ОБЪЯВЛЕНИЯ
АВАТАРИЗАЦИЯ
ПОИСК СОИГРОКОВ
Таймлайн
ОТСУТСТВИЕ / УХОД
ВОПРОСЫ К АДМИНАМ
В игре: Мидгард вновь обрел свободу от "инопланетных захватчиков"! Асов сейчас занимает другое: участившееся появление симбиотов и заговор, зреющий в Золотом дворце...

Marvelbreak

Объявление

мувиверс    |    NC-17    |    эпизоды    |     06.2017 - 08.2017

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Marvelbreak » Отыгранное » [04.08.2016] Сделка с совестью


[04.08.2016] Сделка с совестью

Сообщений 1 страница 9 из 9

1

Сделка с совестью
http://forumstatic.ru/files/0018/aa/28/36613.png

http://s5.uploads.ru/O5MlY.gif http://s7.uploads.ru/64kJ2.gif
Кэп | Пересмешницаhttp://forumstatic.ru/files/0018/aa/28/36613.png
Гидра у власти, и Роджерсу надо разобраться, кто из спецорганов в НЙ готов сотрудничать. Поэтому одним из первых он наносит визит Барбаре Морс.

ВРЕМЯ
4 августа

МЕСТО
НЙ, офис МКА

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЯ
да все нормально будет

+1

2

Мир сменил свою полярность, события прошлых дней разрушили все старое и воздвигли новые горизонты, Гидра стала не просто нежелательным наименованием, которое произносили тихо, с глазу на глаз, и запирали факт связи с ней на тысячи замков, держа в тайне свой грязный секрет. Гидра сала ведущей силой .
Город был тот же, улицы прямые, как несгибаемые тростники, желтые такси со стальными лицензиями на покрытых пылью капотах, наконец теряющие свою популярность и востребованность, рассекали по дорогам с прежней скоростью, тайм сквер был забит под завязку туристами и местными, рискнувшими сунуться в самую гущу демонстрационного образца великолепия большого яблока, люди оставались прежними, спеша кто на работу, кто с неё. Небо над Нью-Йорком было, как и раньше, чистым и ясным, озаряя каменные джунгли лучами утреннего августовского солнца.
Так было вчера, неделю, месяц, год, десяток лет назад. Так было сегодня. И все казалось прежним.
Но не стоило обманываться тем, что на поверхности.
Мир изменился кардинально.
И теперь головой всему была Гидра. Та самая, которую он лелеял и собирал по кусочкам, новая, сильная, лучшая. Шмидт, Штрукер, Пирс - все они остались за бортом, не в последнюю  очередь его стараниями. Однако они, самодовольные и самоуверенные ублюдки, были ослеплены своей безнаказанностью и отсутствием четкого руководства. Смотря вперёд нельзя забывать оглядываться назад, потому что там, в том поле, что скрыто от глаз, и творится большая часть истории. Не мир нужен был Гидре, а Гидра была нужна миру. Грязному, развращенному, свободному, где каждому был предоставлен шанс творить самому свою судьбу. Воля избаловывает, она затмевает разум и здравый смысл. И тогда человек перестаёт понимать что в действительности ему нужно, кидаясь с головой в болото, из которого пытается вытянуть максимум пользы, но утопая в отвратительной жиже все глубже и глубже, пока не уходит в неё с головой. Последствия этого могут быть разными, начиная от проебанной собственной жизни, что Стивена интересовало мало, до разрушения целых империй и идеологий, что уже заставляло проявлять к проблеме повышенный интерес. Так было с манией величия Красного Черепа, так было с ‘Озарением’ Пирса - воля. Свобода действий, свобода единоличного мнения и тотальное игнорирование проблем, корчащихся в луже собственной крови на самой поверхности. А сколько сложностей все это доставило самому Роджерсу и не счесть. Мстители, идею которых он поначалу отвергал, оказались как нельзя кстати под рукой в качестве инструмента, которым он вершил свои перестановки. Сказано просто, да и сделано не потом, кровью и случайными жертвами, но результат был налицо. Идея получила свою фактическую реализацию на практике, и теперь оставалось лишь укрепить стены воздвигнутых башен.
Он не доверял большей половине своих людей. Они подтянулись после, из затхлых подвалов и фешенебельных высоток, куда каждый в силу своих возможностей уполз после падения Старой Гидры. Однако на его стороне было слишком мало лиц, которые пришли после и которым он доверял, и все равно большая часть ресурсов и мощностей оставались в руках старичков их общего благого дела. А Стив не любил сосредоточения сил в тех плоскостях, в которых им было не место.
Пришла пора собирать своё. А также приобретать новое.

Тяжёлый паркер с глухим стуком падает наконечником колпачка на  стол, и в тишине кабинета раздаётся протяжный звон. Крепкие пальцы вновь ленивым жестом подхватывают его и кидают на стеклянную поверхность уже обратной стороной. Совершенно бесполезная и призванная убить время ожидания забава, которая порядком уже надоедает. Роджерса всегда интересовала тяга больших боссов занимать верхние этажи под рабочие кабинеты и делать их размером с футбольное поле. И обязательно окна. Огромные, с трёх сторон и во всю стену, из которых открывается бесподобный вид на центральный Нью-Йорк. Забавная ассоциация, пришедшая в голову именно в этом кабинете в стенах офиса МКА. Ладно, выбор подобных рабочих аппартаментов понятен, это влияние, это статус и первое впечатление, которое остаётся в памяти тех, кто забредает в эти совсем не легкодоступные места. Но в целом это пустышка, призванная потешить самолюбие властных лиц. Была ли такой хозяйка именного этого места Стив не знал, но в ходе беседы, которая неминуема, быть может он получит ответ и на этот вопрос.
Охранный блок у входной двери издаёт протяжный писк, и индикатор окрашивается в светлый, открывая доступ в кабинет с обратной стороны. Такое бесцеремонное вторжение в чужие владения не красит никого, но иные варианты Стива не устраивали. Разговор с главой агентства он видел именно таким, в гости, как говорится, ходят по утрам. Нравится хозяину это или нет. К тому же он принёс кофе, вполне благородный жест с его стороны.
- Барбара Морс, - тянет Стив притворно бодрым голосом, откидываясь на спинку широкого офисного кресла. - Доброе утро. Даже если ты не ждала меня так рано, это должно скрасить твоё удивление.
Он взглядом указывает на два стакана, из которых до сих пор тонкой струйкой вверх поднимается пар.
И недовольство, стоило добавить. Или что-то ещё, чему он пока не подобрал правильного наименования. Потому что он-то прекрасно понимал, что Морс знала, как и по какой причине в ее вотчине оказался Стивен Роджерс.
- Поговорим.

Отредактировано Steven Rogers (2018-07-14 17:09:51)

+1

3

Обломки Старк-Тауэр все еще разбирали, но Бобби больше не могла там находиться. И дело было не в пыли-грязи-щебне, а в том, насколько вместе с ней рухнули все надежды. Она не особо склонна была верить в то, что здание пострадало из-за недосмотра Старка, генератор взорвался, как же. Тони Старк мог быть раздолбаем в отношении с женщинами, но никогда не был таковым в отношении своих изобретений, иначе бы не заработал столько денег. Поэтому путем простых логических выводов, все это выглядело шитым белыми нитками.
Ответы, наверное, можно было бы получить, стоит только захотеть. Взять телефон, набрать номер Беловой. Но Барбару все еще потряхивало от внезапной встречи в башне. Да, Лена спасла ей жизнь, но Лена убила Клинта, и что делать с этими двумя фактами, Бобби пока не определилась. Она и Бартона едва оплакала, вроде как, не ее боль, но было больно, необъяснимо и глубоко больно.

Мстители распались не вчера, а мир все еще этого не осознал. Тем более странно было понимать, что Стив Роджерс был символом Гидры. Сейчас или всегда, чему верить? История с давним шпионажем выглядела практически ладной, но для той, кто провел годы в ЩИТе, это было более, чем ненормально. О становлении Роджерса Капитаном Америкой писали в учебниках, хотя мало, кто и их читал, но эти главы открывали все. Потому, что людям, особенно агентам спецслужбы, надо было во что-то верить. В Роджерса, в Картер, в Мстителей. Теперь верить было не во что, и Барбара не очень-то понимала, как смотреть на мир, под каким углом. А это было не очень хорошо ввиду перемен в политической сфере. Барбара отвечала не только за себя, но и за тех, кого брала на работу, ей в любом случае придется что-то решать. Отсидеться в норе не получится, хотя четыре дня ей это явно удавалось. Пока Гидра устанавливала власть, пока Роджерс занимал кресло директора ЩИТа и вырабатывал планы сотрудничества с другими организациями, МКА под руководством Морс молчало. У нее была весомая отмазка – теракт в центре Нью-Йорка, последствиями которого она была занята. Но подсознательно Барбара ждала, когда на пороге появится Белова. В том, что Лена сама придет устанавливать правила отношений между Гидрой и МКА не вызывало сомнений.
Но на Капитана Америку в своем кабинете Барбара никак не рассчитывала.

Вообще-то кабинет был не ее. Свой кабинет она выбрала поближе к лабораториям, он был меньше и удобнее, чем эта дань владельцам больших корпораций. Но несколько дней назад в том кабинете как-то беспардонно вырубились все внутренние системы, начиная от света, заканчивая чем угодно. Пришлось Барбаре переехать в тот кабинет, который был предназначен для нее изначально.
«Я в нем потеряюсь. И нет, мне не нужна секретарша».
А вот охрана ей была нужна точно. Барбара рассматривает сидящего в ее кресле Роджерса, попутно раздумывая, с какой стороны закрыть дверь. Прямо день чудес. Бобби даже успевает затосковать по Лене, ей бы она точно была бы больше рада, даже несмотря на желание плеснуть в нее кофе.
В Роджерса плескаться кофе казалось менее разумным, чем в Лену.
- Кресло не жмет? Или успел войти во вкус?
Здороваться у Бобби нет никакого желания. Пытался же ей что-то сказать охранник на входе, но кто бы его слушал. А не помешало бы, могла бы сразу развернуться и поехать по делам, лишь бы не попадаться на глаза. Бобби все же прикрывает дверь за собой, аккуратно, перебарывая желание грохнуть ею так, чтобы с петель слетела. Бросает сумку на диван в углу, обходя стороной столик и сразу направляясь к заначке в шкафу. Кофе, конечно, хорошо, но утреннее явление Роджерса народу требует большего, иначе она вряд ли сможет дослушать его хотя бы до середины. О чем он вообще собирается говорить-то?

Барбара садится в кресло, предназначенное для посетителей, щедро заправляет свое кофе коньяком:
- Ну начинай. А то я даже не знаю, о чем поговорить, особенно после падения Старк-Тауэр и смены твоей полярности. Вернее, иной порядок действий, но не суть. А когда мне говорили, что ты оказался в Гидре, я подумала, что сошла с ума. Но после того, как это подтвердила Белова, у меня не осталось вариантов для того, чтобы убедить себя в неправдивости этого. А жаль.
Барбара все еще клянет себя за то, что не поняла несколько дней назад – если Лена засветилась в Нью-Йорке, жди беды. Но тогда она и правда решила, что заклятая подруга просто соскучилась. Просто захотела встретиться в попытке вернуть Пересмешницу в объятия многоголовой. Смешно сказать, Барбара в ту ночь не спала, все думая, может, и правда стоит, может и правда все изменилось.
Но нет. Оказалось, что ни черта не изменилось, Гидра идет к цели как обычно, по трупам невинных жертв. Так и выплеснуть бы все эти мысли на Роджерса, но Бобби предпочитает вместо этого глотнуть кофе, а не орать. Орать бесполезно, все уже случилось, осталось приспособиться к жизни в новом мире.
Но Морс все же задает вопрос:
- Ты знаешь, что Бартон числится в списках погибших в башне?

Отредактировано Barbara Morse (2018-07-24 15:41:44)

+1

4

- Ну, знаешь, не мой формат, - отвечает Роджерс, с улыбкой довольного кота оглаживая ладонями обитые тёмной кожей подлокотники кресла. Сам он сидеть в офисах, этих отвратительно замкнутых и давящихся как на сознание, так и на психику помещениях сидеть не любил. В нахождении больше часа в таких местах он начинал  чувствовать себя запертым в коробке, из которой решать насущные вопросы не просто трудно, а невозможно. Ему было необходимо движение, ему было нужно развитие. Что угодно, но не просыхание в фешенебельной и статусной, но неизменно обречённой на обрастание пылью и мхом атмосфере. - Хотя вид у тебя тут ничего.
Ему не рады. Стив не удивлён и даже не обижен, в последний месяц он наблюдает похожее выражение лица у каждого второго, с кем так или иначе ему приходится контактировать по долгу службы. Ему, разумеется, плевать на это с высокой колокольни, однако нет да нет, но бывает - раздражает. Морс хотя бы не начинает причитать, как курица наседка, и это на мизерную долю процента, и все же располагает. Хотя чего он удивляется, эта белокурая кукла великолепно обитала в застенках Гидры пару лет назад, и , кажется, получала от этого недюжинное удовольствие. Адаптируйся или не выживешь - каждое слово про неё. Интересно, будет ли она так же благоразумна в будущем?
И все же выпад на тему смены полярности Стив без внимания не оставляет. Он не распространяется на эту тему, даже среди других голов никогда не касается этих вопросов, а тут решается на откровения. Магнитные бури, что ли, какие?
- Оказался в Гидре? - он фыркает, качает головой, говоря ‘какую ерунду я только что услышал, боже’. - О, поверь, в столь щекотливых обстоятельствах просто ‘оказаться’ невозможно. И кому я это рассказываю, ты и сама все прекрасно знаешь.
Стив пристально вглядывается в светлые глаза напротив, подпирая рукой подбородок и вальяжно откидываясь на спину кресла. - Я был там с самого начала. Да-да, именно так. Это же не лотерея, я тебя умоляю.
Он видит, как еле заметно дергается уголок ее покрытых матовой краской губ, а глаза накрывает мерзлой пеленой. Тут же ее лицо из лениво-безразличного становится хищным, он ощущает эти изменения буквально на интуитивном уровне.
- Ты на меня волком не зыркай, - Роджерс усмехается, сверкая глазами. Тон его мягок и покровительственен, будто он даёт жизненный совет хорошему и доброму другу. Однако уже в следующую секунду все благодушие с его лица схлынивает подобно тихой, но убийственной, затаскивающей за собой в глубины, волне. Голос пропитан мерзлотой. - Не по адресу.
А вот вопрос о погибших выбивает из настроя, хотя от того, чтобы захлебнуться в чувстве вины, бывший капитан далёк настолько, что космические расстояния перед ними покажутся детской железной дорогой. Если бы он разменивался на подобное и горевал при каждой потере кого-то из близких ему людей, он бы сейчас здесь не сидел.
Конечно же он знал, он проверил всех, кто в тот день был в башне, кто успел из неё уйти, а кто остался. Это оказалось несложно, ведь в большинстве своём всюду мелькали знакомые имена, настолько хорошо знакомые, что пару раз Стив даже испытал нечто сродни сожалению. Однако он всем дал выбор, Клинт же и вовсе получил его у самых истоков, но отказался, его право, что же Роджерс мог поделать, не силком же тащить, а, оказавшись по разные  стороны баррикад, было уже поздно сожалеть о принятых решениях. В конце-то концов они здесь не в салки играют, и Стив искренне удивлялся тому, что Морс этого не понимает или делает вид.
- Знаю, - будничный тон резко контрастирует с тем, как Роджерс заламывает брови, нагоняя тень печали на своё лицо. - Щ.И.Т. уже предоставил полный отчёт по потерям. Не знаю, чего ты ждёшь от меня в этой связи, мне жаль, действительно жаль, Бартон был образцовым оперативником, хорошим напарником, но плакать по нашему другу я не буду. И тебе не советую. Одним бывшим больше, одним меньше.
К тому же всегда оставался вариант, при котором Бартон до сих пор жив. Вскройся такая версия развития событий в один прекрасный день, капитан бы даже не удивился, у этого парня было много достоинств, но жертвенность точно не первая в его списке.
- О чем говорить с тобой знаю я и, думаю, тебе будет интересно мое... предложение.
Вероятно лично для Морс такой подход действительно будет больше предложением с вариативностью ответов, однако Стив видел в этом дело предрешенное. Барбара была частью старой Гидры, она изучила ее досконально и могла дискутировать на тему просчетов и свершений многоголовой на достаточно высоком уровне, поэтому Роджерс и не ожидал ничего иного, как согласия. Не согласится сама, окажется в условиях, при которых сотрудничество с Новой Гидрой, его Гидрой, станет единственным возможным вариантом. Добираться до такой точки он очень не хотел, поэтому сделал ставку на благоразумие директора МКА.
- Под чьей эгидой вы сейчас работаете, Барб? Думаю, ты в курсе, что Щ.И.Т. полностью подмят нами, и опять, и снова. Кажется, эта детка так и не сможет никогда твёрдо стоять на ногах, из века в век прыгая за ручку с многоголовой подругой.
Стив подаётся вперёд.
- И, что меня весьма печалит, начинает сдавать свои позиции.
Он выдерживает паузу, то ли нагнетая напряжение, то ли играясь с Морс, давая ей долгие секунды на выстраивание ста миллионов возможных вариантов и ответов.
- Поэтому нам нужна новая сила, свежая кровь. Понимаешь? Твоё подразделение делает успехи, и мы это видим. А дальше задача проста - принять верную сторону. Грядут перемены, Морс, и если ты скажешь мне сейчас, что захочешь остаться в стороне, - Стив хитро усмехается. - Я не поверю.

Отредактировано Steven Rogers (2018-08-12 00:14:09)

+1

5

Оно и видно, хочется ответить, но Бобби сдерживается. Она не настолько безумна, чтобы с ходу наживать себе в лице Роджерса врага. Ей не нужна защита Беловой, которой она не хочет и не будет пользоваться, и ей не нужны неприятности с Гидрой. Поэтому Бобби старается не кидаться на Стива, хотя он порядком ее раздражает. В том числе и тем, что сидит за ее столом и в ее кресле, моральное давление такого расклада невозможно не ощущать, хороший мальчик, то ли быстро учится, то ли изначально умел быть мудаком, а так и не скажешь.
- Слишком долгая прелюдия, Роджерс, давай закончим стадию предварительных ласк и перейдем к сути. А то у меня еще работы вагон и маленькая тележка.

Все, что у нее было, это чужое мнение о Капитане Америке, с ним лично раньше Барбара не была особо знакома. Даже когда он числился в ЩИТе, Бобби уже торчала под прикрытием в Гидре, и все, что теперь имелось в ее распоряжении, это краткое мнение Бартона и желание Тони выяснить, что произошло с другом. Но сейчас, глядя на мужчину по ту сторону стола, Барбара задается вопросом, есть ли вообще, что выяснять? Если до падения Старк-Тауэр можно было строить теории и догадки, то подобное решение выводило Гидру и Роджерса на новый уровень терроризма, хотя истинное положение дел знали немногие. Все остальные слопали сказочку про взрыв реактора, оказался виноват Старк, и никто больше.

Она едва заметно ежится, в кабинете повеяло морозом. Но взгляд не отводит, отказываясь сдаваться на милость победителя. Обойдется. Бобби не привыкла пасовать на ровном месте, а сейчас это было ровное место на фоне общего разговора. Ну что сделает с ней Роджерс? Закроет МКА? Не примет в ЩИТ на работу? Да ради бога, пойдет Пересмешница в частный сектор по примеру Хилл в свое время. Может, вообще следовало так поступить давно, а не попадаться на пытки Уорда, не подставляться под его пули и не улыбаться мерзлой улыбкой Лене несколько дней назад. Ее перестанет от этого трясти.

А вот тошнить от ситуации – вряд ли. Рассуждения о допустимых жертвах, как отражение собственных мыслей. Упоминание Гидры – как наказание. Знал ли Роджерс всю ее подноготную по Гидре? Не должен был. Когда ЩИТ сломался, один за другим потянулись туда агенты под прикрытием, не считая тех, что были. Организация была слишком объемной, чтобы Барбара могла быть единственным информатором. Ее собственные возможности могли охватить работу в службе безопасности и отдельные задания, подстраховать Джемму, пробраться поближе к верхушке, но не более. А нужны были шпионы в каждом из секторов многоголовой. Зачастую, агенты понятия не имели, кто еще в этом деле, так было безопаснее: если найдут, будут допрашивать, учитывая возможности Гидры, она могла вытащить информацию из подкорки.  Но Бобби знала многие имена, что-то ей дал Ник, кое-кого она вычислила сама. И безжалостно просчитывая варианты, она сливала тех, кого можно было списать со счетов во имя прикрытия более важных людей.
Это было мерзко. Но Бобби ни разу не пожалела, понимая, что точно так же ей придется и самой стать жертвой, если что.
Но одно дело, когда сливаешь лишь имена, другое – Бартон.

- Я смотрю, ты все знаешь о моих бывших. Польщена, это же надо было потратить время на сбор информации.
Пересмешница даже улыбается, ехидно, зло, так лучше, чем снова заводить разговор о Клинте. Делает глоток своего кофе, а на лице так и читается скука. Нет, ну правда, скучно, считать ее бывших. У кого не бывает ошибок-то в выборе мужей, а пока не попробуешь, не поймешь.
- Знаешь, это все от того, что у тебя личной жизни нет, Кэп. Была бы, не заглядывал в чужие койки.
Сейчас бы спасительный звонок. Или уже предложение от Стива Роджерса, от которого не отказаться. Обмен любезностями безобразно затягивался, грозя перейти в сплошные уколы шпильками, а потом сойти на нет. Запугать Морс трудно, давить – нечем, главный ее секрет сокрыт так, что и концов не найти, а больше и некем вынудить Бобби к лояльности и повиновению без единого слова. Все только на добровольных началах.
Ну, давай, Кэп, такое многообещающее начало, не тянул бы уже кота за яйца.
И вот оно – Роджерс не разочаровывает, Бобби выдыхает.

- Ни под чьей. МКА не зря числится международной организацией, свои фонды я получаю от функционеров, жаждущих защитить мир от терроризма. Так что, формально, я отвечаю перед ними, и нет, список тебе не дам, прости, но эта информация не для широкого доступа. – Ей неприятно слышать о ЩИТе. Она отдала этой организации все, она уходила только потому, что пыталась спасти хоть что-то, не видя альтернатив. А Роджерс сводил все на нет своими словами, превращал ЩИТ в придаток к Гидре. – Ой, это тебя можно поздравить со вступлением на еще одну должность – хребет от такой нагрузки не треснет? Кстати, что означает ЩИТ, в курсе? А главный анекдот на тему названия слышал? Домашнее задание, Стив.
А Белова была более честной. Она не пряталась, она сразу сказала – вернись в Гидру. Роджерс оборачивал все это в красивые слова, но те на самом деле ничего не значили. Бобби склоняет голову на бок, рассматривая Стива. Хорош, гад. Ему, конечно, идет эта роль, но желание расцарапать холеное лицо не пропадает, а усиливается.
Забавно, обычно такое чувство вызывает только один человек в жизни Пересмешницы, но не часто, а так, периодически, в бурю скандала.

+1

6

Взгляд Стива мгновенно холодеет, становясь колючим, цепким и страшным. Все притворное радушие исчезает из мягких черт его лица, и оно будто покрывается фарфоровой маской. Жуткое зрелище на самом деле, Стив и сам до недавнего времени не знал, что способен на подобное. Он даже не двигается и лишь неотрывно следит за тем, как Морс пытается изощряться в остроумии перед ним. Забывая при это, кто перед ней. Забывая почему она здесь, и почему здесь сам Роджерс.
Удивительно, Стив полагал, что Пересмешница, о которой он столько лестного и не слишком слышал от тех, у кого ненавязчиво интересовался ее судьбой до работы в ЩИТе, во время службы в нем, а затем и после, куда умнее. К слову, если по первым двум пунктам информации было достаточно, то третья составляющая заставила главу нынешней Гидры поднапрячь собственные информационные ресурсы. Он лично прошерстил личные дела перебежчиков в своё время, и внушительная папочка Морс была одной самых интересных. Только вот интересующих его данных Стив так и не нашёл, потому что в личном деле Барбары Морс не было абсолютно ничего, что можно было бы предать сомнению. Идеальный последователь, идеальный солдат. И теперь он слегка был сбит с толку, не понимая, действительно ли Морс такая или та умело шифруется. Если второе, то девочка выбрала неверное время и неверного собеседника для подобной демонстрации своих навыков. Или блондинка действительно говорит и показывает Стиву то, что характеризует ее. Старается вывернуть его слова на свой собственный лад, ставит их под сомнение, не слишком умело переводит тему с одной на другую. Ну что же, если ей так легче, и чувство, что она на коне и все под контролем, даёт ей незримую опору перед образом злодея в лице Стива, Барбара вольна вести себя, как ей вздумается. Все равно в конечном итоге эта кукла сделает так, как нужно ему. Выбора нынче ни у кого нет. Для обладания чем-либо, будь то люди, ресурсы, влияние, капитану не нужно доказывать своё право, оно и так всецело его.
Стив дарит собеседнице все такой же холодный, но уже более снисходительный взгляд, после чего кивает головой, давая понять, что он ее услышал и понял.
- Ты никогда не встречала тех, кто ставил бы условия тебе, да? - говорит он после нескольких секунд молчания, хмуря брови, подаётся вперёд, складывает руки в замок. Стив знал достаточно о Пересмешнице, даже то, о чем она, вероятно, не догадывается. А ещё в юности он не умел бить по больному, просто не мог себе этого позволить. Тому бруклинскому щенку даже отца было жаль, когда он узнал, что люди Элизы расправились с Джозефом после очередного собрания, где мать призналась, что муж против ее нового увлечения и запрещает втягивать туда сына. Сейчас Стив не ощущает в себе даже малой доли того сочувствия, которое испытывал к старшему Роджерсу в дни своей юности, и ко всему прочему проезжается по самым болевым точкам соперников, не моргнув глазом. Самопожертвование и преданность одной великой цели дисциплинируют и позволяют правильно расставлять приоритеты не только в жизни, но и глубоко внутри себя. Стив давно уверовал, что в его работе нет места лишним чувствам и эмоциям, однако он помнит о них и знает, как правильно использовать их в поисках нужных точек давления. В конце концов все они люди.
- Я оценил твоё чувство юмора, однако нам пора приступить к делу. Ты человек занятой, я ещё более занятой, не будем отнимать друг у друга столь драгоценное время .
Стив берет в руки небольшую папку, которую предварительно поместил на тумбу слева от кресла, и, положив ее на стол, пододвинул рукой аккурат в самый центр между ним и Морс.
- Здесь готовый вариант реорганизации твоего агентства. Больше никаких, как ты выразилась, функционеров, никакого нестабильного финансирования и отсутствия единой четкой схемы. Вы работаете хорошо, но недостаточно, чтобы быть идеалом. А ты всегда стремилась быть лучшей, ведь так, Барб?
Роджерс многозначительно вскидывает бровь, давая Пересмешнице самой распоряжаться полученной информацией и выстраивать угодные ей варианты.
- Оцени, приглядись, взвесив все за и против. Одно могу тебе сказать прямо: на данный момент это лучший вариант для твоего агентства и для тебя, Морс.
И она это прекрасно знает, потому что каким бы милым сердцу калифорнийской девчонке  ни был ЩИТ, Гидра была куда заманчивее.

+1

7

Определенно, та характеристика, которую Стиву Роджерсу выдавали учебники в Академии и личные наблюдения знакомых, совсем ему не подходила. Потому, что все было не то и не так, все было не похоже на черно-белые хроники из прошлого. Не было перед Бобби того светлого мальчика, который пошел на рисковый эксперимент ради своей страны. Но что-то же было? Что-то же Бобби видела в хрониках?

Она увлеклась, следовало теперь тормозить, пока со всей дури не врезалась в стену. Все же Барбаре не хватало хладнокровия для такого уровня интриг, она училась, но опыта было маловато. Это не допросная, где напротив задержанный, из которого надо вытряхнуть все любыми способами. Скорее уж сама Барбара была жертвой допроса, если судить по поведению гостя.
Пересмешница пожимает плечами, оставляя за Стивом право выбрать самому удобный для него ответ. Потому, что условий и ультиматумов в своей жизни Морс наполучалась в полной мере. И меньше всего хотела, чтобы какой-то выскочка из прошлого диктовал, что делать ей со своим агентством. Но оценивать расклад сил правильно – залог выживания. И силы были не равны. Гидра набирала обороты, слишком быстро. Люди, напуганные тем, что происходит, смотрели на все с позиции силы – сильные, значит, смогут защитить. И выбирали того, кто сейчас был на коне. Искореженный и скомпрометированный ЩИТ не имел шансов в этой борьбе, вышедшая из тени Гидра явилась в блеске роли спасителя. К тому же, очень неохотно население Америки принимало тот факт, что всеми любимый Капитан Америка, призванный их защитить, может встать во главе многоголового монстра. Если он выбрал Гидру, значит, Гидра хорошая.
Это даже не стадное мышление, это банальное желание безопасности среди непонятного. С появлением мутантов и нелюдей, людям начинало казаться, что у них отбирают их планету, их дом, медленно, но уверенно выселяют с насиженного места. На практике это было не так, но казалось все именно в таком виде. И Бобби понимала все стороны конфликта, понимала и то, почему те, кто хочет просто и тихо жить, тянутся к мощи Гидры, она сможет обеспечить им крышу над головой, а какими методами, это уже никого не волнует.

Ей даже немного любопытно, что предложит Роджерс. И все еще хочется ехидно пошутить, что она рассчитывала на явление Беловой, а никак не самого небожителя местного героизма. Но вместо этого Морс слушает то, что говорит ей Стив, прикидывая почти сразу, чего ей будет стоит отказ и как выжить с собственными чувствами, если придется согласиться.
Она смотрит на папку несколько секунд, словно боится, что стоит прикоснуться, и та станет змеей, которая обязательно цапнет ее за руку. Но почему-то кажется, что фразу «прочту и подумаю» Роджерс не примет, поэтому Барбара все же открывает папку, быстро пробегая глазами содержимое. Затем медленно закрывает. Итак, все те же два вопроса.
- Я не верю в то, что надзора не будет. Стивен, - она старается сохранить официоз потому, что от фамильярности Роджерса ее все еще подергивает. Она в принципе не любит такое, но случайно – или нет? – сорвавшееся с губ Капитана обращение вызывает раздражение. Так ее называет лишь один человек. Она специально не уговаривала Ланса идти следом за ней в МКА, зная и то, что без нее в ЩИТе он не останется. В конце концов, он всегда там был ради нее. Бобби сознательно стремилась убрать все свои слабости подальше, чтобы цепкие ручки Беловой не дотянулись. Ну или Роджерса, без разницы. И все равно что-то внутри дергает, потому, что спрятать Хантера на другой планете нет возможности, а на этой всегда можно достать. – Ты ведь не откажешься от сферы влияния, не позволишь мне выйти и работать так, как я посчитаю нужным. Всегда есть риск, что я начну копать под тебя на твои же средства.
А средства, надо сказать, значительные. И пустить их можно на свои нужды.
- Если я откажусь, сколько времени пройдет после этого до того, как мое финансирование прекратят и МКА упразднят? Или поставят другого человека?

+1

8

Тон разговора меняется, и оба чувствуют это мгновенно. Папка со стола перекочёвывает в руки Морс, и та кратко пробегает по выложенным на бумаге пунктам глазами, бегло перебирая страницы пальцами. Стив наблюдает за ней молча, ожидая слов, что, кажется, вот-вот готовы сорваться с губ Пересмешницы, при этом отчетливо понимает, что по выражению лица ее понять, что творится в белокурой голове, совершенно невозможно. И пока его собеседница отвлечена на созерцание документов, Капитан позволяет себе коротко улыбнуться. Удовлетворенно, словно сытый кот, потому что он ошибся. Нет, эта штучка Морс была совсем не так проста, он обманулся минутами ранее, его подвело самомнение и ложь. Сделала нынешняя глава МКА это намеренно или таким оказалось стечение обстоятельств, неизвестно, однако Стив остался доволен.
- Автономия в принятии решений редко приводит к необходимому, крепкому и долговечному результату, - объясняет он, подмечая, что Морс  мастерски затрагивает самые важные и острые моменты их беседы. Было важно не переубедить своего будущего союзника в ее лице, будь то словами или угрозами, а донести до него ту суть, то зерно, которое воодушевляло, дарило прозрение, раскрывало истинное понимание в сознании и заставляло двигаться вперед, все то, через что прошёл и сам Стив. Как когда-то для него это сделал Уайтхолл. Они служат одной великой цели, которая возведет этот мир в абсолют и подарит человечеству тот уровень, которого он заслуживает. Мир прекрасный, мир лучший. Даже если для этого придётся растоптать в костяную крошку  многолетние старые устои, в которые мир уверовал всецело. Громкие и даже слегка самоуверенные слова, которые в устах глупца будут стоить всего, но Стив знает, что кроется за теми, которые произносит он, оттого его уверенность в благоприятном для них обоих, и для Роджерса, и для Морс, исходе не подвергается сомнению. Он очевиден.
Стив молчит, не торопясь продолжать. Он заинтересованно склоняет голову вбок, размышляя, как донести до Морс свои слова. Так, чтобы она все поняла, не приняла их в штыки сразу же, даже не попытавшись вдуматься в сказанное. И решение приходит неожиданно. Стив встаёт с места и направляется к окну, останавливаясь у него и оглядывая открывающуюся панораму города. Утренний Нью-Йорк прекрасен, всегда был, даже в самые тёмные времена, сколько он себя помнил в просторах этих каменных джунглей. Город мечта, попасть в который стремится каждый. Только не каждый знает, что у подножия его можно задохнуться, и истинное понимание великолепия и величия приходит лишь здесь, на высоте. Стив шумно выдыхает, протягивает руку в сторону и коротким движением приглашает Морс присоединиться.
- В детстве, - начинает он тихим голосом, пронизанным томностью воспоминаний. - Я не любил Нью-Йорк. Не видел, насколько он прекрасен, потому смотрел только в одном направлении, мрачном, темном и беспросветном, не позволяя себе даже хотя бы немного сместить взор в сторону. Точно так же и ты, Барбара. Ты просто пока не понимаешь, потому что мои предшественники внушали тебе ложь, которая не имела к ценностям истинной Гидры никакого отношения. А на таком фундаменте прочного жилища не построишь. Вот и хаос в твоей голове, - он ухмыляется, скользя взглядом по внршине Эмпайр Стейт Билдинг и переводит его на Морс. - Он мешает тебе, не даёт правильной мысли выстроиться в нужную комбинацию. А только стоит тебе все осознать, как ты поймёшь, мне нет необходимости ограничивать тебя в том, что ты хочешь делать. Мы оба будем создавать и развивать одно дело. Так вот ответь мне, Барбара, разве ты копаешь под своих людей, стремишься задушить их под толщей вырытой земли?
Стив смеётся. Так, словно перед ним нашкодивший ребёнок, а он на него ни капли не сердит и смотрит на проступок, как на умилительное нечто, что может произойти с любым человеком на этом свете и в этом нет ничего дурного. Только вот повторения подобного он не спустит.
- К тому же что ты можешь нарыть на меня, о чем не знают другие? Только зря потеряешь время, которого у нас и так мало. Впереди много работы, тяжёлой и изнурительной, потому что путь к стабильности вымощен трудом и жертвами. Колоссальными, но оправданными.
Утреннее солнце, разгорающееся все ярче, продравшись сквозь стройные ряды небоскребов Большого яблока, наконец, достигло верхушек самых высоких из них, озаряя землю своим теплом. Город, наконец, проснулся, и начал проживать свой очередной насыщенный и полный событий день. Стив вновь смотрит на него, в очередной раз осознавая, что это лишь маленький и ничтожный клочок земли, в котором зарождается новая сила. И это в очередной кажется ему невероятным.
- Я хочу надеяться, Барбара, что твоё решение больше не включает в себя уход и следующие за ним последствия. Не фатальные, разумеется, за себя может не переживать. Однако МКА нуждается в толковом лидере. На данный момент в твоём лице, - в воздухе появляется осязаемое чувство нагнетения и опасности, которое так и кричит, что это было его последнее предложение. Стив молчит, поймав созерцательное настроение и ждёт. Правильного решения Морс. Или же неправильного.

Дай же, небо, маленький знак,
Кто друг, а кто нам враг (с)

Отредактировано Steven Rogers (2018-09-11 23:02:02)

+1

9

- Автономия опасна для вышестоящего органа власти, когда нижестоящий орган не поддерживает общую идеологию. Когда с этим все в порядке, то автономия работает прекрасно. Но ты продолжай, это всего лишь моя мысль вслух.
Бобби откладывает папку, все, что нужно, она там уже видела. Смотрит на Стива, не отводя глаз, не боясь, в его глазах становится поменьше льда, но в ее все еще таится изморозь, которую не ему сейчас пытаться растопить. Она следит за каждым его движением, отточенным, выверенным, ничего лишнего, смотрит, как он освобождает ее кресло скупыми по-военному движениями, глядя на утренний Нью-Йорка. Широкие плечи, талия и узкие бедра, типичный слепок со статуи Давида или Аполлона, самой Бобби не принципиально, они все равно похожи, даром, что один библейский герой, а второй - греческий бог.
Она неохотно следует за Стивом, посмотреть, что же такое привлекло его внимание. Город как город, ничего нового, он изменил свое лицо с падением Старк Тауэр, не в первый, но и не в последний раз, всегда что-то будет менять Большое яблоко. Сама Пересмешница равнодушна к этому мегаполису, не она его выбирала для обитания, но в нем она осталась ради удобства, так уж вышло. А она сама все еще скучает по калифорнийскому солнцу, которое становилось причиной веснушек, яркой улыбки, провоцировало носить широкополые шляпы, смеяться, подставляясь брызгам соленого океана, рассыпая светлые пряди по плечам. Жизнь там совсем другая, словно бы на другой планете, и Бобби невыразимо скучает по той жизни, но не позволяет себе к ней возвращаться, Сан-Диего обходит по дуге, даже на задания туда не ездит, боясь, что не справится с наплывом эмоций. Ведь это так соблазнительно, вернуться к дому детства, чтобы увидеть силуэт матери в окне...

Барбара кривит губы, то ли в улыбке, то ли в оскале, смотрит Роджерсу в глаза, а потом переводит взгляд на частокол небоскребов перед собой. Все так говорят. Все винят в неправильном поведении предшественников, обещают быть другими, быть правильными, это стандартная речь любого кандидата в президенты на предвыборной гонке, ничего нового, это даже не интересно. Чего Роджерс ждет от нее, изрекая такие банальности?
- Какая самоуверенность, Капитан. Но ты прав, на тебя и правда рыть нечего, полагаю, все самое интересное о тебе мы уже узнали.
Пересмешница отворачивается от окна, окончательно теряя интерес к улицам Нью-Йорка, она возвращается к столу, но теперь в свое кресло, а Стивен пусть садится, где хочет, или выметается к чертовой матери.
Впрочем, он без ответа не уйдет, не тот вопрос, чтобы давать Барбаре отсрочку, и не тот вопрос, в котором она может сказать ему твердое "нет".

Проклятье, почему она борется с этим одна? Ей даже не у кого спросить совета. Фьюри, чтобы он в аду сгорел, невесть где, Колсон под колпаком, таким же, как она, что сейчас с Хилл Барбара не имеет никакого понятия, а Старка ищут все, кто только может, и он тоже не советчик. А ответ нужно дать, не выказывая при этом нервозности и неуверенности.
Слова, звучащие за ее спиной, раздражают попыткой угрозы, Бобби внутренне ощетинивается, ненавидя такие манипуляции. Но не реагирует на это, оставаясь все такой же спокойной, как и последние несколько минут, не выказывая даже капли раздражения, хотя бы с радостью сейчас пристрелила этот национальный символ. Но если Роджерс думает, что он ее убедил, то ему придется еще потратить несколько минут его драгоценного времени, чтобы Барбара могла получить ответ на один любопытный вопрос.
- Твоя агитационная речь, Стивен, не совершенна. Ты сказал, как и положено, что не стоит верить твоим предшественникам, что они были не правы, но ты не сказал, почему они были не правы и почему прав ты. Просветишь в таком случае, что из себя представляют истинные ценности Гидры, которые я должна осознать, дабы стать твоей... - Бобби оборачивается в кресле, наконец, снова бросает взгляд на Роджерса, - какой, правой или левой рукой? Наверное, левой, правая-то у тебя троянская принцесса.

Договорить банально не выходило. И как ни странно, разговор прерывается со стороны Стива, видимо, неотложные дела. Бобби лишь ехидно усмехается, но ничего не говорит, но папку забирает. Ей придется принять решение, оно ей будет не нравиться, но спорить с собственной удачей Морс не хочет и не будет.

Отредактировано Barbara Morse (2018-10-17 11:11:13)

+1


Вы здесь » Marvelbreak » Отыгранное » [04.08.2016] Сделка с совестью


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно