ОБЪЯВЛЕНИЯ
АВАТАРИЗАЦИЯ
ПОИСК СОИГРОКОВ
Таймлайн
ОТСУТСТВИЕ / УХОД
ВОПРОСЫ К АДМИНАМ
В игре: Мидгард вновь обрел свободу от "инопланетных захватчиков"! Асов сейчас занимает другое: участившееся появление симбиотов и заговор, зреющий в Золотом дворце...

Marvelbreak

Объявление

мувиверс    |    NC-17    |    эпизоды    |     06.2017 - 08.2017

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Marvelbreak » Отыгранное » [апрель 1995] I write sins not tragedies


[апрель 1995] I write sins not tragedies

Сообщений 1 страница 30 из 31

1

I WRITE SINS NOT TRAGEDIES
http://forumstatic.ru/files/0018/aa/28/36613.png

https://pp.userapi.com/c831309/v831309713/120b60/EVk6BL93ue4.jpg
Hogun | Clint Bartonhttp://forumstatic.ru/files/0018/aa/28/36613.png
Макбетовым призракам зябко. Город застрял в прохладном апреле. Гремит гул оркестра за красным форгангом, царит магия приготовлений. Занавес поднимается...

ВРЕМЯ
апрель 1995

МЕСТО
цирк в одном американском городке

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЯ
clowns, drugs, crime, a lot of beautiful men

[AVA]http://s9.uploads.ru/OCDtm.jpg[/AVA]

Отредактировано Hogun (2018-06-21 20:47:43)

+1

2

Передвижной цирк прибыл на окраину города поздним вечером, поэтому это радостное для горожан событие прошло тихо и незаметно. Потом всю ночь цирковые носились с металлическими конструкциями и тканью, сооружая шатер для выступлений, расставляли машины и фургоны, мелкие пацаны бегали по городу, расклеивая афиши. Словом, никакого отдыха, одна сплошная работа...
Но Клинт привык и не жаловался. Наоборот, ему нравилась такая жизнь, постоянно в пути, постоянно что-нибудь происходит, новые места, новые люди. Цирк стал для него и Барни семьей, домом, работой, тяжким трудом и местом, где тебя всегда ждут. После репетиций можно было расслабиться в компании, после окончания представления прогуляться в очередной городишко, где они остановились в этот раз. Провинциалы любят циркачей.

Утром горожане увидели разноцветный купол, возвышающийся на поляне, и яркие красочные афиши, обещающие нереальное представление с акробатами, клоунами, дикими зверями и прочим, не менее увлекательным. Их цирк потому и гастролировал по небольшим городкам, там публика неизбалованная и неискушенная, на представления валом валит, причем не по одному разу.
Вечером началось шоу. На входе конферансье жизнерадостно приветствовал гостей и проверял билеты. В полутемном огромном шатре стояли скамьи для зрителей, витал непередаваемый запах цирка. Пока люди рассаживались, а артисты готовились к выступлению, за кулисами царила сдержанная суета.
Первыми выступали жонглеры, восхищенная публика аплодировала ловкости и зрелищности. Потом зал слегка притих, потому что вышла воздушная гимнастка, очаровательная юная девушка в полупрозрачном наряде. Ей долго хлопали и свистели и не хотели отпускать. Следующим шел один из номеров Бартона. Он выступал в ковбойском наряде, сначала накидывая лассо на "дикого мустанга" (в роли которого был вороной красавец арабских кровей), потом, уже сидя в седле, с двух рук стрелял по расставленным по арене мишеням, лопая шарики с краской. Краска эффектно разбрызгивалась, детишки визжали, родители хлопали.
Отдышавшись за время выступления фокусников и силачей, Клинт переоделся и загримировался в клоуна. Ему предстояло сыграть неуклюжего недотепу с луком в руках, который якобы не умеет стрелять от слова совсем, но при этом почему-то  попадает в цель.
Клоун вышел на свет софитов, покачиваясь и недоуменно разглядывая лук и стрелы. Запнулся, нелепо взмахивая руками, вызвав хохот. Натянул тетиву, покачал головой, вспомнив, что надо наложить стрелу. Снова натянул тетиву и выстрелил, едва попав в край мишени. Зрители засвистели и затопали ногами. Клоун развел руками и снова выстрелил, стрела вонзилась точно в центр красных кругов. Следующая ушла в молоко, еще одна попала в шляпу конферансье, и под хохот зрителей мужчина с руганью погонял клоуна по арене. Конечно, никакого риска для Поля не было, Клинт никогда не промахивался. А в "десятку" не попадал специально, чтобы зрители не потеряли интерес.

+2

3

Среди увлеченной ликующей толпы на все это взирали двое: суровый мужчина и совсем еще мальчик с живыми улыбающимися глазами - два, казалось бы, несовместимых характера, находящихся на противоположных полюсах. Но вместе как один, целое.
Оба, несомненно, чужестранцы - здесь бы их назвали выходцами из азиатских земель, славящихся драконами и солнцеликими хризантемами, изогнутыми крышами и театрализированными танцами с веерами. Могло почудиться, что они говорят друг с другом на заклинательном языке, до того не похожа на обычную была их речь. На плечах лежали капюшоны длинных макабрических пальто; в темно-зеленой, как ликер-шартрез, гуще глаз отражалось сияние софитов.

- Ты видел, брат, он попал прямо в шляпу, - мальчишка захлопал в ладоши, не отрывая горящего взора от клоуна.
В Митгарде Афефе был впервые, и его здесь зачаровывало абсолютно все. От часовен со скелетами в тенетах на вершинах башен до сливочных сладостей, от звука волынки до шерстяных гетр, которые он выпросил и теперь носил с особой детской гордостью. И конечно же, были вещи, вызывающие у юного мага много вопросов: он искренне не понимал, почему совы, которых они видели на площади, не могут улететь в небо, а сидят, как прикованные, на плечах их хозяев, почему сильные - голые мускулы - лошади с отвращением, но согласием тянут телеги, почему в канавах лежат голуби, передавленные колесами тяжелых железных машин, в конце концов, почему абсолютно никто не слышит, как цветам тесно на клумбах и душно среди городской пыли.
У Хогуна ответов на эти вопросы не было, а если и были, то он отмалчивался. Просто сопровождал в пути, а потом увидел огромную палатку цирка на фоне яшмовой панорамы елового леса. Так они здесь и оказались.

… Люди вновь оживились. Стало понятно, что пришла пора entracte. Продавец мороженого зазывал разноцветными шариками пломбира и воздушной сахарной ватой, и суровый старший брат сдался, не смог устоять перед изломанным, жалостливым, как у пьеро с цирковых афиш, взглядом Афефе, который любого бы смутил в эту минуту. Это в Ванахейме он был учеником чародеев-витки, а здесь - простым ребенком, и желания у него были самыми незатейливыми. Так что уже скоро Хогун теснился среди гудящей толпы ребятишек и их мамаш, дожидавшихся своей очереди за лакомством, даже не догадываясь, что в это время его младший брат пересекает укрытую полумраком, готовящуюся к следующему номеру арену и исчезает за занавесом с багровыми кисточками. Кто из детей не мечтал туда заглянуть? Разница между Афефе и митгардскими ребятами была лишь в том, что юный маг не знал запретных дорог и с непререкаемой дозволенностью проникал всюду. Да и что значат выдуманные людьми правила и запреты для существа, знавшего премного и свыше того о могучих силах, движущих светила?

Раздался истошный женский вопль, которым можно было не то что с легкостью заменить пожарную сирену, но и разбудить задремавшего на ватных облаках господа бога, в которого верили некоторые из местных. Крик был такой невероятной силы, что каждый понял - случилось что-то роковое. Кто-то даже бросился к выходу.
Источник крика объявился очень скоро - это была одна из служащих, что в панике и с вытаращенными глазами искала помощи:
- Помогите! Тигры вышли из клеток! У них ребенок! Там ребенок![AVA]http://s9.uploads.ru/OCDtm.jpg[/AVA]

Отредактировано Hogun (2018-06-21 20:46:55)

+2

4

После общего поклона, на который из-за усталости Клинт и рад был бы не выходить, да конферансье не позволил бы отлынивать, клоун постарался побыстрее улизнуть к себе в гримерку. "К себе" это, конечно, слишком громко было сказано. Они делили этот вагончик на четверых. Братья Бартоны и еще два молодых гимнаста. Жили дружно, потому что выбора не было. Попробуй поругайся с соседями, когда знаешь, что никто никого переселять не будет. Впрочем, Барни и Клинту после детского приюта с комнатой на пятнадцать человек их вагончик казался тихим раем. Оба гимнаста уже наверняка подцепили по девчонке и вернутся только под утро. Старший брат тоже уже ушел, куда, неизвестно, но Клинт подозревал, что выпить в каком-нибудь баре. На выступлении было много зрителей, так что директор должен был быть щедрым. Лучника в силу молодости не интересовала выпивка, а девушку можно и из своих найти, если понадобится.
Сейчас Бартон тихо радовался, что остался один. После огней арены и аплодисментов приятно было посидеть в тишине. Он неспеша водил по лицу куском марли, стирая стойкий грим. На коже оставались белые разводы, превращая лицо в забавную маску. Клинт успел переодеться в драные джинсы и клетчатую рубашку, которая была ему явно велика, и кроссовки, с наслаждением сбросив жутко неудобные клоунские ботинки, даже ходить в которых, не запинаясь, было трудно, а ведь нужно было бегать.
Внезапно со стороны большого шатра раздался женский крик. Клинт дернулся, уронил марлю и, как был, с разводами на лице, бросился на улицу, посмотреть, что случилось. Взаимовыручка в бродячем цирке это залог выживания. Тут не до раздумий. Выбежав из вагончика, Бартон побежал на крик. Так и есть, униформист после номера плохо запер вольер, и тигр, которому дрессировщик дал очень "оригинальное" имя Раджа, конечно, самый злобный и неуправляемый из всех, выбрался на свободу. И что было страшнее всего, на пути разозленного хищника стоял какой-то мальчишка в незнакомой одежде.
Клинт рванул к коновязи. Только одно живое существо могло напугать Раджу. Их старый тяжеловоз Голиаф, от чьих копыт тигр уже пострадал. Отвязав лошадь, лучник погладил потянувшуюся к нему морду.
- Давай, Голиаф, пойдем!
Он развернул тяжеловоза и повел за собой. С лошадьми он всегда хорошо ладил, они его любили и слушались. Лишь бы успеть! Раджа уже был на середине свободного пространства, Голиаф увидел врага и заржал. Тигр прижал уши.
Бартон потянул повод, чтобы конь встал хвостом и устрашающими задними копытами к Радже, и протянул руку к перепуганному мальчишке-азиату.
- Эй, парень, сюда иди! Только медленно. Давай, давай!

+2

5

Вот только тот, кажется, не торопился быть спасенным: зеленые глаза ребенка внимательно и очень серьезно посмотрели на Клинта, потом мальчишка сделал шаг назад, становясь рядом с опасным хищником и запуская тонкую руку тому на загривок. От этого прикосновения большой зверь замурлыкал как домашний кот, а досыта удовлетворившись лаской, лег у ног чужеземца.
Ни присутствие Голиафа, ни голос Бартона зверюгу больше не смущали, он словно грелся на припеке, жмурился, топорщил усы и урчал, как если бы отдыхал во влажных зарослях своей родины, успокоенный безмолвием нагорной высоты.
Когти огромных лап то втягивались от удовольствия, то снова демонстрировали свой острый блеск, и иногда огромный лоб утыкался ребенку в ногу. Мальчик и зверь, тигр Раджа и его маленький султан, словно сошедшие с древних, всеми забытых персидских фресок. Не хватало лишь обломков храмовых камней и обрывков пестрых одежд на фоне.

- Не сердись на него, это я виноват, - азиат улыбнулся немного загадочно, но тут же предпочел пояснить, чтобы никакой загадки не осталось. - Здесь он совсем нерадостен и очень печален. Я хотел отпустить его домой.
Он мельком посмотрел на коня, который, похоже, немного притомился в руках своего коневода, и, перебросив ногу через отдыхающую кошку, оказался на ее полосатой спине. Тигр и ухом не повел. Только как будто вздохнул, подтверждая слова  спасителя и вмещая в этот вздох всю тяжесть своей судьбы. В отличии от многих других цирковых зверей он родился в джунглях, и все еще хорошо помнил этот дурманящий аромат свободы, расцвеченных кровью косулей равнин, воздуха ночного неба с висящим диском строго-черной луны. 

Афефе ободряюще похлопал животное по плечу и снова с улыбкой посмотрел на Бартона.
- Я узнал тебя. Это ты попал в шляпу. Хорошее было представление.
Мальчик собирался продолжить и, видимо, намеревался представиться, как вдруг огненно-рыжая кошка под ним вскочила на ноги, заслышав приближающийся топот шагов. Сюда бежало человек десять, не меньше. Может быть, даже вооруженных, чем придется - служащая успела наделать много шума и в самых ярких красках рассказать о том, как хищник пленил мальчонку и отобедал его конечностями.
Маленький наездник нахмурился. Его лицо и так было бледным, цвета пергамента антикварной книги, а сейчас стало еще бледнее. Но взгляд полнился решительной силой - с такой цветок пробивает себе путь из тьмы бесплодной земли, - чужой силы, нездешней, той, что не встречается в глазах ни отважных каскадеров, летающих через огненные кольца, ни отчаянных канатоходцев, срывающих охи зрителей под куполом.
В общем, не встречается среди людей.
И вся эта сила обрушилась на Клинта, когда мальчишка посмотрел на него:
- Ты можешь задержать их? Пожалуйста, помоги мне освободить его.[AVA]http://sa.uploads.ru/jreRJ.gif[/AVA][NIC]Афефе[/NIC][STA]Маг Ванахейма[/STA]

Отредактировано Hogun (2018-06-21 20:41:42)

+2

6

Разрыв шаблона. Раньше Клинт слышал это выражение, но не мог понять, что оно означает. И вот, пожалуйста, продемонстрировали во всей красе.
Вместо того, чтобы бежать в ужасе или парализованным застыть на месте, мальчишка почесал тигра, как домашнего кота. Циркач почувствовал острое желание проморгаться или проснуться, хотя зрение его явно не подводило. Да, злобный Раджа, которого боялся и сам дрессировщик, терся о ногу ребенка и не помышлял о нападении.
А мальчишка решил Бартона добить.
- Ты виноват, - тупо повторил чужие слова стрелок. Кажется, сейчас он был близок к тому, чтобы упасть в позорный обморок, как никогда раньше.
Голиаф, почувствовав его состояние, мягко ткнулся мордой в грудь. Клинт ласково погладил его между глаз и встряхнулся. Что он в самом деле? Ну, мальчик, ну, тигр. Подружились, с кем не бывает. Мысль о том, что ни с кем не бывает, была решительно отметена.
- Я случайно, - немедленно заулыбался польщенный циркач в ответ на комплимент.
Азиат и вовсе оседлал Раджу, на что тигр даже не возмутился. Вот бы этого мальчишку в труппу, они бы такие сборы срывали! "Хрупкий ребенок и страшный хищник, невероятная дружба!" написали бы на афише. А, кстати, ребенок-то это чей? Почему его до сих пор не хватились родные? Не один же он сюда пришел, его бы не пустили на представление без взрослого.
Тигр вскочил, и Бартон невольно отшатнулся назад. Посмотрел на мальчика и пропал. Таких глаз он не видел ни у кого, и, наверное, не хотел бы видеть снова. Неведомая сила заставила сделать несколько шагов вперед.
- Могу, - согласился, забыв про страх, присаживаясь на корточки перед Раджой и мальчиком. В серо-голубых глазах циркача таилась так же тяга к свободе, что и у полосатого хищника, но еще не совсем осознанная. Птица, которую еще никто пока не называл Ястребом, только готовилась расправить крылья. - Но ты обречешь его на смерть. Подумай, даже если ему удастся добраться до леса, за ним будут охотиться все рейнджеры округи. А если он уйдет от них, умрет от голода. Он забыл, как охотиться, ведь его давно уже кормят люди.

+2

7

- Он не забыл, - вроде бы маленький незнакомец говорил в голос, но тот почему-то звучал странным, проникновенным шепотом, гулко отзывался в голове, как звон кампанилы в Пенсивальнии, что разгоняет сон на рассвете каждый год, напоминая о наступлении Дня Независимости.
Перед ним был ребенок, бесспорно. Но смотрел он как человек, проживший много тысяч лет. Как человек, хорошо знавший того (здесь его зовут христианским Богом), кто держит человечество на своей длани. И могло почудиться, что из его уст идет голос Мира, древний, выходящий из глубокой ласковой темноты вечности.
- Это невозможно забыть. Никто не может изменить или забыть свою природу, но может идти на бой ради ее торжества. И ты тоже...

Он не договорил. Топот ног снаружи пронесся мимо, словно брошенный по неверному следу зверь, и уже через мгновение дверь приоткрылась. На пороге возникла фигура невысокого мужчины. На вид он был миролюбив, но очень суров. Лицо его ничего не выражало, но сразу становилось понятно, что перед Клинтом стоит человек, который знает, что такое честь, уважение и достоинство. Бывает, что люди кажутся вялыми, норовят прислониться к стене, развязно отставить локоть, бросить в сторону дурной взгляд, но этот держался как натянутая тетива лука, сдерживающая свирепую силу. Никакой кусок металла, никакая шуршащая банкнота не могла бы подкупить этого господина. Если Бартон смотрел фильмы про самураев, то уже бился бы об заклад, что это один из них - отвергнувший жизнь среди мирской славы, потерявший хозяина ронин, которому ничего не остается, как хранить преданность багровому солнцу. А может, это какой-нибудь благородный якудза - они-то вроде, говорят, еще живы.
Впрочем, господину при ближайшем рассмотрении нельзя было дать и тридцати лет. Моложавый, азиатской внешности. Постояв в дверях, он спокойно двинулся навстречу Клинту и, поравнявшись, убрал руки в глубокие карманы пальто. Лишь этот жест выражал, как сильно он не доволен происходящим.
- Меня зовут Хогун. Извини, если причинили неудобства. Я пришел, чтобы забрать своего брата.

Пришельцы переглянулись. Младший, что все еще сидел верхом на Радже, отвел взгляд, превратившись в провинившегося ребенка, спрыгнул вниз и погладил зверя меж вздрагивающих, словно прислушивающихся ушей. Тигр, похоже, поняв, что джунгли, полные дичи, лиан, зеленых дубрав и древних затерянных храмов, накрылись медным тазом, тоже понуро опустил голову - нашкодивший котенок, не иначе.
- Я вернусь за тобой, обещаю, - сказал Афефе и повел его к клеткам, туда, откуда и выпустил.

Проводив мальчика по-прежнему ничего не выражающим взглядом, Хогун обратился к новому знакомому, циркачу:
- Скоро сюда придут. Пока все не утихнет, можешь нас отвести в безопасное место? Взамен я расскажу тебе, кто мы и откуда. Мы не желали дурного. Афефе, мой брат, не знает ваших правил.[AVA]http://s9.uploads.ru/OCDtm.jpg[/AVA]

Отредактировано Hogun (2018-06-21 20:44:16)

+2

8

Чем дальше, тем страннее становилось. Будто все глубже проваливался в какой-то сон. Может, он и правда заснул в себя в вагончике, едва добравшись до кровати? И спит теперь, и ему снится, что ребенок гладит тигра, что говорит с мудростью, недоступной его возрасту. Да что там, не каждому взрослому доступной.
Но топот ног был вполне реальным. Клинт встряхнулся и оглянулся удивленно на мужчину. Чем-то незнакомец напоминал ему героя фильма, и сразу было ясно, что мальчик и мужчина родственники. У них была общая манера держаться, движения, глаза. Завораживающее ощущение скрытой силы, похожей на ту, что охватывает, когда берешься за рукоять меча, чтобы вытащить оружие из ножен. Эти двое были кем угодно, только не людьми.
В приюте особо книг не читали, да и в цирке было некогда этим заниматься. Но все же стрелку иногда удавалось выпросить книгу у кого-нибудь из труппы. Чаще всего попадалась фантастика, Клинту очень нравилось читать про другие миры и перед сном представлять, что однажды он встретит каких-нибудь (желательно дружественно настроенных) пришельцев. И вот, похоже, они стояли перед ним.
- Я Клинт, - вежливо представился лучник.
В присутствии Хогуна мальчик снова стал выглядеть как мальчик, а не пугающе взрослым. Раджа был так разочарован, что Бартону стало его очень жаль. Но все равно он считал, что плохая жизнь лучше хорошей смерти. Плохую жизнь еще можно попытаться изменить. Смерть уже ничто не изменит.
- Могу, да, - покивал циркач, глаза которого уже горели предвкушением вопросов, вертящихся на языке. - А вы пришельцы? А зачем вы здесь?
Все же он тоже был еще по сути мальчишкой, любопытным, непоседливым. И вдруг в руки сама пришла тайна. Конечно, он ее, эту тайну, спрячет, чтобы не отобрали, даже не дав распробовать как следует.

Лучник привел Хогуна и Афефе к себе в вагончик. За спиной раздавались удивленные возгласы, что все тигры на месте, и ругань. Бедной женщине достанется за то, что напрасно подняла панику.
- Соседей не будет до утра. Можете отсидеться здесь, - Клинт улыбнулся смущенно. Вещи, конечно, не валялись где попало, тут уж каждый за собой следил, но кое-где на полках была пыль, и пол не слишком чистый. - Простите, мы гостей не ждали.

+2

9

Прошло немало времени, прежде чем Хогун заговорил и, как было обещано, рассказал пареньку о мире, из которого они явились. Оглядев помещение все тем же бесстрастным взглядом, он вернулся к двери вагона, словно разглядывал, что происходило сейчас снаружи, пытался понять, много ли шума наделало их присутствие.
Рассказ его не был столь красочным, как того, возможно, хотелось Бартону. Немногословный знакомый упомянул о неком дереве Игграсиль и великане Имире, из которого якобы был создан и мир Клинта - говорил он серьезно, был скуп на пояснения и совершенно не интересовался познаниями собеседника.
- Мы не пришельцы, - его младший брат по-мальчишески и снисходительно улыбался, глядя на циркача так, словно беспокоился, что услышанное станет для него непосильной ношей. - Здесь нас называют расой богов, наш мир - Ванахейм, изумрудная обитель, где много вечно-зеленых лесов, красивых садов, сонных аллей, а под каждым кустом дышит тайна.
В этот момент и Хогун воззрился на Бартона своими темными, ничего не выражающими глазами.
- Ты когда-нибудь слышал о Девяти мирах?

Дальше Бартону предстояло услышать историю о сотворении этих самых миров, которую знал каждый, кто интересовался скандинавской мифологией. Рассказывал ее, конечно же, Афефе. Старший молчал, просто смотрел и лишь иногда коротко кивал как бы в подтверждение прозвучавших слов. Непосвященный слушатель решил бы, что все это - в лучшем случае - выдумка или фантазия ребенка. Одна из тех удивительных историй, в которой драконы умеют говорить человеческим голосом, стрекозы перевозят на своих спинках цветочную пыльцу, пчелы засыпают под колыбельные напевы вьюг. Но кем бы ни были эти двое - сказочниками или выжившими из ума - они верили в то, о чем говорили.
- Мы могли бы взять тебя с собой, и ты увидел бы Ванахейм своими глазами, - Афефе изобразил на лице радостное ликование. - Правда ведь, Хогун?
Тот был хмур и отозвался с присущим им здравомыслием:
- На это никто не давал согласия.
- Но и не запрещал.
Мнения братьев разделились. Было очевидно, что старший и молчаливый был против того, чтобы первый встречный человек из Митгарда отправился в Зеленое Царство. Брошенный на Бартона сдержанный, суровый взгляд, в котором тепла и дружелюбия было не больше, чем в исландском фьорде зимним утром, только подтверждал это.

Только Афефе не унимался. Иногда поздней весной, в мае, с земли веяло сладостной мятой, по которой, напоив, прошуршал дождь - именно такого цвета сейчас были его глаза.
- А ты, Клинт? Ты выступаешь в цирке и живешь в этом месте?

[AVA]http://s9.uploads.ru/OCDtm.jpg[/AVA]

+2

10

Уступив гостям располагаться на застеленных кроватях и устроившись на стуле, поджав под себя одну ногу, Клинт приготовился слушать. Но поначалу это не очень походило на заманчивую сказку. Скупые фразы, скорее подходящие для, может быть, полицейского протокола, но никак не на описание разных миров. Впечатление несколько сглаживал веселый взгляд Афефе, но циркач все равно чувствовал себя так, будто его обманули.
- Нет, никогда не слышал, - для убедительности Бартон мотнул головой.
Откуда бы ему, малообразованному циркачу, менявшему по три-четрые школы в год, знать про какие-то там Деревья и Миры. Вроде что-то такое очень смутно припоминалось, про скандинавскую мифологию. Или греческую? Да кто в них, в богах этих разберется...
Дальше пошло поинтереснее. Лучник даже забыл про усталость, с широко раскрытыми глазами внимая рассказу младшего из гостей. Афефе, в отличие от Хогуна, добавлял подробности и прочие витьеватости, благодаря которым слушателю не надоедало. Клинт как наяву видел, ну, насколько позволяло воображение, все эти миры. Раскаленное пекло, вечные льды, зеленые леса. Хорошо бы там побывать, самому посмотреть.
И словно ответ на эти мысли - предложение Афефе. Но, разумеется, просто ничего не бывает. И старший из "пришельцев" против его визита. Хотя, Клинт тут же решил, что это несправедливо. Ведь им, из их Ванахейма, можно приходить сюда, почему ему нельзя туда?
- Ничего, - грустно взглянув в глаза Хогуна и опустив голову, тихо протянул Бартон. - Я понимаю...
На всех встреченных взрослых эта тактика действовала идеально. Любой, увидев грустные ясные глаза, начинал ощущать себя не в своей тарелке и тут же разрешал все, что хотелось Клинту. Молодой циркач вообще врал, как дышал. И манипулировать взрослыми учился с детства, чтобы избежать побоев отца, чтобы получить лучший кусок у поварихи в приюте, чтобы избежать наказания. Он никогда не подставлял других и не сваливал на них свою вину, как это делал Барни, но искренне считал, что честность это не всегда уместно.
- Выступаю, да, - пожал плечами лучник. - Пока в этом месте живу, потом переедет цирк, буду жить в другом, мы же по всей стране мотаемся. Потом, если прославлюсь, получу личный вагончик.
Если задуматься, звучало невесело. Не такой жизни хотел бы себе циркач. Но пока еще ему только начинало приходить в голову, что что-то можно изменить.

+2

11

Эффект жалобного взгляда, в котором так поднаторел Бартон, на Хогуна не подействовал - мужчина остался непреклонен и невозмутим, вновь отвернул лицо в сторону двери и задумчиво уставился на видневшийся отсюда шатер цирка. По всей видимости, он уже планировал их отход, а история жизни циркового паренька его вовсе не интересовала. Это Афефе любил подбирать несчастных животных, выпавших слетков и подбитых ворон, ну а его старший брат полагался на мудрость природы и мироздания, что рано или поздно все расставит по местам. Если у тебя хватит духа и мужества, то пробьешь дорогу куда угодно - хоть сквозь гору, хоть через океан. Если же слаб и раздроблен, значит, время еще не пришло...

... Темнело очень быстро. Разговоры, особенно разговоры с незнакомцами - лучший способ скоротать время. Судя по тишине снаружи, в которую иногда вкрадывались лишь голоса идущих в сторону расположившегося в отдельном шатре бара, вечернее представление сегодня не намечалось. Отсвет красного, заходящего солнца смешался с темной синевой неба, приятно радуя уставший за день от пестрых костюмов и праздничных конфетти взгляд.
Афефе дремал на любезно предоставленной хозяином вагончика постели, которую успел разворошить ногами и руками, превратив в подобие птичьего гнезда, потому что ему снилось что-то захватывающее. Его брат скупо рассказывал о Девяти Мирах, ибо ничего другого ему не оставалось, а будить мальчика не хотелось, да и циркач был неназойлив, вежлив, и в целом, успел ему понравиться.
В небольшом окне, наполовину завешенном старой занавеской, он увидел, как какая-то девица с пышной грудью выходит из бара, держа под руку кавалера с франтоватой походкой. Голубки тут же юркнули в закуток, и луч света очень скоро высветил женские оттопыренные бедра с задранной юбкой.
Темные брови азиата поднялись вверх от сдержанного любопытства.
- В вашем мире мужчины посещают места, где можно выпить и отдохнуть с женщинами, - некоторые слова Хогун выделял как иностранец, делая паузу. - Ты помог нам. Я не могу отвести тебя в свой мир, и чувствую вину за это. Поэтому хочу поблагодарить и предложить "выпить", так у вас говорят? У меня есть немного ваших денег.
Он вытащил из кармана пальто несколько крупных банкнот, явно не предавая им ценности, да в придачу и не понимая, что здесь ради этих бумажек готовы на все. Здесь все вокруг них и крутится. В общем-то, деньги здесь давно заменили солнце и звезды, радость первого полета стрелы, объятия дождя и дыхание любви. Они, эти смертные, говорят, что работают ради любимых, забывая о любимых на своих изнуряющих каменоломнях. Они приходят домой, уже не в силах протянуть ласковую руку тем, ради кого пытаются служить.
Если Бартон смотрел внимательно, он бы понял, что мужчина рядом с ним никогда не знал рабства денег.
- Пусть Афефе спит. Пойдем? В Ванахейме говорят, вечер – это не конец дня, а начало. [AVA]http://s9.uploads.ru/OCDtm.jpg[/AVA]

+2

12

Фокус со взглядом не удался, но Бартон не отчаивался. Возможно, младший брат сумеет убедить старшего. Отодвинувшись к краю, чтобы дать мальчику место нормально лечь, циркач вздохнул. Вот если бы Барни был для него таким же заботливым братом... Но Бартон-старший не очень-то старался. В приюте он частенько подставлял младшего под удар, а порой и сам был зачинщиком травли. Ну, зато Клинт быстро научился драться и не отступать перед явным преимуществом и численным превосходством противников. Заодно и форму физическую поддерживал, что в труппе пригодилось. Ведь у него свои номера были еще короткими, проходными, вот и приходилось заменять то заболевшего акробата, то запившего дрессировщика.
Усталость после представления постепенно отступила, но лучник начал хотеть есть. Если бы не гости, он бы уже спал и не думал о еде. Но Хогун и Афефе и не думали уходить даже после того, как в цирке воцарилась тишина. А Афефе еще и уснул окончательно. Теперь точно до утра сидеть.
Впрочем, рассказы Хогуна, хоть и скупые на подробности и красивости, все равно были интересными. Не сказки, в которые слабо верится, а описание реальности. Нет, жаль, конечно, что они не пришельцы из космоса, и у них нет крутого НЛО, но чего уж жаловаться.
Получив совершенно внезапное и никак не связанное с рассказом предложение выпить, Клинт от неожиданности заморгал. А потом увидел деньги. Вот именно эта небрежность, с которой Хогун обращался с сотенными и тысячными купюрами, и убедила Бартона в нездешности, иномирности, его гостей гораздо лучше, чем все их байки. Никто на Земле, кроме разве что каких-то безнадежно отсталых племен, не станет так обращаться с деньгами.
- Вы с ума сошли? - поинтересовался севшим голосом, не отрывая жадного взгляда от бумажек.
Одной такой хватило бы на месяц неплохого существования. А их у гостя было... Циркач зажмурился и отвернулся от греха подальше, пока в голове окончательно не утвердилась мысль попытаться ограбить Хогуна. Убить их обоих, ведь никто не знает, что они здесь. Но одному не справиться, а брата звать, значит, делиться. Черт! И откуда эти "пришельцы" взялись на его голову?
- Спрячьте, пожалуйста, - тихо попросил, глядя в глаза Хогуна. - Это слишком большое искушение для меня. Вы гости, и мне не хочется думать о том, как причинить вам вред.
По какой странной прихоти в его мозгу засела мысль, что предложить гостеприимство это оберегать гостей и отдавать самое лучшее, Клинт не понимал, но некогда было заострять на этом внимание. Циркач протянул руку и отодвинул в сторону сотенную купюру.
- Этого хватит, чтобы просидеть в баре всю ночь.
О том, что он вообще-то несовершеннолетний и пить ему еще нельзя, Бартон сознательно умолчал. Ну откуда ванахеймцу (или вану? или как правильно?) об этом знать? А в баре лишь бы платили. Да и выглядел лучник достаточно взрослым.
Перед тем, как выйти на улицу, Клинт бросил на себя взгляд в зеркало и рассмеялся.
- Простите, еще минуту. Почему Вы мне не сказали, что я не стер грим?
На лице так и оставались белые разводы, ведь Бартон не успел стереть все. Пришлось теперь повозиться, отмываясь, грим засох и смываться не хотел.

+2

13

Как бы не слыша его, несколько секунд Хогун мрачно смотрел на банкноту, лежащую в раскрытой руке. Чем может искушать простая бумажка? Какой такой силой может обладать этот прямоугольный кусок обработанной древесины, чтобы люди, жители Митгарда, хотели ради нее причинять намеренное зло? Наверное, понять это мог только тот, кто прожил здесь немало лет. Нет, в Девяти мирах имеется довольно большое количество вещей с наложенными на них чарами - их эффект неприятен и даже порой смертелен. Но соревноваться с митгардскими деньгами во вредительстве им, похоже, нет смысла. 

Пока новый знакомый приводил в порядок свое лицо, ванир справлялся о сне младшего брата: укрыл мальчика цветастым, отброшенным к краю кровати покрывалом и убрал с его лица длинные черные волосы. Афефе крепко спал. А значит, его можно было оставить одного.
Потом они вышли из вагона. Убрав руки в карманы пальто, Хогун шел вперед, даже не посмотрев запер Бартон свое странное жилище или нет.

У шатра, где располагалось местное питейное заведение, царило оживление. Среди постоянных посетителей были как работники цирка, так и те, кто относился к лицам, давно променявшим уютный дом на скитальчество. Если кратко, главными прихожанами этого храма были пройдохи, женщины легкого поведения, сидящие на иглах, желтые - как листы инкунабулы -  мальчики для веселья, сутенеры, заядлые игроки, вечно находящиеся в поиске денег воришки и прочий сброд. Когда занавес заходящего солнца опускался, на свет вылезали те, для кого мир давно отвернулся - парии, неудачники и люди, кому было мило их общество. Были и другие, конечно. Но в меньшинстве.
Вход в бар сторожила стайка девиц, одетых на манер донн, испанских дворянок - кроваво-красные губы сочетались с пышными юбками того же цвета. Приметив двоих гостей, они захихикали, и принялись перешептываться, строя невинные и простодушные гримасы. За ними прятался голодный блеск глаз.
Одна все же двинулась вперед и длинными, как лебединые шеи, руками обвила Клинта:
- Эй, красавчик, я тебя уже здесь видела, правда? - она посмотрела ему через плечо и сахарно-сладко улыбнулась. - Жоржетта может сделать так, что ты и твой приятель никогда не забудете эту ночь. Что скажешь, милый?
[AVA]http://s9.uploads.ru/OCDtm.jpg[/AVA]

Отредактировано Hogun (2018-06-28 19:56:27)

+2

14

Запирать вагончик Бартон не стал. Красть особо нечего, все ценное, то есть деньги, они с братом по привычке носили с собой. Воровство в труппе было не в чести, пойманного вора запросто могли избить до полусмерти, чтобы впредь было неповадно. Опасаться стоило только чужаков, случайно забредших на территорию цирка, пользуясь атмосферой всеобщей суматохи. А Афефе не производил впечатление человека с преступными наклонностями.
Рядом с Хогуном Клинт ощущал себя как-то странно, очень спокойно и будто под защитой. Хотя, конечно, он понимал, что это не более чем иллюзия, никто не будет защищать безродного мальчишку, которого увидел впервые в жизни. Но все равно было приятно. Поэтому и согласился пойти выпить, даже если в баре опять начнется драка, может их не тронут. Интересно, а старший брат тоже может, как младший, укрощать диких зверей? Вот бы посмотреть. Но не выпускать же из-за этого тигров... Раджа и так расстроился, завтра на репетиции наверняка задаст дрессировщику перцу. А так и надо этому индюку вечно пьяному!
Внимание девиц польстило молодому циркачу, в иной обстановке он бы не преминул воспользоваться щедрым предложением, пусть и продажной, но любви. Однако, сегодня у него была другая цель. Да и зачем платить за то, что можно получить бесплатно? В их передвижном цирке нравы царили весьма свободные, и найти развлечение на одну ночь не составляло труда.
- Прости, крошка, - с виноватым видом отцепив от себя руки девушки, Бартон покосился на своего спутника. - Но сегодня я с ним, так что вам ничего не светит.
В целом, ему было глубоко плевать, насколько двусмысленно прозвучали его слова, и что подумает об этом Хогун, который, скорее всего, и не понял ничего. В нос уже ударил запах алкогольных паров и сигаретного дыма.

+2

15

[AVA]http://s9.uploads.ru/OCDtm.jpg[/AVA]Все это время молчаливый спутник, отстраненным видом напоминавший героя картин Джорджоне, что всегда занимает самый темный угол и носит черное (если Бартон, конечно, хоть немного разбирался в живописи, чтобы делать такие сравнения), следил за этим коротким диалогом. Надо сказать, следил не без интереса. Даже чуть улыбнулся краешками губ.
В Митгарде ему еще не приводилось водить дружбу со смертными. Хогун предпочитал гостить и наблюдать, воздерживался от общения, чтобы впечатления об этом мире и человеческой породе были беспримесными и как можно более беспристрастными. Как истинный пришелец, он держался в стороне. Но с пареньком-циркачом ему на какое-то время захотелось пересмотреть эту практику и даже принять участие в повседневной жизни людей: на один день превратиться в разносчика пиццы или садовника, стригущего кусты. В собеседника. В приятеля. В любовника. Провести ночь со смертной женщиной. Ввязаться в драку. Опьянеть - от любви или от местного горячительного. Хогун был воином, который никогда себе этого не позволял.

...Тучный бармен в очках в форме звезд очень обрадовался, когда ему дали волю в выборе напитка, "чего-нибудь особенного". Эта фраза подействовала на него как волшебное заклинание: из скучающего, утомленного рутиной человека мужчина превратился в живого и юркого слугу, готового исполнить любой каприз. Он двигался в разноцветных алкогольных парах как огромная жирная гусеница, но это не мешало ему колдовать над двумя бокалами с неистовым рвением. Наполнив стеклянные сосуды до краев, он воткнул в горки из колотого льда две соломинки, нанизал на стенки дольки апельсинов и одним быстрым движением отправил заказ гостям - вперед по натертой до блеска столешнице. Два стакана остановились напротив Хогуна и Клинта.
- Коктейль "Дикий оргазм". Бьет по шарам, мама не горюй, вы будете в восторге, - воскликнул бармен с гордостью, как царь, впервые являвший народу своего незаконнорожденного сына. Он, счастливый, кажется, даже притопнул. И уставился на гостей с нетерпением и озорным блеском в глазах.

В темных глазах нового знакомого Бартона был другой блеск - подозрения. Хмурый Хогун даже приподнял стакан, осторожно разглядывая его слоеное содержимое, склонил голову и понюхал.
С одной стороны, ему не хотелось нанести обиду старательному служащему, на лице которого уже начинала разыгрываться настоящая драма: он только-только пережил триумф, а гости не спешили попробовать его детище.
С другой, быть неосторожным было ему несвойственно. Вот почему мужчина, приподняв брови, посмотрел на Бартона.
- По каким шарам оно бьет?

+2

16

На всякий случай Бартон оглянулся на спутника, чтобы убедиться, что не обидел его. Но Хогун, кажется, вообще не понял, что ему сейчас приписали за ориентацию, потому и не обиделся. Самому Клинту было откровенно все равно, что о нем подумаю, также как и все равно, с кем спать. Сказывалось влияние свободных нравов труппы. А что, циркачи как моряки, "в каждом порту по жене". Большой и чистой любви можно и не дождаться, бери что есть.
Оставив разочарованных девиц ждать следующую добычу, циркач пошел за Хогунов внутрь. Он здесь уже бывал, ничего с тех пор не изменилось. Все тот же бармен за стойкой, накурено до слезящихся глаз и понурые мужики, пытающиеся найти счастье на дне стакана. Клинт как-то тоже искал, не нашел, только голова утром болела, и Барни смеялся, хотя сам страдал не меньше.

Впечатлившись тому, как Хогун несколькими словами заставил этого ленивого человека взяться за работу, Клинт притих. Он с любопытством наблюдал за порхающими руками бармена, отточенными постоянной практикой движениями и думал, так ли здорово он выглядит на арене? Или все еще осталась у него неуклюжесть и неловкость и не нужно ли работать еще усерднее, пока не появятся кровавые мозоли? Публика почти не замечает фальшь на выступлении, но сам-то Бартон ее чувствовал. Эти мысли отвлекали от навязчивого вопроса, может ли он себе позволить пить такой дорогой коктейль. Сегодня может, сегодня за него платят.
Подозрения спутника были неведомы циркачу. Улыбнувшись расстроенному бармену, Клинт сцапал бокал и сделал глоток. Алкоголь тут же обжег горло, зато в желудке стало тепло и хорошо.
- Класс! - выдохнул чуть хрипло и едва не закашлялся от неожиданного вопроса Хогуна. Но все же пояснил: - Он имел в виду, что напиток очень крепкий и моментально пьянит. И знаешь, не обманул.
В голове уже становилось приятно пусто. Много ли нужно голодному и почти не пьющему подростку?
- Простите его, он не местный, - виновато улыбнувшись, Бартон потянул Хогуна за рукав к свободному столику. - Давай сядем и я все объясню.

+2

17

Лицо нового знакомого, который уже садился за небольшой стол рядом с циркачом, прояснилось. Как будто в словах "моментально пьянит" и вовсе не было никакого предостережения, он несколькими аккуратными глотками опустошил бокал, даже не поморщился, как если бы пил зеленый чай с азиатского континента, и указал бармену на сосуд.
- Можно налить еще, и побольше. Кувшин найдется?
Тучный служащий встрепенулся, точно бойцовский петух, которому бросили вызов. Он присвистнул, задрал вверх указательный палец, которым покачал из стороны в сторону, воздавая дань уважения за такой заказ. Еще секунду назад он думал, что дело идет к своей кульминации, и гости, попробовав его чудотворный напиток, начнут понижать градус, однако, ошибся. Но тем интереснее. Работник бара был не из тех малых, что дымятся от злости, если их "гвоздь программы" не производит должного эффекта, в конце концов, клиенты щедро платят, и только это имеет значение.

Тем временем одетый в черное азиат неподвижно расположился у столика рядом с Бартоном. Спокойный, совершенно ничего не выражающий взгляд изучал собравшихся вокруг и болтающих между собой людей. Казалось, все охвачено огнем страстей - спешат, суетятся, решают проблемы. Только пришелец свободен от стремлений, бесстрастен к этому миру.
Темные глаза, смотрящие дружелюбно, будто полные сокрытых солнечных лучей, обратились на Клинта.
- Так почему ты выбрал жизнь в этом месте? Или это она выбрала тебя, а ты позволил ей себя повести? - взгляд Хогуна скользнул быстро, как лезвие топора судьбы, опускающегося на шею циркача.

В эту же секунду бармен поставил в центр стола стеклянный, предназначенный для лимонада в жаркий день кувшин, до краев наполненный самым крепким алкоголем в округе. Ночь обещала быть незабываемой.

[AVA]http://s9.uploads.ru/OCDtm.jpg[/AVA]

+2

18

Вытаращив от изумления глаза, Бартон смотрел, как Хогун пьет крепкий напиток, будто воду. Никогда такого не видел! Даже их Заклинатель огня, вынужденный часто держать во рту горючую, воспламеняющуюся смесь, и то так не мог. Круто смотрелось, в общем. Как фокус. Только циркач не понимал, как это можно было провернуть. Подменить стакан? Так откуда гостю было знать, что именно приготовит бармен? Они в сговоре? Да не похоже, вроде.
Оставив бесплотные попытки разобраться в происходящем, Клинт решил забить на все и пользоваться подвернувшимся случаем, раз уж новый знакомый не стал мелочиться. А то неизвестно, выпадет ли когда-нибудь еще подобный шанс. Вот Барни обзавидуется, когда узнает. И побьет, тут же свернули мысли на пессимистический лад.
Поежившись от неуютного взгляда Хогуна, циркач беспечно пожал плечами и сразу же потянулся к кувшину, долив в свой бокал.
- Никто меня не выбирал, - странные, непривычные формулировки вопросов ставили в тупик. - Я здесь живу, потому что так сложилось. И идти отсюда некуда.
В сущности, печальная история. Они с братом не выбирали, куда попадут после побега из приюта. Даже не задумывались о том, куда им бежать. Главное было выбраться оттуда. И они бы погибли в лесу, если бы не наткнулся на них передвижной цирк-шапито. Вот с тех пор у Бартона-младшего осталась стойкая нелюбовь к холоду и вечная тяга к еде.
Зато в труппе их приняли, рабочие руки никогда лишними не будут. К тому же у Клинта открылся талант к стрельбе и акробатике. И идти им было отсюда некуда. Родительский дом наверняка давно продан. Другой родни, кроме друг друга, у них нет...
Сделав еще несколько глотков, обжегших горло, твердо решив напиться, циркач посмотрел на собеседника.
- Ну а вы с братом, что вы здесь забыли?
Положим, он поверил рассказам Афефе. Но все равно не ясно, зачем из того прекрасного мира являться сюда.

+2

19

- Keijijou Ryuusei, - на губах Хогуна возникла улыбка, мимолетно, неожиданно, как прояснение в затяжную грозу. Хотя нет, просто могло показаться. Это снисходительно и мудро улыбались его темные глаза. - В вашем мире есть место, в котором так называют однажды посещающее человека желание уйти от дома как можно дальше. Чтобы провести сравнение. Только потеряв то, что было дорого, мы начинаем это ценить.
По всей видимости, алкоголь начинал действовать и на пришельца, иначе откуда эта пространная многословность?
- Я прихожу сюда, чтобы научиться ценить то, что имею. Представь, что существует место, где правит стройная гармония и жизнь, а виноградная лоза не перестает плодоносить ни на мгновение. Это Ванахейм. Ему чужда фальшивость, нелепость, вероломство, скотство, страх, вялость, его пронизывает вечный жизненный поток. Но этот визит особенный. Для Афефе он первый, надеюсь, не единственный, - вероятно, по возвращению домой старший брат собирался вернуться к тому, что успел натворить мальчишка, и обрушить на того праведный гнев. 

Стаканы наполнились вновь благодаря твердой, спокойной руке Хогуна.
- В нашем мире такие как Афефе живут отчужденно. Так положено. - Он поднес бокал к лицу и на секунду, задержав его у глаз, обратился немигающим взором на молодого собеседника. - А ты чего ждешь? Пока твое тело умрет, загноится и сгниет? Ведь старость и смерть ваши верные спутники. Разве чаяния, живущие внутри, не рвут тебя на части? Не зовут к неизвестному? Возникающее возникает в силу изменений, Клинт. Семя - это не только то, что бросают в землю.

... Как раз в тот момент, когда незнакомец проронил последнее слово, в бар вошли еще люди. Человек пять. Вошли и принялись оглядываться, как хищники, привыкшие не охотиться на добычу, а к тому, что она сама идет к ним в руки. Завидев Бартона, они направились к беседующим, по пути прожигая ледяным взглядом все вокруг, что даже бармену пришлось постараться кое-как уместить свое здоровенное тело под стойкой.

[AVA]http://s9.uploads.ru/OCDtm.jpg[/AVA]

+2

20

- Это какая-то неправильная философия, - заупрямился Клинт, отказываясь принимать точку зрения собеседника. - Какой смысл ценить то, что уже потерял? Настоящее нужно ценить.
Ценить свой дом, где он прожил первые годы жизни? Нет уж, спасибо. Пьющий отец, забитая мать, и они с братом, частенько мокнущие под дождем или мерзнущие от холода. Здесь и сейчас Бартоны одеты, накормлены, при деле, даже в чем-то уважаемы. По крайней мере младший, из которого получился отличный стрелок, клоун и акробат.
Отчасти следующие слова Хогуна подтверждают, что циркач был прав. Все же у пришельцев есть, что ценить, они не потеряют то, что имеют, просто временно лишаться.
- Ты его будешь ругать, Афефе? У вас все такие сдержанные, как ты? Даже для детей никаких поблажек?
Определенно, сам Клинт не хотел бы постоянно жить в Ванахейме. Ему бы было попросту скучно. Когда все идет гладко, это хорошо какое-то время, выдохнуть, отдохнуть. Но не постоянно. Циркач уже не мог без постоянного бурления жизни, опасности и адреналина, напряженной работы и внимания толпы.
Благодарно улыбнувшись и забрав бокал, Бартон только сделал глоток, как Хогун снова заговорил. Клинт закашлялся, когда алкоголь попал не в то горло. Вот уж отличные слова за столом!
- Ну спасибо за испорченный аппетит, - проворчал, отдышавшись, и сделал несколько глотков, зажмурившись. Уже легко пошло. - Я реалист. Однажды уже прыгнул в неизвестность, это едва не закончилось плачевно. Больше пока не хочу.
И пусть порой накатывает тоска, душат стены вагончика и бесят собраться по труппе, так что хочется сбежать, не оглядываясь, лишь бы подальше. Мир жесток и беспощаден, и одному в нем гораздо страшнее, чем с кем-то.
Задумавшись о невеселом, циркач заметил пятерку новых действующих лиц только тогда, когда они подошли совсем близко к их столику. Поднял на мужчин мутный взгляд и чуть покачнулся на стуле, пытаясь взять их расплывающиеся лица в фокус и припомнить, а это вообще кто. Только сейчас стало доходить, что шума вокруг поубавилось. Как и сидящих людей.

+2

21

Трудно было сказать, собирался Хогун продолжать разговор дальше или нет - он был всегда сдержан, а тут стал даже собран, будто кобра перед броском, напрягающая упругую спинку, вибрирующая каждой клеткой пружинистого тела. В отличии от молодого циркача пришелец был трезв как стеклышко. К счастью или сожалению, земные крепкие напитки не уносили ванов в заоблачные выси, потому мужчина раньше нового знакомого смог развидеть в направлявшейся к ним компании недоброжелателей. Кто-то из пятерки вытащил складной перочинный нож, маленькую блестящую бабочку, опасно запорхавшую в руке, и азиат метнул в него потемневший взгляд.
- Бартон, а Бартон, - процедил в зубы один из подошедшей пятерки, смуглокожий, увешанный ожерельями, украшенными клыками медведей, явно с филлипинскими корнями. - Где твой старший брат? Когда он вернет должок?
Нож в руке второго сверкнул и вошел лезвием в стол. Прямо перед Клинтом и его собеседником.

- А может, - со смешком пропел третий, обладавший самым выдающимся ростом из всей банды. Он закинул руку пареньку-циркачу на шею, обняв Клинта точно старого друга, которого не видел с тех пор, как они ходили в ясли, и прижал смердящие дешевым табаком губы к его уху. Таким жестом сопровождают нашептывание непристойностей потаскухе. - А может, он прячется от нас, а тебя попросил расплатиться? А, детка?

... второе плечо Клинта Бартона отяжелело. На него легла рука невозмутимого Хогуна, чей голос отчетливо прозвучал даже среди какофонии гремящих бокалов - уж ее то царствие нарушить в этом маленьком баре не удавалось еще никому, даже голосу хорошенькой певички.   
- У тебя неприятности?[AVA]http://s9.uploads.ru/OCDtm.jpg[/AVA]

+2

22

А, точно, очередные бандиты местного масштаба. Барни всегда умудрялся находить таких везде, где бы ни остановилась труппа. Брату вечно не хватало денег, и он искал способы заработать. Причем заработать, не сильно напрягаясь. И ведь никак не доходила простая истина, что бесплатный сыр только в мышеловке. Даже Клинт успел это себе уяснить, но не Бартон-старший.
- У него про должок и спрашивайте, - ответил дерзко, глядя прямо на смуглолицего с ножом.
И алкоголь придавал смелости, и собственная безбашенность не давала держать язык за зубами и быть осторожнее. А ножичком его не испугаешь, когда тебя используют на тренировках в качестве мишени для метателя ножей, поневоле научишься равнодушно относиться к колюще-режущим предметам.
Поморщившись, когда выдох наклонившегося бандита долетел до носа, циркач фыркнул. Нет, будь мужик чуть поприличнее, он бы, может, и согласился расплатиться с ним за брата именно так. Подумаешь, в большую и чистую любовь Клинт не верил никогда, а предаваться плотским утехам уже научился. Попробуй не научись, когда гормоны бушуют, а вокруг столько желающих обучать молодого симпатичного парня. Но вообще-то Барни пора и самому начать отвечать за свои проблемы, а не скидывать их младшему брату.
Второе плечо тоже пострадало. Циркач тут же занервничал. Он не любил, когда его трогают чужие руки без его на то желания. Посмотрев на Хогуна, Клинт убедился, что вопрос был задан серьезно. Странно, с чего бы пришельцу беспокоиться о нем?
- Нет у меня проблем, - Бартон повел плечами, намекая обоим, что пора бы его и отпустить. - Они брата моего ищут, а я не знаю, где он.
Выдернув нож из столешницы, циркач, не целясь, с силой метнул его в дверной косяк, куда нож и воткнулся.
- И платить за него не буду, руку убери, урод!
И плевать, чем это может кончиться. Не в первый раз уже братец так подставляет. Ну, побьют, так и сами получат по полной. Хоть и молодой, но циркач был в отличной форме.

+2

23

Мрачный взгляд пришельца из Ванахейма, который для любого мог бы стать приговором, посветлел, и мужчина, чья рука - по привычке? - уже было легла на пояс, чтобы вооружиться, отступил в сторону, предоставляя новому знакомому возможность уладить проблему самостоятельно. На Земле есть книга под названием "Изящное искусство создавать себе врагов", и Хогун на секунду подумал, что такие люди как Клинт вполне подошли бы для того, чтобы ее проиллюстрировать.
Как зритель, занимающий место в первом ряду амфитеатра, ванир удалился на небольшое расстояние и принялся наблюдать. Тем временем пятерка уже навалилась на Бартона с кулаками - налетала и вместе, и в разнобой. Загремела посуда, рухнул стол, бармен принялся что-то кричать, обещая ниспослать на чинителей беспорядка беспощадную кару, и даже поотрезать то, благодаря чему мужчины остаются мужчинами.

- Ставлю пятьдесят долларов, что скоморох не продержится и десяти минут, - воскликнул кто-то из посетителей, видимо, самый затейливый и уже давно заскучавший. Но его попытка разгорячить присутствующих поддержки не нашла, разве что то тут, то там послышались громкие выкрики, больше похожие на изречения предсказателя: "сейчас каланча ему наваляет!", "а шустрый и прыткий не промах, точно говорю, выйдет сухим из воды", "вот увидишь, надает по щам, по косточкам собирать будут".

Хогун, для которого поединок всегда был чем-то сродни области музыки, который считал, что сражение противников всегда выше хаоса и грубости, а клинки, скрещиваясь, должны убаюкивать чарами, чья тайная сила неотразима для любого живого существа, хмуро пил из бокала. Конечно, он успел повидать много сражений - и обыкновенные мордобои, в которых не гнушались самых бесчестных приемов, и великолепные дуэли, когда воин поистине являет собой прекрасное, горделиво пребывающее в вечной непоколебимости существо, но такой беспорядок разворачивался перед ним впервые.
- Ты уверен, что проблем все еще нет? - спокойно спросил азиат, когда бугай из пятерки, воодушевленный подбадриваниями со стороны, набросился на циркача сзади, пытаясь применить обездвиживающий захват и дать дорогу своим приятелям: они уже разминали шеи, чтобы как следует наказать презревшего их требование паренька. [AVA]http://s9.uploads.ru/OCDtm.jpg[/AVA]

Отредактировано Hogun (2018-07-27 20:46:26)

+2

24

Для здешней публики драка в баре не была чем-то из ряда вон выходящим. Разве что обычно дрались между собой пара-тройка перебравших мужчин, которые вдруг что-то не поделили на стадии "ты меня уважаешь?". А тут вдруг такое... Клинт точно разглядел в толпе несколько знакомых лиц из их труппы, но они делали вид, что с юным циркачом не знакомы, и помогать не рвались. Суки! Впрочем, Бартон-младший помощи и не ждал, не был приучен к тому, что кто-то поможет в трудный момент. Он привык решать все проблемы сам. Поэтому и спокойно воспринял то, что Хогун отошел в сторону, приняв слова, сказанные в запале, за чистую монету.
Когда Клинта схватили сзади за шею, он лишь заулыбался сильнее и умудрился даже подмигнуть какой-то шлюшке, решившей полюбоваться на развлечение.
- Нет у меня проблем, - упрямо повторил на слова ванира, однако, после секунды раздумий добавил: - Но не хочу, чтобы те двое, которые стоят дальше всех от меня, заскучали.
Циркач был уверен, что достанет тех двоих, что подошли ближе, и того, что его держал, самоуверенно считая, что пацану никуда не деться. Но оставшиеся двое могли выкинуть что-нибудь поопаснее размахивания ножом, как минимум у одного за поясом был пистолет, прикрытый на спине курткой.
Бандиты встретили его слова хохотом. И один, тот самый филипинец, неосторожно шагнул вперед, намереваясь нанести удар в незащищенный живот Клинта. Вздохнув, какие же они все тупые и самоуверенные, Бартон ухватился за сжимающие горло захватом руки бугая и повис на них, с силой ударив двумя ногами в грудь смуглокожего, заодно оттолкнувшись от падающего тела и перекрутившись в воздухе, по инерции оказавшись за спиной у бугая и роняя его на пол с размаху спиной. ну вот, двое временно выбыли из строя. Радостно оскаливишсь, циркач без промедления рванулся к третьему бандиту, от души врезав хуком слева.
Но он, как и боялся, упустил из вида двух последних представителей банды. Зрители, чуть притихшие во время расправы с бандитами, вдруг загомонили, заверещали девицы, когда один из нападавших начал вытаскивать пистолет.

Отредактировано Clint Barton (2018-08-02 14:19:48)

+2

25

[AVA]http://s9.uploads.ru/OCDtm.jpg[/AVA]Впервые Хогун познакомился с огнестрельным оружием, когда жил среди японских воинов - для жителей Митгарда это время очень далекое, почти мифическое. Его знакомый, молодой капитан, один из пеших солдат асигару, как-то назвал эти стреляющие палки "оружием трусов". Так и повелось. Потому появление этого действующего объекта заставило пришельца встрепенуться, почти что смахнуть с плеч пыль, которой он успел покрыться за время бездействия, и внезапно выйти на сцену, если так можно выразиться.
... Кстати, когда пистолеты и ружья только-только появились и принялись морить человечество, как некая страшная, неодолимая хворь, все еще преданным своим клинкам самураям стало вполне очевидно, что победа в схватке с вооруженным огнестрельной палкой противником будет достигнута только благодаря какому-нибудь неимоверному усилию и хитрому ходу. И самураи начали оттачивать особые приемы ведения боя, целью которых было опередить врага да заставить его допустить просчет. Наблюдающий всегда запоминает очень внимательно.
Вот и Хогун, приметивший пистолет еще в первые минуты появления назойливой компании и уверенный, что хозяин оружия обязательно к нему обратиться, среагировал молниеносно: стоило блеснуть дулу, как рука ванира взметнулась вверх, нанося точный удар по локтю. Этот удар заставил мужчину выронить свою "игрушку" с таким растерянным и озадаченным выражением лица, точно он был ребенком, у которого выбили леденец. Он даже попытался открыть рот, но второй удар сложил его пополам и отправил к ножкам барной стойки, где противник улегся в не самой приличной позе и захлопал глазами. Теперь его удивление было полным, а поражение окончательным, ибо ничто так не лишает душевных и физических сил как иглой колющий стыд.

Не победить. Проучить. Вот каким было намерение чужеземца, которое он очень быстро осуществил. Неизвестно каким образом азиат оказался за спиной второго, но уже скоро тот летел в стол с откляченным задом, куда, по всей видимости, пришелся хороший толчок.
Говорят люди так устроены, что постоянно пребывают в поисках дикого возбуждения, что способно дать созерцание крови, чужой агонии или прогулка по краю обрыва. Что их телам нужен огонь, как механизму - ток. Возможно, именно вечная, хорошо скрываемая глубоко внутри жажда этого самого огня сейчас отражалась в глазах пришельца, потому что они смотрели вокруг и сверкали как непроницаемо-черные агаты.

Пятерка поверженных противников принялась ползком удирать к двери шатра, не переставая обещать Бартону скорую месть.

Отредактировано Hogun (2018-07-31 22:24:29)

+2

26

За себя Бартон не волновался. Подумаешь, побьют, и то, если им повезет. Но если начнется стрельба, могут пострадать и случайные участники, у которых ума не хватило потихоньку слиться в туман при первых признаках опасности. Тогда уже дело примет серьезный оборот, возможно, с вызовом полиции. А этого совсем не хотелось. Разных проблем хватало и так.
Разобравшись с теми, до кого достал, Клинт выпрямился и вытер рукавом лоб. Вспотел он скорее от духоты помещения, чем от физических усилий. Пить очень хотелось. И как следует попинать лежащего у его ног, чтобы в следующий раз знали, что напали не на того. В отличие от Барни, младший брат от драк никогда не бежал и начинать не собирался.
Он чуть отвлекся, как оказалось, что и оставшиеся двое нападавших обезврежены. Циркач даже пожалел, что не разглядел все "представление" целиком. Ему бы пригодились столь эффективные приемчики. Век живи, век учись, как говорится.
- Да-да, жду с нетерпением второго рауна, - проворчал вслед уползающим Бартон, но достаточно громко, чтобы они услышали.
После чего с неподдельной тревогой уставился на Хогуна.
- Нам нужно идти. Они могут знать, какой из вагончиков наш с Барни. А там Афефе один.
Мало ли что могло взбрести оскорбленным и обиженным на весь мир бандитам, у которых не получилось добиться желаемого. Да еще и их, пятерку крутых парней, проучили двое задохликов на глазах у всех. Теперь же над ними смеяться будут до скончания веков.
Положив забранную ранее у Хогуна денежную купюру на стойку перед бледным барменом, Клинт виновато улыбнулся. Но денег должно было хватить на оплату небольшого разгрома, и на моральный ущерб должно было остаться.

До вагончика циркач едва ли не бежал. Имущества ему жалко не было, тем более, что виноват опять будет Бартон-старший, и это никого не удивит. Плохо будет, если пострадает ни в чем не повинный ребенок.

+2

27

Хогун пошел следом, не проронив ни слова в ответ на беспокойство Бартона о его брате: он решил не говорить ни того, что Афефе сможет защитить себя сам, ни того, что в столь радушно предоставленной постели циркача в это самое время сладким сном младенца спит один из самых могущественных магов-витки Ванахейма. Все равно нужно было возвращаться.
Фонари освещали путь, усыпая тонущую в темноте дорогу золотым светом и делая фигуры двух идущих людей похожими на безмолвных персонажей из театра теней.
Подул ветер. И сорочий клич поднялся ввысь. В облаке птичьих перьев блеснуло знакомое дуло пистолета, но в этот раз Хогун был слишком далеко, чтобы помешать ему выстрелить. Эхо, раскатившееся по улочке от раздавшегося выстрела - как позже скажут любители слухов и пересуд - было слышно еще долго. А пуля, конечно же, угодила точно в цель - прямо в отважную грудь Клинта, что тут же залил ручеек крови.
Из темноты выступил и стрелявший и вся банда, засверкавшая ехидными оскалами и глядящая на юношу как на добычу, которой отпущены последние часы.

А потом загремели чьи-то шаги, загремели и принялись приближаться с быстрой скоростью. Это был не полицейский патруль (в эти места они уже давно не заглядывают), и даже не шаги прохожих, случайно оказавшихся поблизости и принявших решение прийти на выручку. Это приближался не человек.
Раджа! Он буквально выпрыгнул из тлетворной темноты, разом повалив пятерых и беспощадно раскидывая их в стороны лапами с выпущенными когтями-лезвиями. В гуще его дыбящегося полосатого воротника сидел Афефе, сердито сомкнув брови над по-детски тонкой переносицей, и воинственно указывал вперед.
- Клинт! - мальчик спрыгнул на землю и, рывком оказавшись возле раненого циркача, обхватил его голову тонкими руками. Рядом склонился и его старший брат. [AVA]http://s9.uploads.ru/OCDtm.jpg[/AVA]

+2

28

Странно было идти по пустой улице, обычно в это время жизнь кипит. Наверное, бандиты, которым задолжал Барни, распугали всех вокруг. Никому не хочется связываться с мафией. Цирк-то уедет, конечно, но не прямо сейчас, они ведь только расположились здесь и не успели надоесть жителям окрестных городков.
Сначала Клинт услышал звук пистолетного выстрела, и тут же получил сильный удар в грудь. Будто лошадь лягнула. А потом пришла боль. Резкая, огненной лавой растекавшаяся по телу, от которой подгибались колени. Задохнувшись, циркач прижал ладонь к ране, ощущая, как по пальцам течет теплое и липкое. С каждым вдохом было все большее, но Бартон стоял. Чуть покачивался, моргая, вместе с болью, с которой он давно приучен был бороться, его затапливало безбашенное пьяное настроение.
Он еще не успел окончательно протрезветь, не понимал, что осталось совсем немного. И был готов снова драться с бандитами, от которых пощады не ждал.
И знал, что никто не придет, не вмешается. Лишь бы Хогун успел увести брата подальше.
Однако, кто-то пришел. Когда из темноты выпрыгнул тигр, Клинт подумал сначала, что все, глюки. Потом разглядел сидящего на спине Раджы Афефе и понял, что это на самом деле.
Это оказалось последней каплей, подточившей силы. Бартон упал на колени, упираясь в землю ладонями и закашлялся, по подбородку стекала струйка крови. Но сил не осталось совсем, и циркач свалился на бок, упрямо стараясь хотя бы держать глаза открытыми.
Когда над ним склонились два человека, он нахмурился и попытался что-то сказать, но получился только слабый хрип. Клинт попробовал еще раз.
- Со мной все, да? - спросил еле слышно, отказываясь верить, что сейчас умрет.

+1

29

Легковесные, как лепестки камелий, пальцы мальчика скользнули по губам раненого циркача - он будто запирал за устами слова, вместе с которыми из Бартона могла утечь сама жизнь. Потом склонился ближе, всматриваясь в омуты глаз человека, оказавшегося на краю самой смерти. Скоро их влажный блеск схватит ледок. Они остекленеют, и жизненная сила навсегда покинет тело. Ее бурление в недрах плоти так же необходимо, как и постоянство огня при кипячении воды.
- Ты не умрешь, - вдруг заверил Афефе голосом не ребенка, а мудрого прозорливого старца, непонятно каким образом оказавшегося заключенным в молодом теле.
Рыкнув куда-то в темноту, мятежный, разгневанный за причиненный циркачу вред, Раджа ткнулся мордой в ногу Клинта - это он пытался утешить, ведь хорошо знал, что значит, когда ты ждешь свой конец.

- Он ведь не умрет, правда, Хогун? - мальчик повернулся к брату. Тот невозмутимо молчал. В какой-то момент старший из пришельцев вздохнул, поднял голову и посмотрел на небо: полночь оделась в траурную темноту, погасли звезды. Неужели и для этого паренька тоже?
Мужчина понял, о чем думает Афефе. Взять Бартона с собой в Зеленое царство было не такой уж немыслимой затеей. Он хорошо представил, как его младший брат, Раджа и юный циркач резвятся на молодой мураве, Афефе оплетает Клинта гирляндами цветов, а ночью под серебряной луной они спускаются к прохладной купели. Ванахейм поставит на ноги, а потом они отправят его домой.

Легко и просто Клинт вдруг оказался на плече у старшего из ваниров.
- Если ты доверишь нам свою жизнь, то останешься жив. Согласен?
[AVA]http://s9.uploads.ru/OCDtm.jpg[/AVA]

+1

30

Было очень обидно умирать вот так, даже не сказав Барни, какая же он скотина. Мысли в голове уже не задерживались, становилось холодно и в целом все безразлично. Бандиты победили, у кого оружие, тот и прав. Что не стоило нарываться, Клинт не думал, не в его характере было плыть по течению.
Афефе наклонился ближе, и Бартон вяло удивился. Никто не спешил ему на помощь, не пытался прижать рану, чтобы остановить кровь, не было слышно криков. Еще бы, услышав выстрел, те, кто был поблизости, предпочли оказаться подальше, а не идти выяснять, что случилось. Вот тебе и большая дружная семья.
В ногу ткнулась морда большой кошки. В другое время циркач бы умер от гордости, что Раджа обратил на него внимание не для того, чтобы покусать или порвать когтями. А сейчас умирал от пули.
Неправда, что перед смертью перед глазами проносится вся жизнь. Ну, или жизнь у Клинта была такая, что и вспомнить нечего. А жаль, может, увидел бы лицо мамы. Он ее совсем не помнил, ни лицо, ни голос, ни жесты. Отца же и вспоминать не хотелось. Его он тоже не помнил. Только ощущение страха и запах перегара. Хотя, Клинт не был таким уж маленьким, чтобы ничего не запомнить. А рассказам брата верить было нельзя, Бернарду вообще нельзя было верить. Интересно, станет он жалеть о младшем брате? Или отмахнется презрительно, мол, туда ему и дорога.

Голова вдруг закружилась, а земля оказалась где-то существенно ниже, чем раньше. У Бартона имелось, что сказать за такое с собой обращение, но сил не было.
- Да, - выдохнул со стоном, не пытаясь возмутиться, что Хогун сам не понимает глупости своего вопроса.
Если собственная жизнь и так уже ничего не стоит, то почему бы ее кому-то и не доверить? Лучше ведь призрачный шанс, чем совсем никакого.

+1


Вы здесь » Marvelbreak » Отыгранное » [апрель 1995] I write sins not tragedies


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно