ОБЪЯВЛЕНИЯ
АВАТАРИЗАЦИЯ
ПОИСК СОИГРОКОВ
Таймлайн
ОТСУТСТВИЕ / УХОД
ВОПРОСЫ К АДМИНАМ
В игре: Мидгард вновь обрел свободу от "инопланетных захватчиков"! Асов сейчас занимает другое: участившееся появление симбиотов и заговор, зреющий в Золотом дворце...

Marvelbreak

Объявление

мувиверс    |    NC-17    |    эпизоды    |     06.2017 - 08.2017

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Marvelbreak » Отыгранное » [26.11.2016] Восстание мертвецов


[26.11.2016] Восстание мертвецов

Сообщений 1 страница 12 из 12

1

Восстание мертвецов
http://forumstatic.ru/files/0018/aa/28/36613.png

https://i.imgur.com/xJbDF8R.gif
Белова | Старкhttp://forumstatic.ru/files/0018/aa/28/36613.png
Лена вернулась и вернулась не просто так. Тони ждет еще больший ад, ад из которого он вряд ли сможет выбраться самостоятельно, но кого это интересует, когда на кону месть.

ВРЕМЯ
26.11.16

МЕСТО
Техас, старая база Гидры.

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЯ
вот такая любовь

+2

2

Больше двух недель о ней ничего не было слышно, и версия о том, что Елена Белова погибла под обломками гидровского штаба, стала правдоподобной. Еще одной достоверностью этого факта служило изуродованное взрывом женское тело, найденное на месте развалин, чей генетический материал совпадал с известными данными Вдовы. Генетический материал сожранного сывороткой «адаптоида» человека.

Наверное, Лена бы сама поверила, что сгинула в пожарище, если бы не Киллмонгер. Эрик единственный, кто знал правду, кто регулярно взывал к эгоизму Беловой, что вроде как должен быть сильнее больных амбиций и хандры по утерянному. И всё же, иногда Елену немного заклинивало. Но спасала мысль, что за душой остался еще один должок, который Белова обещала вернуть. У Вдов, видимо, это в крови или в мозгу запрограммировано — так или иначе, они всегда платят по счетам.

Всё это время, несмотря на то, что Елена прибывала в подполье, она внимательно следила за происходящим вокруг. Во многом благодаря Стивенсу, который до сих пор оставался её глазами и ушами. Провокации, что в разной мере проскальзывали персонально для неё, а может и для всех сбежавших членов Гидры, Белова всячески игнорировала ради своей легенды. Лена старательно выжидала момента, когда основная шумиха уляжется и люди, включая бывшую оппозицию, начнут возвращаться к более-менее привычной жизни. Вот тогда-то она и планировала поставить желаемую точку в конкретных отношениях. Осчастливить Тони Старка припрятанным специально для него сюрпризом. Подходящий момент наступил где-то дней через пятнадцать.

Белова выбралась на парочку баз, до которых Щит еще не успел дотянуться своими лапами, и создала видимость их небольшой активности. Наживку заглотили: сначала агенты Защиты, потом лично Старк. В большей степени Елену интересовала деятельность последнего, и Тони не подвел её ожиданий. Он следил за трепыханием отколовшихся частей Гидры, причем, у Беловой создалось впечатление, что не в сотрудничестве с кем-либо, а сам по себе. И это значительно повышало её шансы поймать Железного Человека в ловушку.

Для исполнения задуманного Елена старалась использовать те немногие оставшиеся в запасе объекты, потерять которые в процессе будет не очень существенно. Хотя Беловой, по хорошему, уже и не стоило волноваться ни об одном из них, прагматик в ней до сих пор считал, что в будущем не арестованные базы могут пригодиться. Но ради Старка Лена была готова расстаться с тем немногим, что удалось сохранить после развала.

Впрочем, выбор на базу в Техасе пал случайно. Белова, разве что, хотела сделать всё подальше от Нью-Йорка, а в остальном ей было всё равно.

Сигнал шел около суток, и Лена затаилась в пустынных коридорах и отсеках призраком. Она знала тайные ходы-выходы, подземные лабиринты, которые могли вывести её из базы в случае, если Щит опередит Старка или на тусклый огонек Гидры заглянет еще кто-нибудь нежелательный. Но Тони пришел, в одиночестве. Сыграл, как по нотам.

- Почти не сомневалась, что ты соскучишься.

Её голос прозвучал на несколько секунд раньше, чем Белова появилась в поле зрения Тони. Как будто в его голове ожил её фантом, а потом в полумраке командного центра материализовался в реальности.

+2

3

Агония Гидры длилась и длилась, дебаты вокруг происходящего не утихали, приходилось старательно заминать дело кэпа, и не менее старательно пытаться следить за действиями Щ.И.Т.а. Тони как-то необдуманно подрядился на то, чтобы с этим самым Щ.И.Т.ом работать и с тех пор неостановимо ужасался происходящему, в основном потому что агония затягивалась.

База в Нью Йорке была первым столпом, который рухнул. Потом начали то тут то там появляться базы Гидры, которые до этого скрывались или были под подозрением. Информация потекла рекой, свидетельства очевидцев, свидетельства агентов, которых в большом количестве начали брать под арест, чтобы, Тони в этом был уверен, выпустить их потом в новой форме. Кого-то покупали, кто-то бежал, подобно крысе с тонущего корабля.

Это все было не важно.

Важно то, что вот она, еще одна база перед ним. Техас, кто бы мог подумать, что в этой песчаной местности все будет настолько, все будет просто вот так. Техас и база Гидры. Тони хмыкнул и пнул небольшой кактус, что каким-то образом затерялся тут, у самого края жизни.

Сигнал был настойчивый, Тони не мог его пропустить. Он как будто был нацелен на него, на его экстремис, на его любопытство и на его тщеславие, никто из них не был безгрешен не так ли?

Он пришел один, в броне, но все еще один. Бессменный рыцарь, Железный человек, идиот если честно, но этого Тони никогда не признал бы. База была пустая, это стало понятно почти сразу, экстремис метнулся вперед, целых камер почти не было, кое-где отображались пустые, мертвые коридоры, кое-где мелькало какое-то движение, но скорее мелкие зверьки, чем кто-то другой.

Тони шел медленно, выбирая самый долгий маршрут, хотелось осмотреться. На самом деле не так много баз они смогли взять целыми, не так много тех, кто смог спастись в итоге, не так много информации о деятельности лабораторий Гидры. А ведь ребятки многое успели и еще многое утаили. Тони иногда это беспокоило, волновало на самом деле, а иногда он пожимал плечами, шла война.

Пусть и тайно, но война все еще шла. Гидра отползала в свои дальние пещеры, унося с собой тысячи жизней и еще больше отставляя калек. Прозаично.

И он бы не поверил сам себе, если бы слышал этот голос. Не поверил и проклял бы, но вместо этого вздрогнул и содрогнулся. Сначала, панически подумалось, что ему грезится, что это просто место, что это он начал сходить с ума, что это все проделки разума, а не реальность.
Потом Белова появилась перед глазами и вопросы отпали сами собой.

- Зря хоронили, а я так надеялся на то, что тогда и была наша последняя встреча. Но ты не сдаешься, не так ли? – Получилось даже без вызова.

Белова, живая, настоящая, целая, Белова. Ненависть, которую он так долго убирал из себя, вернулась в полном объеме, сразу, поглотила, сожрала все доброе и светлое, что еще теплилось внутри. Он мог бы убить ее, мог бы оставить здесь умирать, он мог сделать все, что придет ему в голову и никто бы не осудил.
Кроме его самого, конечно же.

Но она уже сделала его массовым убийцей, она уже прокляла его на вечные муки, она уже выпотрошила все внутренности, перепрошила, пересобрала его.

- Не думал, что скажу это хоть кому-то, но я крайне расстроен, что ты все еще жива, Лена. Искала меня, не так ли? Разговор остался не законченным?

+2

4

Кое-что между ними не менялась от месяца к месяцу, от встречи к встрече. Каждый раз их приветствие, их разговор начинался с чего-то колкого, двусмысленного, с какого-то вежливого, изощренного и скрытого между строк пожелания друг другу сдохнуть мучительной смертью. Или сегодня сформировавшаяся традиция всё-таки нарушилась? Лена прислушалась к своим чувствам. При виде Тони эмоции внутри зашевелились, но ощущалась ли среди них прежняя ненависть? Беловой показалось, что кроме злости и досады, устилающих дно разочарования, у неё ничего и не осталось больше по отношению ко всем недавним событиям. А может Лена просто хотела так думать, верить в это, потому и не ворошила илистую глубину собственных мыслей и чувств. Там было слишком грязно, слишком большой осадок отделился, спустившись вниз.

Ощущала она и легкое предвкушение, конечно же. Предвкушение последнего слова, которое Елена сегодня оставит за собой. А вот ненависть… ненависти, пожалуй, больше не было. По крайней мере, в прежнем объеме. Ненависть столь яростно и обжигающе текла у Беловой всё это время по венам, что, видимо, спалила сама себя, заставляя перегореть и Вдову. Тлеющие угольки еще дымились, еще искрили и при желании снова могли вспыхнуть, если пуститься в воспоминания не только за последние полгода, а в те, что начинались с треклятого Будапешта много лет назад. Но Белова не позволяла этого. Женщина цеплялась за настоящее, за конкретную цель, служившую ей сейчас устойчивым маяком, и тем самым сохраняла расчетливое спокойствие.

- Благодаря мне ты пробиваешь все более глубинное дно, я должна быть польщена, наверное. Из меня бы получился неплохой Дьявол. А может я и есть он, м? - Елена вышла из-за угла полностью, кошачьей поступью двинулась к Старку, коснулась его плеча ладонью, и тут же упорхнула в противоположную сторону, пока не получила репульсорным зарядом в сердце. Аккуратно присела на край запыленного стола, скрестив пальцы на колене. - Или я — проекция у тебя в голове, твоя бесконечная вина, твоя… привязанность? Я могу быть кем угодно, Тони. Например, твоим бессмертным кошмаром.

Старк был прав, разговор между ними и правда не окончен. Елена испытывала почти физическую потребность столько ему сказать перед тем, как уничтожит, что даже руки слегка подрагивали. Она чуть перегнулась за край стола, доставая из нижних ящиков наполовину приконченный скотч, следом появилась и пара стаканчиков. Янтарная жидкость ударилась о стекло, заполняя ровно половину в каждом.

- Возможно и искала, а возможно, ожидала кого-то другого. В любом случае, ты пришел по своему желанию. И раз пришел, давай поговорим. Давай помянем утерянное и выпьем, только кофе у меня нет даже паршивого. Убери броню Тони, я безоружна. - Лена отправила ему через стол стакан, демонстративно подняв руки вверх. Сегодня на ней не было даже привычной униформы, утяжеленной кучей всего. - Ты же не станешь стрелять в безоружного? Или это дно у тебя тоже уже пробито?

Губы растянулись в широкой улыбке. Лена сделала глоток, показывая, что выпивка не отравлена. Впрочем, Старк может хоть на атомы расщепить свой стакан, чтобы проверить. Может даже обыскать Белову на наличие скрытых ножей, пушек, взрывчатки, каких-то еще игрушек – всё равно ничего не найдет, и дело совсем не в том, что Лена сама по себе готовое оружие. Причина заключалась в самом Старке. Оружие скрывалось в нём.

- Итак, ты рад? Рад, что всё отобрал у меня? Барнса, Максимофф, Морс, Роджерса. Кто там еще примкнул в твои ряды сражаться за добро и справедливость… Леншерр? Хотя нет, тот, кажется, сам по себе. А подарку моему ты рад?

+1

5

Тишина затягивала, как омут над головой, сгущая краски. Тони отчаянно пытался найти причину, причину почему она здесь одна в тишине пустой базы, почему ждет его и что-то внутри холодело от ужаса, что-то уже заходилось истошным криком, криком отчаяния, боли, разочарования, что-то в нем уже знало – это конец.

Тони не умел сдаваться, если его несло, то до самого конца, если он выпадал в истерику, то до дна, до самого края, разбиваясь на тысячи ненужных кристаллов. И если он был в ярости, он крушил все, до чего мог дотянуться.

Экстремис исполнял подсознательный приказ, разодрать, уничтожить, спалить дотла, все снести и оставить после себя только руины и трупы. Тони был в бешенстве, поглощенный всем этим, он сминал собой пространство, подминал базы, раздирал компьютеры, и чуть не пропустил ее слова.

- Благодаря тебе я все больше убеждаюсь, что ваш проект, у кого там? У КГБ? Был очень хреновой попыткой сделать что-то достойное. Не так ли, Лена? Все еще вторая? Или, о ужас, уже первая, но не лучшая? – Тони дернулся в сторону от нее, постарался подхватить ее движение, но не смог, просто отдернулся.

Он не хотел ее рук на себе. Не хотел ее близости. Не хотел, чтобы она разрушала все, что в нем еще оставалось нерушимого. И в тоже время… он не мог ею не восхитится. Какая интрига! Какие способности! Какие навыки к выживанию! Прекрасна в своей ипостаси, почти смертельно раненая, все еще дерется как в последний раз.

- С кошмарами было проще, они исчезали, приходили новые, а ты повторяешься. Как пластинка, Лена, как та самая старая пластинка, которую забыли снять с проигрывателя, и она все кружит и кружит. – Тони улыбнулся. – Не жалеешь, что все еще кружишь? Или есть новые песни и ты сегодня пришла их петь?

Она действовала странно, не стандартно, как будто кто-то вел ее. Стакан громыхнул о металл, все стихло обратно. Тони задумчиво повел пальцами по стеклу, даже попытался это сделать аккуратно, не повредя хрупкую субстанцию. Снять броню в ее присутствии? Подставить спину? Оголить последний живой нерв? Он не боялся умирать, это все равно было невозможно в текущей модификации.

Он боялся, что сошел с ума.
Что говорит с призраком, который всего лишь проекция его собственной головы. Броня поползла вниз, вбираясь обратно в полые кости, он замер напротив нее, в потрепанной майке, джинсах, как был дома, когда уловил сигнал.

- Твоему подарку? – Тони смотрел на нее, не сводил глаз, выискивая в ней причины собственного падения, причины собственного сумасшествия. – Ты рехнулась? Или зарвалась? Какой еще подарок? Ты чуть не уничтожила всех нас на той проклятой базе, ты чуть не уничтожила Стива в этой своей Гидре. Я не знаю куда дальше, Белова, дальше только в тюрьму для таких как ты, для психов, которым нет места среди живых.

+2

6

И всё же, спокойствие в компании Старка давалось не так легко, как Лена предполагала изначально. Вдали от его персоны, от Стива, гидровского котла и воспоминаний было куда проще. Конечно проще, ведь Лена осталась вне всех раздражителей, в своеобразной тишине, которая помогла ей найти свою точку равновесия. Не слишком устойчивую, но и это стало неплохим достижением. Сейчас же, та самая точка пошатнулась. Перед Беловой будто вновь вывесили красную тряпку, активировали давно забытый триггер код. Её снова толкнули в пропасть, на дне которой застывшая лавовая оболочка уже начала трескаться, и в эти трещины просачивалась ненависть. В узде помогало держать себя лишь то, что Лена пошла на всё это добровольно.

Тони говорил, и слова его были не менее ядовиты, чем и слова Беловой. Он больно жалил, не щадил, как и всегда, впрочем. Он жалил в давно известные места, укус которых был, конечно, всё так же неприятен, но уже привычен. Те места покрылись плотной коркой, практически шрамировались, потому как многое Белова сумела переступить, доказав себе и другим, то что давно хотела. Старк мог считать иначе, мог пытаться убедить себя, что это не так, но деяния Елены и их последствия для всех и каждого демонстрировали и доказывали всё лучше, чем что-либо. Но один момент, который Тони зацепил в своей попытке уязвить её, до сих пор имел определенное воздействие. Еще был свеж, еще периодически сочился кровью и злостью. Роджерс, вот из-за кого у Беловой до сих пор побаливало внутри. И смолчать, проглотив с улыбкой эту порцию яда, она не сумела.

- Не уничтожила Стива?! – Елена взвилась, соскочив со стола, прищурилась. – Только не делай из него жертву, Тони, не будь идиотом. Твой драгоценный Стив – всего лишь трус. Если бы не Стив, меня бы не было сейчас ни здесь, ни в твоей Башне. Если бы не Стив, не было бы и Новой Гидры. Это была его мечта, и мне плевать, кто её всадил в его башку. Дыма без огня не бывает. Это была его мечта. Он хотел империю и верного союзника, который прикроет спину. Ни что не создается без жертвы, ты, я, он – все мы это знаем. Он был готов идти на это, и я исполнила его мечту. Но в итоге Стив испугался результата и последствий.

Стакан в её руке пошел трещинами, Лена замолчала. Потом глубоко вздохнула, убирая эмоции подальше. Тони только-только снял броню, настроился на разговор, Беловой совсем не нужно, чтобы на неё вновь нацелили все орудия, имеющиеся у Железного человека в арсенале. Улыбнувшись, женщина продолжила куда более спокойно:

- Я признаю – Роджерс стал моей главной ошибкой. Не стоило с ним связываться. Он умеет вселить в себя веру, тебе известно это лучше кого бы то ни было, не так ли? И вера в него порой затмевает разум. Возможно, мне стоило принять тогда твое предложение. Иногда я даже думаю, что окажись ты на месте Стива, Гидра бы сейчас процветала.

Испорченный стакан остался на столе, в то время как Белова шагнула ближе. Она внимательно смотрела на своего гостя, изучала. Старку было неприятно в её обществе, он терял самообладание. Он боялся её? Или просто презирал. Хотя нет, между ними уже куда бо́льшее, чем просто презрение или всё та же ненависть. Их противостояние пустило такие глубокие корни, что стало частью личности. Но не важно, какое именно чувство сейчас между ними преобладало. В любом случае, Белова выводила Тони из равновесия точно так же, как он её. И пользовалась этим без стеснения и прежних рамок.

- Ты говоришь, что я кручусь по кругу. Но ты уверен, что это я? Или только я? Ведь ты зациклен, Старк. До мозга костей зациклен. А должен быть мне благодарен, я создала тебя. Ты прыгнул выше всех, стал практически совершенным, практически неуязвимым. Спас тебя, конечно, Стив, движимый своими сантиментами, но без меня ты бы никогда не получил Экстремис. Без Башни, без жертв, без потерь и собственной почти что гибели. Без меня бы ты его не принял. Я была твоим мотиватором, твоим ключом. И можешь врать мне, можешь отрицать сколько угодно себе, но в душе ты всегда стремился к чему-то подобному. Только всё имеет свою цену. – Белова хмыкнула, переводя взгляд на реактор. Шагнула еще ближе, касаясь пальцами светящихся дуг. - Такие люди как ты всегда стремятся к бо́льшему, хотят объять весь мир, оставить в нем вечный след или самому остаться. Твой реактор был лишь первым шагом. Не говори, что никогда не думал об этом.

Слова лились потоком. Слова, что собирались и множились все полгода, что перекрывались непрекращающимся сражением. Теперь сражаться было не за что, они оба остались при своём и Лена говорила, не переживая, что скажет лишнего или чересчур много правды. Ведь Тони хотел её, копал не переставая, пытался добраться до Елены. Так вот она, здесь, пусть радуется и получает. С каждым вылетевшим словом Белова ощущала себя свободнее, легче и совсем не проигравшей стороной. Наоборот, она победила, и когда все начнут замечать это, когда поймут, будет поздно.

- И да, Тони, это именно подарок за все твои бесконечные старания. Ну, отчасти. Или ты думал, что вы с Хилл сами потопили Гидру? Напомни, кто передал тебе коды доступа к защитным системам? Кто сладко вливал в уши, как плохи наши дела и как я ничтожна? – Лена почти смеялась, вскрывая карту за картой. Она медленно обходила Старка по кругу, и улыбка её становилась шире. – Не спорю, после ухода Стива проблемы у нас были, но если бы я пожелала, вы бы утопли в крови, прежде чем попытались одержать победу в этой войне. Тони, вы сделали ровно то, что мне и было нужно. Сыграли точно по нотам, тютелька в тютельку. Штаб… – Белова пренебрежительно повела плечами, – всего лишь расходная монета, хоть и не малой ценности. А тебе, если бы могла, я бы выдала Tony Awards за роль в моем спектакле.

+1

7

Он знал ее, знал и все равно оставался на месте, как прикованный, как приклеенный. Он мог бы сбежать от нее, он мог бы бросить все и улететь подальше, он мог забыть про код, про просьбу о помощи, про базу Гидры. О, Тони многое мог бы сделать, но вместо этого, его тянуло к ней. К ее ненависти, к ее козням, к тому, что в ней самой, в самом эпицентре еще было что спасать.

И он ненавидел это в себе. Ненавидел это стремление спасти того, кто в спасении не нуждался, ненавидел и не мог бросить ее. Не мог просто так уйти. Не мог отвернуться от человека, который так отчаянно требовал спасения.

Тони сам себя проклял. Сам себя проклял и высмеял, потому что Белова и спасение? Шутка ли.

- Трус? Трус только потому что сбежал? Вовремя понял куда подался и сбежал, оставив после себя разрушенные остовы? Вы, кажется, должны были быть готовы к этому. Разве нет? Разве не к тому все шло? Когда вы разрушили башню, пришли к власти, вывесили свои флаги, развернулись во все поля, разве не к этому ты готовилась, Лена? Не этого ты ждала? – Тони стоял на своем. Стив был героем, Стив был дважды предателем, но все еще героем. Тони готов был биться за это, даже после того, как падет последний бастион из его надежд. – Ты стояла рядом, когда он принял решение спасать меня. Ты стояла рядом, и ты готова была убить нас обоих. Почему нет, Лена?

Он ждал. Он как дурак ждал от нее ответов на вопросы, у которых не было ответов. Он ждал от нее информации, которая позволит ему самому жить дальше. Которая выведет его из комы, из сна. Он ждал и не мог поверить, что вот оно, вот оно все рухнет сейчас, потому что это Белова, потому что он Старк.

- Я не мог бы оказаться на месте Стива. Ты в курсе да, я Железный человек, я гарант мира во всем мире. Я защитник и так далее. Лена. Я не мог бы оказаться на его месте, потому что идеалы Гидры, идеалы правительства, это все далеко от того, что мне требуется.

Тони отступил от нее на шаг, она продолжала говорить, продолжала к чему-то вести, завала, не словами, собой звала. Она что-то знала и от этого ее знания внутри дико колотилось сердце, заходилось от ужаса. Она создала его, она сломала его, она бросила его растерзанного, его сломленного в той самой комнате Гидры, бросила и ушла, сложив с себя все, что могла сложить. Отринув ответственность. Он сделал себя сам, она научился жить с собой новым, он стал почти-человеком, он стал Тони Старком обратно, несмотря на то, что будущего, которого он хотел, не было.

- Что ты задумала? Что ты задумала бестия? Говори? Говори сейчас? – Тони хрипел, потому что ему было физически плохо от того, насколько он купился, насколько он поддался ее воздействию, насколько был слеп, что верил тем, кто вещал о слабости Гидры. Он не знал что делать, куда метнуться, с чего начинать. – Тебя стоило убить. Тогда, стоило убить, чтобы не видеть снова и снова, как кошмарный сон, который приходит один за одним, пока ты не сходишь с ума окончательно.

По Тони поползла броня. Он знал, он уже знал, что слишком поздно, что все что он сделает дальше, это уже ее план, ее истинный план, то, ради чего она раскрыла себя. Он уже знал. Он уже ненавидел ее, он уже не мог остановиться, не мог перестать думать, не мог перестать мыслить, не мог остановить просчеты.

Если все фикция, то эта встреча – точка.

И если встреча – точка. То Тони тут разменная монета.

- Ты должна была умереть.

+1

8

С того дня, как Белова вживила в тело Тони жучки, он впервые был так близко. Он снова без костюма железного или от кутюр, снова почти оголен, но теперь беззащитен лишь обманчиво. Их вновь окружали невыразительные стены военной базы, в которых они лишь вдвоем. Ситуация удивительным образом повторялась вплоть до того, что через несколько минут Старк опять пострадает. Прямо как и в тот раз. Но прежде Елена ответит ему хотя бы на один вопрос.

- Потому что ради Стива я была готова рискнуть! – Сказала, как отрезала, считай рявкнула, не хватало только зарычать. Но в следующую секунду гнев ушел, сбавились обороты, и Лена грустно усмехнулась. – Поразительно, как он умеет забраться куда-то в глубину. По его приказу разрушили твой дом, а самого покалечили, но ты до сих пор в него веришь и защищаешь с пеной у рта. Меня же он втянул во всё это дерьмо, затем бросил и подставил, а я до сих пор не попыталась его прикончить и даже хочу поговорить. Забавно выходит, но да ладно. Сегодня не его день, а твой, Тони.

Старк пятился от неё, Белова не отступала. Она двигалась уверенно, почти срослась с его тенью. Почти сама ею стала. Лена не боялась, что Тони сейчас её чем-то ранит или убьет. Они оба понимали, кто попал в ловушку и опалит крылья, словно мотылек. Они оба слишком многое понимали. Оттого-то Старк и был на взводе, оттого-то и крыло его сейчас, как не в себя. А Белову, наоборот, его состояние поразительно успокаивало. Впрочем, где-то в душе билось волнительное, почти истеричное предвкушение всей развязки, но оно было скованно в тисках ледяного расчета.

- Но не умерла, – хмыкает она на его сожаление. Ее рука уже поймала Тони за шею, пальцы уже застряли в коротких волосах, впиваясь. Лена держала его почти любовно, и всё же, кончики острых ногтей кололи кожу, напоминая, почём может быть такая любовь. – Должен был и ты, Старк, но теперь я даже рада, что ты остался, потому что смерть – это слишком легко. Смерть – это покой, это избавление. Я же подарю тебе лишь… – губы Беловой на мгновение накрыли чужой рот, прошептав всего одно слово, – забвение.

Серебристая броня, успевшая обрамить большую часть тела Железного человека, застыла. Что-то пошло не так, что-то начало сбоить внутри Тони, системы выходить из строя, а Лена продолжала держать его, не сводя зеленоватых глаз. Она держала его лицо в своих ладонях, ловя каждую исказившуюся черту. Наниты внутри Старка сошли с ума. Наниты, в которых совсем скоро после вживления был заложен программный сюрприз, достать который, правда, можно было всего лишь раз и лишь с помощью близкого контакта и кода доступа. Практически невозможные условия, практически невыполнимые в правильном, нужном порядке, и все же, получилось. Последний туз, козырной, полетел на стол, оставляя Тони без шансов на победу. Теперь он сполна прочувствует, сполна побывает в её шкуре, когда за спасительную сыворотку адаптоида пришлось заплатить личным всем, пришлось ходить с часовой бомбой внутри, которую Гидра могла взорвать в любой момент без предупреждения, стерев Елену с лица земли навсегда в самом прямом смысле этого слова. Теперь он поймет по-настоящему, какого это терять себя. Теперь Белова получит своё удовлетворение и успокоится. После запуска программы ликвидации, наниты пожирали личность Тони Старка. Сейчас Беловой казалось, что она еще его пожалела. Идя в обход директивам Роджерса, она всё равно подсознательно думала о том, как бы смягчить удар.

- Ты всё отнял у меня много лет назад. Отнял сейчас. Ты всё отнял у меня, а я отниму у тебя самого себя. Всё, что у тебя останется Старк – это фантомы, главным из которых буду я. Мой облик, что ты видел последним, мой голос, мои прикосновения. Эти фантомы будут сводить тебя с ума, приходить в бесчисленных ночных кошмарах, а может не останется и их. Может ничего не останется, и всё, что ты любишь, будет уничтожено внутри тебя самого. Игра окончена, Тони. Адаптируйся или умри.

Последние слова Елена хрипло шепнула, вспоминая первую фразу, что ей бросили в Гидре, когда запустили процесс превращения в адптоида.

+1

9

Она плевалась ядом, травила его, вытягивала из него душу, вышвыривала все самое ценное из него. Снова. Она снова разрушала его, Тони не мог даже хрипеть, не мог ответить. Она разрушила его дом, она разрушила его будущее, его планы, она уничтожила его друга, она стерла в порошок то, что было бесценно.

- Ты заслуживаешь смерти, самой страшной, на которую только смогут сподобиться люди. Я не могу придумать ни одной достойной казни для тебя. Не могу придумать, потому что моей ненависти не хватает на это. Ты разрушаешь все, к чему прикасаешься, царь Мидас, только наоборот.

Тони хрипло рассмеялся, поймав аналогию. Он превращал в деньги то, к чему прикасался, поэтому умирал в нищете. Она прикасаясь уничтожала жизни, потому умирала в одиночестве. Они были идеально созданные друг для друга твари. Идеально не совпадающие.

Она прикоснулась к нему, снова, опять, сдвинулась, была слишком быстрой, слишком живой. Тони хрипло смеялся.

- Убьешь меня? Снова? На этот раз постарайся получше, Лена. – Он смотрел ей в душу, в глаза, выворачивал ее наизнанку словами, вспарывал, как умел, как мог. – Одиночество так горько, так сладко, не правда ли, Лена. Сладко оставаться в темноте, где никто тебя не услышит, где никто тебя не найдет, где у тебя больше не будет выхода, где ты будешь вынуждена хрипеть и подыхать в тишине.

Тони не боялся умирать, нет, этот страх у него давно уже отсутствовал. Этого страха в нем не было. Тони боялся, что не успеет послать сигнал, что не успеет спалить ее местонахождение. О, он хотел своей мести. Очень хотел.

Она была слишком близко, экстремис уже затягивал тело в броню, экстремис уже начал свою работу, когда она прикоснулась. Как ужалила. Как ядовитая змея скользнула вокруг него. И все стерлось, все потеряло смысл, Тони замер, недвижимый, скованный собственной броней, страхом и чем-то еще, чем-то, что она вдохнула в него.

Он терял себя, ускользал, он забивался все глубже, забирался внутрь себя, пытался сохранить. Пытался отстоять. Он кричал, наверное, он кричал, потому что это было больно, она выдирала из него его самого, она выдирала из него его личность. Она стирала Тони Старка, оставляя пустую оболочку. Исчезала Мария, в вихре слез исчезал Говард, растаяла вся жизнь в колледже, Тони вцепился в знания, вцепился изо всех сил, постарался сохранить при себе, постарался обнять Джарвиса, Фрайдей, заблокировать к ним доступ, постарался капельку выторговать, отдав все.

И все равно стенал от боли. Вот что чувствовал Джеймс, вот чего он боялся. Вот что значит быть ничем, меньше чем ничем.

Он оттолкнул ее. Адаптируйся или умри, адаптируйся или умри.

В его организме что-то происходило, что-то вставало на свои места, что-то исчезало как вид. Он больше не видел, не смотрел на нее, ему больше не нужно было видеть, зрение исчезло как вид. Только системное видение, только схемы, только пульс.

- Что бы ты сдохла. – Последнее что смог вспомнить Тони Старк, последнее, что было в нем, последнее что он сохранил внутри себя, ненависть к ней. Ненависть к ее голосу, к ее волосам, к ее шепоту, к ее губам.

Ненависть и любовь, которой он не знал названия. Любовь, которую теперь должен был отыскать заново.

Тони Старк умер.

Маска сомкнулась на лице. Железный человек ожил.

- Сыграем на выживание? Как быстро ты бегаешь дорогая? Хотя, постой, ты больше не можешь бежать. – Железный человек хмыкнул и свет погас, вся база умерла.

+1

10

Его боль, крик, страдания – Елена упивалась ими. Она упивалась его страхами, его агонией. Белова упивалась самим его присутствием на этой встрече.

Она держала Тони, всем телом ощущая его тремор. И вместе с ним по венам разносилось обжигающее наслаждение. Никогда ещё месть не приносила Лене столько эмоций, столько удовольствия. Месть и понимание, что твой враг у тебя в руках и практически сгорает.

Белова так долго этого ждала. Так яростно желала в последние месяцы, что в какой-то момент, похоже, даже потерялась в своих желаниях. Она потерялась и сейчас. Утонула в ощущениях, Старке, результате, которого достигла. Лена почти отключилась вместе с Тони, словно это не наниты расчищали его мозговые связи, а она лично.

Пришла в себя Белова только когда Старк оттолкнул её. Очередная улыбка скользнула по губам, став лишь шире от красноречивого пожелания, брошенного в её адрес. Тони достиг кондиции, Тони терял контроль, терял себя. Тони исчезал у неё на глазах. Елена ощущала себя победителем, перекатывала на языке вкус своего триумфа. И плевать, что сосущие внутри чувство пустоты и растерянности не особо куда-то и делось. Плевать на всё: на сомнения, неудовлетворенность амбиций, грусть, тоску и разочарование. Плевать на всё, ведь она победила. Лена так думала. Лена так хотела в это верить.

Того, что произошло дальше, Белова никак не ожидала. Женщина была на сто процентов уверена, что программа деактивации не просто обнулит Старка, а выведет его из строя. Отключит на длительный период, словно испорченный механизм. Но вместо Железного человека вырубилась база.

- Что… – Лена больше не улыбалась. Она была озадачена, удивлена. Вдоль позвоночника по коже рассыпались мурашки и внутри всё похолодело. Белова старалась скрыть это, в первую очередь от себя самой, но пульс её ускорился, а затем, от голоса Старка, сердце тревожно ёкнуло.

Тони звучал как-то по-другому. В его тоне улавливались особые нотки, сигнализирующие о реальной угрозе, чего раньше Елена не замечала в Старке даже в те моменты, когда он её проклинал или пытался убить. Как такового страха перед ним она тоже едва ли когда-нибудь испытывала. Но сейчас в Тони изменилось нечто существенное, и Белова впервые испугалась.

- Нет… не-е-е-е-т, нет-нет. – Лена отрицательно качала головой, отказываясь принимать такой поворот событий. Она пятилась в темноте к двери. Глаза ещё не полностью привыкли, но силуэт Старка Вдова видела ясно. – Тебе всё равно конец!

Белова рявкнула и бросилась вон из командного центра. Она видела, на что способен экстремис под управлением прежнего Железного человека, чего ждать от нынешнего после повреждения его систем, Елена доподлинно не знала. Больше всего она ненавидела и страшилась неизвестности.

Лена скрылась в одном из тренировочных помещений. Вступать сегодня с Тони в бой не входило в её планы, как и то, что он в принципе останется в сознании. Но своей непредсказуемостью ситуация вынуждала импровизировать.

Белова прислонилась к прохладной стене. Вдох, ещё один, ещё. Сердцебиение пришло в норму, а потом и вовсе немного замедлилось, стоило блондинке активизировать способности адаптоида. Радужные оболочки исчезли, глаза заволокло черным. Елена была готова поглощать. А на запястьях звякнули два непримечательных браслета. Их Беловой подарил Киллмонгер в знак признательности за плодотворное и выгодное сотрудничество. Может Лена сегодня и была без своего привычного обмундирования и вооружения, зато с собой у неё были когти.

На браслетах мигнул тусклый огонёк и по рукам поползли наниты, ложась на кожу ровным слоем вибраниумных перчаток. Елена сжала кулаки, и лезвия на кончиках пальцев опасно лязгнули.

Беловой нужно выбраться, добраться до потайных ходов, а с последствиями сбоев Тони Старка пусть разбираются его драгоценные Мстители во главе с Капитаном, теперь это не её проблема. Точнее, она перестанет быть её, как только Лена сможет уйти из этой чертовой базы.

+1

11

Он так сильно цеплялся за стенку, так сильно скреб ее металлическими пальцами, что оставлял после себя вмятины и трещины. Он орал, и динамики хрипели от его крика, потому что его раздирала боль, адская, невыносимая боль, которая ослепила, оглушила, оставила в темноте. Он знал, что он где-то есть, что он кто-то есть, что он должен что-то сделать, что-то найти, что-то обрести. Давние, дальние воспоминания, которых у него не было никогда в голове, всплывали урывками, оставляя в голове мигрень и слезящиеся глаза.

Она добилась своего. Кто она? Ах да, Белова, триггер, триггер на всю жизнь, если это будет жизнь. Триггер на всю жизнь.

- Тебе лучше бежать. – Он в темноте, слеп как котенок, но ему больше не нужно видеть, он вся база, он все двери, он все провода, он больше не тело, она не оставила ему выбора, она вынудила его скрыться, уйти, собраться в другом месте. Она уничтожила его.

Он искал ее, искал как одержимый, как человек, который не может дышать без нее, не может существовать, не может быть. Он искал ее, проверял помещение за помещением, ему больше не нужны были глаза, он видел силуэты, предметы, он видел тепло. Он видел ее.

И он готов был убить.

- Ты сотворила то, что не смог сотворить никто. Нового человека. Гордишься? – Он говорил механически, выговаривая слова из учебника по робототехнике, который читал когда-то, ему было пять лет, и он хотел, чтобы его кто-то ценил. Он читал слова бездумно, как будто запоминая, чтобы сказать другому, чтобы высказать кому-то еще. Но вместо этого, он целился в нее из репульсора.

Полная мощность, весь костюм приведен в боевой режим. Больше нет Тони Старка, у Тони Старка были принципы и желания, у него была жизнь, у него была даже любовь. У Железного человека был триггер, и попытка собрать себя. Кто он? Где он? Как выбраться отсюда?

Он выстрелил прежде чем она начала говорить, он выстрелил прежде чем смог предупредить. А хотел ли? Железный человек действовал на упреждение, удар шел за ударом, одним из ударов он отбросил хрупкое тело к стене.

- А теперь тебе придется с этим жить. – Триггер в его голове, триггер от которого он будет сходить с ума, который будет ускользать, который он будет ловить снова и снова.

Триггер, от которого нужно избавиться. Только последний выстрел он сделать не может. Не может и все тут. Как бы не хотел, как бы не пытался.

А в голове ему семь лет, и кто-то гладит его по макушке, уговаривая не рыдать. А в голове ему семь лет и этот кто-то слишком далеко, чтобы сдерживать его бесконечно. Но что-то мешает ему, что-то скребется внутри. А тело поднимается, снова поднимается, он стреляет по ногам, воображая, как она будет ползти, подыхать здесь, среди мертвой базы и уходит.

Ему больше нечего делать здесь. Он перекрыл выходы. Он сломал ее.
Она убила его.

Железный человек вышел с базы и замер, раздумывая, с чего начинать новую жизнь. Раз уж она началась так внезапно.

+1

12

Нет, Лена не гордилась, совсем не гордилась, по крайней мере, сейчас. Тони был вполне этого достоин, но он не на её стороне, не её соратник, не её верный пёс. А гордиться тем, что собственноручно создал неуязвимого врага, вместо того, чтобы вовремя убрать его с дороги, не очень-то уместно. Лена скорее теперь полна сожалений на этот счет. И он прав, в какой-то степени Беловой придется жить со своим сожалением.

Возможно, Тони считал, что Елену как-то тронет понимание его конца, его перерождение в груде пепла и обломков, но тогда он глубоко ошибся – Беловой абсолютно плевать на степень своей вины в разрушенности его жизни. Елена и не с таким живет, к тому же, Старк разрушил всё намного раньше.

Он и сейчас рушил. Он рушил момент её триумфа, чего Белова никогда ему не простит. Елена уничтожила его, стерла личность, стерла те постулаты, что и делали его тем самым Железным человеком. Тем самым Тони Старком, а он и в такой ситуации сумел вернуть ей часть боли, сумел заставить Лену опять бороться за выживание, стоя на краю пропасти, вместо того, чтобы в полной мере праздновать победу.

- Даже если я умру сегодня, – прошипела Белова, – тебя всё равно больше нет. Ты уничтожен. Всё, что тебе дорого – уничтожено. Всё, что ты сделал – уничтожено или на пути к этому. И причина всему – я.

Она держалась за живот, куда попало больше всего зарядов Старка, под пальцами струилась кровь. Но Елена всё равно сумела победно улыбнуться, пытаясь встать. Лицо она не потеряет, даже будучи убита собственным созданием. Не в этом случае.

Белова больше не строила иллюзий, она ждала последнего удара, потому что Тони давно перешел запретную грань, он минул точку невозврата. И пусть он сейчас сделает это, едва ли для него всё закончится. Вряд ли закончится и для Лены, ведь Старк убивал её уже ни раз, пытался убить, а она возвращалась. Белова словно нашла ключ от двери, что разделяет две стороны, и когда женщину отправляют на другую, она просто открывает дверь, заходя обратно. Это было сродни проклятью, только не понятно, чьему именно.

Последний выстрел пришелся ей по ногам, не в сердце, и Лена снова упала, скользя вибраниумными когтями по стене.

- И не надейся, что я не выберусь.

Слова ушли в пустоту, ведь Тони уже здесь нет, он улетел. Оставил Лену на волю случая. И черт подери, ей бы сейчас не помешала не только благосклонность этого авантюриста, но и чья-то существенная помощь. Только звать Беловой некого, совсем.

Она не хотела снова втягивать Бобби в свою грязь, опять подставлять её. Да и не факт, что Морс не пошлет Елену куда подальше, пожелав счастливо сдохнуть.

Белова не могла позвать и Джеймса, ведь она понятия не имела, где он сейчас и что с ним. А в их последнюю встречу Барнс чуть её не убил, вряд ли об этом хоть как-то сожалея.

Даже Эрик больше не был джинном из бутылки, которого Елена в любой момент могла достать. Он не был к ней привязан ничем, кроме обоюдной договоренности, и когда исполнил свою часть, Белова расплатилась и отпустила его. Вот, считай несколько дней назад. Сейчас Киллмонгер, наверное, уже где-то на островах и попивает пина коладу, как и хотел, о чем когда-то обронил Беловой в разговоре. А если и нет… Стивенс спас её однажды, он помог ей отомстить, всё остальное – это дела одной Елены, и она слишком хорошо это понимала. Вариант же с Роджерсом она даже не рассматривала, злость и ненависть здесь были сильнее желания не умирать.

Наверное, к ней незамедлительно пришел бы лишь один человек. Пришел бы, чтобы добить её, и он только что покинул базу. Лене стало тошно от этих мыслей, но пусть и с досадой, она усмехнулась. А затем встала, сама, чтобы добраться до потайных туннелей. Туннелей, которые не напичканы датчиками движения, слежения и прочей электроникой. Туннелей, проход в которые открывался только вручную, как лет пятьдесят назад, а значит, до которых Тони Старк не добрался даже со своим экстремисом.

Белова выбралась наружу уже глубокой ночью. Почти что выползла, но это ничего. Она выживет. Раны затянутся, от них не останется и следа, силы восстановятся, и Елена подстроится под новую жизненную среду, куда её выпихнули обстоятельства. Она ведь не обычный человек, она – проклятый адаптоид, который способен выжить в любых условиях.

Лена упала спиной на песочную пыль пустыни. Часто и глубоко дышала, смотря в звездное небо. Белова отомстила. Она сделала всё, чтобы уничтожить своих врагов, своих обидчиков, только удовольствие от этого чересчур быстро улетучилось, и единственное, что Елена сейчас ощущала, это боль и пустоту.

+1


Вы здесь » Marvelbreak » Отыгранное » [26.11.2016] Восстание мертвецов


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно