ОБЪЯВЛЕНИЯ
АВАТАРИЗАЦИЯ
ПОИСК СОИГРОКОВ
Таймлайн
ОТСУТСТВИЕ / УХОД
ВОПРОСЫ К АДМИНАМ
В игре: Мидгард вновь обрел свободу от "инопланетных захватчиков"! Асов сейчас занимает другое: участившееся появление симбиотов и заговор, зреющий в Золотом дворце...

Marvelbreak

Объявление

мувиверс    |    NC-17    |    эпизоды    |     06.2017 - 08.2017

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Marvelbreak » Отыгранное » [10.08.2016] Неожиданные встречи и их последствия


[10.08.2016] Неожиданные встречи и их последствия

Сообщений 1 страница 13 из 13

1

Неожиданные встречи и их последствия
http://forumstatic.ru/files/0018/aa/28/36613.png

http://sd.uploads.ru/SYB95.gif
http://sd.uploads.ru/45xak.gif http://s7.uploads.ru/Pv1ZG.gif
Erik Lehnsherr | Anna Mariehttp://forumstatic.ru/files/0018/aa/28/36613.png
База на Аляске таила в себе много секретов. Но кто бы мог подумать, что одним из секретов Профессора окажется злейших враг Людей Икс.

ВРЕМЯ
10.08.2016

МЕСТО
База на Аляске

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЯ
Слишком поучительные разговоры

+1

2

Эрик каждый день смотрит на календарь, чтобы не терять чувства времени, чтобы понимать, какой сейчас день, сколько времени прошло с тех пор, как он рухнул, да не поднялся подле разрушенной башни Мстителей. Первую неделю он толком и не помнил, но то было понятно: Чарльз с Хэнком держали его под лекарствами и каким-то телепатическим коконом. Разумеется, исключительно ради его блага, чтобы деятельный Магнето не пытался встать и не сделал себе тем самым еще хуже. Словом, спасали еще и от себя самого, хотя сам он считал подобное лишним. Но тогда у него было шанса высказать свое весомое мнение, которое бы тоже не приняли в расчет, и Эрик смирился. Тем более, что ему и правда стало легче, если исключить разговоры с внезапно ожившим Чарльзом, когда старый друг, как всегда, умел задавать неприятные вопросы и озвучивать еще менее приятную правду. Только вот сил и здоровья сбежать у него все равно не было, и ему снова пришлось смириться с нахождением где-то на Аляске в этой палате, которая больше смахивала на чуть более комфортную тюремную камеру "для своих". И Эрик, и Чарльз прекрасно знали, что эти стены его не удержат, едва он ощутит свою силу, но Магнето никуда не рвался: ему надо было хорошенько подумать, а еще как-то встать на ноги.
И, едва его перестали держать под какими-то препаратами, да телепатией, как Эрик уже спешит подняться. Только, увы, силы и правда не те, и это инвалидное кресло, в котором он живет последние пару дней, на самом деле унизительно! Чарльз, который его не попрекает, все также готов помогать и слушать, как всегда слишком добр с ним и не видит в нем монстра или чудовища, но Магнето себя не обманывает и знает, отражение кого он видит в зеркале каждый день. Когда Чарльз уходит, то Эрик не сидит на месте, старается вставать и как-то ходить. Пока что он, чуть пошатываясь, уже может дойти до двери, замирая подле нее, некоторое время прислушиваясь к тем звукам, которыми живет база, а потом возвращаясь обратно на койку. Сейчас такое для него - уже подвиг, но он не спешит форсировать события, понимая, что также легко может снова оказаться на больничной койке, истекающий кровью и без сознания, со своими переломами и травмами. Да, у него бывало всякое, бывало и хуже, и он знает, что без регенерации, которой у него никогда не было, это - процесс не быстрый. Надо набраться терпения и не переставать стараться, а еще это - время подумать.
Вот только пока что умных мыслей у него не прибавляется: его распирают злость и ярость, которые не находят выхода, которые он усиленно запирает внутри, чтобы его личные демоны не выбрались наружу. Чарльз все это видит, знает, чувствует, пытается помочь, а потом еще не сделать хуже, когда раздраженный Эрик готов рычать по поводу и без, явно не в силах рассуждать и мыслить здраво. Магнето все это сам прекрасно понимает, но пока это - сильнее его, и ему тоже нужно время утрясти для себя все, прийти к какому-то соглашению с самим собой, чтобы потом появилось решение. Хотя решение у него уже есть: он встанет на ноги, вернется и уничтожит Гидру раз и навсегда! Дело за малым: как бы это сделать?
Сегодня до душевой ему помогает добраться Хэнк: Чарльз в отъезде по делам, и Эрик не задает вопросов. Он уже понял, что он как-то договорился со Старком и отстоял Магнето - его жизнь и свободу. Хотя, может и не стоило? Но только Чарльз - чертов альтруист, который всегда верил в хорошее и верил в него. Кажется, точно зря, хотя сам профессор никогда так не считал. В коридоре, по которому Хэнк катил его инвалидную коляску, ни души, хотя Магнето знал и чувствовал, что на базе есть и другие. Видимо, информацией о том, кого же Чарльз спас, он не слишком делился с командой. Ну еще бы: наверняка нашлось бы много желающих по-дружески пожать Магнето горло - за "все хорошее". Или просто не желал волновать остальных столь сомнительным соседством? Во всяком случае, никто Эрика не навещал, кроме Хэнка и Чарльза, которые ему помогали, которые терпели его саркастические комментарии, которым Магнето был благодарен, хоть никогда и не говорил о таком вслух, но они это наверняка знали.
Сегодня он сам принимает душ, долго стоя под струями теплой воды, опираясь о стену и утыкаясь в кафельную поверхность лбом. Мыслями он далеко - не здесь, заново прокручивая в голове все события. Как он мог не заметить? Слишком хотел верить или что? У него нет однозначного ответа на этот вопрос, и Магнето хмурится, тем самым выключая льющуюся воду, кое-как дотягиваясь до полотенца, а потом проводя ладонью по щетине на лице и решив, что ему и так сойдет, и бриться он сегодня не будет. После этих водных процедур следует очередной осмотр от Хэнка, перевязка и какие-то лекарства, что, будучи уже в своей палате, он проваливается в сон почти что мгновенно.
Эрик точно не знает, сколько времени он так спал, но он постепенно просыпается, и мозг начинает работать. Он встает с постели, снова доходит до двери и возвращается обратно, стараясь идти твердо и уверенно. Он разминает пальцы, поднимая несколько шахматных фигурок с доски, которую оставил Чарльз. Он пьет стакан воды и снова ложится на постель, закрывая глаза и прислушиваясь к внутренним ощущениям, к собственным мыслям, стараясь сосредоточиться и сконцентрироваться, уже "прощупывая" всю базу на предмет металла, которого здесь - с избытком!
Внезапно дверь открывается, но Магнето даже не открывает глаза, не пытается присесть или чего-то еще. Он знает, что Чарльза не будет еще с неделю, и вполне логично, кто к нему тут зашел.
- Что-то случилось, Хэнк? - он подает голос и начинает медленно открывать глаза, повернув голову в сторону двери и замирая. На пороге стоит вовсе не Хэнк, и вот ее Эрик как-то совершенно не ожидал увидеть! Он пару секунд ее разглядывает, а потом снова закрывает глаза и замирает на койке. - Пришла меня навестить? Как мило с твоей стороны, - учитывая, что между ними было, как было и вообще всю ситуацию, Шельма могла зайти к нему лишь за тем, чтобы добить - исключить ради общего мирового блага!

+1

3

Шельма не любила Аляску. Аляска ассоциировалось с бесконечным льдом, покрывающим водную гладь, совсем не позволяя выбраться на сушу. Летом здесь не так холодно, как могло быть, но тем не менее, погода оставляла желать, заставляя как можно быстрее оказаться в помещении. Она здесь ненадолго, совсем ненадолго, и душа рвется как можно быстрее завершить своё задание и отправиться домой, подальше от этой базы и от тех ощущений, которые здесь появлялись.
А ведь это все Хэнк, сам уже давно не появлялся в школе, ссылаясь, что здесь намного больше возможностей для развития его творческой жилки в виде всевозможной техники и прочего добра, которое под секретным замком обычно скрывалось за дверьми школьной лаборатории. К слову, всегда хотелось там оказаться, только вон синий друг скрывал свои игрушки за десятью замками. Скорее всего, там и ловушки были для особо сообразительных мутантов, которые таки смогут преодолеть первое препятствие в надежде узнать обо всех тайнах старого Зверя. А впрочем и Анне уже не шестнадцать, поэтому она молча заберет заранее приготовленные Хэнком вещи, которые он сам же попросил отвезти в школу. Кто бы мог подумать, что работа иксмена включает и курьерскую доставку на полставки. Не платят только, но да ладно.
- Хэнк, - девушка приветливо улыбается и салютует ему, а сама готова залететь в самолет в любую минуту, - Какие на сей раз игрушки ты нам уготовил нашей команде? Кстати, в нашей жизни когда-нибудь состоится релиз новой птички? Я тебе гарантирую, скоро мы начнем драться друг с другом за то, кто в очередной раз полетит на задание, - почти серьезно заявляет, но с губ соскальзывает тень улыбки, которую она не в силах сдержать на обреченный вздох синего изобретателя. Смех смехом, но это была чистой воды правда. Заданий было до черта, а транспорта, на котором можно было тихо и мирно добраться до точки сброса было ровным счетом наоборот. И если бы миссии появлялись в соседнем дворе… Посылают ведь к черту на куличики.
Он что-то бормочет про несерьезность Анны и уходит куда-то, советуя ей подождать немного, так как ему нужно закончить одно важное дело с одним из пациентов. Прекрасно, и чем же теперь заниматься? Девушка плюхается на стул в его кабинете, не забыв прокрутиться пару раз, осматривая помещение на наличие  чего-то очень интересного. Обычные стены, обычный потолок, пол. Пара шкафов, которые было полностью забиты книгами и журналами. Несколько полок содержали на себе какие-то механизмы, на других были расположены колбы, о содержимом которых, знать вовсе не хотелось. Взор зеленых глаз падает на стол, где были разбросаны различного рода бумаги. И нет, Шельма не любопытная. Совсем не любопытная. Она не имеет за собой привычки лезть в чужие бумаги и читать что-то совершенно секретное. Как говорится, меньше знаешь, крепче спишь. Но сейчас, глаза сами не могут уйти в сторону от одного единственного имени, написанного заглавными буквами в больничном листе, судя по виду этого документа.
Эрик Леншерр.
- Какого черта здесь происходит? – мысли сами озвучиваются вслух, но ответа на вопрос естественно не следует. Тишина не отвечает, она вообще весьма молчалива. Тысяча вопросов огнем зарождаются в голове, заставляя руки Анны потянутся к листку и прочитать поподробнее информацию. Должно быть это какая-то шутка. Про башню было много разговоров, много споров. Только вот в голове совсем не возникает воспоминания, где кто-то говорил о том, что самый злейший враг Людей Икс содержится на секретной базе, да ещё и лечится здесь, словно на каком-то курорте. У Анны едва ли не задергался глаз от таких новостей. Дальнейшее исследование прерывается звуком открытия двери, а сама девушка судорожно возвращает все на место, делая непринужденный вид разглядывания потолка, не забыв откинуться на спинку.
Он почти не замечает изменений в своем беспорядке и советует девушке пройти в одну из комнат, где она сможет забрать необходимые ей вещи. Анна так и делает, выходит, закрывает за собой дверь, но идет далеко не в секретный погреб, а ближе к лазарету, заранее пытаясь найти в голове ответы, зачем все это ей сейчас понадобиться.
Нет, злорадству тут не было места, возможно лишь капля, но самая малая. Ей просто хочется посмотреть в эти глаза, которые пару лет назад готовы были её убить ради своей безумной цели. Безумной, как и он сам.
Мария останавливается у двери, ещё раз спрашивая себя надо ли ей это. Какого черта она вообще здесь делает и для чего собралась искать какие-то ответы, прекрасно понимая, что здесь их не найти. Здесь итак все потеряно. Но руки действуют быстрее, толкая дверь вперед, не дав окончательно подумать о своих действиях, а та лишь поддается, будто совсем не была заперта.
Чувствует ли она что-то сейчас, когда в глазах застыл знакомый силуэт? Да, определенно. Наверное, ненависть или презрение, а возможно и все сразу. Но ощущаются они как-то тихо, будто за несколько лет гнева в ней поубавилось. Хотя, эта реакция может быть мнимой, и стоит ей вспомнить прошлые обиды, как руки сами сжимаются в кулаки, слыша знакомый голос, который не хотела бы слышать больше никогда.
- Да вот, прознала, что у нас такие знаменитые гости и решила зайти поздороваться, вдруг забыли уже, - язвит, совсем  не стесняясь, облокачиваясь на закрытую дверь и складывая руки на груди. Это так забавно, ситуация напоминает недавнюю, жаль здесь нет пластмассовых цепей, а то совсем бы аншлаг был.
- Не скажу, что рада видеть, чтобы не соврать, но все же спрошу, какими судьбами, Эрик? – и правда ли ей это интересно? Скорее, какого черта он здесь забыл.

+1

4

Кроме Чарльза и Хэнка он никого не видит, да и не уверен, что захотел, и это чувство наверняка взаимное, учитывая все то, что было ранее. Такое не забывается и не забудется, и тут Эрик не строит никаких иллюзий, прекрасно понимая подобное и не ожидая никаких чудес. Скорее бы его порядком удивило, если бы здесь ему были рады, но пока что убраться подальше у него нет никакой возможности, да и Чарльз его так просто не отпустит. И вовсе не потому, что Магнето вернется к прежней деятельности, а лишь по причине его здоровья: все-таки хоронить друзей Ксавье не умел и не собирался повторять этот опыт, чтобы научиться.
И, пока Чарльза нет, у Эрика есть время перевести дух: он не готов к разговорам, которые раз за разом заводит старый друг. И еще не хочет, чтобы его трогали с этим. Благо, что Хэнк по большей части говорит о лечении, а не лезет в душу, выворачивая все наизнанку. В какой-то степени он ему за такое благодарен, а одиночество не воспринимается каким-то лишением - скорее покоем, но только сосредоточиться никак не получается - эмоции раз за разом берут над ним верх, и руки сами собой сжимаются в кулаки. Магнето чувствует злость и ярость, помноженную на собственное бессилие и то, что он дал себя обмануть. И ладно бы кому, но Гидре! Пожалуй, что это добивает больше всего, но он о таком молчит, а понимающий взгляд Чарльза начинает его порядком раздражать.
Но сегодня у него определенно особенный день, и Магнето это понимает, когда открывает глаза, ожидая увидеть Хэнка, но нет: Шельма собственной персоной. Он ловит ее горящий взгляд, в глаза бросается такая приметная серебристая прядь волос, и она ни о чем не забывала - как и он не забывал. Однажды, тут, на Аляске, на базе Страйкера, им даже повелось поработать вместе - ну или хотя бы временно побыть по одну сторону баррикад. Только она не забывала и тогда, и ее взгляд, поза, тембр голоса, саркастические нотки - это все буквально кричит об этом.
- Разве я мог тебя забыть? Ни в коем случае. Думаю, что и ты меня не забыла, - Эрик медленно присаживается на койке, смотря на девушку. Она, кажется, ни капли не изменилась - все такая же бойкая, а может быть даже и поболее того. Им не довелось больше вести разговоры со времен, когда ее держали на его базе. Сам он скинул пару десятков лет, но нынешнее разбитое состояние, какие-то лекарства рядом и тело в бинтах говорили явно не в его пользу. Да, могло быть иначе - если бы он не поверил и не попался! Но чего теперь-то уж? Теперь надо было думать дальше и искать пути решения.
- Совсем не рада видеть? А могла бы соврать, - Магнето хмыкает и окончательно садится, свесив ноги с больничной койки. - Впрочем, лучше не надо, - с него и правда хватило всей то лжи, которая случилась! Эрик бросает на Шельму испытующий взгляд, а уж по ее вопросу ему понятно: ни Чарльз, ни Хэнк ей ничего не говорили. Иначе бы она не требовала этих объяснений от него. Значит, как-то узнала, да пошла сразу по знакомому адресу. И ведь правда не соскучилась, но пропустить его появление здесь не могла. Все это уже стало несколько личным - со времен его базы, где она сидела в кандалах, где ждала своей участи и бесила Крида. А еще Эрик помнит про ее силы, прекрасно понимая, что одно прикосновение - и он тут сляжет надолго. Только надеяться на щиты, но силы явно не те. Хотя пока что Шельма лишь спрашивает, но смотрит так, что это "пока что" продлится может недолго.
- Этот вопрос тебе бы стоило задать Чарльзу: я не просился к вам в гости, - ее руки, скрещенные на груди, слишком хорошо говорят весь подтекст: закрытость, попытка сдержаться, невысказанные слова и так далее. Но разве все было так плохо? В конце концов, она ведь осталась жива, а эта серебристая прядь ей даже идет, но о таком Магнето не заговаривает. Пока что. - Как ты понимаешь, просто так меня оставить Чарльз не смог, и вы все наверняка еще поплатитесь за его доброту и неуместный альтруизм по отношению ко мне, - он говорит спокойно, слегка пожимает плечами - мол, да, вот так и бывает, и профессор снова наступает на старые грабли, вытаскивая их врага с того света и стараясь поставить на ноги.
- Воды? Обезболивающих? Извини, но ничего другого у меня нет - угощать особо нечем, - тут Магнето, конечно, соврал, ибо была еще пачка сигарет, которую он вытащил у Чарльза, которую не собирался отдавать Хэнку. Но пока что курить он не рисковал, зная, как на нем это может сказаться, но само наличие этой пачки сигарет уже несколько успокаивало. - Может, партию в шахматы? Или ты торопишься? - все тот же спокойный тон, и либо сарказма тут нет, либо он слишком хорошо спрятан. Впрочем, Эрик старался всегда держать эмоции при себе, и лишь Чарльз видел его настоящего, а в последнее время этого было слишком много, что ему самому категорически не нравилось: маска дала трещину, и он рисковал все-таки сорваться.

+1

5

Забыть? Навряд ли. Нельзя забыть человека, который ради достижения собственных целей пойдет по головам любого, сделав все только намного хуже.  Шельма ненавидела таких людей. Они не побрезгуют ни чем. Используют любую ситуацию ради своих планов. Не он ли тогда забрал Джин, когда Феникс окончательно ею завладел? Только вот не учел тот факт, что справиться с такой силой оказалось не по зубам. И снова провал, который закончился смертями и ещё одним поводом для людской ненависти к мутантам.
- О, конечно нет, у меня есть прекрасное напоминание, которое каждое утро приветствует меня у зеркала, - спокойно отвечает Мари, покручивая седую прядь у виска, сама же старается выглядеть чуть менее раздраженной, чем могло показаться на первый взгляд. Это было ошибкой, глобальной. Нужно было просто взять вещи и уйти, стараясь забыть, что добродетельный Чарльз держит здесь своего «друга», который в свою очередь, старательно пытается испортить такую прекрасную дружбу, убив или покалечив одного из «детей» Ксавьера. Поразительно, раз за разом этот человек доказывал, что веры ему нет, доверие тоже затерялось где-то в далеком прошлом. Но, его снова спасли и сейчас выхаживают на Богом забытой базе. Сплошной перевод медикаментов.
Анна молчит и наблюдает на передвижением горячо любимого «друга». Доверия его движениям не было, поэтому было крайне глупо расслабляться и чувствоваться уверенность в собственных силах лишь потому что он сейчас слаб. И южанка почти смеется. Соврать? О, сейчас она искреннее, чем когда-либо. Если бы соврала, где-то должна была сверкнуть молния, а у самой южной души вырасти нос почти как у Пиноккио, за вранье.
- И правда, к чему здесь вранье? – жмет плечами, а сама отходит от дверь, плавно перемещаясь по палате, осматривая её. И все же, что будет дальше? Что они собираются делать со всемирным преступником? По его виду не скажешь, что появилось жгучие желание стать добродетельным и дарить всем детям в мире леденцы. Человеческим детям, так, на минуточку. Очевидно было, что без шлема Чарльз с легкостью остановит друга, но к чему это все приведет? Не оставили ведь властям, для заточения в пластмассовую тюрьму, притащили сюда, залатали и держат непонятно для чего. Как долго продлится этот бессмысленный цирк шапито, когда она наконец не вырвется отсюда, похоронив под завалами того же Зверя. Марии все это непонятно. Возможно, это было лишь субъективное мнение, которое, не могло не появиться под воздействием различных факторов. А их было достаточно.
- Как славно слышать в ваших словах угрозу, - губы Анны расплываются в улыбке, вот оно истинное лицо, разговор даже ещё не начался, а прямая попытка задеть их команду уже витала в воздухе ярче всех огней, -  Поплатимся? Парочка Ваших друзей уже покорно ожидает, как бы вызволить своего босса из лап ужасных Людей икс? – это не ускользает от глаз, он пытается вывести, но южанка давно не ребенок, она больше не та глупая девочка, что так яростно пыталась доказать свою правду, ожидая спасения и скованная на ненавистном стуле в месте, где все пропахло железом. Только чего он добивается? К чему весь этот цирк?
- А впрочем, разве нас теперь чем-то удивить? Мы только и делаем, что расплачиваемся за деяние, которые совершили Вы и ваша команда веселых и находчивых. Если конечно, хоть кто-то из них остался в живых… Как там, кстати, Джон поживает? Не слег под бесконечным множеством Ваших безумных идей? – Пиро с самого начала не чувствовал себя в своей тарелке. Слишком самонадеянный, слишком самоуверенный и вспыльчивый, чтобы действовать по какому-то плану. Анна поняла это ещё тогда, в доме Бобби, когда он практически уничтожил полицейских, если бы она вовремя не додумалась использовать свои силы против друга, который явно потерял контроль над ситуацией. Его действия отразились в мыслях Шельмы. Его злось и ненависть на тех, кто хотел причинить им боль, резким воплем пронеслась по её сознанию. А это нужно было удержать, не сломаться и не потеряться в чужом сознании.
А он ушел от них, ушел к нему.
На шуточное предложение обезболивающего Шельма лишь хмыкает, проходя к столу, берет старый деревянный стул, разворачивая его и садится, облокачиваясь руками на спинку, чтобы было удобнее спрашивать и слушать. А голос все также твердит бросить эту идиотскую затею и выйти вон, стараясь забыть и более не возвращаться на эту чудовищную базу. Она вызывала много неприятных воспоминаний, теперь к ним добавилась ещё и личность, вполне живая и почтив  добром здравии.
- От шахмат откажусь, слишком это нудно, - жмет плечами и качает головой в знак отказа от всего предложенного. Нет, не торопится, просто скоро зайдет Хэнк и выпроводит её восвояси под рученьки с явным намеком не заходить сюда более. Но почему нет? Она ведь уравновешенный мутант, просто зашла навестить «друга». 
- Ну, поделитесь своими планами? Вам ведь явно не с кем поговорить, - хотя почему не с кем? Очевидно, что Профессор иногда балует своими беседами, да и Хэнк, наверняка перекинется парой слов, которые не выйдут на грань интереса о самочувствии. Она же не спрашивает о самочувствии, о настроении и о жизни. Ей на это далеко наплевать, каким бы его ответ не оказался.

+1

6

Эрик не ожидал посетителей, но она уже здесь и явно никуда не собирается уходить. Он видит, как дерзко сверкают ее глаза, словно она бросает ему вызов, желая показать, что нет той запуганной девчонки, что он ей нынче не страшен, и она легко его может победить, что больше не будет в его власти и так далее. Только вот он не запугивает и не собирается этого делать, смотрит спокойно и также говорит, а вот ее раздирают эмоции, которые она пытается скрыть. Нет, у нее вполне неплохо получается, но только он слишком хорошо понимает, что она может испытывать - он видел ее ту настоящую, дерзкую, готовую огрызаться и прорываться к свободе, запрятав свой страх и ужас поглубже. Никому не нравится испытывать такие эмоции, а тот, кто их спровоцировал... тому вряд ли стоит ожидать хорошего отношения, да он и не ожидает здесь этого.
- Тебе идет, - Магнето говорит вполне серьезно, смотря на серебристую прядь в ее волосах. Тогда, у Статуи Свободы, случилось слишком многое, и его идея канула в Лету. Не самая блестящая идея, но с ее реализацией он связывал все же определенные надежды. Не сложилось. Как не сложилось уже слишком многое, но он постоянно поднимается с колен и идет дальше вперед. Только вот сейчас подниматься было в разы тяжелее, и Эрик прекрасно сам знал, как он почти что фатально оступился. Наверное, не стоило Чарльзу его забирать и пытаться выходить, но тогда бы это был уже не Чарльз.
- Да разве это - угроза? - хмыкает Эрик и качает головой, уже присаживаясь на постели, но пока что не собираясь подниматься на ноги. Это ему еще дается с трудом, хотя какой смысл тут корчить из себя Супермена? Она наверняка уже успела о нем либо задать вопросы, либо проглядеть информацию и представляет, что он чудом остался в живых, что у него вовсю идет процесс лечения, и ему явно не до подвигов и уж тем более - не до злодейств, которых от него здесь вполне себе справедливо ожидают. - Друзья - это огромная роскошь, которую я себе позволить не могу. Или ты имела в виду моих сторонников? Кого-то конкретного? Что-то я не наблюдаю Капитана Америку, который бы плечом высаживал дверь на вашу базу. Или у вас здесь ворота? - с Кэпом у него была отдельная история, которую он не собирался тут обсуждать, которую прятал в себе и надеялся, что Чарльз не добрался до этих его мыслей. Итак вполне хватило, что друг читал его, словно тот был раскрытой книгой! Друг... да, один все-таки у него есть!
Упоминание команды все же задевает, хоть Эрик и старается этого не показывать. Была команда, да вся вышла - иначе бы он снова не подался в свободное плаванье. А что потом? Уже после Гидры? По-новой набирать народ? Он не был уверен, что хочет для себя этого снова: Магнето был словно на распутье, не зная, куда ему идти дальше. Но только пока что Гидра для него не закончилась, и с этим тоже надо было что-то делать. Только вот что?
- Я смотрю, ты все живешь прошлым, - он хмыкает и дотягивается до стакана с водой, делая несколько глотков, а потом снова его поставив на прикроватную тумбочку. - Так проще, не так ли? Когда есть, кого во всем винить, когда в любой момент ты можешь махнуть рукой в сторону, сложив в себя груз проблем. Вот только Братства нет уже давно, но разве вам стало легче от этого? Не уверен, - ничего не забывается, и в этом Магнето не раз убеждался на собственном примере. А пока что он следит взглядом за Шельмой, которая и правда не торопится уходить, а берет стул и присаживается неподалеку, смотря на него, бросая взгляд то на лекарства, то на шахматную доску, словно стратегически оценивая наконец позицию, немного усмирив свои эмоции. Но надолго ли хватит ее показного спокойствия, когда все это - слишком личное и давно перешло границы?
- Каждому свое, - он не шибко обижен отказом, вполне ожидая нечто подобное. - Если бы ты захватила карты, то мы могли бы сыграть в покер. Это уже поинтереснее будет, не так ли? - ему самому это не так, чтобы уж очень: он предпочитает преферанс, где надо именно продумывать комбинации, просчитывать ходы и считать карты - нежели надеяться на то, что у тебя не дернется глаз в нужный момент и тебе удастся кого-то переврать. Это, по его мнению, слишком примитивно, и Магнето всегда играл в другие игры. Но, видимо, где-то что-то пошло не так, и он заигрался, раз уж оказался здесь.
Вопрос у нее выходит интересным, но только откуда ж ей ждать ответа, если Эрик сам для себя подобное не прояснил? Он внимательно смотрит на нее, слишком пристально, ни капли не пытаясь скрыть столь наглый взгляд.
- Это - любопытство или ты вдруг захотела также проникнуться альтруизмом Чарльз, да мне помочь? - он насмешливо усмехается, раздумывая, стоит ли закурить или еще немного потерпеть. Не то, чтобы хотелось, но... хотелось. - Для начала я встану на ноги, - это и правда был первый пункт в его плане. - А потом кое-кто о многом пожалеет, - этот момент он также не стал скрывать, не называя имен, не собираясь тут перед ней изливать душу, хотя подобное вряд ли бы ей самой пришлось по вкусу.
- А ты по-прежнему любопытна - как и тогда. Помнится, даже подробности моей жизни не испугали тебя в твоем желании меня коснуться, - он снова невольно возвращается к их прошлому на его базе, не желая обсуждать настоящее и более чем эфемерное будущее. - Может, расскажешь, как у тебя дела? Мы же все-таки не чужие мутанты, верно? - снова его вполне вежливая улыбка, заинтересованный взгляд, и Магнето удобнее усаживается на койке, ожидая ее рассказа на самом деле. - Тут можешь, конечно, красиво приврать - я не стану делать вид, что раскусил тебя на этом моменте. И про личную жизнь вопросов тоже задавать не стану. Годится? Или шахматы уже кажутся не таким уж и плохим вариантом? - Эрик вполне осознавал, что сейчас поступает скорее опрометчиво, но... но внутри все еще была та ярость, которая гнала его вперед, и с этим он пока что ничего не мог поделать.

+1

7

- О, благодарю, - фальшивая улыбка вырисоваться на лице, почти благодарная, будто этот комплимент ей правда интересен, - Не думали открыть свой салон? Магнетолия, - на ходу выдумав название, Шельма проводит рукой по воздуху, будто перед ней уже висит табличка, подсвеченная фиолетовым цветом, а пара букв обязательно должны мигать, - Прекрасное название, я бы даже сказала – стандартное.
Помнит, он прекрасно помнит, что сделал. Это видно по лицу, по тому, как касается его взгляд её седых прядей. Жалеет ли? Хотел бы поступить по другому? У Анны напрашивается только отрицательный ответ. У таких людей нет сострадания. Они гордятся своими свершениями, даже если они были так или иначе провальными. Успехи заставляют их возвыситься на всеми, думать, что им все позволено, что они всесильны, что вот она власть, дотянись и заветная корона окажется в руках. Даже оступаясь, они ведут себя надменно. Бесконечно жаль Чарльза, которому совершенно не повезло с так называемым лучшим другом, который вонзал по паре кинжалов в его спину раз за разом. А он не смотрел, не видел и не слышал. Прощал, сострадал и верил дальше. Будто бы мутанта можно изменить. Ребенка – да, здесь же, ситуация была тупиковой, заставляя раз за разом биться о стену, не найдя выхода. А выхода и не было, все двери были заколочены, не впуская ни малейшего просвета в темную комнату собственных мыслей и затей.
- Знаете, в угрозах я не сильна, как-то не доводилось запугивать мирный народ своими речами, - хмыкает и жмет плечами, совершенно не надеясь на четкий ответ. Он говорил лишь то, что сам считал нужным. Ничего лишнего, что могло навести на какую-то информацию или людей. Это утомляло, жутко утомляло ещё тогда.
- У нас деревянная калитка и белый заборчик, у которого Хэнк, высадил ромашки, так что, поаккуратнее с высаживанием дверей, Зверь добрый, до поры, - отшучивается и старается пропустить мимо ушей слова о символе страны. Горько было осознавать, что такой человек связался с подобной компанией. Но чья это правда? Судить его мог каждый.
- Ну не знаю, - Роуг задумывается, прищурив зеленые глаза, будто пыталась найти ответ где-то поблизости, - Как там Мистик? Кажется она, в прошлый раз, высвободила вас из пластмассовой темницы. Вот я и подумала, вдруг сюда тоже доберется? Так пусть заходит, вроде люди не чужие, - ей все же удивительно, что Эрик не назвал имени самой главной из его приспешниц. Куда же делась вечная любовь. Мистик шла на любой каприз, даже поспособствовала побегу из школы, когда сознание совсем не окрепло после фееричного столкновения о разум Логана. Мысли путались, страх съедал последние остатки самообладания, отчего её совсем не сложно было сбить с пути.
Они и сбили.
Какой же глупой надо было быть, чтобы повестись на весь этот дешевый цирк.
Настороженный взгляд неотрывно следует за руками Эрика, которые тянутся к стакану с водой, а он тем временем старается найти в частицу обиды и злости, вину, что возложила Шельма на плечи всего братства.
- Жить прошлым, - вторит она ему, поднимая взгляд к потолку, будто истина находится именно там, написанная красивым текстом разборчивыми буквами. Но вот разочарование, там пусто, там нет ответов, которые так хотелось получить именно сейчас, - Прошлое дает мне неплохое напоминание о том, что не стоит забывать тех, кто причинил тебе боль, чтобы после не получить ещё один кинжал в спину, - пожимает плечами она, и сразу рождается вопрос, который очень сильно хочется задать, он банальный, наверное, но явно подходящий для их разговора, - А сами Вы? Как часто зачеркивали своё прошлое, отпускали обиды? Не мстили? – и Шельма почти уверенна, что попала в самую точку. Ответит ли? Или опять уведет разговор в другое русло.
- C некоторых пор, в нашем доме карт с огнем не сыщешь, так что, каюсь, и этим не смогу порадовать, - скорее всего, стоит сказать огромное спасибо одному шулеру, ведь на студентов точно думать было грешно. Хотя, тот же затейник не умудрился организовать в подвале казино, где все студенты сливали свои карманные деньги и все, что под руку могло подвернуться. 
Шельме некуда деть руки, поэтому она цепляется ими за спинку стула, а сама качается на нем, будто глупое дитя, которому уготована учесть укатиться на пол, сделав совсем неверное движение. Различие лишь в том, что лишних движений сделано, не будет, равновесие чувствуется всем телом, поэтому страх упасть был полностью исключен.
- Проникнуться и помочь? – повторяет слова и заливается тихим смехом, снова облокачиваясь локтями на спинку, перестав ломать деревянное изделие, - О нет, мне просто интересно как ведут себя враги человечества, когда их опускают с небес на землю, а им только и остается, как зализывать раны у своих якобы врагов, - щурится, не отрывая взгляда и в словах её нет и намека на шутки. Интерес был, но для себя южанка так и не смогла решить, в какую именно тематику его можно было отнести.
- Звучит как план, какой на сей раз мост подвигаете? – в его действиях всегда присутствовал какой-то глобальный катаклизм: стадионы, мосты. В чем было дело? Обязательно нужно было вносить настолько глобальные разрушения, творя свои судьбоносные дела во славу мутантов. Это конечно все очень мило,  но что будет дальше?
А он снова не упускает момента вернуться назад. Шельма на это лишь фыркает, вспоминая недавние слова о прошлом. И кто же из них не может его отпустить? Её интересовало будущие, на данный момент времени, и именно сейчас, говорить о прошлом совсем не хотелось.
- А по вашему, кто-то повел бы себя иначе? Любопытство было вызвано необходимость выведать у Вас любую информацию, а касания, - Анна поднимает правую руку к своему лицу, будто придирчиво могла осмотреть свой маникюр, но вот беда, он вновь был скрыт перчатками черного цвета, - Желание свалить с Вашей прекрасной базы было сильнее страха потеряться где-то в чужих воспоминаниях, - врать не было нужды, искренняя правда сама срывается с уст. Сейчас бы Мари добавила, что в чужих эмоциях теперь копаться было куда легче, все таки годы практик сделали свое дело. Но такая информацию была излишней для него, поэтому и делиться ею она совсем не спешила. 
- Мои дела? Да так, сплошные задания, студенты, умудрилась побывать в Гидре под замком, кстати, странно, что не увидела Вас там, - не обратив внимание на эту явную попытку вывести её на неоднозначные действия она все же делится своим прошлым и настоящим, но Шельма не смеет рассказывать все о себе, сомневается, что стоило вообще, говорить хоть какую-то информацию, но, повторять его ошибки совсем не хочется. Диалог не построится на одних недоговоренностях.

+1

8

- Я не слишком люблю стандарты, - откликается Эрик, услышав ее издевку на тему салона. Он прекрасно понимает, что это - почти защитная реакция и нет - не против него, а против себя же со своими воспоминаниями, с которыми она живет до сих пор. Как бы она не храбрилась, но тогда он чувствовал весь ее страх, и он это прекрасно помнит. Тогда все могло закончится иначе, и она бы точно не отделалась всего лишь седой прядью. Тогда подобная жертва была бы оправдана, и он бы ни капли не раскаивался в содеянном. Потому что даже тогда у него была война, а пешки в ней гибли первыми.
Магнето уже примерно представляет, каким будет их разговор, но это - все равно разнообразие. А ему еще надо переключиться, если вообще получится, а то слишком уж затягивает его ситуация - и затягивает, словно петля на шее. Вряд ли девица ждет от него откровенности, которая ей не нужна, но она постарается задеть - осознано или нет, проверить границы и пределы, чтобы посмотреть. Возможно, что ему как раз сейчас это надо, а, быть может, она разбудит в нем зверя, и его извечное спокойствие покатится к чертям. Он уже выходил из себя при Чарльзе, но то - иное, и старый друг его видел и знал разным, был свидетелем его чудовищным поступков, знал его тайны, видел настоящим. Тогда она тоже хотела подобного, но лишь за тем, чтобы выбраться на свободу, готовая заплатить эту цену. Дорогую цену, надо сказать. Но свобода всегда стоила всего. Почти.
- Я прекрасно знаю, каким бывает Хэнк, и все, что ты описала, несколько не к нему. Ромашки - уж точно, - вряд ли Чарльз рассказывал истории о том, как все начиналось, и в них вряд ли фигурировало бы имя Магнето. Не то, чтобы профессор скрывал бы правду от своих учеников, но он знал, что Эрик точно не захочет для себя подобной известности. Тем более, что пришлось бы не ограничиться рассказом о школьных годах, а копнуть чуть поглубже, и вызвать целую лавину. Но только Шельме далеко копать не надо, чтобы задеть. Магнето поднимает голову, снова смотря на нее, и имя Мистик - это то, что он бы сейчас слышать не хотел. Но только давать ей понять, насколько она близка к цели, он также не собирается.
- Так вы не поддерживаете контакт? Как обидно: то кровные родные отвернулись, то вот обретенные, - он возвращает ей укол, болезненный, скорее в желании закрыть эту тему, чтобы она ее более не продолжала, не находя в данной ситуации способ получше, даже почти не стараясь этого делать. Просто на многие темы из его жизни стоит повесить табличку "табу", не снимать ее и вообще оградить всяческими щитами. И Эрик лишь надеется, что лицом в этой ситуации он себя не выдал - не должен был, по крайне мере.
- Обиды? - тема мести - это прямо к нему, и Шельма здесь явно пришла по адресу, умудряясь после одной неприятной темы сразу же затронуть другую. Какой-то прямо талант, направленные на его нескромную персону! - За обиды я никогда не мстил, - Магнето отрицательно качнул головой, и тут он ей сказал правду. - Я мстил за жизни близких мне людей и тогда я сворачивал горы, чтобы добраться до цели, - всего лишь одна монетка - и такая чудовищная цена, и он до сих пор помнит все те ощущения, все свои эмоции, какие-то мелкие детали вроде незастегнутой верхней пуговице на форме нацистского солдата. - Поэтому мы и разошлись с Чарльзом: я не стал прощать и забывать, а довел дело до конца, - лицо на короткое мгновение сделалось жестким, потяжелел взгляд, словно Магнето снова видел своего врага перед собой. И он ни на мгновение не сожалел о своем поступке, не сомневался в правильности выбора! Чарльзу было легко говорить в его спокойной жизни, легко после подобного быть добрым и отзывчивым, но вот у Эрика история была иной, и всепрощению он так и не научился.
Магнето все же извлекает слегка помятую пачку сигарет, достает одну из них и чиркает зажигалкой, шумно затягиваясь и чувствуя, как после первой же затяжки немедленно закружилась голова. Вот, что значит продолжительный перерыв, да в его нынешнем состоянии! Однако не закурить, чтобы немного успокоиться, сейчас было практически нереально. Он упирается одной рукой в постель, опускает голову и снова затягивается, надеясь, что успеет докурить до того, как ворвется сюда Хэнк и отберет подобную непозволительную для него роскошь в его состоянии.
- Значит, я был прав, подумав, почему ты пришла меня навестить, - Эрик усмехается и качает головой: ей и правда любопытно, есть желание уколоть и, видя его таким, получить некое удовлетворение пост-фактум уже по своей ситуации. Всего этого понемногу, чего-то чуть побольше, а чего-то нет - в зависимости от его слов ей, но у нее все это есть, и Шельма подобного даже не собирается скрывать. А еще она не собирается уходить, и это тоже в какой-то степени показательно. - Мои воспоминания все такие же малоприятные, и копание в них - сомнительное удовольствие. Но, раз ты говоришь, что подобное бы стоило свободы... пожалуй, что поверю тебе на слово. Но, с другой стороны, ты и так свободна, да без лишнего груза. Разве не прекрасно? - он поднимает голову и смотрит на нее, задавая подобный вопрос совершенно серьезно, хотя он больше всего похож на издевку, и, скорее всего, ей как раз и является. Впрочем, ответ он и так знает - тут не надо быть телепатом вроде Чарльза, да влезать в чью-то голову.
- Значит, ты снова пошла по проторенному пути и попалась? Как же ты так неосторожно? Хотя да, жаль, что мы там не встретились: могли бы вместе вспомнить прошлое. Верно? Сомневаюсь, что тебе было бы приятно, но, быть может, спокойнее: все же было бы таким знакомым - ты, я, закрытое помещение... - перечисляет он вслух, снова затягиваясь сигаретой, все еще чувствуя головокружение, которое его никуда не отпускает, но продолжая упорно докуривать. - Я бы спросил насчет личной жизни... из вежливости... да не мое дело, - у нее с личной жизнью с ее-то силами было, мягко говоря, маловероятно, а платоническая любовь - не панацея и не выход. Магнето останавливает взгляд на ее руках в перчатках, которые словно приросли к коже, став необходимым условием для ее мирного существования в этом мире, где бы она не рисковала покалечить своих же. Это тоже ему знакомо в какой-то степени, но у него была совершенно иная ситуация: где как раз без сил он сделал лишь хуже, чем с ними.

+1

9

- В таком случае, полностью полагаюсь на Вашу фантазию, в изощренности которой, сомнений у меня нет, - пожимает плечами, стараясь не слишком зацикливаться на подобных темах. Возможно, он и прав, слишком уж сильно Мари заостряла внимание на своих воспоминаниях в таких мелочах. Но это сейчас, такие, казалось бы, странные мелочи казались чем-то иным, забавным. Если подумать об этой ситуации в целом, то седые пряди были прямым доказательством приближающейся смерти, которая всего лишь постучала в окно, напоминая Анне о своем приходе.
- Да? Неужели за период присутствия в нашем санатории для всех желающих успели подружиться с ним, раз делаете такие выводы? – это было смешно, уцепилась ведь за свою шутку про ромашки и требует ответа. Мари, изволь уже выйти за дверь, и забудь дорогу сюда. Пора уже, повзрослеть.
Правда  веселый пыл заметно угасает, стоит ему задеть тему, которую она сама и начала. Сделала ошибку и тот час оступилась, словно нашла давно оставленные грабли, которые сейчас впечатались в её разум с завидным размахом. Но нужно было терпеть и прикусывать вовремя язык, который с яростным упорством желал высказать все то, что крутилось сейчас в её голове.
- Нисколечко, и как славно, что нам обеим этого совсем не нужно, - Анна улыбается фальшиво, так, как может только она, пряча свои истинные эмоции за маской змеи, которая только и ждала момента, чтобы ужалить побольней. Тема с Мистик была проблемной для неё. Точно также как и для брата. Искреннее непонимание рождалось в голове, когда преступница пыталась найти давно потерянную связь с приемной дочерью. Шельма совершенно не понимала её действий. Если та и пыталась наладить отношения, то делала это как-то слишком изощренно, оступаясь, каждый раз, стоило Мари хотя бы на минуту усомниться.
Он ей отвечает, даже рассказывает больше, чем ей хотелось слышать. Как благородно. Мстил за своих родных. Судить об этом сложно, когда недосказанность так сильно резала слух. Но скольких он похоронит под металлическими плитами своей злобы на человечество? Таких же как он сам, что пришли мстить за своих близких, и дальше. Это бесконечная череда кровопролитных боев, где числу жертв не будет конца. И ведь не остановится, никто из них не сможет остановить свою ярость, чтобы мир, наконец, смог познать давно потерянное спокойствие и радость первого солнечного луча.
- Быть может в этом Ваша и ошибка? Говорят, прощать нужно, - и говорят это все. Но она сама себе противоречит, говорит о прощении, сама же готова в любую минуту сомкнуть руки на его шее, стоит ему только сделать лишнее движение.  Разница между Эриком и Чарльзом была понятна даже глупому ребенку, который бы нечаянно мог подслушать их разговор. Анне этого не нужно. Она прекрасно помнила те слова и учения, что говорил её Профессор, и те разговоры, что вел Магнето. Они были словно вода и пламя, что никак не могли найти общий план действий.
Глаза следят за его действиями, а он уже тянется к сигаретам. Анна даже удивляется, как Зверь могу разрешить курить здесь. Он Логана готов был убить, а тут ситуация была иной. Медицинская палата была не тем местом, которое подходило под курящий зал.
- А правила Вы нарушаете даже в подобных мелочах? К разговору о ромашках, дельный совет, если он не узнает, и Вы вдруг выживите, не делайте так больше, - хотя какая ей разница? Совершенно никакой, только и раздражает этот запах сигарет, который витал в их школе постоянно.
И да, надоедал он всем, только вот чихали на их мнение господа курящие.
- О, что Вы, я и не претендую, - она как-то странно смеется, цепляясь за слова Эрика. Все ещё мало приятны. Анна не заметила в себе дикого желания узнать о чем-то сейчас.
И да, сейчас она свободна, даже более того, свободна - это ещё мягко  сказано.
- Что Вы имеете ввиду, говоря о «лишнем грузе»? – все же это не ускользает от слуха, и Роуг действительно стремится узнать. Лишний груз? Воспоминания? Чужая ответственность? О нет, Анна уже давно старается не зацикливаться на этом. Следуя за чужими эмоциями можно было забежать не туда и наглухо потеряться в чужой боли, жизни.. Анна научилась находить себя среди прочих лиц и имен.
- Не могу разделить Вашего восторга, Эрик, так что – да, ситуация была бы неприятной в двух случаях, - жмет плечами и совсем не врет, говорит искренне и открыто. В тот момент ей только и старого «друга» не хватало. И как славно, что судьба не пересекла их пути ещё тогда.
- И Вы правы, совсем не ваше дело, - она улыбается и оглядывает комнату на наличие чего-то интересного, - Вам хоть сковороды дают разгадывать? Знала бы, занесла.

Отредактировано Anna Marie (2018-08-17 03:45:55)

+1

10

Губы трогает едва заметная ухмылка: уж его точно нельзя было обвинить в отсутствии фантазии. Эрик всегда умудрялся придумывать нетривиальные ходы, но, увы, далеко не все из них были успешными. Что там говорилось про гений и злодейство? Это был определенно его случай.
- Мне приятно, что ты успела оценить мои скромные заслуги, - он смотрит внимательно, почти чувствует ее раздражение и видит, что не забылось. Наверное, если бы Магнето был на ее месте, то он бы попытался убить того, кто ставил над ним эксперименты. Впрочем, он и так на том месте, и это у него даже получилось, что он невольно кидает взгляд на прикроватный столик, где лежит та самая монета - еще одно напоминание, как будто он смог бы все это забыть!
- Мы давно знакомы - лет пятьдесят, пожалуй, да и не так, чтобы уж слишком ссорились, чтобы спешно восстанавливать отношения, и Хэнк - не из тех, кто меняется, слишком меняется, становясь непохожим на себя прежнего, - тут была давняя история - у него, у Чарльза, у Хэнка, у Рейвен. Последняя тема - не самая лучшая, как для него, так и для нее, и ему хватает лишь одной фразы, чтобы они более не поднимали этот вопрос. Да, прошло время, но опять же - ничего не забылось, а его история с Мистик - это слишком сложно, и местами даже тяжело. И уж тем более, такие вопросы с ней Эрик обсуждать не собирался - это было личное, только между ним и Рейвен. Впрочем, с Мистик тоже он не спешил разговаривать, справедливо полагая, что его будут первым делом не слушать, а пытаться убивать. Кстати, странно, что до сих пор не было сплошной череды попыток...
- Прощать? Никогда не пробовал, да и, наверное, учиться уже поздно. Тем более, что, как правило, прощение не избавляет от проблем, а лишь внушает вседозволенность. Я всегда говорил Чарльзу, что меня было проще бросить и не спасать. Или добить. Еще там, на Кубе... однако он слишком верит в людей. Даже самых худших, - и отчего-то Чарльз всегда находит в нем что-то, что отличает его от чудовища. Но сам Эрик в себе этого не видит, не замечает, да и не привык он заниматься самообманом, чтобы отрицать очевидное.
Магнето все же закуривает, чувствуя, как его ведет после долгого перерыва, как уже кружится немного голова, но сигарету из пальцев не выпускает, а лишь делает еще одну затяжку.
- Я не припоминаю, чтобы Хэнк мне озвучивал запрет на курение. Но, быть может, я и не спрашивал или он не ожидал от меня такой прыти, - он криво усмехается и смотрит на нее, когда она вдруг проявляет... заботу? Взгляд становится чуть более скептическим, но он молчит, видя, как она тут же замешкалась, как наверняка разозлилась на саму себя за подобное. - Я не думаю, что курение меня как раз и добьет... хотя вредно, да, не спорю. Привычка, - он осторожно пожимает плечом, продолжая все также упираться рукой в кровать для устойчивости.
- Лишний груз - чужие воспоминания, чужая боль... в свое время Чарльзу тяжело было с этим справляться, когда он слышал других, чувствовал их, пропускал все это через себя, - Эрик задумчиво смотрит на нее, словно решая, а стоит ли? Хотя почему бы и нет? Раз уж в шахматы она играть отказалась, карт с собой не прихватила, да все сидит и не уходит. - А в твоей памяти, в памяти твоих сил, все эти моменты после прикосновений, все те ощущения - они еще живут в тебе? - ему интересны ее способности - всегда были интересны. Именно поэтому он и обратил на нее внимание в свое время, а уже потом, несколько позже, нашел применение ее таланту в свою пользу. Но сначала был просто интерес - к необычному, к смертоносному, почти что к прекрасному.
- Восторга? Я бы так не сказал, - он качает головой и усмехается. - Нет, я никогда не увлекался кроссвордами. Советуешь мне начать? Ты так коротаешь одинокие вечера? - не то, чтобы он пытался намеренно ее задеть, но просто как-то получилось и получалось - слишком много личного стало между ними после Статуи Свободы. Эрик чуть морщится, а потом все же тушить сигарету, понимая, что курение в его состоянии - это не есть хорошо. Однако дело уже сделано, он поддался и наверняка будут последствия, но да ладно - он переживет, он всегда переживал и шел дальше.
- Ты придешь еще меня навестить? - Эрик поднимает голову и смотрит на нее. - Я могу достать чего-нибудь вроде коньяка, например. Или вина, - как правило, дамы должны были пить вино, но другое дело, что с дамами правила частенько не срабатывали. - Может даже согласишься все же со мной сыграть? Это было бы, пожалуй, интересно. Не находишь? - у них раньше бывали другие "игры", и это тоже будет в своем роде опыт, но насколько ценный, нужный и важный - это уже каждый решит для себя сам. - Нет-нет, я тебя вовсе не прогоняю сейчас. Твое общество мне приятно... и так привычно. А тебе?

+1

11

- Боюсь, что ваши скромные заслуги успел оценить весь мир, как никак, знаменитая персона, - знаменитая для местных газет с заголовками об очередной катастрофе, или же неплохой репортаж для канала самых жестких новостей. Поклонников была масса, только работала эта идея совсем не в ту сторону.
А Хэнк никогда не распространялся о дружбе с Магнето. Хотя это и имело место быть. Тут можно было догадаться самому, но Эрик несколько удивляет Мари, откровенничая насчет «дружбы» с её меховым знакомым.
- Как странно, что дороги вас все-таки развели, не думали пересмотреть свои взгляды? – у них определенно была какая-то история, которая заставила позабыть о своих личных убеждениях и закрыть глаза на все, лишь бы план был выполнен. Другой вопрос, в какой именно момент эта история оборвала все связи, в последствие  чего, одна сторона, ни в какую не захотела принимать убеждения другой. Обычный человеческий интерес не более. Шельма даже спрашивать е будет о истинных причинах спора, прекрасно понимая, что лезть в душу не лучшая идея. Даже врагу.
- Наверное, вы правы, - Мари задумывается о словах Эрика. В таком плане нет смысла искать в её действиях хотя бы намек на прощение и пытаться вести себя «дружески». Южанка также не умеет прощать. Держит в себе. Не забывает и не посмеет забыть, - Хотя, в таком категоричном заявлении, скорее всего, следует найти противовес. Вы для него друг, он любит вас, как бы странно это сейчас не прозвучало. Некоторые связи не так просто разорвать, - укладывает руки на спинку и облокачивается на них подбородком. Бесконечно жаль Чарльза, который отчаянно не видел плохого в тех, кто его окружает. Это не плохо, нет, просто никогда не знаешь, когда получишь удар под ребра от таких псевдо друзей.
- Понятия не имею, что Профессор узрел в вашей таинственной голове, но отпускать он вас не желает, поэтому задумайтесь хотя бы на минуту, так и одному остаться недолго. Готовы ли вы остаться в полном одиночестве, где все будут против вас? – взгляд Анны ужесточается и она смотрит прямо. Гордо. В своих словах у неё сомнения нет. Что может быть хуже одиночества?  Смерть? О, бросьте, смерть дарит спокойствие, разве не так говорят? В смерти ты не будешь одинок, гораздо хуже остаться одному в мире, где тебя ненавидит каждый, где все считают  тебя чудовищем, отбросом общества, ничтожеством. Нужно быть истинным мазохистом, чтобы позволить себе подобное.
- Да нет, просто слышала, что больным курить запрещается, если Вы конечно сами не хотите загнать себя в могилу как можно быстрее, - она улыбается, улыбка на губах натянутая, как в приторно сладких рекламах по телевизору, где какая-то дамочка пытается показать насколько же прекрасен предлагаемый аудитории йогурт на вкус, но сама же старается сдержать приступ отвращения к своей работе, - Но, кто я такая, чтобы вас учить? Верно?
И, тем не менее, запах сигарет все же настигает, от чего она заметно морщится и отворачивается, будто это как-то могло спасти ситуацию.
А Магнето все не отпускает её способностей. Что за интерес такой? Какая разница, что творилось в голове у Роуг, когда она в очередной раз крала чью-то жизнь?  Это были личные проблемы, с которыми девушка вполне справлялась. Во всяком случае, перестала воспринимать это как вселенское проклятье. Понимал ли он то, о чем говорил? Всю эту мишуру под лишним грузом? Для Анны это было личным, чем-то сокровенным, что мог понять отнюдь не каждый. Единицы. Кто действительно пережил подобное.
- Почему вам так интересно? Хотите попробовать? – Шельма скептически поднимает левую бровь и щурит глаза. Шутит, естественно. Ей сейчас нет никакого  интереса  проявлять себя и показывать личный спектакль, за который и не заплатят даже. Да и от Хэнка потом получать совсем не хотелось. Правда получать пришлось бы от самого главного, ему такое навряд ли понравится.
Но раз уж этот спектакль начался.
- Скажем так, порой это всплывает, - жмет плечами, но больше не хочет об этом говорить. Сказано уже слишком многое, и более распространяться нет смысла. Не зачем знать посторонним людям какие именно кошмары иногда забегают к ней на чай.
- Попробуйте, может, добрее станете, - ухмыляется, чуть склоняя голову, - К сожалению, на одинокие вечера у меня просто нет времени, так что оставлю эту радость на потом.
Анне непривычно слушать подобную просьбу. Придет ли она ещё? Нет, это была случайность, любопытство, желание посмотреть в глаза тому, кто желал ей лишь зло. И теперь Эрик просит о ещё одном приходе? Мари сомневается, что вообще сунет свой нос в ближайшее время на Аляску, если только её за шкирку сюда не притащат. Если смогут, не справятся же.
- Боюсь, что нет, не слишком люблю здешние края, чтобы появляться лишний раз, - Роуг поднимается со стула, цепляется за спинку и легко задвигает его туда, где он прежде стоял, - По перекидывалась бы с вами ещё парочкой ядовитых тем, но не могу, долг зовет, да и Хэнк не будет рад увидеть мою персону, которая должна уже лететь домой.

+1

12

Эрик поглядывает на нее немного задумчиво, но лишь кивает головой. Было бы странно, если бы Чарльз или Хэнк вдруг стали распространяться об их былой истории. Или тем паче - Мистик! Он уверен, что они также ничего не забыли, но предпочитали не ворошить прошлое. Все это было слишком личным и слишком неоднозначным, чтобы так просто поделить мир на черное или белое, расставить границы и акценты. Да, ситуация могла сложиться иначе, но не получилось, и к текущему моменту каждый из них подошел с собственным багажом личного прошлого, где совместные эпизоды были столкновением, а не сотрудничеством.
- На самом деле, все было очень даже логично: тогда, в самом начале, каждый шел за своим, - Магнето шел за местью, которую, в конце концов, получил. То, что случилось дальше, тоже было логичным: люди видели в них угрозу, даже несмотря на то, что они стали спасением этого мира от Третьей Мировой. И так будет всегда, и ничто уже это не изменит, как не изменятся взгляды Магнето, как Чарльз все также будет продолжать верить в лучшее. - Наверное, слишком поздно менять и меняться. Не находишь? - он вопросительно поднимает седую бровь, смотря на девушку, которой наверняка любопытно - что же там такое было? Ему бы точно было любопытно.
- Я знаю, что прав, и Чарльз тоже это знает, и ты знаешь, но у каждого - своя правда, и с этим тоже надо уметь жить. Тем более, что... ну, я бы не сказал, что я прямо ужасный друг, хотя, наверное, так и есть. Быть к кому-то близко - это нелегко для обоих, не так ли? - он уже закуривает, хотя Хэнк наверняка ему потом все выскажет, когда учует запах табака, но ему сейчас плевать. Ему нужно немного расслабиться, чтобы нервы, связанные в тугие узлы за последнее время, немного отпустили его и перестали душить. Правда вот в его состоянии одна сигарета - это уже достаточно ощутимо, и уже кружится голова, но упрямый Магнето все крепче сжимает сигарету в своих пальцах. - Я привык к одиночеству - еще с детства. Так гораздо проще, не находишь? Проще быть одному, нежели оглядываться по сторонам и раз за разом видеть, как те, кто еще недавно стояли рядом, уже ушли, - он пожимает плечами и смотрит куда-то поверх ее головы, задумавшись о своем, о том списке, который он негласно ведет, о тех, кто навсегда остались где-то в прошлом. Он лишь коротко усмехается и понимающе кивает головой в ответ на ее слова о вреде курения. Жить вообще вредно - от этого умирают.
А вот ее способности ему и правда интересны - интересны еще с того раза, когда он ее украл! И тут Магнето не лукавит ни капли - его занимает ее сила, а еще на языке вертятся разные вопросы, которые он пока что не задал. Как же так получилось, что Чарльз не сумел ей помочь? Всем же помогал, а что с этой девушкой у него пошло не так? Впрочем, и у Чарльза бывали провалы, и он помнит Страйкера-младшего, но тем не менее.
- Как ты помнишь, твоя сила меня всегда интересовала. Попробовать? Ты полагаешь, что нам пора настолько разнообразить наши отношения? - он усмехается, но ему не смешно - Магнето внимательно смотрит, ожидая ее слов, лишь задумчиво кивая, когда она говорит про то, что помнит. Подобное - еще один тяжелый груз, и тут правда Чарльз должен был помогать, чтобы Шельма в себе это приняла, чтобы не сошла с ума, чтобы чужие личности не подавили ее собственную. Интересно, а это уже происходило? Как она справлялась? Впрочем, можно и не спрашивать - она ему просто не ответит, и поэтому такие вопросы он вслух не задает.
- Боюсь, чтобы подобреть, мне нужно что-то иное, а это... не слишком уж надежное решение и точно совершенно не эффективное, - сигарета наконец докурена, и он шумно выдыхает, прогоняя эту дурноту, пытаясь сосредоточиться на том удовольствии, которое он получил от курения. Вот если бы последствий еще не было! Но, если он и дальше пойдет на поправку, то и эти потери можно будет минимизировать.
- А чем плохо это место? Во всяком случае, здесь тихо, словно весь мир забыл о твоем существовании и оставил в покое. И местами даже спокойно, хотя я кроме этой... палаты ничего не видел, - кажется, она не горит желанием его видеть, что тоже вполне понятно и объяснимо. - Я был бы рад, если бы ты зашла. Все-таки шахматы - это интересная игра, - и поди пойми, говорит правду или опять тонко над ней издевается, если издевается вообще. - Долг? Да, понимаю: у вас, как всегда, много дел... - в принципе, у него - тоже полно, но ему нужно принять решение и придумать план. Без этих обязательных условий куда-либо соваться просто не имеет смысла: Гидра его раздавит, заметив, что Магнето вышел из-под контроля и начинает крушить всех вокруг. Да и собственные раны еще толком не зажили, а это - его слабость, а слабости он не любил.
- Не поцелуешь меня на прощание?

+1

13

- Вполне логично было объединить свои силы, да бы достичь лучшего будущего для поколения мутантов, мирным и воинственным, - кивает Анна, задумываясь о том, как могли бы пойти события, если бы усилия были объединены, - Как по мне, второй вариант привел вас к этой койке, война порождают войну, разве не так? – конечно же, так, Мари в этом уверена. Война порождает войну, насилие дает ответное насилие, и что дальше? Почему мутанты должны опускаться до уровня людей? Отбиваться, да. Но не идти по стопам полного истребления дабы, остаться одним на этом белом свете. Что дальше тогда начнется? Война против друг друга? Так она уже идет, просто на тот момент все усугубится настолько, что уничтожение грозит всем.
- Меняться? Может быть и поздно, но вот подумать о дальнейших своих действиях стоит, никогда не знаешь, чем закончится следующий исход предполагаемых событий, быть может, это уже будет не больничная койка, а деревянная коробка в земле, - жмет плечами и смотрит вполне серьезно. Ей то плевать, абсолютно плевать, но разве нельзя высказать свое скромное место по этому поводу. Как впрочем, и большинству.
- Отчего же нелегко? Разве дружба это плохо? По моему пора перестать страдальчески рассуждать о том, что связи делают людей слабее, это слишком старо, - ухмыляется Анна шагами считая плитку на полу. Кажется, за дверью уже слышны шаги Хэнка, который спасибо ей явно не скажет. Умеет вылететь в окно, прежде чем откроется дверь, и она выслушает тираду о том, как некрасиво лезть своим длинным носом в чужие дела. Но почему нет? Не каждый день можно увидеть заклятого врага в стенах вроде бы родного убежища.
Он говорит об одиночестве, но как бы вершились уже сделанные дела без союзников? Разве это можно назвать одиночеством? Его идеология была неправильной, но неправильной для немногих. Были мутанты, которые свято верили в эту правду, поддерживали и шли за ним, подставляю свою спину под удар врага, да бы главный герой программы остался жив и не покалечен. Разве не так поступила Мистик? И где она теперь?
- Иногда человек сам виноват в своем одиночестве, не находите, - она копирует интонацию и кривится, - Возможно, в Ваших словах и есть доля правда, но разве не Вы ли говорили, что Чарльз, несмотря на все удары со Вашей стороны, все ещё верит? Верит, что одумаетесь, что перестанете каждый день выдумывать очередной план по уничтожению человечества? Разве он ушел? Противоречие, однако, - ей не смешно, поэтому она не улыбается и не смеется, а ещё ей непонятно, отчего желание доказать свою правоту все ещё не угасает. Отчего южанка вообще сейчас распинается перед ним и пытается как-то вразумить. Кому это нужно? Да и даже если выйдет? Что дальше? Кто-то из тех, кто получил зло с его рук, захочет пересмотреть свои взгляды? Сама Анна способна на прощение? О нет, скорее нет, чем да.
- О нет, - Анна жестом показывает, что сдается, поднимая ладони к потолку, - От таких предложений я далека, увольте, - интерес в его словах несколько напрягает, даже слишком, ещё с того раза хватило этих познавательных действий. Как-то больше не хотелось. Слова о доброте душевной девушка пропускает мимо ушей, говоря себе о том, что разговор совершенно бессмысленный. Нельзя доказать человеку то, что ему совершенно не хочется принимать в себе. То, чем ему становиться вовсе нежелательно.
- Смотрю, прониклись этим местом, собрались остаться, - её брови скептически изгибаются, а сама ухмыляется. Как же, такую прекрасную картину появления Магнето в стенах школы было грешно не увидеть. Столько ошеломленных лиц. А главное, сколько негодования по новому поводу. Глядишь так и забудут о тех проблемах, что терзали юные мысли совсем недавно.
- Естественно, кто-то же должен закрывать плохие дела злодеев хорошими, - губы Марии расползаются в почти не злобной усмешке, а сама она уже достигла дверей.
Если только головой об стену. И это единственная мысль, которая сейчас пробегает в голове Анны-Мари, стоило ей положить ладонь на ручку двери. Джин бы определенно посмеялась, услышав подобные мысли в голове южанки.
- А я смотрю с юмором у Вас такие же проблемы, как и с обращением с невинными людьми или мутантами, - мрачно констатирует Шельма, оборачиваясь через плечо, - У Вас полно времени, чтобы наверстать упущенное, удачи, - ей больше нет смысла здесь оставаться. Любопытство было удовлетворено, а вот груз в особняк так и не доставлен. Шельма выходит быстро и захлопывает за собой дверь так, что кажется, та слегка треснула, если не слетела с петель от настолько жесткого движения.

+1


Вы здесь » Marvelbreak » Отыгранное » [10.08.2016] Неожиданные встречи и их последствия


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно