг и пришли ко мне? Я прекрасно помню, что между нами было, - Эрик прикуривает сигарету и смотрит на Шельму, которая, когда молчит, очень так даже и ничего - более чем. Правда, когда говорит, тоже так - интересная со своими шпильками и ямочками на щеках в момент произнесения особенной остроты по разрушительному содержанию. - Должно было и правда что-то случиться, чтобы вы здесь оказались. Что стряслось? - ситуация ему уже не нравится: он что-то упустил, пока мотался на Геноши и по всему остальному миру? Вполне мог бы, хотя и держал руку на пульсе. А еще молчал Чарльз, и тут тоже было непонятно, почему. Нет, в помощи бы Магнето не отказал, и профессор это прекрасно знал, но только профессора здесь не было, а "иксы" как раз были.
- Точно не хотите выпить? Чувствую, наш разговор - дело не пяти минут...

Отредактировано Erik Lehnsherr (2018-10-15 22:00:44)

+2

7

Скотт пожимает плечами, едва слышит ответ Эрика. Его сотрудничество с Гидрой для общественности осталось неизвестным, неупомянутым, но они знают о том, что он так же, как и они, принял сторону, вновь оказавшись их противником. Чувствует присутствие Джин в своих мыслях, выдыхает, успокаивается. Прошлое не имеет смысла, былые деяния наказали их всех, в том числе и Леншерра – Сайк сильно сомневается в том, что тот был в курсе о разработке вируса «Геном» Гидрой и был этим обрадован.

Вопросительно приподнимает бровь, едва слышит о профессоре, испытывает новый прилив досады. Разочарование в идеалах бывшего наставника, в его идеях, которыми он руководствовался всю свою жизнь, еще не проходит, остается горькой пеленой в сознании. Поджимает губы, качает головой, смотрит на Эрика – логично, что тот предположил участие в подобном Чарльза, но, нет, тот не участвует.

- Профессор нас не посылал к тебе. Мы сами пришли, - Сайк кидает взгляд на Джин, затем Анну, и поправляется: - Точнее, это была моя идея.

Анна недовольна их приходом к Эрику, Джин подозрительно относится к нему. Скотт их не осуждает – отношения их всех с Леншерром не самые простые. Вся их история состоит из вереницы неприятных противостояний. Сам он прекрасно понимает тот факт, что его идея не без риска. Эрик всегда шел своим путем, пытался строить лучшее будущее для мутантов так, как желал, решительно, идя на жертвы, не гнушаясь чужих смертей.

Для Людей Икс подобное всегда было неприемлемо. Для них Магнето всегда был злодеем, правда Скотт, столкнувшись лицом к лицу с человеческой грязью, проникнув в уголки сознания людей и прочитав их потаенные страхи и желания, уже не так уверен в этом. Об этом известно лишь Джин, распространяться об этом он до поры не станет, не хочет, не сейчас, когда ему приходится налаживать связь с командой.

Скотт смотрит на свою жену, пока Эрик уходит на кухню. Образ радушного хозяина в меховых тапочках с образом злого и могущественного мутанта у него не вяжется совсем. Переводит взгляд на Роуг, не знает, как она держится, но держится, что радует – у нее счеты с Магнето больше, чем у него самого.

Взгляд задерживается на кружке с чаем, затем сосредотачивается на Леншерре. Тот не удивлен предложением, что Скотта не поражает – кому, если не Эрику, не знать толк в союзах.

- Не такой, какой ты заключал с Гидрой, - позволяет мягкую усмешку, становится серьезным за секунду, обдумывает свои слова. – Я предлагаю объединиться и защищать мутантов совместными усилиями. Не переживай, переделывать тебя в героя без страха и упрека никто не собирается.

Скотт сам уже не является таким. Темный Феникс внес свою лепту, открыв ему глаза на многие вещи. Не может сказать, что этому он благодарен, но сомневается, что хотел бы вновь стать тем, кто радеет за будущее мутантов и людей. Смотрит в сторону спутниц, все еще не знает, что из этого выйдет, но это его решение, он за него будет отвечать, что бы ни случилось в будущем.

Эрик задает интересный вопрос. Что случилось конкретно? Сайк наклоняет голову вбок, не желает вдаваться в долгие подробности, размышляет, как бы объяснить все максимально кратко и понятно. Будь Магнето облачен в свой привычный костюм, то разговаривать было бы куда проще, но он одет во все домашнее, защищен тапочками и пивом, вгоняет этим в ступор.

- На детей начали нападать в городе. Мир настроен недружелюбно. Политики мечтают загнать нас в концлагеря. Люди создают роботов, так называемых стражей, специально для выслеживания и уничтожения мутантов. Перечислять можно долго, и если кратко – то нам нужен союз не столько ради себя, сколько для учеников нашей школы, а о прошлом некогда думать, - умолкает, пристально смотрит на Леншерра. – На профессора можно не надеяться. Он исчез в неизвестном направлении, и если бы хотел, то уже дал бы о себе знать. И, раз речь зашла о нем, то я уже не верю, что он нам сможет помочь, учитывая то, что с каждым днем все становится только хуже.

Поворачивает голову, смотрит на Джин и Анну, знает, что им не до конца нравится его решение, но они пришли с ним сюда, доверились. Ради них и остальных друзей и коллег они должны достичь некоего соглашения. Его не волнует то, каким образом Эрик Леншерр доказывает свою правоту, не волнует то, какая сильная вражда была между ними.

Мутанты раздроблены. Они для человечества в данный момент легкая мишень, красная, жирная точка, в которую весьма удобно целиться, а Люди Икс – главная цель. Он не намерен смиренно ждать, когда люди нанесут первый удар.

- Но тебя все это не удивляет, верно? – Магнето всегда твердил о том, что люди их никогда не примут – так и случилось.

+2

8

Кажется, самой спокойной из гостей остается Джин. Анна кипит как пресловутый чайник, но старается не выплескивать все наружу, хотя Грей бы, наверное, предложила Эрику надеть шлем, а то не ровен час, получит. Скотт нервничает, опасаясь, что идет по неправильному пути, от того тоже не особо приятен сию минуту в общении. А Джин начинает немного скучать, потому тратит время, оглядываясь по сторонам, изучая приятное жилье Эрика, ожидает чая.
Который, она кстати, заказывала для всех троих. Но Эрик приносит его только ей.

Пока Леншерр изображает из себя радушную хозяйку в меховых тапочках, Джин улыбается Скотту, предпочитая не произносить ничего вслух, но мысленно говорит:
“Пока все идет неплохо, милый, так что, думаю, у нас есть все шансы, что что-то выйдет”.
Ей очень жаль, что Эрика нельзя прочитать. Годы обитания рядом с Ксавье, вынудили его ставить блоки, впрочем, это же Джин предлагал и Скотту, но тот доверяет жене настолько, что отказался от подобной меры предосторожности. Так что сейчас Грей может лишь гадать, какие мысли наполняют голову Магнето. Определенно, сейчас он настроен довольно спокойно, довольно миролюбиво, но кто знает, чем все обернется дальше? С другой стороны, как бы там ни было, Эрик и правда хотел свободы мутантам от идиотских ограничений, которые на них налагали люди, и все бы ничего, если бы при этом он не проявлял агрессию, зачастую нападая первым на тех самых людей.
Возможно, сейчас Эрик одумался. Повзрослел? Изменился? У него явно были какие-то привязанности, и он явно проявлял о ком-то заботу.

Чашка Джин, кстати, нравится. Но она подталкивает ее к Скотту, тому не помешает смочить горло, телепатка же все больше молчит, оставляя все еще ведение диалога по большей степени на Саммерса. Но ловит взгляд мужа и открывает рот:
- Мы просто хотим позаботиться о нашем будущем, о детях, которых вызвались защищать. Возможно, пришло время перестать тратить время на никому ненужное противостояние, в конце концов, мы все хотим одного и того же, просто добиваемся этого разными методами. Почему бы нам не объединить усилия, на определенных условиях, Эрик? - У Джин пронзительный взгляд, улыбка касается ее губ. - Мне кажется, в твоей жизни произошли любопытные перемены. Этот дом, в котором ты явно живешь не один, ведь кого-то ты ждал. Тебе тоже есть, кого защищать, и хотя ты очень сильный мутант, но не всегда получается справиться в одиночку. Тебе ли не знать?
Ведь ты всегда хотел не идти по этому пути в одиночку, не так ли?
Но вслух этого Джин не говорит, оставляя фразу висящей в воздухе.

+3

9

Насколько быстро подобный союз потерпит бедствие подобно кораблю в океане проблем, которые появлялись с невероятной скоростью. Кто первый предаст? Соврет? Воспользуется другим для достижения собственных целей? Стоит ли вообще сейчас задумываться над ответом этих вопросов, а также над теми последствиями, которые градом упадут следом.
Скорее всего, стоит отпустить ситуацию, доверившись отчаянному порыву найти помощи там, где её в принципе ждать не стоило.
Анна следит за Скоттом, за тем как он пытается наладить контакт с этим человеком. Смотрит и за Эриком, которого не слишком радует их присутствие, и само собой, заведенный разговор на тему объединения. Ещё бы. Тут любой бы покрутил пальцем у виска, сомневаясь в адекватности оппонентов, которые ещё вчера готовы были перегрызть друг другу глотки. Поразительно, на что именно толкают события, затрагивающие судьбу мутантов.
На себе Шельма слишком часто начинает замечать взгляды Джин и Скотта, которые были красноречивее самых громких слов. Южанка лишь глаза закатывает на этот счет, всем своим видом показывая, что спокойствию в её душе нет предела, будто накануне ей вкололи лошадиную дозу успокоительного, что сейчас пусть тут хоть планета пополам разорвется, она и бровью не поведет. Подумаешь, проблема какая.
Скотт заговаривает о Гидре, а девушка усмехается, так как самолично видела к чему привела подобная сделка. И где спрашивает, Леншерр зализывал свои раны? Не у Людей Икс, под заботливым прикрытием своего старого друга, который охотно предложил свою помощь. У кое кого должок и пора платить по счетам.
Но для Мари до сих пор непонятно как именно их интересы будут идти бок о бок? Придется убивать? Делать все то, чем раньше занимался Эрик и его команда доблестных рыцарей, которые вершили правосудие над людскими жизнями уничтожая и виновных, и невиновных, не разбирая сути произошедшего? С этим никто мириться не захочет, а сможет ли пойти Магнето на компромисс – вопрос интересный.
А ещё, Скотт вспоминает о Чарльзе и взгляд Шельма сам собой обращается на Джин, будто у неё всегда были ответы на всевозможные вопросы и которая сейчас оказывала непосильную поддержку для Саммерса. Где он? Почему бросил их? И бросил ли. Анна даже не может называть того дня, когда именно исчез их самый близкий наставник. И выбрал ведь время, когда начался весь этот ад с Фениксом. Нет точного ответа, как сложились бы обстоятельства будь он рядом в тогда или сейчас. Изменилось бы что-то? Наверное, нет, судя по обстановке, которая с каждым годом только ухудшалась.
Слова Джин правдивы, в них слышится уверенность и мысли, о которых сама Мари думала неоднократно, на что она молчаливо, хоть и неохотно, но соглашается, стремясь услышать от хозяина дома, где их так любезно приняли, согласие, чтобы как можно быстрее вернуться к делам насущным.
- Джин права, к чему пытаться сейчас искать в наших словах подвох? Я понимаю твое недоверие, но не пора ли уже начать действовать? Что ты собираешься делать, когда в дверь постучатся не три мутанта, а военная гвардия? Попытаешься уничтожить всех, пока силы в итоге не покинут тебя? – спрашивает она вполне серьезно, так как порядком устала выслушивать привычные вопросы, которые были заданы лишь с подтекстом «а что я получу взамен?». Ничего – хочет сказать Мария, но молчит. Получить можно только маленькую крупицу надежды на светлое будущее, если отгорождение от всего мира вообще можно назвать будущем.
Но куда им деваться, если общество всеми правдами и неправдами сует палки в колеса и ярко выражает свое недовольство. Жалко было лишь тех, кто не желал мутантам и капли зла, наоборот, поддерживали и старались выразить своё сочувствие. Анна видела это и не раз.

+3

10

Эрик уже настроился слушать, понимая, что просто так к нему такая компания точно не явилась. Он вопросительно поднимает седую бровь, когда Циклоп говорит, что Чарльз не в курсе их визита. У боевого командира пошли секреты от наставника? Или просто между ними пробежала черная кошка, которая расколола одну команду? Тогда тем более удивительно, что к нему не пришел Чарльз. Даже ради того, чтобы выпить виски, поиграть в шахматы и просто поговорить. Эти вопросы вертятся на языке, но он их не задает, продолжая слушать, прерываясь лишь на то, чтобы принести мисс Грей чай, а потом переместиться к окну и закурить. Хоккей сразу и бесповоротно накрылся медным тазом: здесь творились дела поинтереснее!
А вот Гидра - это было попадание! Магнето хмурится, припоминая детали такого "союза", да бросает взгляд на Анну, которая как раз и застала последствия в лазарете. И ведь обещание она тогда сдержала: снова навестить его не пришла! Не то, чтобы он ее прямо так ждал, но ее визит внес существенное разнообразие в его лечебные будни. Только темы Гидры касаться все же не стоит: для него это - слишком личное, как и собственный провал, когда он так хотел обмануться, что не увидел очевидного. Нет, вот к такому сотрудничеству он точно не готов и не собирается его начинать! Неудачный пример. Хотя тут скорее контр-пример, и он шумно затягивается сигаретой, снова хмурясь.
Снова приподнятая бровь в ответ на этого "героя". Куда ему в герои-то? Нет, спасибо, но на героев он насмотрелся, со многими бился как на одной стороне, так и на разных, и точно ни за что бы не хотел попадать в этот лагерь. Магнето был другим, и этот путь жизнерадостного долбаебского альтруизма, где надо подставить сначала щеку, а потом прочие части тела под избиение с верой в якобы лучшее светлое будущее (нотации Чарльза он успел выучить наизусть и мог бы их декламировать на публику, собирая стадионы и полные залы!) - это вот совершенно не то, чем бы он стал заниматься после всего, что с ним было.
- Я слышал про стражей, - он наконец подает голос: этот факт не обошел и его стороной, и Эрик раздумывал, а догадается ли кто-то сделать их не из металла-то? Понятное дело, что всякие нано-технологии уже были, но это - деньги, огромные деньги, да и как бы не панацея против его-то сил. А вот про Чарльза был сюрприз! Тут и правда удивить удалось, да еще как. Во-первых, что сам Ксавье пропал, а, во-вторых, что такой, как Циклоп, уже не верил в то, что проповедовал его наставник. Магнето хмыкает и достает из кармана штанов сотовый телефон, быстро проверяя и почту, и сообщения, но нет - Чарльз с ним не связывался. Звонить или писать? Наверное, глупо, раз уж телепаты из "иксов" не могут найти своего лидера. Кажется, уже бывшего лидера. Поэтому телефон снова отправляется в карман штанов, а Эрик затягивается сигаретой, стряхивая пепел в пепельницу и размышляя о том, чем же еще они его могут удивить. Пока что получается довольно складно!
Вот только личные моменты - это тоже аргумент и рычаг, и после слов Джин он невольно бросает взгляд на тумбочку, где лежит фотография его и Билли. Вот уж кто-кто, а внук с его магией может постоять за себя! Как и Томми с его скоростью. В принципе, как и все его дети с тем набором сил, про который он узнал. Только и правда Магнето совершенно не хочется в этом дерьмовом мире проверять их на стойкость, когда подобного можно было избежать.
- Перемены и правда любопытные, - протянул Магнето, но в ответ все же не улыбнулся. - Вы говорите про условия. Каковы они? - он про условия даже не заикался - они заговорили первыми, а, значит, уже были готовы ему что-то предложить, а также пойти на некоторые уступки. Не так, чтобы это имело большое значение, но, как сказала Джин, любопытно ведь и даже очень!
- А ты все также прямолинейна, - вот теперь он уже улыбается и смотрит на Анну, которая, конечно же, свои пять центов в разговор не могла не привнести. - Насчет доверия - это вопрос хрупкий, и вы наверняка не доверяете мне и вряд ли станете доверять, даже если мы заключим союз, даже если я буду соблюдать условия. Просто потому, что у вас был другой опыт наших совместных дел, а первоначальный вы и не застали вовсе. Но не в этом даже дело, - Магнето тушит сигарету в пепельнице, распахивает окно пошире и поворачивается к "иксам". - Вы знаете меня и мои методы, и я не стану подставлять другую щеку. Да, я проливал кровь и, скорее всего, буду ее проливать. И моя цель стоит средств, и я сам готов платить свою цену за нее. Как ты там сказала? Выстоять один против всех, пока не упаду? Тоже возможно, - он кивает головой, уверенный в себе и своих силах, получив их обратно с лихвой, сбросив физический возраст, чтобы было достаточно бороться и дальше.
- Вы предлагаете союз, и я готов рассмотреть ваше предложение. Каким будет наш союз? Джин сказала про условия, а кое-кто уже предложил сразу действовать. Но вы пришли именно ко мне, а не к кому-то еще, а, значит, у вас уже есть некий план, где я являюсь его частью или даже центральным звеном. Я бы хотел услышать детали, - про Геношу он даже и не заикается все еще: у них здесь почти шахматная партия на минном поле ведь, а козыри, припрятанные по рукавам, глупо было бы показывать.
- И, да, Скотт: я не удивлен, что так все происходит. Когда-то я предсказывал именно такой исход. И я бы очень хотел обмануться в своих прогнозах, но только я уже видел все это, участвовал в этом всем, и знаю, как такое происходит. Это - страх или алчность, а, возможно, и все вместе. Страх того, что кто-то сильнее тебя, что может отнять у тебя то, чего ты жаждешь для себя. И такие ущербные вместо того, чтобы развиваться, объединяются в стаи шакалов, устраивая травлю. Концлагеря и опыты... и это было, - Магнето невольно касается своей руки, где выбит номер, его самый жуткий кошмар, его страшное напоминание, о котором он никогда не забудет - как и не сведет эти уродливые цифры. - И ведь тогда победили не переговоры. Тогда победило оружие, - а потом были годы мести, и это чувство в нем не притупилось. - Я готов сражаться. Всегда был готов. Вопрос: готовы ли вы? Победителей здесь не будет, но те, кто сумеют обыграть противника и навязать свои правила силой, получат свободу и покой, а цена за такое никогда не бывает низкой, и это - кровь - твоя или чужая, - Эрик снова тянется к сигаретам, закуривает, замолкает. - Однако я разговорился, а вы пришли не за этим. Давайте ближе к делу и к моей роли в нашем союзе, - а вот это уже и правда похоже на согласие - хотя бы первичное, но все же.

Отредактировано Erik Lehnsherr (2018-10-19 02:43:47)

+3

11

Условия. Скотт помнит об остальных членах команды, не желающих идти тем же путем, которым идет Магнето. Единственное, что держит их в школе, что заставляет довериться ему, как лидеру, это необходимость уберечь юных мутантов от нависшей опасности. Угроза реальна, чувствуется напряжением в воздухе. Все знают – иллюзия хрупкого мира не продержится долго, в скором времени падет, обнажит клыки жестокая реальность, все знают – с этим ничего не поделать.

Никто не хочет сидеть, безвольно ждать, когда именно это произойдет. Никто не хочет тянуть до последнего момента, когда уже станет поздно.

Нападения на учеников школы мелочны, но они вызывают тревогу, звенят в сознании сигнальным колокольчиком, призывают к действиям. Им необходимо предпринимать что-то, но действовать осторожно. Скотт не желает подставлять под удар всех прочих мутантов, раскиданных по всему миру, ведь если он и его команда начнут активные действия против homo sapiens, то для политиков и глав стран планеты это станет объявлением настоящей войны.

- Доверие… верно, сейчас его у нас к тебе нет, как и у тебя по отношению к нам. Но нам придется научиться доверять друг другу, если мы хотим выжить и действовать во имя лучшего будущего для мутантов вместе. Разумеется, не все из нас благосклонно отнеслись к моей идее заключить с тобой союз, но никто не отрицал его необходимости. У нас не самое приятное прошлое, но пора признать – мы на одной стороне, и не так уже важно то, насколько наши методы разнятся.

Скотт смотрит прямо на Магнето, понимает, что разговор этот балансирует на краю. Он не тот, кто любит вести подобные беседы. Раньше этим занимался профессор, но его нет, теперь эта задача возлегла на него. Не жалуется, испытывает смятение – мир меняется на глазах, а им приходится забыть о прежних идеалах и пойти по новому пути ради спасения собственного вида, жертвуя многим.

Свое будущее предстоит строить им самим. Никто не подаст больше руку, никто не будет убеждать в правильности бездействия. Профессор пропал, а у них один шанс спастись, и он стоит у широко раскрытого окна и спокойно выкуривает сигарету за сигаретой.

Детали плана. У них он прост – им нужно место, где они смогут спрятать детей, неоперившихся птенцов. Они неспособны управлять своими силами, опасны не без обоснований и не до конца представляют то, чем именно так опасен мир, принадлежащий людям. Темный Феникс пошатнул их позиции в мировом сообществе, особняк, служивший им домом на протяжении нескольких десятилетий, уже не может гарантировать им абсолютную безопасность.

Сайк слушает внимательно, что говорит Эрик. Внимательно слушает о том, что может ожидать мутантов в скором времени, если они продолжат пассивно наблюдать за развитием происходящих событий. Не говорит, но верит. Не все действия Магнето были правильными, но его цель была верной. Сражаться, а не пытаться доказать людям невозможное. Перестать робеть, перестать следить тщательно за своими словами, поступками, репутацией.

Последние слова заставляют его отвлечься от размышлений о высокой вероятности мрачного будущего. Эрик спрашивает о своей роли в их союзе, уже спрашивал об условиях и деталях плана. Пора ответить, расставить все точки, прояснить ситуацию, понять – зря пришли они к нему или наоборот.

- Не буду ходить вокруг да около и скажу прямо – я хочу спрятать учеников школы там, где люди до них не доберутся. У тебя есть Геноша, и я слышал, что их там нет. Это так? – спрашивает, надеется на положительный ответ, знает, что он будет положительным – Эрик Леншерр не станет терпеть людей на своем острове. – Все, что я хочу, защитить детей от той опасности, что уже надвигается, а также уберечь их от пагубного влияния наших врагов. Возможно ли это на твоем острове, Эрик? Будет ли им там безопасно?

Детей лучше растить среди своих, в месте, где на них никто не начнет смотреть косо. Они все хотят, чтобы они выросли самодостаточными личностями, а не запуганными мутантами, привыкшими прятаться в тени, сливаться с окружением, не выдавать себя. Мутанты родились такими. Они лучше людей. Они не должны позволять себя загонять в угол и считаться с теми, кто видит в них лишь оружие массового поражения.

Скотт обращает внимание на свою жену, знает, что Джин хочет для начала проверить Геношу, убедиться в том, что остров действительно рай для мутантов, спасительный уголок для них от окружающего враждебного мира. Об этом он не заговаривает, полагает, что она сама захочет об этом расспросить.

- Что же до условий… Люди Икс не превратились в карательный отряд. Мы надеемся, что ты поймешь это и примешь. Я теперь верю, что нужно любой ценой сражаться за будущее, если мы не хотим, чтобы нас не постигла жизнь в концлагерях с бесконечными опытами по расписанию, но не все готовы отречься от привитых им идеалов профессора, - короткий взгляд на Джин и Анну – они знают, они видели, на что готовы люди. – А что взамен... это ты нам скажи, Эрик. Что именно ты желаешь получить от нас? Мы уже давно не дети, и знаем, что бесплатным бывает лишь сыр в мышеловке, поэтому просто назови свою цену.

Смотрит на Магнето, ожидает его ответ, понимает, что цена может оказаться чрезмерно высокой.

+3

12

- Там, где не справился геном, призваны справиться стражи, - сухо произносит Джин.
Определенно, их визит заинтересовал Эрика, иначе бы он попросил бы их на выход. Можно, конечно, предположить, что Магнето решил поглумиться над тем фактом, что Иксы отринули учение своего профессора, а спасение для себя пришли искать в нем, Эрике Леншерре. Но и без телепатии в прикуску с эмпатией Грей могла понять, что нет, дело тут не в этом. Он, действительно, был заинтересован их приходом, причинам этого явления, даже если в конечном счете они не договорятся.
И это повод все же попытаться найти общий язык.

Злорадства в словах Эрика нет. Даже этого мелочного “я же говорил”. Он просто излагает то, что считает правдой, что есть в какой-то степени правдой. Леншерр не изменился, и он признает этот факт, прямо сейчас, своими словами, но лично Джин, да и судя по виду Роуг, никто не ждал в нем великих перемен в сторону пацифизма, да и…
- Век пацифизма прошел, Эрик, все мы это признаем, пусть и неохотно, - голос рыжей звучит спокойно. Она знает цену смерти, массовым смертям, принесенным в жертву по имя высшей цели, Скотт это тоже знает, хотя цели Феникса вообще достаточно сомнительным. Скотта Феникс вел по пути защиты мутантов и блага для них, видя в нем желание принести мир своей расе, Джин он же вел по пути не сопротивления, но раздражение, когда ей кто-то мешал. И все же, они оба познали вкус массового убийства, после которого уже и не так страшно переступить черту, но в том и искусство уживания с самим с собой, смочь остаться там, не потерять в себе некоторую веру: - Но и начинать войну с людьми мы тоже не хотим. Как правильно заметил Скотт, - она легко сжимает руку мужа, которую все время держит в своей, даже делая глоток чая, - наша цель не противостояние, а защита. Защита будущих поколений мутантов. Мы можем долго спорить о рациональности превентивных мер, но если мы начнем войну, то будут жертвы с обеих сторон. Нас меньше, чем людей, наша раса понесет большие потери хотя бы с этой точки зрения. Жизни мутантов надо беречь, все жизни, защищаясь, и тут уж те, кто рискнет на нас напасть, будут сами виноваты.

Джин переводит дыхание. Они не запретят Эрику вести и дальше террористическую
деятельность относительно людей, если у него на то будут планы. И на самом деле, Джин не знает, как быть с этим, это чертова сделка не столько с Магнето, сколько с собственной совестью - сколько они на самом деле способны позволить их гостеприимному хозяину в обмен на защиту детей, на новое место для школы?
Но, возможно, стоит подумать над тем, что они могли ему предложить такого, чтобы он увлекся совсем иными делами, чтобы у него было, что беречь?

Джин слабо улыбается:
- Ты хороший учитель, Эрик. Не в плане идеологии, в плане педагогии. Я это помню. Скажи, ты скучаешь по преподаванию?
Самым сложным в этом будет контроль над тем, чтобы Эрик не вздумал забивать юные мозги экстремистскими высказываниями, но это будет следующим вопросом, и поднимать его стоит только в том случае, если Грей не ошибается, и Эрик, действительно, хочет снова вернуться к преподаванию. Тогда и будут обсуждать условия преподавания, которые следует соблюдать ему во избежание неучтенных моментов воспитания. Дети, даже если это дети мутантов, должны оставаться детьми, иметь по возможности счастливое детство, а уже потом решать, кем быть, как действовать, нести ответственность за эти решения. Джин не хотела держать их в цветнике, не выпуская в реальную жизнь, но она была благодарна тому, что Чарльз, да и Эрик в те времена, обеспечили ей определенное безоблачное детство. Она была тогда в большей безопасности, чем ее собственные студенты сейчас.

+3

13

Поразительно то, как человек, которые всеми силами ранее боролся за права мутантво совершенно при этом, не брезгуя никакими методами, и, сейчас, со свойственным только ему любопытством спрашивал про условия. О каких условиях могла идти  речь? У них не было ничего кроме веры, которую те ошибочно могли доверить самому главному врагу, у них были дети, за жизнь которых каждый здесь нес ответственность, каждый готов был броситься под пулю, чтобы защитить, а лучше отразить эту пулю так, чтобы защита оставалось не сломленной. И сейчас, когда мир стоял на волоске от войны, а добрый людишки стучались чуть ли не в каждый дом с виллами или оружием, которое тем даже и не снилось, чтобы после наградить автоматной очередью одаренных детей нового поколения, они говорили о каких-то условиях? Анне мерзко это слушать, после того как сам Чарльз предложил ему руку помощи без задней мысли, дал кров и поддержку, когда они нужна была сильнее всего. Хотя чему тут удивляться? Это было как раз предсказуемо.
Так или иначе, если Люди Икс хотели работать с таким человеком, им необходимо было принять ряд особенностей, которые шли с ним в комплекте. Убийства – а как еж иначе? Шельма смотрит сначала на Джин, после медленно переводит взгляд на Скотта. Готовы они к этому? А готова ли сама Мари? Чуть больше месяца назад она вместе с Саммерсом убедилась в очередной раз в том, что людская ненависть дарует свои плоды весьма изощренно. Создает определённые движения, приюты, где вместо обещанной защиты и опеки награждают лишь болью и сломленными судьбами до конца дней, если конечно этот самый конец не приходит прямо там, на месте. Спасли они многих, а скольких не спасли? Сколько погибли там, на холодных медицинских столах, где безумный доктор хотел вылечить от их болезни? Об этом думать больно, об этом думать страшно, и тем не менее нельзя про это забыть.
Но убийства? Нет. Шельме проще изуродовать жизнь обидчика совсем иным путем. Она не Бог, чтобы даровать жизни и уж тем более отнимать. А вот инвалидом до конца дней своих сделать сможет, охотно, с особым удовольствием сломает позвоночник или отправит в кому. Выбор весьма велик.
И вновь разговор зашел о доверии, которому, в их ситуации, никак не находится места. К сожалению, некоторые вещи исправить могла только могила. Скотт переходит к делу, когда начинает выдвигать свою идею и Мари заметно расслабляется. Это означало, что вскоре они вернутся домой. А ещё её радует, что Скотт все же придерживается их идеологии, это все-таки настраивает хоть на что-то позитивное.
- Союз – дело обоюдное, поэтому как мы примем твои условия, так и ты должен принять наши, - Шельма согласна со словами Скотта, но осторожно спрашивать примет ли он их идеалы или нарочно будет подталкивать к нападению на тот же белый дом и захват президента, с целью заполучить страх всех тех, кто некогда думал, что в безопасности, Анна тоже не намерена. Они готовы выслушать хотелки одной стороны, но также должны выставить свои сразу, да бы после не мучиться с выбором стороны и вымыванием ошметков нынешнего правительства от стены.
Шельма слушает то, что говорит подруга и поначалу даже не верит.
«Учитель? Ты серьезно?»
Глаза в удивлении косятся на Джин, и Мари пристально требует ответа от неё. Уж кого-кого, а детей стоило держать подальше  в их союзе.  Это все конечно мило, но выращивать мутантов, которые люто испытывают ненависть к здешнему миру Анне совсем не хотелось. Хотелось наоборот отгородить их от всех тягот мира, которые день за днем ссыпались все чаще. А зная страсть Эрика к подобным поучениям Шельма узрела на себе. Попытка запудрить ей мозги перед смертью была неплохой, но собственные убеждения оказались сильнее, чего она желала и своим подопечным.

+3

14

Эрик продолжает слушать, не прогоняет их, и с каждым словом становится все интереснее. Нет, про стражей ему ничего нового не сказали - ровно как и не сказали про будущее мутантов, которое виделось далеко не в самых светлых оттенках, где их расу точно ждут концлагеря и рабство - как это было на Геноши. Про Геношу он не заговаривает, но уже начинает догадываться, что слухи дошли до "иксов": иначе бы они не пришли к нему - у него есть, что им нужно, и ради этого им и нужен подобный союз. А еще у него есть силы, он может найти последователей, привлечь новых и старых, и это - тоже сила, которая сможет удержать и стражей, и остальных. Разумно, да, но все равно неожиданно.
- Стражи - это лишь новая ступень эволюции страха и ненависти по отношению к нам. Всегда что-то было и всегда придумывалось людьми что-то большее, чтобы наконец стать эффективным. Металлические стражи, стражи из кевлара, но с вкраплением металлом, нано-технологии, где тоже без металла не обошлось. Люди забавны, зная, кто их угроза, - он позволяет себе усмехнуться, хотя ему совершенно не смешно, и это - не повод для шуток.
- Прошлое - свершившийся факт, и у каждого оно - свое. Вы просто не застали другого. Многого другого. Впрочем, наверное, и к лучшему. Однако ты прав, Циклоп: доверие - это не так просто, и я прекрасно понимаю, какими косыми взглядами тебя провожали на встречу ко мне. Но иногда надо переступить через себя - не всегда и необязательно, но бывает необходимым, чтобы все получилось. И, чтобы подобные жертвы не оказывались напрасные, возникает то самое доверие - не на пустом месте и не сразу, но какие-то предпосылки должны к этому быть, - сможет ли он им доверять? Вопрос, конечно, интересный, учитывая, что Шельма мечтает пожать ему горло, а у Джин в прошлом были некоторые "летающие огненные проблемы", которые вдруг вернуться? Да и его кредит доверия давно в отрицательном балансе - так что и тут не все так гладко. Но только враг у них сейчас - один, и от этого - не отмахнуться. - Начинать войну стоит лишь будучи уверенным в собственном превосходстве и в победе - в победе далеко не любой ценой. Воевать надо, зная, что тылы прикрыты, что позади тебя не будет руин. А еще воевать надо ради цели, конечно же. И дело не в том, чтобы весь мир лег у ног - скорее, чтобы он склонился и отступил. И здесь необязательно воевать, но показать силу - необходимо, - с тактикой у него всегда было, в принципе, неплохо так, а вот методы оставляли желать лучшего. Череда поражений и побед, где каждый урок был достаточно болезненным, но эффективным. Все это было, да, и весь этот опыт остался с ним, и они правы, полагая, что он не изменился - слишком поздно для него, но еще не настолько, чтобы не придумать чего-то новое.
- Я догадывался, - Магнето кивает головой в ответ на слова про Геноши и закуривает новую сигарету. - Я так понимаю, что слухи все же до вас дошли или проверенная информация? Однако на Геноши нет людей, и последние уже должны были покинуть остров, который они облюбовали под те самые концлагеря, где мутантов использовали, как рабов. Вот, кстати, "отличный" пример сотрудничества мутантов и людей, - едкая злая ирония кроется в его словах. - Насколько безопасно? Пока - да, а потом, когда мир узнает про мутанскую Геношу... однако я сделаю все, чтобы никто не смог подобраться к острову или ударить на расстоянии. Система защиты будет, - это Эрик заявляет твердо, понимая всю важность данной меры, где и правда один удар может похоронить целый мир, и тут надо просчитать все еще раз и не скупиться на ресурсы.
Но сегодня "иксы" решили его удивлять окончательно и бесповоротно, и он уже взирает на Джин, заново прокручивая в голове ее слова. Она сказала... то, что сказала? Вот это и правда неожиданность, и, судя по лицу Шельмы, не только для него.
- Хороший учитель? Думаю, что Шон поставил бы это под сомнение, - Эрик криво усмехается, припоминая, как учил одного крикуна летать. - Впрочем, зато Банши взлетел сразу и четко. Да и Дарвину нравилось... только он погиб первым, а Чарльз меня еще уговаривал не убивать того... - воспоминания - от них никуда не деться, и они все здесь - рядом с ним, и его история с "иксами" началась в разы раньше, чем он встал их врагов, оказываясь по другую сторону баррикад. - Вы предлагаете мне место преподавателя? Чего именно? - они понимают, что это - своеобразная уступка и жест доверия, что ему никто не позволит растить из детей потенциальных ходячих убийц и так далее, но Магнето и не считал, что дети должны сражаться - вовсе нет. Однако постоять за себя уметь должны!
И они переходят к самому интересному - к условиям! Теперь уже с его стороны, ибо свои пожелания "иксы" уже высказали. Эрик собирается с мыслями, делает глоток пива и затягивается сигаретой, выстраивая для себя в последовательности все то, что скажет.
- Во-первых, если вы хотите быть на Геноши, то оставаться в стороне у вас не получится, если на Геноши нападут. Я не собираюсь вести вас на баррикады, брать детей и так далее, играя в нападение. Но играть в защиты своей командой "икс" вы должны, и вы сами понимаете, что это станет также в ваших интересах, - Магнето прекрасно представляет, что, рано или поздно, но кто-то все же рискнет проверить их на прочность, и он должен быть к этому готов, должен отразить удар. - Во-вторых, я слышал, что у вас есть технологии - те иноземные технологии, которые где-то раздобыл Чарльз. Система безопасности Геноши будет включать несколько щитов разного рода. Кое-что у меня уже готово, и я активирую их своими силами. Однако, как вы понимаете, это все - технологии людей, помноженные на мутацию. Нужно что-то еще, что будет не так легко просчитать, - нет, он не призывает их немедленно отдать ему все, что было бы, в принципе, глупо, но поделиться ради общего блага - почему бы и нет? - И, в-третьих, политика... я готов вас выслушать, но вмешиваться в дела Геноши и указывать мне, что делать, не стоит. Поверьте мне, я прекрасно представляю, на что подписываюсь, и какие есть риски от необдуманных шагов, что я подставляю под удар уже не столько себя, сколько целый остров. Если вы хотите что-то предложить на благо острова - пожалуйста. Помочь в чем-то - ради бога, - Магнето замолкает, затягивается сигаретой и окидывает их взглядом, а потом снова усмехается. - А вы ожидали, что я немедленно брошу вас в бой, не пущу вас на остров, пока вы мне ее не отдадите в личное распоряжение по старой памяти? - он кивает на Шельму и качает головой. - Будем ломать стереотипы, - потушив сигарету в пепельнице и отставив бутылку пива, Эрик поднимается на ноги и подходит к Циклопу, протягивая ему свою руку.

Отредактировано Erik Lehnsherr (2018-10-23 11:34:41)

+3

15

Война – не выход. Сейчас, по крайней мере. Им нужно выстоять под предстоящим шквалом людской ненависти, им нужно убедиться в том, что они достаточно сильны и способны сражаться. Скотт понимает, что хочет сказать Магнето, и признает его правоту. Нанести удар, четко понимая, что победишь, твердо осознавая свою цель. Проблема лишь в том, что многие не примут этого, не решатся отречься от старой, красивой веры в иллюзию мира между людьми и мутантами.

Сайк пожимает плечами – для него не стал удивительным тот факт, что Эрик догадался, зачем они здесь. Геноша. Возможность укрыться от всего мира, возможность вырастить новое поколение мутантов вдали от человечества, возможность убежать от чужих правил и законов. Союз необходим. Факт. Отрицательно настроенные личности найдутся, но их будет меньшинство – в это время, когда отношение всего мира к мутантам трещит по швам, их почти нет.

Пораженно он смотрит на Эрика, когда тот говорит о рабстве, о том, что мутанты находились в рабстве. Ярость вскипает. Прикрывает глаза, мысленно обращаясь к Джин за поддержкой. Отчаянно старается удержать мысли под контролем. Пальцы непроизвольно сжимаются, отчего он понимает, что нужно взять себя в руки.

- Рабство? – никто не знал, мир молчал, а они твердо верили в прекрасное будущее, в то время как их братья и сестры трудятся в ошейниках и цепях? – До нас дошли лишь слухи, и то лишь после того, как остров стал твоим. О Геноше мало что известно в мире. Выходит, мутанты там жили в рабстве? Еще одно доказательство того, что люди – наши враги.

Злости не прячет, думает о том, о чем именно думал профессор. Сильнейший телепат – разве не мог он знать об истинных замыслах людей, разве не предвидел того, что их агрессивная натура возьмет верх над разумностью? Скотт качает головой, усмехается, понимает, что пацифизм больше не вариант. Все должны это понимать.

Выдыхает, заставляет себя успокоиться. Не стоит сейчас злиться, найдется время для гнева, найдутся в свое время цели. Он сосредотачивается на сказанном Эриком – размышляет о Геноше, о том, что людей там уже минимальное количество, о том, что мутантам безопасно там в данный момент. Знает, что защита необходима, знает, ведь сам отмел иные варианты, мотивировав это тем, что им нужно место, которое будет надежным укрытием от мира.

Джин предлагает Магнето стать учителем. Скотт смотрит на нее не без толики удивления, не скрывает замешательства. Роуг так же удивлена, Сайк переводит взгляд на нее, задерживаясь на секунду, затем возвращается к Эрику, оценивает, размышляет. Учитель в школе? Коллеги в ужасе, ученики в восторге. Скотт почти верит, что все так будет. Дети не слепы, не глухи, они видят отношение мира, с радостью впитают знания мутанта, который десятилетиями противостоял врагам.

- Как насчет преподавателя истории? У нас свободна вакансия, - задумчиво произносит. – Не сомневаюсь, тебе есть, что рассказать подрастающему поколению.

Вероятно, это так же необходимо, вероятно, детей пора отучать от неверной идеологии, приведшей их в тупик. Вероятно. Скотт не уверен, оттого смотрит на Джин, предоставляя ей право говорить на эту тему.

Эрик заговаривает об условиях. О собственных условиях. Сайк внимательно его слушает, впитывает каждое слово. Со многим он согласен. Если Геноша станет для них новым домом, они все обязаны будут его защищать. Неоспоримый факт. Что же касается инопланетных технологий, находящихся в распоряжении школы…

Скотт обращается мыслями к Джин, понимает, что дать придется, если это будет необходимо для защиты острова, для защиты их всех. На слова о политике не обращает внимания едва ли не совсем – она его не интересует, никогда не интересовала. Его удел – поле битвы, охрана, оборона, а не места, в которых принимаются важные политические решения. Тем более что для этого у них есть Хэнк.

Магнето соглашается на союз. Сайк широко раскрывает глаза, пусть под очками этого не видно. Он ждал этого, оттого не выразил почти никакого удивления. Но спокойствие внешнее. Разговор почти окончен, союз заключен, забрезжило новое будущее. Верится с трудом, но вот же – слова сказаны. Однако пораженность вызывают последние слова Эрика.

Скотт резко бросает взгляд на него, затем на Анну, метает его в Джин. Решает заговорить, пока та не взорвалась желанием пригвоздить Эрика к стене и сделать из него отбивную.

- Не вижу никаких проблем. Люди Икс будут помогать оборонять Геношу, ведь она станет домом для наших учеников. Мы хотим, чтобы они оставались в безопасности, а значит, мы сделаем все для этого. Технологии… если они пойдут на защиту острова, то почему нет. В политику же редкие из нас вмешиваются, можно сказать, что почти никто, кроме Хэнка, - пожимает плечами. – Но с ним у тебя не будет лишних проблем.

Встает, крепко пожимает руку Магнето. Смотрит прямо в лицо, оценивает его решимость, пытается понять, не умелый ли розыгрыш. Не похоже, нет. Но расслабленно выдыхать еще рано – об Анне Скотт еще не забыл. Зная ее, он уверенно скажет – она зла, выражаясь мягко.

- Ты ведь не будешь против, если мы на днях наведаемся на Геношу и оценим обстановку лично? Мы верим твоим словам, но нужно в лишний раз убедиться в благоприятности острова для учеников.

+3

16

Джин чувствует вопросительные взгляды Анны и Скотта, слышит вопросы в своей голове, звучащие голосами близких людей. Но она невозмутима в своем решении, о чем и говорит остальным:
“У нас мало, чем мы можем привлечь на свою сторону Леншерра. Нужно дать ему желаемое, но позаботиться о том, чтобы он не запрудил детям мозги”.
Джин спокойно качает головой, произнося:
- Эту войну начнем не мы, Эрик. Следует быть готовым, да, следует научить наших детей защищаться, но не начинать войны. И об этом следует помнить, если ты примешь наше предложение преподавать, Эрик. Дети должны иметь право на свое детство, на свое взросление обычным путем, а не мотивированные желанием мстить. Не передавай им это, и тогда мы останемся в прекрасных отношениях, заключив эту сделку. В конце концов, всем нам хочется что-то получить в этой ситуации. И тебе в том числе, иначе бы мы тут не беседовали.

Значит, вот как. Вот в чем дело. Геноша не была раем, а была местом, где свободы для мутантов не существовало. Что ж, видимо, теперь все изменилось, но красноречивый взгляд Джин намекает Скотту, что им неплохо бы увидеть все своими глазами.
Она никак не комментирует сомнения Эрика в ее словах. Он может либо согласиться, либо отказаться, но это будет его выбор. А сомнения… ну без них никак, как впрочем и без сомнений в самом себе.
Учитель истории - забавная идея. Джин мысленно хмыкает, но молчит, больше ничего не уточняет. Вакансия историка в школе свободна, а учитывая возраст Эрика и прожитые жизни, не мудрено, что именно он может рассказать студентам все, что было в мире, в котором не было их.
“Неплохо”, все же выдает Джин, делая очередной глоток из чашки.

Она все больше самоустраняется от разговора. Основное они обсудили, теперь остаются детали, на которые они еще будут тратить достаточно времени. И всем троим тут не имеет смысла торчать, а то Анна скоро возжелает устроить самосуд, и вряд ли Скотт с Джин смогут остановить ее в этом.
- Нет, Эрик, мы ничего такого не ожидали, как и не собирались вмешиваться в дела Геноши. Это был и остается твой остров, тебе с ним и возиться. Но если на него нападут, то мы встанем плечом к плечу на защиту населения. - Джин пожимает плечами. Политики было достаточно в ее жизни, выступления в Белом доме, скепсис и прочее. С этим неплохо управляется Хэнк, но саму Джин туда не тянет, ни в какие политические и социальные дебри. Насколько Джин знает, Скотта тоже, и Шельма ни в чем подобном не была замечена.
- Мы не политики, Эрик, мы всего лишь учителя, которым нужно безопасное место для их детей.
Не только, кстати, воспитанников, но об этом Джин умалчивает.

Она все еще сидит, пока мужчины обмениваются крепким рукопожатием. Всматривается в сплетение пальцев. Ну вот и все. Вот они заключили союз, о котором когда-то даже и не помышляли, речи просто не шло. А теперь, невзирая на недовольство Анны, которое непроизвольно просачивается сквозь самодельный блок Джин, они тут, они пришли к соглашению.
Никто не может сказать, что из этого выйдет. Джин не видит будущего, она может только предполагать, но не более. И все же, рыжая надеется, что консенсус достигнут, а обоюдные интересы будут соблюдены. Иначе они все попадут в ад за то, что нарушили все те правила, в которые так долго верили.

+3

17

Ощущение полной неразберихи накрывало с головой все больше, стоило было задуматься над тем, что их ждет. Новый правила, новые устои, традиции, а  быть может даже и законы, который день за днем начнут поваляться  среди нового общества мутантов. А они появятся, определенно. А ещё появятся споры, несогласия, который в будущем обязательно приведут к конфликтам. В этом Мари не сомневается. Каким бы общество не было, будь то людским или мутанским, конфликты сами собой начнут возникать. Это ведь заложено у каждого с детства, где-то в корне мозга, в самой глубокой его части. Союз с Эриком, естественно, предполагал и взаимодействие с «Братством», с той маленькой частичкой, что осталось от него. Мысли сразу возвращаются к Мистик, матери, которой она так и не смогла стать. Как мириться с ней? Будет ли она там? Как воспримет это Курт? Если Рейвен будет биться с ними бок о бок, то Шельме всяко придется пересмотреть свои взгляды на некогда родную мать.
Роуг старается не слишком вслушиваться в разговор, между Эриком и Скоттом. По сути, это был разговор двух лидеров, которые для себя сами уже все решили. Своё же мнение на этот счет стоило придержать и отложить на самую высокую полку, где даже Мари не смогла бы дотянуться. Отчего она и молчит, скучающе уставившись на какую-то вазу, в самом дальнем углу с немыслимым рисунком изображающим не то девочку, бегущую по цветочному лугу, не то картину Чистилища. Сравнение бесспорно странное, но и девочка была больше похожа на адского суккуба с бантиком.
Эрик, кажется, вспоминает свои годы в академии, когда школа только открывалась. А ещё он вновь приводит примеры отвратительного использования людей, и вновь сгребает всех и каждого под одну линию расстрела. Шельма ухмыляется и хочет видеть, как этого человека будут останавливать от очередной попытки перекинуть куда-то мост или Белый дом. Чего собственно мелочиться? Определенно Мари не станет стоять в стороне, точно также ринется защищать своих близких, уничтожит любого, кто притронется хоть к одному студенту. Воспоминания о приюте, который не так давно они с Саммерсом почтили своим присутствием и сделали небольшую перестановку мебели, все ещё бегают в голове. Неплохой повод выместить злобу. Но здесь следует чувствовать четкую грань.
Не все. Точно не все. На людях ещё не стоило ставить крест.
Слова Эрика сначала приводят в ступор, который резко сменяется жгучей злобой и желанием переломать все кости и разнести этот чертов дом. Он вздумал шутить? Так? Попытка задеть за живое? Вот тебе и союз. Шельма делает вдох, чтобы успокоиться. Считает до десяти и переводит свой суровый взгляд на Джин. Даже говорить не нужно, все слишком четко отражено на лице.
Здесь ей делать не чего. Реагировать на подобные слова она не собирается. Слишком много чести. Но и дальше сидеть, выслушивать подобное она не желает. Роуг молча встает, вновь кидает взгляд на рыжую. В глазах застывает вопрос, а не пора ли им уже убраться отсюда.
Ответа не дожидается, мысленно давая себе четкое нет на злобу, копившуюся годами. Спокойнее. Взрослым девочка нужно вести себя серьезнее и не реагировать на идиотские приколы, сказанные посреди мнимого договора о мире.
Более не задерживается, Шельма не замечает дружеской нотки между Скоттом и Эриком, которые протянули друг другу руки в знак примирения.  Ей вообще больше не хочется касаться этой темы, знать о чем-то. Пусть отдают приказы, а там посмотрим.
Входную дверь заботливо закрыли, но Мари не собирается торчать здесь и смиренно ждать, когда же их вежливо выпустят, пожелав счастливого пути. Ключи в принципе не требуются, если можно просто вырвать ручку с замком, открыв дверь также легко. Воздух, наконец, проникает в легкие, и Мари, вдохнув полной грудью, быстром шагом достигает машины, вглядываясь в пустоту улиц. Здесь почему-то совсем никто не ходил.
Оставалось дождаться парочку, которая все ещё оставалась в доме.

+2

18

Договоренности уже достигнуты - остались лишь детали, но детали важные, которые стоит обсудить сразу, чтобы потом ни для кого не было неприятных сюрпризов. Эрик прекрасно понимает, что "иксы" не поднимутся на бойню, а еще он не настолько глуп, чтобы от них этого ожидать или к этому принуждать. У него уже был некоторый опыт, и, как показала практика, лучше найти иные пути и иных мутантов, нежели разбивать лоб об стену добродетели.
- Я прекрасно понимаю это, Джин, но иногда война сама стучит в двери, и тут уже ничего не поделаешь, - он слишком хорошо знает, о чем говорит, и он об этом прекрасно помнит и никогда не забудет, и не хочет забывать, чтобы не потерять те важные моменты, крупицы их, которые у него еще были в том ужасе войны, посреди концлагеря, последние мгновения... Лицо на мгновение становится слишком суровым, но Магнето быстро берет себя в руки. - Да, мнение обо мне сложилось отменное, - он криво усмехается. - Однако же я никогда не использовал детей в своих целях - вот уж этого точно не было и вряд ли будет. Пусть у них будет тот самый шанс на нормальное детство, - он не стал договаривать, что, в противном случае, из этих детей потом вырастет кто-то наподобие него!
Тема Геноши - это не просто слухи - это еще много не самых приятных фактов, которые усиленно скрывались и замалчивались, которые еще долго не вырвутся наружу. Да, можно было бы решить все радикально: за день перерезать всех людей, освободив мутантов, и Геношу бы захлестнула волна самосудов. Но мутанты были бы свободны - быстро и сразу. Но только что было бы дальше? Мир бы сразу повернулся против них, на них бы началась охота, и та самая "мутантская угроза" была бы поставлена во главу угла, оправдывая все кровавые меры и концлагеря. И, по факту, таким поступком Магнето не принес бы им свободу, поэтому пришлось действовать иначе, пришлось ждать и, к сожалению, не все дожили до свободной Геноши, и это было больно.
- Да, рабство, где мутантов не гнушались использовать, где выбрасывали подыхать, отказывая даже в малейших лекарствах, предпочитая набивать себе карманы за их счет, - Магнето кивает головой. - О таком не говорили и не сказали бы, но такое было. Могу сказать, что теперь те самые "ушлые и умные"... им самим уже ничего не понадобится в этом мире, а деньги я вернул на Геношу, - это было тоже нелегко, не дело одного дня, но у него получилось. И долгосрочная перспектива здесь была в приоритете, поэтому Эрик сдерживался и не шел напролом, как бывало ранее. Что, уже не узнает почерк Магнето? Он бывает разным - бывает и таким.
- Преподаватель истории? - он удивленно хмыкает, и, видимо, тут правда случилось что-то из ряда вон, что его зовут преподавать. Нет, теорию выживания ему давать чревато, но и история - тоже крайне показательно. - Думаю, мои воспоминания будут не лучшим уроком для детей. Я подумаю, - это и правда заманчиво, очень даже, но пока что Магнето не спешит соглашаться - сначала надо посмотреть на переезд школы на Геноши, а уже потом понимать, нужен ли им такой историк.
- О, никогда бы не подумал, что из Хэнка вышел бы политик, но темно-синие галстуки ему идут, - дружеская шутка в адрес Зверя, который ему всегда виделся больше ученым. Но ведь всякое бывает, и многие находят себя в иной сфере. Может, и правда все же история? Почему нет.
А пока что Магнето уже поднимается на ноги и жмет руку Циклопу, как бы закрепляя сам факт их договоренности. При этом Шельма уже покидает его дом, явно с трудом сдерживаясь, и он провожает ее задумчивым взглядом. Нет, не забыла и не простила - чтобы она ему там не говорила о таком. Впрочем, тут он ее прекрасно понимает: он сам не большой умелец прощать - тем более слишком личные моменты.
- Давайте послезавтра с утра? - визит на Геношу - это тоже важно, и ему надо кое-что подговорить. - Скажем, здесь же, у меня, к десяти? А отсюда и направимся на Геношу, - Эрик уже провожает гостей к двери, которая слишком красноречиво открыта. Он хмыкает, и ручка с вырванным замком взлетает в воздух, заново вставая на свое место, снова сливаясь со стальной дверью, будто ничего не было. Магнето замирает в прихожей, чтобы взять бумагу и ручку, записав номер своего мобильного и протягивая Циклопу. - Обсудите дату и время и дайте знать, подходит вам или нет. Пожалуй, лучше этот способ связи - я не слишком люблю "звонки по Церебро" прямо в мозг, - он усмехается и провожает "иксов" взглядом, а затем закрывает дверь.
Да, это точно был более чем интересный вечер, и ему еще надо о многом подумать.

+1


Вы здесь » Marvelbreak » Отыгранное » [05.02.2017] It's a new dawn


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно