ОБЪЯВЛЕНИЯ
АВАТАРИЗАЦИЯ
ПОИСК СОИГРОКОВ
Таймлайн
ОТСУТСТВИЕ / УХОД
ВОПРОСЫ К АДМИНАМ
В игре: Мидгард вновь обрел свободу от "инопланетных захватчиков"! Асов сейчас занимает другое: участившееся появление симбиотов и заговор, зреющий в Золотом дворце...

Marvelbreak

Объявление

мувиверс    |    NC-17    |    эпизоды    |     06.2017 - 08.2017

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Marvelbreak » Отыгранное » [20.11.2016] First we gonna rock, then we gonna roll


[20.11.2016] First we gonna rock, then we gonna roll

Сообщений 1 страница 17 из 17

1

FIRST WE GONNA ROCK, THEN WE GONNA ROLL
http://forumstatic.ru/files/0018/aa/28/36613.png

http://1.bp.blogspot.com/-xLIum0AaUPo/U_uFTREntAI/AAAAAAAAASM/XxQ4Z5WHsxQ/s1600/tumblr_n1oe0nb6c11tnzfzto1_500.gif
P. Parker | G. Stacyhttp://forumstatic.ru/files/0018/aa/28/36613.png
Под аккомпанемент громких басов по дорожкам из доз прямо к приключениям в страну дилеров.

ВРЕМЯ
20 ноября 2016

МЕСТО
spiders <3 NY

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЯ
наркозависимые могут словить рецедив

+4

2

Мысли, мыслишки, мысляки. Жужжат у меня в голове, как роящиеся над подтухшим трупом мясные мухи, ползают внутри моей черепной коробки и щекочут кору головного мозга своими мерзкими мохнатыми лапками, заставляя меня каждый раз, когда можно спокойно провести вечер в компании книги и кофе, идти на улицу. И ладно бы прогуляться и подышать свежими парами бензина, но нет же. Я надеваю маску, беру верные "кольты" и иду выслеживать разного рода мразь в человеческом обличье, чье предназначение лишь в бессмысленном разрушении. Я знаю, это звучит так... банально, но ведь банальные вещи смотрятся куда более жизненно, чем пафосные лозунги. Считайте меня Человеком-Соседом, дружелюбным санитаром города.
А теперь без шуток. Город захлестнули наркотики - и это не резко размножившиеся аки тараканы уличные пушеры, даже не вбросы через левых курьеров, вроде доставщиков пиццы или товаров с интернет-магазинов. Нет, наркотики текут по городу вместе с музыкой. старые добрые фестивали, где оглушительные мелодии долбят ваши нежные ушки с силой стада носорогов в брачный период. Не люблю я современную музыку, если этот дикий рев вперемешку с визжанием вообще можно назвать музыкой - солисты, размалеванные как детишки на Хэллоуин, соревнуются в том, кто быстрее сорвет себе глотку от нечеловеческого рева в микрофон. И это я даже не упомянул гитаристов, насилующих несчастные инструменты подобно маньякам-каннибалам. И где-то там, в куче музыкального шлака двадцать первого века десятки, сотни людских судеб ломаются под героиновой иглой, сходят с дистанции кокаиновых дорожек навечно. Я должен найти виновника, центр этой преступной паутины, с каждым днем опутывающей город все сильнее и сильнее. Я должен найти плохого, очень плохого паука. И я его найду. И Ад покажется ему Раем, после того, что я с ним сделаю.
Стою у входа в раздумьях - а все ли я правильно делаю? Нет, сомнений насчет того, что вырвать глотки наркоторговцам меня не посещали еще ни разу за карьеру уличного героя-линчевателя, вот только. Не сильно ли я сглуплю, сунувшись туда в маске и с оружием наголо, в остром желании всем "показать". Там много людей, если начнется перестрелка, то могут пострадать невиновные граждане, обычные люди, пришедшие чтобы их долбили в уши тяжелым металлом. Нет, я не могу пойти на бессмысленный риск. Надо действовать в обход. Ну, держитесь, уши, вам придется испытать немало сегодняшним вечером. Пора хоть раз в жизни сходить в злачное место не как Человек-Паук, а как просто человек. Черт, до чего глупо это только что прозвучало!
Два часа акустического насилия, четыре выпитых банки пива, съеденный пакетик чипсов и джек-пот сегодняшнего вечера - синюшный хмырь, по-своему расценив мое страдальческое выражение лица, как призыв "немного подзаправиться" и теперь с ужимками, достойными корчащейся под электрошоком обезьяны, подзывает меня в укромное местечко. Им, кстати, оказывается мужской туалет. Ну, мне приятно узнать, что хоть что-то в мире остается неизменным. Голос у хмыря оказывается под стать внешности - скрипучий, переходящий на визг в моменты волнения.
- Я тут вижу, ты прям белый, как штукатурка. Давно не заправлялся?
- Да. Проблемы. Были. С деньгами - вижу, как лицо синюшного растягивается в презрительной гримасе и быстро добавляю - Но сейчас с бабками полный порядок.
- Это славно, дружок. по какой стороне идешь - дорожки, колесики, может быть по венам гонишь?
- Беру все, что прет - хватаю типа за шиворот и резким движением макаю его головой в писсуар, это всегда настраивает шваль на деловой лад - Где точка хранения, тварь?
- Ты! Ты! Ты! Ты труп! Ты труп, уродец!
- Да ну - макаю его еще несколько раз, уже более жестко и слышу, как его лоб сталкивается с керамикой писсуара с негромким "тумм", затем достаю из его кармана паршивую старую "Беретту" и тычу пушкой ему в морду - Повторить? Или сразу перейдем к отстрелу яиц и прочих ненужных частей тела.
Он ломается - они всегда ломаются. Захлебываясь словами он рассказывает мне о точке, охране и еще куче всего интересного. Он хочет жить, с такими "людьми" легко вести беседы. Я оставил его в туалете со сломанным горлом. Не хочу, чтобы эта мразь и дальше портила город своим существованием. Да и тайна личности как никак. По ходу натягивая маску и проверяя паучьи карточки в кармане, я иду, чтобы разобраться с ними. Чтобы очистить город. Сделать его лучше.

+2

3

Ревущая толпа подле сцены, дополняющая громких музыкантов, не жалеющих ни пальцев, ни голоса, ни шейных позвонков - это именно то, что сейчас было необходимо Гвен. Она уже давно нашла эту отдушину и неважно в какой вселенной ей доведётся оказаться завтра, всегда получится урвать свой кусочек мелодии. Одни ритмы хорошо способствовали сознательной деятельности — другие наоборот — угнетали её, пробуждая всё низменное. Сегодня гостья из иного мира вслушивалась в нотки первых, кивая в такт мелодии и болтая ногами прямо над головой солиста. Стейси не помнила ни одного случая, чтобы ей приходилось тайком прокрадываться на концерт безбилетником, и сидеть на одной из балок под потолком, но экономия скудного бюджета требовала либо забыть о мероприятии, флаер которого буквально влетел ей в лицо под порывом осеннего ветра, либо немного приглушить громкость совестливости.  Выбор был почти очевиден. Девушка прикрыла глаза, пропуская лирику сквозь себя. Её словно вырвало из реальности неведомыми щупальцами мелодии и унесло подальше от угнетающего вопроса о будущем, а музыка прочно окутывала оптимизмом и бесбашенностью, заряжая потерявшего путь домой маленького паучка ни с чем несравнимой энергией. Единственным незначительным минусом было незнание текста песен, впрочем, в этом даже была своя изюминка. Что-то новое, незаслушанное на реплее сотню раз — для неё сейчас было глотком свежего воздуха. Какие-то исполнители предлагали устроить анархию и локальные дестрои, кто-то мелодично рассказывал историю любви, кому-то нравилось использовать очень много метафор и, возможно, он даже сам не очень понимал, что пытается донести до слушателя.
Блондинка окинула взглядом разношёрстую толпу фанатов рока и тех, кто только пробует на вкус это рвущее барабанные перепонки изнеженных особ звучание басов. С этого ракурса она впервые смотрит на зал и обзор сверху гораздо более широкий, местами оголяющий не самые приятные составляющие фестиваля, в виде уткнувшихся головой в стену изрядно подвыпивших ребят, в скандале пытающуюся перекричать массивные колонки парочку, снующий от одного человека к другому подозрительный тип  и прочее, прочее, прочее. Светомузыка рваным прожектором скользит по толпе, будто, создавая слайд-шоу, меняя одно довольно лицо другим. В одно мгновение Гвен дёрнулась, приглядываясь. Не может быть. Показалось? В том месте, где лишь на секундный миг она успела зацепить знакомые черты лица, уже была зияющая пустота. Не удивительно, что собственные демоны пытаются догнать её именно сейчас, когда она пребывает в столь подвешенном настроении. Стейси уже не просто разглядывала толпу беснующихся людей, а выискивала одного, проклиная моменты затухания света, но больше веря в обман зрения и игру собственного рассудка, чем реальность такой возможности. Нашла. Едва ли по удаляющему затылку можно было бы утвердить или опровергнуть свой диагноз, зато это дало мощный пинок, для смены своей дислокации. Люди всё равно не смотрят наверх, всё их внимание приковано к сцене, но не её…уже нет. Женщина-Паук ловко двигалась по металлическим балкам, это было многим лучше, чем расталкивать народ локтями в странном танце. Она прекрасно видела, как объект её внезапного помешательства скрылся за проёмом выхода в компании одного из трёх подозрительных типов, мозолящих ей глаза весь вечер. Пока она искала возможность спустится вниз, чтобы не вызвать к себе лишнего внимания, пока добиралась до выхода в безлюдный закуток с мигающими в предсмертных конвульсиях «WC»…Это заняло больше времени, чем должно было. И вот Гвенни вновь позади, как в кошмарном сне, когда пытаешься кого-то догнать, но он всё время ускользает от тебя. Ей очень сильно хотелось ускориться, дотронуться до плеча и развернуть к себе лицом, чтобы убедиться раз и навсегда, что чувство вины всё ещё где-то существует в закоулках её подсознания и караулит в ожидании своего звёздного часа.
Что у него теперь на голове? Маска? А её собственная сейчас несуразистой шапкой на голове, ожидая одного уверенного движения руки, чтобы сокрыть миловидное личико от любопытных глаз, хотя никому дела-то нет. Лыжная шапка? Добра от ребят в чёрных лыжных масках ждать не стоит, впрочем, ходить за ними тоже плохая идея, даже если они и правда лицом ваш вылитый друг. Колпак? Это и вовсе моветон из другого фандома. А где тот тип? Она непроизвольно поправила свой капюшон куртки, натянутой прямо поверх костюма, увы, гардероб остался в другом мире, а на улице достаточно прохладно. Шаг в шаг, стараясь не отставать, но держаться на безопасном расстоянии, Стейси шла бесшумной маленькой тенью за одним из многочисленных посетителей концерта во всём тёмном, отчасти чувствуя себе самым настоящим сталкером, в плохом смысле этого слова. Смешно.
Прямо впереди второй подозрительный тип, замеченный ею ранее, без зазрения совести обещает двум девушкам, которым не светит легальный заход в бар ещё парочку лет, крышесносящее веселье от маленькой витаминки за чисто символическую цену.
- Под язычок кладёшь и потом вас ждут невиданные ощущения, - стоит всё же признать, что есть продавцы, умеющие коряво-красиво расписать приход, но умолчать о том, что может ждать по окончанию.
Так вот почему он ей сразу не понравился. Где мозги у людей, неужели их родители никогда не рассказывали о том что такое хорошо и что такое плохо? Гвендолин медленно взялась за край материи и потянула маску вниз, скрывая лицо. Если её личный Моби Дик этого вечера, пройдёт мимо этого цирка-балагана, то она успеет вмешаться быстро и коротко, но главное будет не упустить чёрного кита. Приоритеты вообще вещь достаточно странная и непостоянная. Сейчас они одни, а через полчаса совсем другие.

Отредактировано Gwen Stacy (2018-06-18 22:50:35)

+2

4

Проходя мимо людей-зомби, жалкой и бесполезной пародии на человека разумного, мне хочется выть от злости подобно бешеному псу и кусать в отчаянии собственную руку. Все, ради чего я тут устраиваю мини-крестовые походы, рано или поздно втоптано в грязь вот этими вот недочеловеками и их желанием "жить по своим правилам". Жалкие ублюдки, из-за таких как вы половина планеты утопает в собственном дерьме, а вторая половина полна мыслей о том, что с этого шарика пора сваливать. Я могу дотянутся почти до каждого источника наркотиков в этом городе, но пока будут работать эти чертовы капиталистические законы - спрос рождает предложение, и наоборот - то моим стараниям грош цена. Надо менять людей, менять нравственные и моральные ориентиры в обществе.
Дыши, дыши... Не давай гневу больше власти, чем сможешь удержать... Дыши, дыши....
стиснув зубы и подавив острое желание перестрелять тут всех к чертовой матери, ну, или хотя бы избить до кровавых соплей и слез, иду к цели. Шестерка, что с выломанным кадыком лежит теперь мордой в писсуаре - самое место для таких как он - сказал мне, что ключи от тайника находятся у некоего Ленни, что работает снаружи, завлекая малолеток. Этот Ленни был описан примерно как родной брат-близнец погибшего хмыря. Он нужен мне, он наверняка сможет назвать если не имена, то хотя бы примерные даты новых поставок и часть преступной сети, работающей по снабжению наркотиками злачных мест города.
Один, я иду один. Я был прав - подобные мне плохо приспособлены для командной работы, учитывая разницу мировоззрений с "героями".
Дважды столкнувшись на пути с уже хорошо обдолбанными парочками в поисках укромных мест, но избежав ненужных проблем, благо те всегда бывают заняты собой больше, чем окружающим миром, выхожу к черному ходу и светящейся завлекательными огнями проходной. Люди-мотыльки летят на свет в страстной надежде испытать нечто неизведанное в их короткой жизни, но в конечном итоге они лишь обжигают свои крылышки и падают на мостовую, устилая ее своими безжизненными телами как толстым ковром. По ним идут, не глядя под ноги другие люди, чтобы очередным скучным дождливым вечером расправить крылья и опять лететь на манящий блеск огней. И так по кругу до бесконечности. Заслуживают ли они спасения? Заслуживает ли город, живущий по подобным правилам спасения? Я вам отвечу. Да. Да! ДА! Да, заслуживают, ибо пока есть надежда на то, что среди этой толпы мотыльков-однодневок существует хотя бы один истинный Человек, я буду бороться с тьмой преступности ради его защиты. Ради Человека и ради Человечества! И если ради жизни всего Человечества надо будет положить свою жизнь на альтарь, я войду на него без тени страха.
Путь мне преграждают двое - они явно не в себе, их зрачки расширены во весь глаз, а сбивчивая речь и дерганные, как у сломанных заводных кукол, телодвижения указывают на почти критическую передозировку кокаином. На таких пропащих я немало насмотрелся еще в моем родном мире - подобно шакалам или бродячим псам они сбиваются в стаи, ищут добычу среди старых и больных человеческих особей. По их вине гибнет большая часть людей-мотыльков. И я не в настроении миндальничать - первому, сунувшемуся ко мне с обрезком водопроводной трубы, я выбиваю зубы прямым в голову и добиваю ударом носка ботинка в висок. Второй пытается достать меня выкидным ножом, но быстро лишается ножа, целого запястья и вскоре шеи - позвонки хрустят под моими руками как истлевшее дерево. Теперь найти Ленни.
Ленни уже пересчитывает деньги, а две глупышки рядом с ним в нерешительности мнутся с крошечной коробочкой с "дурью". Ох, глупые вы мотыльки, неужели сладкие лживые картины наркотического бреда для вас важнее реальной жизни? От чего вы бежите? От плохих оценок и нравоучений родителей? что вы видели в этой жизни? Я видел падение человека с вершин и до самого дна, видел разрушенные судьбы, видел искалеченные тела.
- Вы, двое! Бросьте эту дрянь сейчас же!
От моего окрика они роняют коробочку и пускаются в бега. Ленни - его лицо хорошо освещено одинокой лампочкой - угрожающе скалится и цедит сквозь давно не чищенные зубы нечто "страшное". Не слушая его угроз прыжком преодолеваю весь оставшийся путь и валю выродка на мокрый и грязный асфальт. Он верещит как помойная крыса, но первый же удар в зубы затыкает поток визга и брани.
- Ты расскажешь мне, где наркотики, мразь! А если не захочешь, я лишу тебя твоих причиндалов - направленное ему в пах дуло "Беретты" отлично стимулирует мозговую деятельность.
- Расскажу, все расскажу, чувак. Ээээ. Аааа? О Господи, Паук. Ч-черный П-паук. Не убивай меня! Пожалуйста, я могу стать твоим и-и-нформат-тором! Все что хочешь! Слышишь! Я их всех сдам! Не убивай! Прошу! М-молю!

Отредактировано P. Parker (2018-06-20 07:58:49)

+2

5

Лучше бы Гвен не выбегала на улицу, а двинулась бы на всей скорости в противоположном направлении, вернулась бы обратно в зал, оставаясь в сладком неведении касательно методов борьбы с грязью, выползающей из самых тёмных уголков в ночи в этом мире. Перед глазами сразу встал Касл, толкающий ей свой радикальный спич о том, что с убийцами разговор должен быть короткий и смертельный. Христианином до мозга костей она не была, но подобную дезинфекцию не просто не одобряла, а старалась предотвращать. К несчастью парочки ребят, распластавщихся в неестественных позах на грязном асфальте со страшными гримасами боли на лицах, Женщина-Паук опоздала и они уже испустили свой дух. Но она могла спасти одного. Да, одного из ярчайших представителей деградации и аморализации общества, но всё ещё человека. Наркомания - болезнь, близкая с чумой, но излечимая. С ней борются в специальных центрах квалифицированные врачи в белых халатах, а не линчиватели во всем чёрном. Это всё равно, что отстреливать людей с любым другим смертельным диагнозом, пусть даже они имеют странную тягу заражать таких же слабых, как и они сами. Стейси не очень понимала почему.
Она не стала сбавлять хода и притормаживать, чтобы проверить пульс у двух ребят, перегородивших путь не тому Пауку не в подходящее время, действовала по актуальному «вижу цель, бегу к цели».
- Лицензию на убийство отозвали, агент, - без лишних церемоний Гвен мощным рывком за шкирку оттащила нашкодившего Паука от его перепуганной до чертиков жертвы, как непослушного котёнка, - «М» требует, чтобы ты вернулся обратно в Англию на ковёр, - она встала между Чёрным и дилером, всем своим видом показывая, что на сегодня лимит смертей исчерпан и сначала ему придётся пройти через неё, чтобы добраться до своей жертвы, которая, к слову, уже собиралась в спешке покинуть локацию. То, что Стейси не позволила свершиться очередному убийству, вовсе не значило, что она собиралась отпускать торговца крышесносящими пилюльками.
- Твой ангел-хранитель взял отпуск, Эскобар. Ещё шаг и я отойду в сторону и сам договаривайся с этим парнем! - девушка с поставленным командным голосом нынче не была такой редкостной диковинкой, но и без того запуганный Ленни, сомневающийся в том, что на его защиту встали, а сейчас не происходит дележка добычи, замер.
Пошатывающаяся лампочка, заменяющая фонарь, слегка поскрипывала, приблизительно подобный звук издавал её внутренний голос, возмущённый тем, что Стейси ещё не обернула Паука в кокон и утащила к полицейскому участку. Просто стояла, внимательно вглядываясь в Паука. Смогут ли они найти сейчас общий язык? Едва ли. По опыту переговоров с радикалами, Гвенни вынесла один вывод: они страдают редкостной твердолобостью и святым верованием, что они правы, а «герои», дающие шансы преступникам просто слабые духом червячки. Она же была обратного мнения. Вероятность того, что он сейчас поднимет руки, в обезоруживающей позе и предоставит ей полную свободу действий по решению данной проблемы с наркотиками на улице, была весьма маловероятна. Не просто же так он сейчас нарядился в костюм. Паук на охоте весьма упёртое создание.
- Нужен компромисс, Убивашка, - а сможет ли она закрыть глаза на эти два трупа, валяющися неподалёку, должна ли девушка была вообще вмешиваться сейчас, приносить свой устав в чужой монастырь? Определенно должна!- Ты ведь не прыгаешь днями по крышам в красно-синем высокотехнологичном костюме, да? Два разных Паука с одним лицом и именем? - конечно же да. Сдать его в ближайшее отделение полиции, значит весьма круто испортить жизнь порядочному представителю Паркера, - Или это странная форма лунотизма?
Окей. Что делать-то?
Чёрный и Белый Пауки, непохожие в методах борьбы с грязью, как Инь и Янь абсолютно противоположные по суждениям. Только вот гармония между ними вряд ли будет возможна, если первый не смягчит свой приговор для нарушителей правопорядка.
- Давай не будем усложнять. Я никуда не уйду, убивать его не позволю. А в остальном...Мовитон драться с девчонками, - что же случилось с этим Пауком, что сердце парнишки так ожесточилось?- Хочешь потопить наркоимперию? У меня для тебя плохие новости, приятель, твои методы тут будут ещё более бесполезны. Убьешь одного- появятся двое.
А у осмелевшего меж делом Ленни в руке блеснуло в свете одинокого фонаря лезвие. Они никогда не учатся на своих ошибках.

Отредактировано Gwen Stacy (2018-06-26 14:30:42)

+2

6

Люди! Что, с вами, черт побери, такое? Ладно, сделаем поправку на околовидовую принадлежность - Люди-Пауки, да что с вами, черт побери, такое? Вам что, больше нечего делать? Во всем городе закончились старушки, которых нужно переводить через дорогу, котята, которых нужно снимать с деревьев на радость детворе, и прочие замечательные объекты для повышения супергеройского рейтинга? Ну нееет, вам же обязательно нужно сунуть свой любопытный длинный нос туда, куда вас не просят, прийти, прибежать, прискакать, прилететь, испортить одному скромному линчевателю вечер, сорвать бережно лелеемую им операцию, наговорить целую кучу пафосных словечек и в конечном итоге окончательно все запороть.
Меня самым бесцеремонным образом хватают за шкирку и оттаскивают с уже готового "запеть малиновкой" Ленни. Наверное моим недовольным рычанием в тот момент можно было распугать целый львиный прайд голов так в двадцать. Чертовы герои. Чертов город. Чертова жизнь. Чертова несправедливость.
- Еще один герой, замечательно. Ты, видимо, фанатка Синего и стильных толстовок? Извини, автографы сегодня не раздаю, а поэтому можешь смело проваливать спасать котят и щеночков в соседнем районе.
Мне кажется, что герои, особенно с пометочкой в личном деле "добрый", это люди с заметными психическими отклонениями. посудите сами. Есть зло, не абстрактное философское понятие чего-либо, не библейский Сатана или там Антихрист, а именно зло. Злодеи. Преступники, наркодельцы, убийцы, маньяки, сектанты, наконец есть и так называемые суперзлодеи, последние к слову вообще нуждаются в отдельной категории. Те, кто своими действиями несут простому люду лишь неприятности - от проколотых шин и взломанных банковских счетов, до геноцида и эпидемий. Есть и добро, с его представителями в виде правоохранительных органов и армии. Есть кто-то вроде меня - кто формально не состоит в государственных структурах, но ясно понимает, что если периодически не сокращать численность хищников, то они сожрут всех травоядных. Жестоко, цинично, но чертовски жизненно - помимо всяких там законов великого равновесия и лабуды о вселенской борьбе добра и зла в людских умах. А есть добрячки, которые своими действиями делают миру только хуже. От их бесконечных разборок гудит переполненный болью шар земной, а они, не зная меры, все творят и творят такое вот "добро". Скольких жертв можно было избежать, если суперпсихи в трико и латексе получали бы не комфортабельные камеры, содержащиеся за деньги налогоплательщиков, а порцию свинца в свои сверхумные головы. Десятки, сотни спасенных мирных граждан. Но нееет, они же такие "добрые", такие все "правильные", можно даже сказать "высшие существа", у них есть набор глупейших правил.
- С чего бы-то мне идти с тобой на компромисс - с каждой минутой разговор с ней начинает напоминать идиотское старое шоу списанных в утиль комиков-неудачников... Что? Два Паука с одним именем? Паркер, ах ты мерзкий, жалкий бесхребетный слизняк в обтягивающей броне, ты рассказал ей обо мне?! Ну, блять, спасибо тебе огромное. Маячок я еще смог простить - системы сканирования Жестяника обнаружили причину твоего успеха в преследовании, но имя! - У тебя новости явно из другого мира, девочка! После того как новый глава мексиканского наркокартеля и десять его "бригадиров" были найдены утопленными в отработанном машинном масле, картель свернул свои дела в Йорке. Так что забирай отсюда свою милую попку в обтягивающем трико и не мешай мне тут работать!
Нет, они никогда не учатся - их нечеловеческая натура не позволяет проводить даже простейшие причинно-следственные связи в поступках. И я в этом убедился, когда увидел блеск света на лезвии выкидного ножа в руке Ленни. Пришлось стрелять из крайне неудобного положения - ублюдка загораживала Беленькая - да еще и с левой руки. В другой ситуации я обычно стреляю в кисть, но тут пришлось ограничиться стопой.
- Видишь, он жив! - сарказма в моей фразе хватило бы на десяток человек - И он все еще может говорить и жить своей никчемной жизнью. Да же, Ленни? Итак, я внимательно слушаю. А ты - обратил я свой преисполненный недовольства взор на Белянку - Стоишь тут тихо и не мешаешь! Ясно?

+2

7

Чувство опасности заставило Гвен обернуться на мужчину, но должным образом среагировать она не успела. Короткий выстрел и вот дилер вновь валяется на асфальте, хватаясь за конечность и демонстрируя всё своё красноречие. Стоит сказать ему спасибо, своими громкими проклятиями, Ленни умудрился заглушить её собственное короткое ругательство. Было ли ей жаль этого бедолагу, которому сегодня точно перешла дорогу чёрная кошка и повстречалась женщина с пустым ведром? Немного. Когда шок прошёл и на смену пришла реальная боль от ранения, мужчина стал переходить на поросячий визг, граничащий с ультразвуком дельфина, а потом просто тихо поскуливать, как побитая собака.
- Предельно, - Стейси никогда не признается, что в этот момент ощутила беспомощность и отсутствие дельных аргументов, почему нельзя использовать против людей пистолеты и прочее оружие, кроме стандартного пример для детишек. Только вот этого Паука, видимо, не особо-то заботила ни его репутация, ни последствия его действий для других ряженых героев. Ладно, ей стоит проглотить это всё, чтобы выйти хоть на что-то смутно похожее на командную работу, иллюзия контроля ситуации и призрачный шанс избежать новых жертв этой ночи.  В конце концов, если не рассчитать силу, то почти любой может нанести гораздо большие травмы, чем огнестрел. Сломанные рёбра, сотрясения, отбитые внутренние органы-слишком размыта грань допустимого отношения к злодеям в этом плане. Но всё ещё существует чёткая заповедь и до тех пор, пока Паук её не нарушает...Стейси в очередной раз бросила взгляд на парочку мервецов...у них не будет проблем, да? Да и потом, брутальный стенолаз был прав - правонарушитель был жив, можно было ли считать, что её сегодняшняя причина мигрени всё же готов пойти на компромисс? Стейси надеялась, что да.
Она не хотела, очень не хотела, но сделала шаг в сторону, представляя Пауку полный обзор на наркоторговца. Всё же страх мощный двигатель подобных диалогов, а Ленни определенно испытывал его по отношению к Чёрному. Вон как усиленно, забыв о боли в ноге, пытался уползти, вновь вернувшись к мольбам о пощаде стоило ему осознать, что защитная стена пошатнулась и теперь остался только он и его ночной палач. Женщина-Паук внимательно следила за происходящим далее, она не давала обещаний, что действительно будет стоять в стороне и не мешать работать. Если придётся, то ещё как будет, несмотря на то неприятное чувство от злобного рыка, которое она испытала недавно в виде мурашек по всей коже. Слишком непривычно видеть такую уродливую карикатуру на Паркера, чувствовать эту враждебность к ней и другим героям, действующим по догме, непримиримую жестокость под благородным лозунгом и лютую ненависть к Ленни и ему подобным. Гвендолин старалась не смотреть на людей, сквозь призму благочестия, чтение нотаций сама терпеть не могла, но был маленький нюанс. Он носил лицо её погибшего друга, послужившего толчком для перерождения Женщины-Паук во что-то большее, чем клоунессу, а подобное поведение разнилось с её представлениями о Питере. Да, конечно же, это не тот милый ботаник-сосед, щенком таскавшийся за ней повсюду, но, чёрт возьми, не мог он быть настолько на него не похож! Набрав в легкие кислород, мужчина запел соловьем, иногда запинаясь и заикаясь.
- Мы получаем то-то-товар через Таракана, - оригинальные клички они себе придумывали, прям соответствующие их деятельности - разнос заразы по городу. Интересно, а «Крыса» и «Голубь» вакантны? - В Бронксе точка...Не-небольшая. Перевалочный пункт, куда мы сбрасываем выручку и забираем мешок с подарками на...на следующий день, - он остановился, явно прикидывая хватит ли этих крупиц информации для выкупа его жизни, - Я могу попробовать, нет, я узнаю первоисточник, - Ленни закивал головой, как китайский болванчик.
- Мммммм...кто-то встрял на оплату такси для преступника, - тихо напомнила Стейси о немобильности свежеиспеченного информатора, но тут же засомневалась в том, что Паук вообще собирается идти туда в компании провожатого. Судя по весьма переменчивому настроению торговца, в компании «своих» он быстро забудет о страхе, а вот с обидой смирится вряд ли, а там начнётся пальба, кровь, трупы, экзотичные убийства, - А адрес-то точный скажешь? - аккуратно уточнила Гвен, собираясь с силами для защиты выдавшего всю свою шайку-лейку крысы, ведь нужда в нём вот-вот исчезнет, а политика Чёрного ей уже известна.
Не сразу, но Ленни ответил на вопрос, назвал адрес и зажмурился, будто и сам чувствовал, что приговор может быть несовместим с жизнью, но он точно выживет. Сегодня точно выживет, а закончится ли его жизнь в сточной канаве от передоза или внутренней чистки его группировки - другая история.
Концерт уже подошёл к концу и люди, эмоционально обсуждая шоу, начали выходить из здания, пора было ретироваться, но что делать с раненным псом?

+2

8

А из нее еще будет толк, это я готов признать. Умница, понимает, что в связке хороший Паук и плохой Паук, работается куда интереснее. Готов простить ей высокогероические речи. Интересно, а что ее связывает с Паучьей судьбой - застрелили родителей в подворотне, убили парня, хотели сделать живым оружием? Нет, последний вариант отметаем сразу - "пушки на привязи" не такие по характеру, более циничные, даже можно сказать сдвинутые на голову люди. Нет, все иначе. Определенно всем Паукам выпадает шанс стать героями.
Что у тебя за плечами, девушка в белом? Какие демоны живут внутри тебя? Что заставило тебя выйти на путь борьбы с преступностью? Отчего ты защищаешь эту мразь? Какой неправильный выбор ты сделала?
Бронкс? Ненавижу я Бронкс - самый шумный, самый неорганизованный район, лидер по общему наркотрафику и количеству проблем на душу населения. Латиноамериканские "наркос", радикально настроенные чернокожие банды, нередко дополненные бывшими наемниками с Черного континента. Та еще компания. А ведь еще чертово время имеет возможность заканчиваться в самый неподходящий момент - ночь кажется длинной лишь тогда, когда ты лежишь один в своей постели и страдаешь от бессонницы. Но так или иначе, а наведаться туда придется. Остается решить - идти туда сейчас, практически без оружия и снаряжения, уповая лишь на свои силы и неосведомленность стерегущих наркотики псов неизвестного картеля, или же оставить все на следующую ночь, но знать, что тебя там ждет теплый прием.
Выстрел прозвучал неожиданно, разрушив собой затянутую неловкую тишину обоюдного молчания. Тело Ленни шумно упало в лужу грязной воды рядом с забитым канализационным коллектором, а на уже итак испачканных штанах расползалось темное пятно мочи - ублюдок все еще оставался жив, только потерял сознание от страха. Ему не была известна истина о том, что человеку невозможно услышать свою пулю. ставлю пистолет на предохранитель, затем засовываю в карман плаща - чертовски мизерный плюс в любой, даже самой дерьмовой перестрелке. Смотрю на Белую - девушка если и была удивлена, то не высказала своего удивления ни одним словом или жестом. Забавная у нее маска. Интересно, а она тоже у себя дома была обладательницей всех этих высокотехнологичных штуковин. Я бы не отказался от бесплатного Интернета - крайне полезная на мой взгляд вещь, эта мировая библиотека.
- Пусть сам до дома добирается, мне еще есть куда потратить деньги и помимо дурацкой филантропии.
Все, Паркер, пора делать свой выбор. И дело тут даже не в том, отправишься ты бить этих ублюдков прямо сейчас или же подождешь до следующей ночи. Нет, дело в другом - пойдешь ты туда один или же в компании этой замечательной девочки, предпочитающей белое с розовым. Ты ведь чувствуешь, что она явно не просто так проходила мимо твоей скромной персоны, да и весь этот урок "добра и милосердия" не делается ради обычного случайного знакомого. Она явно тебя с кем спутала. А может быть и не спутала. Может ты ей кого-то напомнил. Кого-то важного. Кого-то близкого. Могла же она увидеть твое личико без маски там, в зале? Могла? Мог бы ты, да даже чисто теоретически, походить на ее знакомого или быть этим самым знакомым, но уже в иной жизни? Мог! Все бывает в этом мире. Вон стоит вспомнить Паркера и сразу можно сказать - случится может любое дерьмо.
- Эй, добрая душа в толстовке, концертный вечер окончен, пошли отсюда, если в твоих планах нету встречи с восторженными поклонниками.
Поправить маску на лице, стрельнуть паутиной в ближайший выступ стены, подтянуться, выстрелить снова, таким образом забраться на крышу - где и спокойнее и тише. Беленькая не отстает от меня ни на шаг - значит уже наловчилась прыгать, есть опыт в делах Паучьих.
- Что-то в глубине моей души заставляет меня считать, что собралась со мной, дабы в очередной раз пресечь мои "садистские" методы ведения борьбы с преступностью. Это вопрос второстепенный, можешь не отвечать. А вопрос главный - кто Он? Мне хотелось бы знать - с этими словами я снимаю маску.
Маски долой с лица!

+2

9

Девушка замерла, даже не вздрогнула от очередного хлопка. Гвен сковали невидимые путы безосновательной веры, что одно только её присутствие на этом грязном пятачке вобьёт в принципы Паука такое понятие, как «лежащего не бьют» и уж тем более в него не стреляют. Глупый-глупый маленький паучок. Она всё ещё не научилась делать правильный выбор, когда сталкивается личное и...рабочее. Совесть жестоким зверем противно царапнула сердце , когда блондинка посмотрела на наркоторговца в столь унизительном виде, Стейси перевела взгляд на милостивого линчевателя и стиснула зубы, чтобы оставить свои возмущения при себе. Едва ли под порывом яростных эмоций, ей бы удалось подобрать слова.
Да что с ним не так-то? Поди считает себя знаменосцем движения антигероев, выкрикивает лозунги о том, что он и подобные ему делают что необходимо и на что у других не хватает силы духа. Ненависть всегда рождает ненависть и ничего другого. Если отвечать злу его же оружием, никогда не вырвать мир из этого порочного круговорота, с каждым разом затягивающего всё больше и больше людей. Это же очевидно! Как же мерзко оказаться свидетелем подобного избиения младенца. Слышать, как опустившийся на дно человек молит о пощаде, седеет от страха, скулит, а вместо руки помощи получает лишь очередную порцию свинца. С такой легкостью, будто это само собой разумеющееся. Словно калечить преступников любой масти просто необходимо для всеобщего блага. Чушь! Стейси ещё не встречала столько жестокости ни в одном Человеке-Пауке-символе дружелюбности и сомнительного чувства юмора- а она успела познакомиться с немалым количеством.
- Вызовите ему скорую, пожалуйста, - уйдя в тень, обратилась Гвен к ближайшей компании потому, как уйти молча, уповая на гражданский долг прохожих было ещё более неправильно, чем ничего не сделать в момент выстрела. А уже в больнице, после того, как будут гарантии, что Ленни не истечёт кровью, с ним будут разбираться полицейские. Инструкция обязывает врачей докладывать о всех огнестрелах, поступающих к ним.
Зачем же она в самом деле следует за Чёрным, старается не отстать от него  больше, чем на метр и поглощается чувством тревоги, когда он на мгновение выпадает из поля зрения? Вовсе не от желания скооперироваться с каким-нибудь стенолазом и пуститься в задорное приключение, для таких целей есть более гуманные Паучки на быстром наборе телефона. Уследить, чтобы не было горы трупов после его очищающей миссии? Паршиво у неё это выходит.
- Проницательный, - слова удалось выдавить из себя не сразу, стоило ему снять с себя маску злиться стало в разы сложнее. Подавив в себя короткий порыв ответить тем же,  и пусть видит то разочарование в голубых глазах, скрывающееся за маской. Вряд ли ему будет это в новинку, а для Гвен это очередная царапка по слишком медленно заживающей ране, новая волна чувства вины. Чертово разделение личного и рабочего. Глупая надежда, что разговор глаза в глаза починит сломанное, исправит неправильное. Женщина-Паук отвернулась, демонстрируя своё откровенное нежелание вглядываться в знакомые черты лица, искать отличия и выдумывать оправдания этой жестокости. 
- Не, - отмахнулась Гвен, от душещипательной истории, которую рассказывала слишком часто, - Как-нибудь в другой раз, - не ему она будет показывать свою ахиллесову пяту, только не после увиденного, - До Бронкса путь долгий, а ночь удивительно короткая, - Женщина-Паук глубоко вдохнула прохладный воздух, приводя голову в порядок. Первым делом наркоторговцы, ну, а Паркеры потом, может быть, когда-нибудь. Обрезая любую возможную демогогию - хаха, будто она могла возникнуть - Стейси резво соскочила с крыши, двигаясь в указанном Ленни направлении.
- Ты что-нибудь знаешь об этих ребятах? - уже на месте решила спросить Гвен, выглядывая какое-нибудь окошко или лаз.
С парадного входа залетать не самая лучшая идея, особенно настораживала металлическая дверь красного цвета. Ну, просто дверь как бы кричала «Вынеси меня с ноги», но как же стелс-режим?! На их стороне преимущество было весомое, но в том помещении всё же могли быть не только мерзкие наркоши, но и кто-то невиновный. Серьезно? Она сама-то в это не верила.
Гвендолин стянула с себя толстовку, чтобы случайно не испортить её и ничего не сковывало ловкие движения и сразу же поёжилась. Да, не май месяц на дворе.
- Дай сюда пушки, - голосом ребёнка, выпрашивающего у родителей вкусняшку, попросила Гвен, протягивая руки к Пауку, - Или без них ты себя неуверенно чувствуешь?

+2

10

А вот это было как минимум неожиданно, эта милая и высокоморальная героическая девчуля еще и стереотипы ломать умеет, оказывается-то! Ну, окей, один балл мне за мое эффектное появление, один балл ей за лекцию на тему "что такое хорошо и что такое плохо", потом еще один балл мне за то, что оставил того ублюдка в живых с максимальной жестокостью и цинизмом, а ей за этот милый облом. Это что получается, два-два, то есть ничья? Ловко, чертовски ловко. Снимаю шляпу, которую я кстати забыл дома... Ага, если то нечто с отсыревшими обоями и прогнившими полами можно назвать домом; надо будет не забыть покормить ту прожорливую сволочь, а то опять под окнами до самого утра орать будет, провокатор усатый.
- А ты умеешь отшивать, Белянка. Нравятся только хорошенькие и добрые, а?
Ой да брось, Питер - пока мы не сильно дружной и совсем не слаженной командой "летим" в Бронкс, подает свой мерзкий немного хрипловатый голосок чертенок с левого плеча. Ненавижу этого ублюдка той особенной ненавистью, что каждый из живущих в этом мире приберегает лишь для самого себя. Ты же не думал, что она вот так возьмет и откроет тебе все свои картишки? Ну сам посуди, ты для этой милашки - это жуткое и мерзкое отражение того замечательного и милого мальчика, которого она знавала в своем мире, какие могут быть "маски долой с лица"? Ну и что с того, людям свойственно меняться! Меняться, о враг мой, а не переворачивать все с ног на голову. Вспомни этого Питера - парнишку чуть удар не хватил. Питер этой земли слабохарактерный слабак в новенькой броне, стильно подчеркивающей его "булочки". А ты бы хотел, чтобы он в плаще и маске с двумя кольтами наперевес наносил добро и причинял справедливость, как поступаешь ты? Или может в мегаброневом костюме летал по городу и расстреливал любые признаки непокорности? Признайся, ты и сам был бы не прочь запустить загребущие паучьи лапки в его сокровищницу! Не путай нас, бес! Ой-ой-ой, какие мы нежные, сейчас за компанию разрыдаюсь - тебе удалось растрогать мое старое сердечко, хнык-хнык. Ты ведешь себя как болван, Питер, а я тут распинаюсь, как Господь наш на кресте, чтобы указывать тебе на твои ошибки. Заткнись. Как пожелаешь, но ты же в курсе, что это продлиться недолго? Пока-пока!
Вот мы и на месте - я потираю руки, не подумайте чего такого, просто это у меня такой ритуал перед любым стоящим делом - потереть руки на удачу. Так в одном мире делал один очень близкий мне человек, чья гибель послужила катализатором превращения меня из обычного человека в Паука.
- Редкостные мрази, но подготовка у них стоящая - бывшие наемники с Черного континента, дезертиры из стран Латинской Америки с тоталитарным режимом. Это тебе не парочка хулиганов с дубинками, у этих ребят ствол висит на поясе даже при походе в сортир или к шлюхам.
Что можно сказать - обычный такой приречный склад, коих в Бронксе двенадцать на дюжину. Правда красный цвет двери настораживает, но это не для меня - выбивать двери, когда есть запасные пути проникновения, очень глупо и совсем недальновидно. Парочка противопехотных мин по бокам с отсроченным взрывателем и души двоих героев взлетят на небеса еще до того, как их кишки упадут обратно на стылую землю. А Белянка снова за свое - дай ей пистолет. Глупая девчонка, разве примитивным "на слабо" меня можно пронять? Да, глупая, но при этом очень милая.
- Держу пари, что когда ты сердишься у тебя на щеках проступают очаровательные ямочки, а губки  становятся припухшими, словно готовые поцеловаться с объектом спора в любой момент. Ладно, держи и знай, что моя уверенность не покидает меня даже при отсутствии штанов!
От неимоверных щедрот моих протягиваю девчонке трофейную "Беретту" и два моих "Глока", затем внимательно наблюдаю за тем, как она избавляется от толстовки. Мило. Хорошо сложена, все при ней и без излишеств или недостатков. Но глупо - в тесном замкнутом пространстве склада, где наша ловкость играет второстепенную роль, очередь из штурмовой винтовки в упор наполнит ее кишки свинцом с легкостью садящейся на цветок бабочки. Сбрасываю плащ, затем снимаю усиленную бронепластинами разгрузку - посмертный подарок от одного наемника - и надеваю на Белянку. Вот теперь еще можно жить, да и флисовая подкладка защитит ее от холода, видно, как вздрогнула. А мне достается мой плащ, хоть и тоже не такой уж простой. Придется не лезть на рожон, а я ненавижу вести себя слишком уж тихо.
- Белянка, видишь ту корявую кладку под козырьком? совсем свежая - они совсем недавно стали пользоваться помещением, заделывали вентиляцию. Но на таких крышах есть врезанные люки и один из них как раз над нами. Пошли, героиня!
Я не смог удержаться и во время прыжка на козырек легонько хлопнул ее по упругой попке - немного взбодриться никому не мешало, а то как на похороны собралась. А четыре секунды спустя мы уже были внутри - массивные привинченные к полу промышленные стеллажи, стройные ряды ящиков и приглушенные разговоры - охрана тут и она бодрствует. Не люблю наемников - слишком уж они хитрые и хорошо вооруженные твари. Нет, тут ребята явно серьезнее, чем говорил нам Ленни. Мелкий выблядок.
- Не вздумай с этими миндальничать, это настоящие матерые волки, им человека убить, как высморкаться. Идешь за мной, начинаем геройскую возню по двойному щелчку пальцев. Все понятно?
Не хочу потом... Ладно... Проехали...

+2

11

Стейси издала какой-то странный звук - смесь фырканья и смешка – не решив для себя, то ли её возмутила эта похабная шутка, то ли она действительно была забавной. Ну, оригинальностью точно сверкнула, а ещё тут маленькая сомнительная победа в виде обезоруживания Паука. Как-то просто он сдался, даже очень. Мальчики не любят расставаться со своими игрушками, какой-то подвох был. Она недоверчиво окинула взглядом парня, с которым вот-вот нырнёт в забавным мир белого порошка и другой нелегальщины. Складной РПГ в кармане или рассчитывает угнать у хозяев этого ларька их же оружие? Ну, не устраивать же ей Пауку досмотр с пристрастием, в самом деле. Если не смотреть на него как на одного из Питеров Паркеров, то когнитивного диссонанса можно было бы избежать. Получится ли у неё представить, что за этой маской вовсе не близнец погибшего друга, а, скажем, какой-нибудь угробивший своею карьеру фэнтези-трилогией актёр? Фантазия вполне позволит, наверно…
- Погоди-погоди, - разглядывая экипировку в аренду, Гвен услышала шепот внутреннего неунывающего наивного оптимиста «А может быть, так не всё так плохо?» - Это что, порыв галантности? – но получив фамильярный тонус, за который в наше-то время частенько обращаются в суды, она столкнулась с опровержением своего предположения, - А нет, забудь, показалось, - сочетаемое несочетаемого, редкостный циничный говнюк и своеобразный джентльмен в одном флаконе.
Скорей всего это всего лишь подстраховка себя любимого, чтобы потом избежать неприятных внутренних диалогов с, ещё пытающимся выжить в этом маленьком чёрном сердечке, внутренним ангелочком, что, мол, взял с собой грузило и не уследил за её целостностью. Ладно, ей не стоит делать из него паучьего антихриста. В кромешной тьме тоже зачастую можно наткнуться на лучик света, кто знает, может и у Чёрного его можно разыскать, если задаться такой целью и дать ему шанс. Ох. Девочки так трепетно относятся к пропадшим мальчикам, будто, природой в них заложено идти по свету и пытаться спасти каждого утопающего, даже если они в упор не считают себя таковыми. Циничный Паук? Заворачивайте в подарочную упаковку. Любит калечить преступников? Вау! Дайте двух! Сейчас причешем, галстук-бабочку наденем и на парад исправившихся мальчишей-плохишей поведём. Ну, это если утрировать.
Гвенни юркнула следом за Чёрным Пауком. Да, пожалуй, именно так она и будет их видоопределять: Железный Паук, Чёрный Паук и Майлз. Два пальца вверх, если нет возражений. Отлично, продолжим. Мягко приземлившись в помещение, Стейси провела короткую рекогносцировку. Размахнуться было мало где, практически негде: низкие по паучьим стандартам потолки, захламлённое громоздкими ящиками пространство, узкие проходы между стеллажами – усиленная экономия квадратных метров. Эхом отбивающиеся от стен голоса, не давали ей хотя бы приблизительно оценить количество охранников. Женщина-Паук попыталась углядеть свозь щель между стеллажом и ящиками, что их ждёт впереди и уловила три тени. Выглядели они внушительно, Стейси готова была поспорить на цент, что у хозяев этих теней мясистые лапы размером с её голову, а ведь это точно далеко не полный состав местных аборигенов. Ещё пара-тройка точно где-нибудь в уголке притаилась и написывает сообщения на сайтах знакомств.
-Я не нанималась в бойсбэнд на подтанцовку, Джастин, -  вместо «Спасибо, что всё же взял меня с собой» или отчеканенного «Да! Так точно, сэр», шепотом воспротивилась девушка, - Это не дебют, - а ведь и правда. То, что Стейси не приемлет убийств вовсе не значит, что при встрече с каким-нибудь плохим парнем её функционал включает в себя исключительно чтение нотаций и по заповеди подставленные поочерёдно щёки для ударов. Нет-нет-нет. По крайней мере, она сама так считала, а как со стороны выглядит её мало волновало – у всех свои стандарты. Женщина-Паук не спеша, чтобы не создать лишнего шума, двинулась вдоль стеллажей, пока не удалось найти щёлку, сквозь которую разглядеть цепных псов было возможно. Квартет охранников сидел за пластиковым белым столиком, на стульях из этой же коллекции, обычно подобную мебель выставляют в летние деньки кафешки в парках, чуть глубже в комнате рядом с неприметной дверью тщательно пересчитывал банкноты щуплый афроамериканец, лица которого она не могла разглядеть. Тени, кстати, были весьма обманчивы, эти ребята были не такими уж и большими, но Чёрный верно описывал их ранее, хлопушек там было предостаточно и это только те, которые она смогла разглядеть. Может, опрометчивым поступком было обезоружить её соратника? Нет, прочь глупые мысли из светлой головы. Вложить Пауку револьвер в кобуру, это всё равно, что положить рядом с бывшим наркоманом иглу с героином и выйти из комнаты. Стейси шаркнула ногой по полу, проверяя его на шероховатость. Пойдёт, но стоило учитывать её арендованный утяжелитель, к слову, в нём она чувствовала себя не очень комфортно, но терпимо. Гораздо больше её смущала неуверенность в том, что они смогут сработать слажено и как бы не пришлось отбивать из лап Паука этих ребят, а это автоматически рассеивало её внимание.
- Мои дальние, - больше ей добавить пока было нечего.
Девушка выскочила из-за металлического укрытия и выпустила паутину в дальнюю стену, сразу же подтягиваясь с её помощью. Никаких эксцессов не произошло, и Женщина-Паук с завидной зайцу-русаку скоростью, сократила расстояние, поднырнула под стол и вскочила на ноги уже будучи за спиной у сидящих ближе к стене мордоворотов. Совету ночного мстителя она всё же последовала, любезностями перебрасываться не стала – пока мужички не успели среагировать, одновременно надавила им на затылки, утыкая носами в стол. Вот тут, почувствовалась разница между дорогущей древесиной и дешёвым пластиком. Никаких чувствительных травм, простая дезориентация и немножко белых мух в глазах, ну максимум разбитая губа или прикушенный язык. Всё равно вышло мягко, наверно, по меркам линчевателя-то.
Гвен посмотрела на худощавого в углу – совсем ребёнок, едва ли больше пятнадцати, а уже вращается в подобной компании. Разве можно ждать подвоха от дитятки?

Отредактировано Gwen Stacy (2018-06-30 22:25:32)

+2

12

Интересно, мы так все время будем состязаться в юморе и острословии? Боже, никогда не известный мне Питер Паркер, как ты выдерживал вот эту милую, но ужасно, нет, чудовищно упрямую и остроязыкую девочку? Серьезно, чувак, я бы тебя только за это канонизировал. Находиться с ней рядом и молчать, пытаясь собраться с мыслями, смог ты разве что сам Паучий Бог. И то полчаса, не больше. Ладно, Питер, фокусируйся, ты же не хочешь как в первый раз получить свинцовую инъекцию в свое драгоценное тело?
- Мои ближние - пора доставать из моего арсенала то, что по определению не подходит под категорию огнестрельное оружие, но в моих цепких паучьих лапках обладает не меньшей смертоносностью - парочка отлично прячущихся в широких полах плаща стальных дубинок, с кое-какой симпатичной начинкой. Тинкерер, старая сволочь, дерет за них втридорога, но надо отдать яйцеголовому должное, его игрушки надежны как чугунная болванка и просты, как обесцвеченный кубик Рубика. Два выстрела паутиной в загривки вооруженных боевиков, мирно сидящих на стульях и мечтающих о выпивке и девочках, затем два точных "тюк-тюк" по их бестолковым черепушкам - кто же на дежурстве, пусть и в помещении даже, снимает шлем? Дурак и первый кандидат в покойники!
- Нападение! - с этими словами мерзкое черножопое отродье наркобизнеса хватает из-за спины "Узи" и стреляет... поправочка на наличие рядом меня - хватает из-за спины "Узи" и получает в ответ порцию паутины, надежно упаковывающей истошно орущую сигнализацию негритянского типа. Робби, друг, прости меня если сможешь, но вот это вот я за людей считать не буду ни при каком раскладе. А так хорошо все начиналось...
Начиналось все достаточно хорошо, причем настолько, что я даже на секунду забыл что отдал весь имеющийся у меня огнестрел милой девочке-Паучку и теперь похож сраного пацифиста, т.к. совершенно не могу начать свой излюбленный тактический маневр под названием "расстрелять тут всех к чертям пока они в неведении". Кстати, что очень странно для подобного рода людей, я не заметил у них тут следов сигнализации - неужто остались еще в мире непуганые дураки, надежно уповающие лишь на крепость стен и толщину дверей, да на верный ствол в волосатых лапах. Нет. Неет. Что-то тут явно не чисто, так просто еще никогда не было проникнуть в охраняемое боевиками картеля хранилище или даже простую перевалочную точку. Здесь явно есть что-то еще помимо дуболомов и кучи оружия. Но вот что?
- У нас гости, стреляйте, вы слепые и глухие дети порочной связи слизняка и мокрицы!
Правильный ответ, дамы и господа геройские мстители - как минимум десять человек в соседней комнате, и в отличие от вальяжно развалившейся четверки у входа, сидящие в полной боевой готовности. Знать бы еще, кого это они тут так ждали, ну не нас это точно. Стоп? Дьявол! Ах я пустоголовый дурак, кретин узколобый, а бесчувственное тело этого засранца Ленни - я же не видел, что с ним стало, а его ведь могли и подельнички этого урода по прибыльному наркобизнесу найти. Найти и позвонить на точку, дабы те были в полной боевой, как говорится, ждали двух наивных дураков... одну наивную дурочку и одного дурака, заразившегося тем же от нее, дабы нашпиговать свинцом до полного их упокоения. Как глупо. Как стыдно-то... перед самим собой, разумеется. Впрочем, едва я успеваю сполна насладиться этим прекрасным чувством стыда по отношению к своему эго, как единая очередь из десятка разнокалиберных стволов заставляет меня крайне быстро сменить свою дислокацию - спасибо тебе, мой затылочный друг, мое чутье, без тебя я бы накрылся медным тазом.
Знаете, когда в вас стреляют, это... обидно, что ли, все никак не могу подобрать правильное слово к этому странному, но заметно неприятному чувству. Но вдвойне обиднее, когда вы не можете ответить им ничем подобным - сейчас бы... Стоп, так прямо у моих ног лежит бесчувственное, но все еще отлично вооруженное и бесчувственное тело! Бинго, Паучок! Извини, Белянка, то насчет засад уговора не было - так, что тут у нас? М16, с подствольничком, ну, сойдет на пока. Флажок-переключатель на автоматическую стрельбу, приклад в плечо и... И тут я увидел его. Озаренный небесным сиянием словно бы сам Господь Бог, на меня из вскрытого ящика смотрел гранатомет револьверного типа Mk-1S MGL! Белянка что-то говорит или кричит. Неважно! За перегородкой раздаются короткие команды наемников. Плевать! Все мое естество жаждет взять это чудо оружейной мысли в руки и применить его по назначению. Да. Да! ДА! Я хочу его!
- Внимание, на хуй, сейчас будет фокус с исчезновением!
Клац-клац-клац-клац-клац-клац. Примерно с этим звуком снаряды калибра 40×46 LV улетают из дула этого минибога войны. А вот детонация происходит куда более громко - взрывы, способные оглушить стадо слонов, крики боли и ужаса, детонация находящегося рядом оружия - видимо точка была еще и оружейным складом. Я посеял ветер и пожал бурю. Огненную Бурю! Перегородки как не бывало, впрочем, как не бывало и людей за ней. Все помещение заволокло бетонной и гипсовой пылью, в углу с оглушительным треском сдетонировали цинки с патронами, разворотив ящики с наркотой, отчего запах кокаина теперь витает в воздухе. Я больше похожу на веселого мельника, чем на сурового героя-линчевателя - да и в левом ухе до сих пор звенит. Наверное, безумный Нерон, поджигая Рим, не чувствовал такого удовлетворения. Белянка где-то за моей спиной - цела-невредима, вроде бы.
- Вот это я называю хорошо проделанной работой!
Я снимаю маску и начинаю хохотать. Мне весело.

Отредактировано P. Parker (2018-07-01 11:40:07)

+2

13

Стейси едва успела перепрыгнуть через стол, чтобы быть поближе к складской части помещения, прежде чем всё полетело к чертям. Она приняла неверное решение, ей надо было отправить его домой и пойти сюда самой, тогда бы сейчас не пришлось сидеть на полу и, прижимаясь спиной к сомнительному укрытию, прятаться за одним из стеллажей, прикрывая голову от шальной пули…хотя, этот этап пропустить удалось вряд ли. Но дальнейшее. Этого бы не случилось.  Грядёт война на два фронта и этой героине надо поспеть везде.
- НЕТ! ДАЖЕ НЕ ДУМАЙ! - Гвен пытается перекричать какофонию из звона падающих на пол гильз, свист пуль, треска кирпичной кладки. Ей даже не надо читать его мысли, он вот-вот встанет на протоптанную тропинку линчевателя и как бы сильно она не верила в людей – прекрасно понимала, что в тяжёлых ситуациях многие выбирают самый лёгкий путь. Нет, сегодня не будет по-твоему, Паук. Слишком мало времени, чтобы сотворить чудо и спасти этих идиотов, когда-то  прогуливающих школу в плохой компании, от готовящегося к кровавой казни Чёрного. Стейси встала с корточек и мёртвой хваткой вцепилась в каркас, привинченного к полу стеллажа. Она сможет! Помогать нести пакеты ЭмДжей после шопинга в разы тяжелее, чем оторвать пару болтов от пола. Счет идёт на секунды, лишь свинцовый дождь снижает скорость Паука, но ненадолго. Конструкция поддаётся и Гвен со всей силы отправляет ту по крутящему моменту на оставшихся с другой стороны шарнирах. Она хорошо училась в школе, до укуса паука точно, законы физики ей знакомы. Маятник сшибает с ног троицу, выстроившихся параллельно стене, кеглями отправляя их в глубину комнаты, подальше от входящего в свой зенит безумия. Женщина-Паук успевает словить совершивший круг почёта стеллаж, сил едва хватает остановить его. Беглый взгляд на повернувшегося на своей миссии дезинфектора Паркера. Чёрт возьми, он сейчас выглядел даже безумнее того Паучьего Гоблина, который отдал свою жизнь, спасая Стейси от паукоедов. Во всех есть свет. Все заслуживают нового шанса. Постараться спасти всех. Выступить амортизатором в ходе этого рейда. Делать свою чёртову работу! Девушка пнула стеллаж, окончательно срывая его с места, столько силы приложила, что на металле осталась вмятина. Да, это не крепкая сталь и вряд ли достойный показатель того, с каким рвением Гвен пыталась обойтись без жертв. Ещё двое плохих ребят влетают обратно в комнату, из которой недавно выпорхнули. Взрыв. Стейси слышит звон в ушах, не привычная сирена паучьего чутья, а уже результат поспешных действий Паука. Где его мозг? Чем он думает? Ещё один взрыв. Она прикрывает голову – не хватало только ещё и ей лишиться серого вещества, только не так, только не из-за этого чёртового идиота, решившего устроить фейерверк в замкнутом помещении посреди кокаина\героина\амфетамина. Главное не надышаться этой мерзостью, не хватало только Гвен словить приход и увидеть кисельные берега. Хоть один из этих Пауков должен сохранять трезвость ума.
Хорошей работой? Серьёзно?! Этот хаос он называет хорошей работой?! Ещё и хохочет так мерзко, что ей в кошмарах будет сниться этот смех ближайший месяц точно. Ну, Чёрненький, вместо шоколадной медальки и пряничка, тебя ожидает вполне заслуженный кнут. Гвендолин хватает парня за плечо и рывком разворачивает лицом к себе. Нет, кусок же ты непослушного Паука, неважно чьё лицо она сейчас увидит, нет дела до сжавшегося сердца, ты был чертовски неправ. Когда эта девочка злится, вовсе не ямочки проступают на щечках. Как только это подобие героя становится к ней лицом, таким обезображенным этим удовольствием от творившейся вакханалии, ему на встречу летит, наполненный праведным гневом, кулак. Неважно достигнет ли он своей цели, перехватят ли его или увернутся, главное сам факт того, что Гвенни высвободила этот приток ярости и на короткий миг ей почти полегчало. Она всего лишь человек и, как бы сильно она не старалась стать завтра лучше, чем вчера, иногда внутренние демоны догоняют её.
- Ты е&@#$%№й на всю голову, Джон Уик, - не стесняясь в выражениях, почти змеёй шипит Стейси.
Спасти всех. Выполнить свою работу. Женщина-Паук, толкнув плечом Паука и почувствовав краткую волну боли где-то в области живота, поспешила на новую подработку землекопом. В сторону гипсокартон, ещё подальше бетонные балки и прочий мусор, рухнувший на головы верным псам картеля. Опять эта боль? Видимо, жилет выполнил свой фунционал. Ребятам под обломками так не повезло. Пожалуйста, только будьте такими же живыми, как та троица в тёмном углу, как та парочка, придавленная рухнувшей перегородкой, только будьте живыми. С остервенением откидывая стройматериалы, докапываясь до окраплённых кровью с примесью белого порошка частей, Стейси чувствовала ненависть к самой себе. Идиотка. Это всё из-за тебя, жалкая пародия на героиню. Вот он малец, втянутый во взрослый мир слишком рано, безжизненным взглядом уставился куда-то вверх и на белых перчатках его кровь. Девушка развернулась к хладнокровному представителю своего вида.
- ДА ЧТО С ТОБОЙ НЕ ТАК?! ДЕТСТВО БЕЗ РОДИТЕЛЕЙ? ОБОЖАЕМОГО ДЯДЮШКУ ПРИСТРЕЛИЛ МЕРЗКИЙ ПРЕТУПНИК? ЗАКЛЯТЫЙ ВРАГ ЛЮБИМУЮ СБРОСИЛ С МОСТА? ЗЛОБНЫЙ ДОКТОР ОСМИНОГ ЗАХВАТИЛ ТВОЁ ТЕЛО?– больше соли на все известные ей раны, - ЧТО ЖЕ СЛОМИЛО ПАУКА?

Отредактировано Gwen Stacy (2018-07-01 17:18:21)

+2

14

Смотрю на нее - в ярости она не просто красивая девчонка моих лет, а прекрасная воительница в сияющих доспехах и верхом на белом коне. Ее меч остер, ее щит сверкает на солнце подобно драгоценному камню, а когда она снимает шлем, то волосы ее водопадом спелой пшеницы падают на лоб и полностью укрывают собой плечи и спину. Интересно, это непроизвольные кокаиновые ингаляции так интересно подействовали на нервную систему, или же отстраненное наблюдение за действиями моего полного антипода делает меня таким.... сентиментальным? Ох, только не это, только не трагедия и драма в пересказе! Ненавижу себя, настолько сильно, что даже не ловлю ее кулак.
- Несправедливость, милая моя наивная девочка, это была несправедливость... Все это началось перед холодной зимой одна тысяча девятьсот тридцать третьего года, когда один парень...
Парень нашел растерзанное тело своего дяди, человека, заменившего ему погибшего отца, вырастившего его верным идеалам той эпохи. Да, черт возьми, это была несправедливость, это был целый мир, выстроенный в несправедливости, боли, страхе, насилии и крови, там было очень много крови, она галлонами лилась по городским улицам и бездомные собаки, рыча и воя, слизывали ее с мостовых каждым вечером. Мог ли ребенок, пусть даже и чистый и невинный, оставаться таким же в этом мире? Нет. Добро в моем мире было так же мертво, как и все его немногочисленные проповедники, рискнувшие выйти против единой и нерушимой системы несправедливости. Несправедливость железной рукой правила моим миром, стальным кулаком она сокрушала всякого, кто рисковал выйти против нее, используя одни лишь проповеди да благие дела. став Пауком, я не мог справиться с системой используя лишь арсенал добра, так что волей-неволей пришлось милостиво снизойти до иных, более низменных методов. Это казалось таким простым, и при всем таким... затягивающим. Ведь я же герой, говорил я себе, перевязывая раны по вечерам сидя  на подоконнике. Я действую так исключительно оттого, что это эффективно, как мантру напевал я себе под нос. Всегда смогу остановиться, когда будет видна черта, которую лучше никогда не пересекать, невидимая грань, которая отделяет пусть и жестокого, но все же героя от превращения в алчущего крови голодного зверя в человеческом обличье. Я смогу противостоять самому себе, я сильнее этого, я выше, я Человек-Паук. Но те недели показывали совсем другое. Они поступали в городскую больницу десятками - избитые, искалеченные, нередко уже при смерти от тех травм, что я нанес им. Жалкие и беспомощные, они скулили подобно трусливым шавкам и целовали мне ноги, когда я спускал курок и дымящимся дулом дядиного револьвера отвергал спасение самого себя из цепких лап Насилия. Оно умеет затянуть.
- Нашел растерзанное тело своего дяди. Запах крови оглушающим молотом бил ему в ноздри, вызывая рвотные спазмы и кружа сознание, щекоча его ноздри железистым ароматом, который, должно быть использует сама Смерть. Он вызвал полицию, он продолжил жить дальше, но его сердце замерзло, сделав его холодным к милосердию...
И я продолжил свой путь и как апостол Паучьего Бога и как новоявленный адепт Насилия. Но как бы я не старался, сколько бы не повторял себе раз за разом, что я сильный, все оставалось на своих местах. И так же, как кружиться под порывами пламени кокаин в этом старом складе, так же танцевали и пели снежинки на улицах Нью-Йорка, моего Нью-Йорка, когда я вышел на свой завершающий бой с Гоблином, преступным королем города. Пороховой смрад точно так же шибал мне в ноздри, когда я оборвал жизненную нить этого урода стервятника, отнявшего у меня одного из самых близких людей в этом чертовом мире и чуть не сделавшем это снова. Мэй тогда чудом осталась живой, тогда я пришел раньше обычного и уже на входе почувствовал опасность. Он был там, сжимая когтистой лапой горло моей тетушки, говорил мне глупости о том хватит ли мне скорости. Я дал ублюдку выговорится и одним выстрелом вынес его мозги на стену. Никогда не стану жалеть о нем, и если бы мне предложили заново пережить тот вечер, то я не изменил бы в нем ни единого мгновения. Я уже тогда был заражен н а с и л и е м и безнадежно болен.
- Умершие в аварии родители, растерзанный дядя, у него не было шансов быть героем. И он стал ужасом преступного мира, карающей дланью зарождающегося правосудия. Он никогда не был героем. И никогда не сможет им стать. И даже одна милая девочка ничего с этим не в силах поделать. Паук стал тем, против кого он начал свой крестовый поход. Я — часть той силы, что вечно хочет зла и вечно совершает благо. Часть силы той, что без числа творит добро, всему желая зла.
Гете прекрасно понимал это состояние, ведь иначе он никогда бы не написал этих строк. Мне нравилось читать Гете, даже больше, чем обожаемого моей тетушкой Маркса. И пожалуй Мефистофель именно тот персонаж в докторе Фаусте, с кем я ощущаю свое невидимое духовное родство. Я смотрю на нее. Разочарование. Девочка моя, а знаешь ли ты как избежать разочарования? Нужно всего лишь не очаровывать людей вокруг себя. Да, вот так просто.
- Вот и конец истории о рождении Черного Паука. Теперь ты знаешь меня.

+2

15

Грустная история вызывает слёзы лишь тогда, когда ты слышишь её в первый раз, но всё равно продолжает трогать её. За каждым Пауком стояли потери, менялись лишь декорации. Укус радиоактивного паука наделял не только силами, но и ставил чёрную метку на каждом из них. Вместе с Даром приходило и Проклятие. Они приобретали силу, а в противовес ей слабость – ты не мог спасти каждого, кто в этом нуждался. Случайные прохожие или близкие люди, рано или поздно они умирали от рук грабителя с пистолетом или твоего злейшего врага, оставляя рубец на твоей душе. Снова и снова. Раз за разом. Даже сейчас. Сколько их было? Пятнадцать? Она смогла спасти лишь треть. Ну, привет, свеженькие зарубки, проходите, располагайтесь.
Гвен слушала рассказ внимательно, ей было важно понять, какой виток утянул Паркера в эту бездну насилия и жестокости, которая жадно чавкнула и облизнулась в удовольствии. Что погасило веру в людей и вложило ему смертельное оружие в руку? Где прячется тот катализатор, кардинально изменивший мировоззрение дружелюбного соседа? Чёрт, он был похож на её Питера больше всех остальных Пауков, которых ей довелось встретить. Он был таким же глупым, винящим во всём несправедливость, гонящимся за возможностью поквитаться с обидчиками, «улучшить» себя, между делом уничтожив всё человеческое в себе. Он, словно, вон из кожи лез всю эту ночь, стараясь оголить свою самую уродливую часть, тщательно скрывая прекрасную. Но те короткие проблески, которые случались, она успевала за них ухватиться – взглянуть сквозь этот вихрь злобы, разглядеть там куколку, которая хочет слова стать прекрасной бабочкой, но боится, что ей вновь оторвут крылья.
Он закончил свою историю. Красноречиво. Красиво. Несите Оскара и Пулитцеровскую премию этому Пауку, хотя, подождите-ка, кажется, на сцену выходит неподкупный критик Гвен Стейси, готовая в пух и прах разбомбить всё это объяснение, уродливым чучелом совы натянутое на глобус. Нет, Чёрненький, твоя правда однобока, аргументы ничтожны. Она видит тебя насквозь, ей так кажется, она хочет в это верить.
- Нет. Он хотел быть героем, но запутался в собственной паутине самообмана, - о, как же всё можно было упростить, обвинить мир и преступников, оправдать свою слабость, - Ему не хватило сил им остаться, а потом не хватило смелости вернуться на верную тропу. Он знал, что за плечами куча неверных решений. Боялся, что он не вытянет груз осознания, что не стал тем человеком, которым его хотел видеть Бен Паркер. Испугался чувства вины, если хоть на мгновение вспомнит о том, кем стремился быть в самом начале, наверняка ведь ещё помнил про «великую ответственность», возможно, даже извратил её. Спрятался за маской цинизма, стремительно пытаясь уничтожить в себе последние угольки хорошего парня. Чёрный Паук слаб и слеп. За своими насмешками над стремлением других попытаться спасти любую жизнь, не понимает, что вся его миссия, - она указала рукой на погребённые под обломками тела, - …с подобными методами и гроша ломанного не стоит. В тот момент, когда его жизнь оборвётся (в сточной ли канаве от огнестрела- поножовщины или в одинокой или нет очень старости) после него не останется наследия. Лишь озлобленные люди, чьих родных он отправил в могилу, кому успел втереть свою идеологию о ничтожности милосердия…Вспыхнет эпидемия. Минус на минус даёт плюс, лишь в математике, -  не все, но добротная часть касалась и её Питера, она использовала этого озлобленного на весь мир Паркера, как звонок на тот свет. Все те слова, которые она должна была вовремя сказать затюканному сверстниками мальчишке…она произнесла их сейчас. Стейси опоздала тогда, но может быть ещё не поздно сейчас? Ему не за тридцать, даже, если он и считал себя состоявшейся личностью...нет, Паук, ты всё ещё был куском глины, которому можно было придать другую форму.
Маска скрывает истинные чувства, там не было разочарования. Там было сострадание, сопереживание, сожаление и чёртова неугасаемая надежда. Отец частенько говорил, что в Гвенни живёт тот свет, который способен разогнать тьму, что ей хватит сил и храбрости нырнуть в самую бездну, что интуитивно она всегда будет чувствовать, когда надо дать смачный тумак, а когда распахнуть нежные объятия. Родители видят в своих детях только хорошее, закрывают глаза на того наглого чёртика, нашептывающего гаденькие вещи. Тут становился извечный вопрос в том, что сильнее: свет Гвен или тьма Питера. Вытянет ли она его на сияние или он погрузит её во мрак.
- Ты пытаешься вырезать болезнь ножом мясника, в то время как надо лечить симптомы, - да, именно так.
Стейси подобрала с пола запылившийся в волшебной пыльце телефон и набрала номер, ожидая соединения с диспетчером. Бронкс – мерзкий район, по ночам полиция старается не ездить по нему кругами, а в основном выезжать на вызовы. Она назвала адрес на громкой связи, не желая прислонять напудренный наркотой гаджет к себе, и повесила трубку.
- Ничего ты не знаешь, Джон Сноу. «Милая девчонка», вовсе не мечтательный местный школьник, неспособный гнуть свою линию наравне с матёрым линчевателем. Наивная? Возможно. Слабая? Нет, - речь вовсе не о физической силе, -  Уже вижу, как у тебя затряслись поджилки от одной только мысли, что кто-то найдёт внутри твоей чёрной душонки крупицу света и раздует её. Ужас преступного мира, - она хмыкнула, - При каждой своей вылазке в очередной наркопритон или нелегальный бордель, ты будешь оглядываться, опасаясь, что в затылок будет дышать та самая девчонка, мешающая тебе приносить боль и страдания преступникам, останавливающая твою пулю правосудия ещё до того, как она покинет револьвер, - громкие слова для той, кто не особо-то гордится своим героизмом сегодня, но Женщина-Паук учится на своих ошибках, умеет делать выводы и в следующий раз она спасёт половину, а через раз всех.
Рано или поздно, но он от этого устанет. Капля камень точит, не силой, а частотой своего падения. С этой ночи и до последнего вздоха одного из них она превратится в самую настоящую занозу в его заднице. Она полна решимости устроить ему самый настоящий заворот-кишок всего внутреннего мира. Упёртости в ней хватит на десятерых, а что он может сделать? Сломать ей каждую кость в теле? Не привыкать! Как только они срастутся, Гвен вновь примется за него. Отправить её в реанимацию или кому? Силы воли ей хватит уцепиться за жизнь и вновь запрыгнуть ему на правое плечо, громко нашептывая каноны моральных ценностей. Убить? Хех, ну, как и было сказано ранее «до последнего вздоха одного из них». Она вырвет этого Питера Паркера из когтистых лап ненависти. Все заслуживают нового шанса, даже, если он им не нужен даром. Постараться спасти всех, даже, если они не хотят быть спасёнными.

Отредактировано Gwen Stacy (2018-07-01 23:09:08)

+2

16

- Да кто ты, черт тебя подери, такая? Приходишь словно из ниоткуда, мешаешь работать, разрываешь ногтями до крови старые шрамы, читаешь тут нотации словно неразумному ребенку - "нельзя тыкать киске пальчиком в глазик, киске будет бо-бо". Я такой, какой я есть! Я не хочу меняться, я не желаю меняться и вместе с тобой и Паркером прыгать в обтягивающем трико и шутить херовые шуточки!
Нет, нет, нет, нет - хватаю я себя за голову и повторяю про себя, как защитную мантру. Ничего этого просто нет, я все это выдумал, я же подорвал склад полный наркотиков, а до этого не спал двое суток и почти ничего не ел - у меня галлюцинации! Хватит ковыряться в моей душе, как в разворошенном толпой безмозглых детишек муравейнике и вытаскивать наружу мой трогательный и ужасно мертвый внутренний мир - разве запах разложения вас не останавливает, чертовы вы сукины дети!? Да что вы вообще понимаете в мире, в людях, в Пауках? То, что вы такие добрые, светлые и такие все понимающие, еще ничего не значит для тех, кто не желает таким быть. У меня есть устоявшиеся жизненные ориентиры, свои принципы, свои давно опробованные методы и взгляды на мир.
Вот это правильно, Питер, ты выше этих наивных глупостей, ты сам идешь по жизни, сам ставишь себе пути и цели. Сожги за собой все мосты, оборви все, связывающее тебя с остальным человечеством. Ты уже не человек и даже не только Человек-Паук, ты инструмент в опытных руках хирурга.
Молчи, проклятый дьявол! Я все еще остаюсь человеком, чтобы ты мне не говорил каждый вечер, как бы не старался нашептать мне обратное.
Ты помнишь Ницше? Кто сражается с чудовищами, тому следует остерегаться, чтобы самому при этом не стать чудовищем. И если ты долго смотришь в бездну, то бездна тоже смотрит в тебя. Ты смотрел в Бездну, Питер Паркер, я знаю это, я видел это.
Да, мой вечный спутник на левом плече, мы Оба смотрели в Бездну, но когда наступил твой черед, то ты моргнул!
- Мой дядя не говорил мне, что с большой силой приходит большая ответственность, но... Он говорил, что если тем, кто взял в свои руки слишком много власти, нету доверия, то обязанностью простых людей становится их свержение. Если я вижу преступную власть, я добиваюсь ее свержения, и не я виноват в том, что все эти падальщики понимают лишь язык грубой силы.
Я подхожу к ней, ботинки хрустят словно в январский полдень после долгого и обильного снегопада, и кладу обе руки ей на плечи. Она на мгновение замирает, не зная каким будет мой следующий шаг, но, как бы это странно не звучало, я и сам этого еще не знаю. До самого последнего мгновения мой мозг прогоняет сквозь свои думательные шестеренки сотни тысяч вариантов развития событий, чтобы в один краткий миг я выбрал наиболее правильный. Своим следующим прикосновением я мог бы пережать ей сонные артерии или одним точным ударом сломать горло, но я не хочу этого делать... Вместо этого я аккуратно отодвигаю нижний край ее маски, так, чтобы можно было увидеть губы... В воздухе повисает напряжение. Она мягкая, по-домашнему тёплая, даже несмотря на все произошедшее, и почти невесомая.
- Для галлюцинации ты очень даже красивая... Девушка-Паук.
Я целую ее быстро, жадно и совсем не нежно, словно бы опасаясь того, что она может исчезнуть в любой миг. Это длится ровно один миг, после чего я резко отталкиваю ее от себя. Женщины. Мое, впрочем не только мое слабое место. Никогда бы не подумал, что самые глубокие и самые болезненные раны могут быть нанесены не оружием, а словами. Все. конец истории о двух Пауках. Больше мне тут совершенно нечего делать - скоро приедут копы, а здесь они, точно такие же как и в моем родном мире - въедливые и дотошные, когда их драгоценным задницам ничего не угрожает и вся грязная работа уже выполнена за них. Не люблю вопросы, на которые точно не стану давать ответов. Что остается? Правильно, собрать парочку уцелевших трофеев и отправиться домой, в мою нору, зализывать раны и отдыхать, сидя на подоконнике и смотря на звезды. Я точно заберу это прекрасное орудие моего праведного гнева с собой - нечего такому шедевру оружейной мысли пылиться на складе полицейских вещдоков среди занюханных ломиков и отмычек. Я иду не оборачиваясь - да и ради кого мне оборачиваться? Чертовы герои. Чертова несправедливость. Чертов мир.
Чувствуешь вкус своей победы, Питер? Нет? А все потому, что победа твоя пиррова! Ты проиграл девчонке, Паук, хоть и выиграл у меня.
А если бы ты сегодня и победил, бес, то твоя победа была бы очень дешевой.
Сволочь ты, Паук.
Ага, я такой. Всегда к твоим услугам, дьявол-захребетник!

Отредактировано P. Parker (2018-07-02 17:00:42)

+2

17

Ауч, как же подло и бестактно вот так вот заявлять девушке…что она хреново шутит. Она и без него в курсе своих неудач с каламбурами, но только так удаётся справляться со стрессом, страхом и ещё кучей других сопутствующих, когда тебя пытаются взорвать, разорвать, утопить, короче - убить. Нормальные у неё шутки для импровизатора самоучки. Сфокусироваться, надо не отвлекаться на глупости, чтобы не упустить что-то важное. Глядя на изменения в его лице, на то, как он пытается вытряхнуть из ушей услышанное, пока оно не добралось до сознания, пока стена из неровной кладки злобы не дала маленькую, но всё же, трещинку. Её слова вызвали цепную реакцию? Хорошо, но это лишь лёгкий аперитив, впереди ещё очень много блюд: головомойка под горьковатым соусом из свеженьких наставлений, выговоры с вздрючкой на гарнир, нравоучения восемнадцатилетней выдержки с лёгкими нотками морали. Раз дядюшка не привил Паркеру ответственность, то именно с этого Гвен и начнёт – нельзя нарушать каноны – или пойдёт по своей собственной ясельной программе, которую ещё составить надо. Нет, вываливать на него целую кучу всего и сразу никто не будет, а методично, по ложечке запихивать парню одно блюдо за другим в рот. Разжевывая, позволяя переварить, а потом вновь пригласить к столу или организовать доставку. Она не собирается лепить из него идеального героя, каких описывают в сказках, Гвен не нужна точная копия дружелюбного соседа. Пусть предпочитает мрачный чёрный цвет пёстрому, пусть будет угрюмым молчуном, пусть прыгает по крышам в гордом одиночестве, может даже оставить свои пистолеты при себе для бутафории и устрашения. Но только пусть сердобольность ярко зажжется в нём и разрушит ту самую стену с маленькой трещинкой. Ей будет этого достаточно и она будет рядом, если ему понадобится, чтобы кто-то помог подняться на ноги после лавины ненависти уже не к миру, а к себе. 
На его шаг навстречу, Стейси отвечает стойкостью не двинуться с места, на другой шаг расправляет плечи. Ей не страшно, она отдавала себе отчёт в том, что ворошит осиное гнездо и разок, а может быть и больше, но напорется на жало. Кто сейчас у штурвала: мистер Хайд или доктор Джекил? Чем он собирается сейчас контр-аргументировать, угрозой попытается отговорить от этой затеи? Нет, Питер, она уже решила и будет верна своим словам. Тряханёт за плечи, чтобы вытрясти из её головы эти мысли о перевоспитании? Бесполезно, это желание зародилось в сердце и уже успело через кровоток проникнуть в каждую клеточку её тела. Напугать, нависая над ней страшным серым волком, прорычит чтобы она убиралась к чертям? Она не зажмурится, пусть и очень хочется и звонко сообщит о том, что ей не нужно его разрешение. Смело смотреть ему в глаза, ни шагу назад, Пауку не пошатнуть её, Стейси не имеет никакого права дать задний ход.
Куда потянулись его руки? К шее в желании задушить её стальной хваткой? Нет. Маска. Какое ему дело до того, как сегодня выглядит его самопровозглашённая совесть, её лицо не даст ему каких-то эмоций, как давало ей его, во взгляде девушки он не отыщет и тени сомнения или что за песчинку хочет углядеть этот окулист. А ему оказалось и неинтересен вовсе цвет этих самых глаз. Короткий поцелуй, нагло украденный, своеобразный, не вписывающийся в общую картину, проносящий дисгармонию и…столько девичьего возмущения и в равной степени чего-то смирённого. Хорошо, раз сейчас Паркеру нужно это…он оттолкнул её, будто прокаженную,  до того момента, когда они превратились бы в двух актёров старенького чёрно-белого фильма 50х, в котором есть прожженный жизнью детектив-пьяница и «куколка» для заднего фона, а в конце они обязательно целуются, экран затухает и ярко вспыхивает «THE END».
Что это только что было? Попытка завершить вечер на более приятной ноте, чем та словесная перепалка, произошедшая между ними ранее, или желание вскружить девичью голову, выбивая её из колеи? В двадцатом веке так принято прощаться или это было то самое разрешение, которое ей было не нужно, на изучение этого Питера Паркера? Пожалуй, Стейси выберет необходимый ей вариант сама, но позже и к следующей их встрече уже будет точно знать, как следует реагировать на подобные ошеломляющие выходки. В конце концов это не последняя страница истории приключений их неслаженного, негармоничного, безумного тандема, нет, всего лишь пролог, а впереди ждёт ещё очень много глав. Возвращение этого жилета, например, или любая другая встреча, которая обязательно состоится – город только кажется большим, а Гвендолин верна своим обещаниям.
В завтрашней газете сообщат, что одного из офицеров, которые прибыли на вызов в это полуразрушенный сарай, повысили до детектива. Молодец, прикрыл наркопритон, быстро распутал клубок из убийств – элементарная делёжка прибыли – уцелевшие бандиты покивали головой и подписали всё, что угодно. В тюрьме им сейчас было гораздо более безопасно, чем в городе. В газетных некрологах того же дня не появится ни одного имени, которое хоть что-то значило для общественности, но было важно для Гвен. Завтра, это будет завтра, а сейчас...пора сменить этот бронижилет обратно на толстовку.
Плохое завершение концерта, а может наоборот, лучшее из всех возможных вариантов? Время покажет.

Отредактировано Gwen Stacy (2018-07-03 01:27:57)

+2


Вы здесь » Marvelbreak » Отыгранное » [20.11.2016] First we gonna rock, then we gonna roll


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно