ОБЪЯВЛЕНИЯ
АВАТАРИЗАЦИЯ
ПОИСК СОИГРОКОВ
Таймлайн
ОТСУТСТВИЕ / УХОД
ВОПРОСЫ К АДМИНАМ
В игре: Мидгард вновь обрел свободу от "инопланетных захватчиков"! Асов сейчас занимает другое: участившееся появление симбиотов и заговор, зреющий в Золотом дворце...

Marvelbreak

Объявление

мувиверс    |    NC-17    |    эпизоды    |     06.2017 - 08.2017

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Marvelbreak » Отыгранное » [лето 2011] Over the hills and far away


[лето 2011] Over the hills and far away

Сообщений 1 страница 30 из 31

1

OVER THE HILLS AND FAR AWAY
http://forumstatic.ru/files/0018/aa/28/36613.png

https://img-fotki.yandex.ru/get/9835/47606540.74/0_efec7_c5498be0_XL.gif
Hogun | Lady Sif | NPChttp://forumstatic.ru/files/0018/aa/28/36613.png
Прошлое темно, а будущее смутно. Возможно ли приподнять покров тайны? И нужно ли?

ВРЕМЯ
лето 2011 г.

МЕСТО
Ванахейм

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЯ
it's so mysterious, isn't it?

Отредактировано Sif (2018-05-07 22:46:41)

+3

2

[AVA]http://sa.uploads.ru/jreRJ.gif[/AVA]
[NIC]Афефе[/NIC]
[STA]Маг Ванахейма[/STA]
… Всю ночь шел дождь, а потому предрассветные сумерки были наполнены свежестью, влагой, ароматом мокрых листьев и сырой земли. К нему примешивался запах сладких, перезрелых плодов юзу и прохладной смолы. И если днем в это время года от расточающего свое тепло солнца все вокруг пахнет, словно разгоряченная женская кожа, медная, влажная от пота, да дурманящим мускусом, запах которого обычно сопровождает колдовство, то утром эта мелодия стихала, дышалось легко и свободно.

Капли дождя с потаенной нежностью тихо постукивали по крыше. Некоторые просачивались внутрь и мерно, как будто так было задумано, падали в круглые деревянные чаши, расставленные рядом с джутовыми циновками, на которых сейчас спали гости.
Дом Огуна больше напоминал землянку с крышей, покрытой соломой и ветками. Ни дымохода, ни очага здесь не было, а тепло, казалось, идет от самой земли. Низкий столик бдительно хранил вещи отдыхавших воинов. Из узких прорех, служивших окнами, доносилась безыскусная песня птиц, да просачивались бледные лучи света, как душа усыпленной природы.
Первобытный покой и крепкий сон нарушал только храп. Да и он был сейчас естественным и уместным, что даже ящерок, замерев крючком, задремал на стене.

Бесшумно открылась дверь. Поток света хлынул в комнату, и зашуршали едва уловимые шаги босых ног. Фигурка пересекла помещение и, недолго думая, юркнула туда, где рядком блаженно посапывали гости.
Циновка слегка просела под коленками, когда над воительницей склонился худенький мальчишка лет пятнадцати на вид. С его головы свешивался тяжелый соломенный шиньон, больше похожий на гриву какого-то животного, на плечах, подобно плащу, была повязана красная ткань. Любому в этой наивной пародии почудилось бы кое-что знакомое. Только вот глаза у него были не голубые, а светло-зеленые, как клевер.
Он озарил спящую девушку широкой улыбкой, такой беспечно-светлой и радостной, что любой, кто тонул в смутной тьме, сейчас принял бы ее за спасительный огонек.

Отредактировано Hogun (2018-05-11 00:32:09)

+3

3

Вкрадчивый шепот дождевых капель за окном скрадывал звуки, как густая листва ванахеймких лесов крадет солнечный свет, и Сиф скорее почувствовала, чем услышала приближение к своему ложу. Глаза воительницы распахнулись, с сонным недоумением разглядывая странное существо, потревожившее ее покой. С губ сорвался тихий смешок узнавания. Приподнявшись на локте, Сиф протянула руку и вытащила золотую соломинку из травяной шевелюры отрока.

– Кто ты? – спросила она, не в силах сдержать улыбку.

Шутка явно предназначалась для асов, да вот беда – двое из них спали богатырским сном, и разбудить их могло только нападение вражеской армии, а не вторжение маленького лазутчика. Как ни странно, воительнице даже не пришла мысль о возможной опасности – очарование Ванахейма исподволь действовало не хуже его знаменитой магии.

Склонив к плечу темноволосую голову, она спокойно ждала ответа, не торопясь будить товарищей.
[AVA]http://s9.uploads.ru/27gCD.jpg[/AVA]

Отредактировано Sif (2018-05-01 18:00:47)

+3

4

[AVA]http://s9.uploads.ru/OCDtm.jpg

[/AVA]- Я Тор! – известил мальчишка с удивлением в голосе оттого, что его не узнали. Вскочил на тонкие длинные ноги и принялся расхаживать по циновкам, с ловкостью акробата перешагивая через спавших воинов. – Принц Асгарда, сын великого Одина, наследник трона, достойный владеть Мьельниром.
Он остановился, поправил явно тяжелую ношу на голове и заговорил еще громче.
- Моя сила подобна громовым раскатам, храбрость не знает предела, румяные щеки мои как наливные яблоки, а волосы – спелый колос пшеницы…
Стараясь держать спину прямо, как подобает наследнику, нарушитель сна примостился на выставленный бок кого-то из спавших под плетеным покрывалом, словно сел на королевский трон. То ли он запутался в своем плаще, то ли потерял равновесие, то ли трон его шевельнулся или оказался не таким устойчивым, но в следующую секунду рухнул прямо на здоровяка, потом поднял лохматую голову с длинными каштановыми волосами, показавшуюся из-под свалившегося шиньона, и испустил полный досады вздох.

В этот же момент в комнате выросла черная тень.
Вошедший Огун мрачно взирал на произошедшее так, будто стал свидетелем стихийного бедствия. Лицо его, усыпанное дождевой водой, было как всегда непроницаемым, но в глазах затаилось недовольство, впрочем, которое быстро пропало, как исчезают с горизонта тяжелые грозовые тучи.
- Афефе, - обратился он к мальчику ровно, но предупредительно. Потом смягчился и уже заговорил с пробудившейся воительницей. – Он поклонник Тора, а мне как младший брат. Извини его. Надеюсь, ты хорошо спала.

Пройдя внутрь, молодой ван принялся что-то разворачивать в темном углу, куда не проникал новорожденный солнечный свет раннего утра.
- Афефе – витки*, - решил пояснить Огун. – Вернее, только учится. Он отведет тебя к жрице, ступить с тобой на священное место мы с Фандралом и Вольштаггом не сможем, но проводим туда.

Услышав свое имя, мальчишка снова широко улыбнулся. Полные мятного цвета и прохлады водоема глаза радостно заблестели.
- Не бойся, я столько всего тебе покажу, - заговорчески прошептал он Сиф, как будто утаивал тайны мироздания и собирался поведать их лишь ей одной, как только они останутся наедине.
Даже с расстояния, как от любого мага, практикующего сейт, от него пахло тpавами, мазями и настойками. Запястье мальчика было обвязано полосой из телячьей кожи, по краям которой висели крошечные латунные колокольчики, а на шее - ожерелье из стеклянных бусин и разноцветных камней.
Тут Афефе огляделся со своего места (он по-прежнему полулежал меж спавших тел, утыкаясь острым локтем и коленом в чьи-то похрапывающие бока) и по-детски простодушно удивился в голос:
– А где Тор?   

------
*Витки - маг, на древнескандинавском языке означает «мудрый». Занимается поддержкой и восстановлением порядка вселенной в окружающем мире, способен вмешиваться в порядок вещей, производить перемены в них по собственной воле. Так как сейт немужское занятие, им занимаются вельвы и лишь небольшое количество мужчин.

Отредактировано Hogun (2018-05-11 00:37:10)

+3

5

Безобидный, казалось бы вопрос стер улыбку с лица девушки, омрачив тенью горечи.

Что она могла ответить этому мальчику с доверчивыми и мудрыми глазами лесного духа? Что Один, разгневавшись на старшего сына, изгнал его в Мидгард? Более того – в наказание лишил Мъёльнира и нарек «недостойным».

Нет. Всего этого она говорить не будет.

Бросив на Огуна предостерегающий взгляд, Сиф мягко произнесла:

– На сей раз Тор не смог приехать с нами, Афефе. Только вообрази, сколько дел и хлопот у бога грома в девяти мирах. Но в следующий раз, – голос воительницы невольно пресекся, но она упрямо вскинула голову. – В следующий раз обязательно приедет. Он вернется.

– Да уж, – проворчал хриплый бас разбуженного Вольштагга, – и чем раньше, тем лучше. Надеюсь, эта ванахеймская жрица назовет точную дату, – и великан широко, от души зевнул, как будто собрался проглотить целого барашка, со шкурой и копытцами.

– Точную? – раздался голос Фандрала, полусонный, но уже насмешливый. – Помилуй! Она же женщина.

Слушая пикировку товарищей, Сиф поднялась с места и поплескала в лицо дождевой водой, скопившейся в одной из чаш, расставленных на полу, и натянула брошенные в углу высокие сапоги. Бóльших сборов воительнице не требовалось – в скромном жилище Огуна асы спали по-походному, не раздеваясь.

– Идем прямо сейчас? – спросила она.

– Даже не позавтракав? – вопль, исторгнутый из груди Фандрала, мог разжалобить самое суровое сердце.

– Я согласен с Фандралом, – подхватил Вольштагг, бросая на товарища благодарный взгляд. В эту трудную для всего Асгарда минуту, когда Тор Громовержец находился неизвестно где и неизвестно с кем, его верным друзьям прозаически думать о еде было не к лицу. Но есть все равно предательски хотелось.
[AVA]http://s9.uploads.ru/27gCD.jpg[/AVA]

Отредактировано Sif (2018-05-02 18:11:03)

+3

6

[AVA]http://sa.uploads.ru/t/j7oct.jpg[/AVA]
Афефе переводил взгляд с одного говорившего на другого, и обратно. Его глаза, в которых сейчас было так много зеленоватой морской воды, казалось, сами когда-то сплели запутанную паутину мироздания, и теперь разглядывали получившийся узор, узелок за узелком.
Вдруг его взгляд перехватил Огун:
- Принеси нам еды, - по-братски ласково сказал ван, подойдя ближе и кладя руку на худенькое плечо.
Однако, как это могло показаться его товарищам, он сделал это не для того, чтобы поддержать всеобщее желание заморить червячка перед выходом, а чтобы на время отослать маленького мага из комнаты, который, как дикий зверек, поставивший уши торчком, не пропускал мимо не единого слова. 
И все как тот же зверек, мальчишка кивнул с улыбкой, поднялся на ноги, прыжком пересек расстояние до двери, так что красный плащ надулся парусом, и исчез в теплом свете приветливого утра.

Несколько секунд Огун, не говоря ни слова, смотрел на закрывшуюся дверь.
Взгляд вана был тяжелым, как будто прошлые грехи нашли его и не давали покоя. Даже трели птиц пристыжено замолчали снаружи, словно в эту тяжелую для Троицы минуту было постыдным блаженствовать и радоваться.
Но хранить нагнетающуюся тишину – невыносимо.
- Не смотри на то, что он еще дитя, - слова предназначались асгардской воительнице. – У Афефе есть дар видеть дальше всех, за покровы покровов. Из-за этого дара он вечно будет одинок. Он поможет тебе получить ответы. На любые вопросы. Если он попросит о чем-то, не отказывай. Трудна дорога вверх, но награда велика.

… Послышался восхитительный запах шалфея, лука и хорошо обжаренных мясных ломтей, от которых у любого сразу засосало бы под ложечкой.
Ловко управляясь с подносом, нагруженным деревянными чашами, пиалами и плоскими дощечками, маленький витки сел на циновки и принялся расставлять угощения.
Вольфштаггу досталось больше всех. Двойная порция. Как будто мальчишка боялся, как бы по дороге здоровяк не ослабел от голода.
Обняв колени и подперев ладонями подбородок, Афефе с беспечальной улыбкой смотрел, как его новые знакомые утоляют голод и жажду.

- Оружие нам придется оставить здесь, - хмуро бросил старший из ванов, ломая лепешку и заворачивая ее в зеленый лист салата.

Отредактировано Hogun (2018-05-10 19:49:05)

+3

7

– Спасибо, Огун, ты настоящий друг, – кривоватая ухмылка вспушила светлые усы Фандрала, и белые зубы жадно впились в поджаренное до золотистой корочки мясо.

Впрочем, веселость Фандрала лишь наполовину была искренней, не находя отражения в глазах, сверкавших совсем другим блеском, опасным и яростным. Нет, если бы постная мина и пустой желудок способствовали возвращению изгнанника, Фандрал первым бы посыпал голову пеплом и затянул пояс потуже, однако тут требовалось колдовство посильнее. Поэтому они здесь.

Фандрал вопросительно посмотрел на Сиф, сосредоточено отхлебывавшую из маленькой пиалы какой-то травяной настой, но воительница не заметила его взгляда, будто в мыслях уже была там, у порога старой ведьмы. Хотя кто знает, на вид ведьма могла быть молода и пригожа, что сути дела не меняло.

– Оружие оставить здесь, – кивнула Сиф, а Вольштагг нахмурился, любивший свою алебарду, как родную дочь, и расстававшийся с ней куда менее охотно.

Однако привычка доверять Огуну заставила его промолчать, совсем уж дрянных советов от товарища он не слышал, если, конечно, это не касалось длинных и обстоятельных рассуждений о правильном ведении боя на равнине, в лесу и горах и т.д. По мнению рыжего великана, все эти изыски хороши на бумаге да за кружкой эля в кругу друзей и восторженных дев. В реальности нужно только крепче держаться на ногах и колотить противника изо всех сил. Поскольку силой Вольштагг обделен не был, то его теория пока не получила опровержения.

– Далеко ли, долго ли идти? – спросил он, сыто утирая усы и бороду. – Сам понимаешь, надолго оставить Асгард, когда там такое, мы не можем. Когда главный его защитник...

– Съешь еще кусочек, Вольштагг, – ласково посоветовал блондин, принявший к сведению предупреждение Огуна о чутких ушах его младшего брата. С недавних пор он испытывал предубеждение против младших братьев своих друзей.
[NIC]Fandral[/NIC] [AVA]https://78.media.tumblr.com/74b93b7edec70f84c5f4b68531d0ee3f/tumblr_n1ayy7zaQ81qd52doo2_250.gif[/AVA] [STA]brave heart[/STA]

Отредактировано Sif (2018-05-05 12:26:15)

+3

8

[AVA]http://s9.uploads.ru/WANjY.gif

[/AVA][NIC]Афефе[/NIC][STA]Маг Ванахейма[/STA]Похоже, путь к ванахеймской жрице и в самом деле был не таким коротким, потому что лицо Огуна стало задумчивым и сосредоточенным, как будто он был уже там, среди холмов, где владычествует свежий ветер, несущий запах заиндевелых цветов, покрытых колышущимися травами степей, каменистых устьев, через которые им нужно было пройти. Такое лицо бывает у стратега, озабоченного передвижением войск и ожидающего умственного озарения в громе сражения при изучении карты.
Нет, дорога заняла бы меньше, чем понадобилось бы Вольштаггу, чтобы снова проголодаться, но даже этого времени у них сейчас не было.
- К святилищу только одна тропа, - наконец сказал воин, подытоживая невысказанные мысли и отгоняя мысли непрошеные.
Внезапный и сильный порыв ветра влетел в оконца, разбросав по циновкам крошечные лепестки желтых нарциссов, что росли на здешних лугах.
- Есть и другая, через лес Барри, - Афефе поднял голову, утыкающуюся острым подбородком в коленки, и посмотрел на старшего вана, что старательно отвел мрачный взгляд.
- Нет.
- Я смогу провести ее туда, - не упрямо, но с надеждой, что появляется в глазах каждого ребенка, любящего приключения, и чей талант возрастает в крайней опасности, сказал мальчик.
- Это рискованно.
Будто ища поддержку, Афефе посмотрел на белокурого Фандрала, потом на здоровяка Вольштагга, перевел взгляд на воительницу Сиф и снова на Огуна. Стены разума старшего вана всегда были несокрушимы, но он умел их обходить. 
- Я справлюсь, - мягко, но уверенно рука витки коснулась запястья брата, и латунные колокольчики звонко и по-волшебному, как бы предвещая перемены, затрепыхались. 

Ход через лес Барри обычно не обещает сюрпризов – ваны ходят там смело. Но каждый из них знает, что место, где растут деревья из Йотунхейма, скрежещущие ветвями само небо и разгоняющие светом золотой кроны даже мрак ночи, может быть губительно. Однако, похоже, не настолько, чтобы Огун побоялся доверить жизнь боевой подруги ученику-магу. Потому что он без слов кивнул, мол, твоя взяла, решено, пойдете через лес.   

Ваны, старший и младший, хмурый воин и маленький улыбчивый витки, поднялись на ноги.
- Пора.

Тут же маленькие ладони Афефе схватили Сиф за руку, стараясь поторопить к выходу. Он выглядел так, словно целый век провел в заточении, а теперь заполучил свежую кровь или девственные ушки, которых еще не касались удивительные истории юного мага.
- Пойдем скорее. Они нас догонят, а я представлю тебя цветам.

Отредактировано Hogun (2018-05-11 00:40:12)

+3

9

Глядя на юное лицо Афефе, светившееся простодушным воодушевлением, трудно было не улыбнуться в ответ.

– Идем.

Сиф позволила маленькому проводнику увлечь себя к выходу. Крохотные колокольчики на смуглом запястье, казалось, вызванивали какую-то свою мелодию, внятную только уроженцам Ванахейма.

– Что за лес Барри такой? – осведомился Фандрал, удивленный неожиданной уступчивостью упрямца Огуна в споре с братом. Событие само по себе столь выдающееся, что он ощутил благоговейный трепет; впрочем, вполне возможно, это был самый обыкновенный сквозняк. – В какое болото нам нужно нынче сунуться, а?

Тон бравого воина не оставлял сомнений в том, что если Троица сунется в пресловутое болото, его обитателям лучше вести себя тихо и пристойно, как мышам, застигнутым хозяйским котом в амбаре с зерном.

– В первый раз, что ли?

Вольштагг пожал плечами и, закинув в рот последний ломоть мяса, в один глоток опустошил чашу с травяным чаем, как будто это было горькое лекарство. Впрочем, никаких как будто – для аса вкус чая мало чем отличался от лекарственной настойки. Завершив трапезу, рыжий великан поднялся на ноги с бесшумной легкостью, поразительной для такой груды мышц, в знак того, что готов отправиться в путь, хоть в лес, хоть в болото.
[NIC]Fandral[/NIC] [AVA]https://78.media.tumblr.com/74b93b7edec70f84c5f4b68531d0ee3f/tumblr_n1ayy7zaQ81qd52doo2_250.gif[/AVA] [STA]brave heart[/STA]

Отредактировано Sif (2018-05-09 11:24:32)

+3

10

[AVA]http://s9.uploads.ru/8afPx.gif

[/AVA][NIC]Афефе[/NIC][STA]Маг Ванахейма[/STA]Умытый дождевой водой сад благоухал. Бутоны цветов сонно покачивались на влажных стеблях. Ранние солнечные лучи, преломляясь в каплях воды, делали их похожими на россыпи драгоценных камней. Эта дивная картина, завораживающая с одного взгляда и поднимающая со дна вместилища души самые восторженные чувства, являлась подтверждением слухов о том, что ваны и альвы – родственники по крови. Ведь именно в мире последних особенно ощущался поток жизни, как и сейчас в саду Ванахейма.

Эти сады тянулись вдоль дороги почти от самого дома Огуна. Они не навязывали душный медовый аромат, как это бывало в середине лета. Сейчас одни деревья еще спали, другие только-только просыпались.
Афефе шел впереди всех, держа за руку леди Сиф и мимоходом рассказывая об обитателях этого места. Вот два липовых дерева, что тяготятся тайным влеченьем друг к другу, а вот древний лавр, молчаливый хранитель преданий. А здесь живет фиалка с такими черно-лиловыми лепестками, что до сих пор не ясно, какие такие темные замыслы преследовал ее творец в момент создания.
Один раз маленький маг остановился возле большого цветка, похожего на солнце, и осторожно проник пальцами в его сердцевину, выуживая на свет блестящий ароматный сок.
В другой раз он подвел воительницу к кусту роз, которые, похоже, получили самую большую долю обаяния и почти королевское величие. Огромные красные цветы буквально льнули к рукам витки, как легкие клочья тумана к вершинам холмов, что виднелись вдали.

Молчаливый Огун, что шел все это время вместе с Фандралом и Вольштаггом позади, добродушно сносил фантазийные рассказы брата. По большей степени из-за того, что немного скучал по ним.
Жизнь вдалеке от дома всегда была для старшего вана одним длинным переходом через пустыню, и не потому, что она была лишена ярких красок и радостных мгновений (их было хоть отбавляй, как и приключений с Тором и друзьями), а по той причине, что в Асгарде он всегда был сосредоточен на воинском ремесле, и только здесь, в Ванахейме, ощущал себя как путник, нашедший чистый родник.

Очень скоро компания вышла туда, где заканчивались скромные постройки, дорога как бы расширялась и вела вниз, в изумрудную долину, на горизонте которой золотилось пятно – тот самый лес Барри.
И если Огун остановился, нахмурился и бросил туда тяжелый, как метательный снаряд, взгляд, то младший ван, босоногий и худенький, даже не обратил внимания, как будто ходил здесь каждый день, а то и не один раз.

… Когда трое воинов значительно (не настолько, чтобы пропасть из виду) отстали от юного проводника и его спутницы, Афефе вдруг спросил с задумчивой улыбкой:
- Какой он? Тор?

Отредактировано Hogun (2018-05-11 00:42:53)

+3

11

Прогулка в обществе юного вана была похожа на путешествие в компании беспечного летнего ветра, насыщенного теплыми ароматами трав и цветов. Асгардская воительница слушала его рассказы, как слушала бы щебет певчих птиц: язык Афефе был ей чужд, но приятен слуху.

Сиф дивилась, что у серьезного и склонного к глубоким размышлениям Огуна был такой брат, отличный от него, как стихия воздуха отличалась от стихии земли. Казалось, сам Афефе рос, не ведая ни печалей, ни забот, будто дикий цветок, наподобие тех, с которыми он водил близкую дружбу.

– Тор? – улыбнулась девушка. – Его недаром нарекли Громовержцем. Он похож на гром, стремительный и разящий. И на солнечный свет, от которого тепло и весело на сердце.

Не удержавшись, Сиф ласково взъерошила волосы на макушке Афефе, как поступил бы Тор.

– Я обязательно ему расскажу, что в Ванахейме живет один мальчик, который ждет встречи с ним, – пообещала она, не испытывая и тени сомнения, что этот миг обязательно наступит; ей не нужен был визит к ванахеймской жрице, чтобы знать это.

Гнев Одина, со всей силой отцовского разочарования обрушившийся на сына, не пощадил и его друзей. Со дня злосчастного возвращения из Йотунхейма Всеотец словно забыл о существовании Сиф, Фандрала, Вольштагга и Огуна, и только Локи избежал царской немилости. Сиф ждала, что младший принц заступится за брата перед отцом, но, видимо, прошло слишком мало времени, с чем ей было нелегко смириться. 

Вот тогда Огун предложил другой путь.

Отредактировано Sif (2018-05-08 22:17:34)

+3

12

[AVA]http://sa.uploads.ru/t/j7oct.jpg[/AVA]Афефе зажмурился от прикосновений рук воительницы, как урчащий от удовольствия зверек, и улыбнулся, представляя встречу, о которой так давно мечтал.
Медленно поднимающееся над Ванахеймом солнце окрашивало его длинные волосы в цвет янтаря.
Иногда взгляд мальчика становился глубоко-задумчивым, и тогда звучащий колокольчиком голос утихал, как будто юный проводник знал не только то, что случилось со старшим принцем в Асгарде, но и то, что было еще пока сокрыто от всех.
- Я вижу обман рядом с Тором, - вдруг сказал он тем же безмятежным голосом, каким еще совсем недавно рассказывал про цветы. – Обман причинит ему боль.

В этот же момент с ними поравнялся Огун и предостерегающе указал на приближающееся сияние золотой кроны таинственного леса.
- Скоро дорога закончится, дальше вы пойдете одни. Мы же останемся ждать.

Старший ван не обладал способностью пророчествовать, глядеть в будущее, как в воду, и бестелесной сущностью блуждать по всем Девяти мирам – на это были способны витки, да и то самые одаренные среди них. Но ему и не нужна была эта способность, чтобы догадаться, что друзья, Фандрал и Вольштагг, вот уже столько времени не находят себе места, пытаясь выведать, почему упоминание леса действует на Огуна так угнетающе. Молчаливый воин, как и ожидалось, от пояснений воздерживался, но все же несколько слов себе позволил. Пока они шли, он рассказал о происхождении леса, о том, что там живут древние существа-фетчи, которые являются хранителями всего живого и не любят непрошеных гостей.
Что именно духи делают с такими гостями, он не уточнил.

… Издали сияние леса было нестерпимым. Казалось, на них надвигается само солнце. Но чем ближе становился лес Барри, тем отчетливее прорисовывались стройные стволы деревьев, совсем не похожих на те, что росли во всем Ванахейме. Их листья словно были созданы из чистого золота, а прожилки напоминали кровеносные сосуды.
Когда до первой полосы деревьев оставалось совсем чуть-чуть, густая, непроницаемая крона шумно вздрогнула, как если бы лес глубоко вздохнул. Где-то далеко раздался сокрушительный стук копыт, злобное ржание, яростный, выбивающий искры лязг.

Отредактировано Hogun (2018-05-10 19:55:39)

+3

13

«Не смотри на то, что он дитя... У него дар видеть за покровы покровов», – в ушах воительницы шелестящим шепотом ветра вновь прозвучал голос Огуна, а веселый перезвон колокольчиков на тонком запястье витки превратился в тревожный набат.

– Обман? – произнесла пораженная до глубины души Сиф, но мальчик, казалось, тут же забыл о своих словах, очарованный новым благоухающим цветком.

...Золотой лес предстал перед путниками, словно величественный храм, которых не строили в Ванахейме, не стремясь соперничать или превзойти могущество природы. Золотые листья были будто отлиты из металла и издавали грозный ропот при приближении чужаков.

– Здесь точно возможно пройти? – с сомнением спросил Фандрал, переглянувшись с товарищами.

– Малыш как будто уверен в себе, – отозвался Вольштагг, нахмурившись.

– Я не о нем, – кратко отозвался Фандрал, бросив быстрый взгляд на воительницу. – Нам сюда хода нет, как сказал Огун.

Сиф пожала плечами и пристально вгляделась в золотую глубину леса Барри, ощущая в ответ осторожное прикосновение чужих невидимых глаз, словно легкое касание летящей осенней паутины. То ли она была, то ли показалось.

Отредактировано Sif (2018-05-09 21:41:25)

+3

14

[AVA]http://sh.uploads.ru/t/SgNve.gif[/AVA]
[NIC]Афефе[/NIC]
[STA]Маг Ванахейма[/STA]Стоило воинам сделать еще один шаг, лес сердито загудел, как огромный бражник, в чьи владения вторглись без спросу. Таинственная, не только прекрасная, но и смертельная сила ощущалась сейчас в этом месте.

Огун, чей вид лучше всяких слов говорил о том, что он уже готов повернуть назад и пойти другим путем, признав, что переоценил способности юного мага, неожиданно вздрогнул, когда почувствовал хрупкое плечо брата – Афефе сначала встал рядом, потом зашагал вперед, освещаемый золотым светом.
Ледяной ветер – колючее дыхание Йотунхейма, шлифующее снежные глыбы – ударил мальчику в лицо, поднимая и развивая волосы, колыша одежду и колокольчики на запястье.

Сияние леса Барри почти поглотило его, когда маленький витки обернулся, глядя на друзей бальзамически-зелеными глазами, в которых сейчас целительный прозрачный свет соединялся с укрывающей темнотой ночи.
Вдруг для самого себя старший ван нашел ответ на вопрос, который так часто посещал его в дождливые поры: почему верховная жрица выбрала именно Афефе? Он знал этот ответ всегда. Потому что его младший брат, умеющий одновременно и улыбаться самой искренней улыбкой на свете и смотреть серьезно, взирал глазами мироздания.
Мироздания мудрого, порой бескомпромиссного, а порой – снисходительного и справедливого. Для которого и прекрасная роза и отвратительная змея – нежнейшие друзья, по ночам принимающие облик друг друга.

… Ласково, прося не бояться устрашающей неизвестности, мальчишка протянул руку Сиф.

Отредактировано Hogun (2018-05-10 19:57:54)

+3

15

Вольштагг нахмурился, а Фандрал порывисто подался вперед, в невольном движении словно пытаясь удержать подругу от последнего рокового шага под сень золотых ветвей, казавшихся живыми и разумными более, чем то полагалось просто деревьям. Асгардской воин не был чувствителен к магии, однако он ощутил силу, исходящую от этого леса, силу, с которой следовало считаться и которой не доверял Огун.

Но Сиф, не колеблясь, вложила ладонь в протянутую навстречу руку мальчика, исполненную силы несмотря на кажущуюся внешнюю хрупкость. Увидев и услышав лес Барри, воительница поняла, почему Огун посоветовал не брать с собой оружие. Глубоко вздохнув, она через плечо бросила на друзей ободряющий взгляд и повернулась к Афефе.

– Покажешь дорогу? – очень серьезно спросила она.

+3

16

[AVA]http://s4.uploads.ru/XLt4k.gif[/AVA]
[NIC]Афефе[/NIC]
[STA]Маг Ванахейма[/STA]
Юный проводник кивнул, в последний раз сжал ее руку, и они исчезли в золотом сиянии содрогнувшегося леса.

… Внутри леса Барри было спокойно и тихо, как в центре бури. Неожиданно возникшая перед глазами чаща предстала освещенной косыми солнечными лучами, а земля, испещренная мхами и густо-зелеными папоротниками, была словно укрыта покрывалом из серебряной нити. 
Это был иней. И он захрустел под ногами мага и асгардской воительницы, когда они шагнули вперед, отступая от кольцом смыкающихся деревьев. Их ветви были настолько длинными, что завязывались в узлы над головой, скрывая небо. Торчащие корни петляли и напоминали клубки змей.
Вновь повеяло холодком из страны ледяных великанов. Раздался угрожающий рокот. Рядом с леди Сиф прозрачной дымкой всплыло чье-то лицо, похожее на иссохший пергамент, и тут же исчезло.
- Асы… Кто привел к нам асов…

Холодные мертвые пальцы призрака вынырнули из рукава лохмотьев, очертив изгиб подбородка девушки, и растаяли как утренний туман. Некто невидимый, но осязаемый шумно вдохнул запах ее кожи.
- Какая удача… живая плоть, благоухающая как цветок… 

Лицо не то человека, не то зверя всплыло в воздухе и тут же оказалось пронзенным стрелой солнечного света.
- Наконец, мы… древние духи Ванахейма, сможем отомстить асам за поражение в той войне…

- Ты завел аса в ловушку, прямо к нам… ведь так, маленький витки? – эхом раздался голос. Крючковатые дряхлые руки существа легли на горло Афефе и вновь исчезли.

Мальчик не повел и бровью, только преклонил колени.
- Древние хранители, почтенные и мудрые, я никогда бы не привел того, кто нарушил бы ваш покой. Асы и ваны уже давно живут в мире, учась друг у друга, - он сжал руку воительницы, которую держал в своей все это время, не отпуская даже на мгновение. – Я привел к вам друга. И нам нужна ваша помощь, мы идем к верховной жрице.

Голоса громко зашелестели, словно листопад в осеннюю пору.
- Жрице?
- Маленький витки сказал – друга?
- Аса?
- У этого аса такое сильное, храброе сердце… я слышу его бой…
- И оно любит…
- Любит?
- Оно полно силы и любви. Я хочу это сердце.

Наконец, в воздухе обозначились силуэты сгорбленных существ, полу людей, полу животных в грубых зеленых плащах и стоптанных сапогах. Вместо лиц у них были черепа зверей, а головы венчали ветвистые оленьи рога.
- Мы отведем вас к жрице, если она, - крючковатая трухлявая рука поднялась и указала на Сиф. – Позволит нам увидеть свое сердце, еще раз почувствовать его живое тепло.
Афефе повернул лицо к воительнице – оно было преисполнено спокойствия, как у старшего брата в минуты опасности, и не показывало даже тени неуверенности или страха.
- Просто разреши им его увидеть, - сказал он тихо. – Верь мне.

Отредактировано Hogun (2018-05-12 00:32:56)

+3

17

Сиф отшатнулась от ищущих поживы мертвых пальцев, колких и ломких, как ветви убитых иссушенной почвой деревьев, борясь с желанием схватиться за меч... Но нет меча – Сиф вспомнила, как сама оставила оружие в хижине. Сжав зубы, воительница мотнула головой, стряхивая невидимую липкую паутину, которая, казалось, начала опутывать ее тело.

Не поспешил ли юный проводник доверить их жизни чужой и враждебной волшбе?

– Куда, к кому ты меня привел? – свистящим шепотом прошипела она.

И тут же получила ответ, который совсем не понравился. Склониться покорной травой, чтобы переждать свирепую бурю – это не по ней. Любой, кто пожелает заглянуть в сердце асгардской воительницы, увидит, что в нем нет страха.

– Кто они такие, чтобы требовать от меня открыть им свое сердце? – надменно спросила Сиф.

Отредактировано Sif (2018-05-14 21:00:23)

+3

18

[AVA]http://s9.uploads.ru/8afPx.gif[/AVA]
[NIC]Афефе[/NIC]
[STA]Маг Ванахейма[/STA]

Дерзость, заносчивость, непокорность асов была знакома древним духам Ванахейма слишком хорошо, и слишком давно они не слышали таких резких отказов, чтобы принять ответ девушки безропотно. Уж больно много времени провели утратившие человеческий облик хранители в лесу, среди деревьев из страны ледяных великанов и такого же колючего ветра, и позабыли не только гостеприимство, но и то, что ваны относятся к тем, чьи чувства сложно привести в волнение.
Это раньше они царственно производили впечатление молчаливых ледников, а теперь даже не старались сдержать гнев.

Туманная фигура зверолицего Старейшины вытянула дряхлую руку, словно собираясь вершить правосудие и обрушить потемневшее небо на обидчицу: 
- Асы… В надменности ваша погибель!
Раздался страшный гул, предвещающий ураган такой силы, что деревья затрясли кронами, земля дрогнула и пошла трещинами, а поднявшийся ветер, требуя кровавой жатвы, срезал травы одним дуновением.
Черная туча птиц с отчаянным криком поднялась вверх, спеша покинуть гнезда и лес.

Но незваные гости остались стоять на ногах, поток ветра не смыл их праведным напором, а обошел стороной, как если бы нашел на крен, и, похоже, причиной тому был прозрачный, сияющий щит из кристально чистого воздуха. Его вызвал юный маг, который стоял сейчас перед воительницей, прикрывая ее собой и выпрямляя бледную ладонь, на которой пламенел и пульсировал таинственный знак.
- Это хранители рода, первые сущности, древние духи, - мальчик с немой мольбой вскинул глаза на Сиф. То ли ветер был таким громким, то ли он так тихо, так слабо произнес эти слова, что девушка могла скорее угадать их, чем услышать.

Похоже, младший брат Огуна понял, что напрасно надеяться на то, что асгардская воительница преклонит колени перед хозяевами этой земли (или же просто почувствовал, как исчерпываются силы, а гнев духов только растет и крепнет, как и жажда увидеть склоненные головы ненавистных асов перед собой), потому что в ту же секунду сказал твердо:
- Беги направо, к деревьям. Скорее, я открою путь к жрице и смогу их отвлечь.

Отредактировано Hogun (2018-05-14 23:09:34)

+3

19

Бежать?

Всё в асгардской воительнице противилось этому совету, пусть данному из лучших побуждений. Однако именно самоотверженность юного мага не позволяла Сиф уйти, оставить Афефе наедине с грозным противником, тем паче что не он, а она была причиной гнева хранителей золотого леса.

– Возможно, асы надменны, – перекрикивая шум ветра, воскликнула Сиф. – Но мы чтим законы гостеприимства и ни за что не подымем руку на гостя, пришедшего с миром и без оружия, – она развела в стороны пустые ладони, показывая, что она ничего не принесла в священный лес, и вполголоса добавила. – Впрочем, у вас рук-то и нет, если рассудить строго.

Стоя под пронизывающими порывами колдовского ветра, казалось, способного содрать мясо с живой плоти до самых костей, Сиф чувствовала странное веселье. Быть может, оттого, что враг не стал таиться и открыто объявил себя врагом, а честность была тем качеством, которое она уважала.

– Я не желаю вам зла, древние, и сожалею о зле, причиненном моими соплеменниками. Но не могу приказать вам не желать зла мне. Только просить не причинять вреда мальчику.

Отредактировано Sif (2018-05-16 15:44:51)

+3

20

[AVA]http://s9.uploads.ru/8afPx.gif[/AVA] [NIC]Афефе[/NIC] [STA]Маг Ванахейма[/STA]Но древние были глухи к отважному гласу асгардской воительницы, который, как казалось сейчас Афефе, был невероятно прекрасен и шел из самого сердца. Никогда прежде он не видел подобных проявлений смелости (или сумасбродства?): ваны не перечили древним и относились к ним с понятным почтением, даже Огун, не трепетал, но признавал их силу, неизмеримую, как сама природа, и журил брата за неосторожность и пренебрежение. 
И сейчас маленький витки был если не разочарован, то глубоко раздосадован, задет до самой глубины души, ведь Старейшины, ценившие красоту каждого цветка в этом лесу, были глухи и слепы к красоте иного рода. Они отказывались видеть и признавать ее в своих старых врагах, считая асов подобными грубым и бесчувственным камням, под градом которых погибает все живое.
Но разве эта девушка сейчас не была воплощением красоты?

Ему так хотелось схватить за бесплотные плечи эти трухлявые чучела и встряхнуть что есть сил, чтобы они, наконец, очнулись от своего ледяного оцепенения; хотелось отвернуть им отмершие веки и заставить посмотреть на мир, что был намного шире, больше, необъятнее, чем старая вражда.
Однако силы были на исходе. Колени подгибались, и мальчик напоминал фиалку, что клонится и клонится к земле под бременем тяжких слез шумящей грозы. Полный искренней обиды на эту несправедливость, Афефе вытянул вторую руку, укрепляя сияющий щит и давая понять, что не отступит.

- Убить! – будто принявший этот поступок за предательство со стороны всех ванов и теперь одолеваемый жаждой крови прошипел дух; его голос вплелся в воздушный поток, что принялся только сильнее напирать на ограждающий чужаков магический купол.
Алый огонь многовековой ненависти вскипал в пустых глазницах отполированного звериного черепа – так темной ночью вспыхивают свечи в серебряных канделябрах.
- Глупцы те асы, что ищут здесь что-то еще, кроме своего конца! – Завыло второе существо.

Но когда из прохладной тени деревьев вынырнула третья туманная фигура Старейшины, да с таким видом, словно все это время он покорно сносил назойливость бесцеремонных нарушителей порядка, ветер резко утих.
Вместо головы у него тоже был череп животного, но в отличие от двух других духов он имел едва уловимые человеческие черты лица, которые можно было назвать и мужскими и женскими; и во всех линиях сквозило достоинство мудрейшего из владык. 
- Подождите, - властно сказал дух.
Он смотрел пристально, одновременно повелительно и удивленно, как будто был поражен тем, что асы и ваны, яростно скрещивающие мечи в войне, теперь были готовы защищать друг друга.
- Почему ты просишь не вредить ему, ас, когда твоя собственная жизнь под угрозой? Ты не боишься нас? Да, твоя отвага похожа на драгоценный камень, которым хочется любоваться. Но если бы я сказал, что из леса к жрице выйдет только один из вас, а судьба второго останется неизвестна, ты ведь пожертвовала бы мальчишкой, правда? Ты пожертвовала бы им ради того, из-за кого сюда пришла, правда? Сегодня не день для жертвоприношений. Мне нужен лишь твой ответ, воительница. И вы можете идти.

Небо посветлело, и выглянуло солнце. Кажется, в том месте, где еще недавно стояла непроницаемая стена мрачных деревьев, появилась тропинка, ведущая через персиковый сад к небольшому дому, увитому плющом и незабудками.

Отредактировано Hogun (2018-05-17 20:47:04)

+3

21

Асгардская воительница улыбнулась и качнула головой, словно видела перед собою не мудрого старейшину и не пугающий оскал звериного черепа, а наивное дитя, которое при помощи очевидных вопросов познает мир. Но разве две расы, чуждые по крови и обычаям, не были неразумными детьми в глазах друг друга? И лишь наощупь, вслепую, находится дорога через разделяющую их пропасть, дорога по мосту не толще человеческого волоса.

– Я могу пожертвовать лишь тем, что принадлежит мне, мудрейший, – ответила Сиф, положив ладонь на плечо юного вана, будто пытаясь отдать ему часть своих сил. – Разве его жизнь мне принадлежит?

Вскинув взгляд, Сиф без страха посмотрела в горящие алым огнем пустые глазницы.

– Нет и не будет такой цены, которую я оплатила бы кровью друга. Ты прав, я воин, и я была крещена в слезах моих врагов, но потому я как никто другой знаю ценность жизни.

+3

22

[NIC]Афефе[/NIC][STA]Маг Ванахейма[/STA]
[AVA]http://s9.uploads.ru/8afPx.gif[/AVA]- Тот, чьи уста рождают подобные речи, достоин пройти через этот лес, ступая по священной земле. Даже если он ас, - отозвался дух сдержанно, но примирительно.
Секунда, и Старейшины расплылись, исчезли, как туман, наполненный утренней росой, как греза мучаемого жаждой, а затем млечной лентой запетляли вокруг мальчика и воительницы, нежно играя их волосами, словно струнами.
Они превратились в ветерок, что сначала качнул тяжелую ветвь золотого дерева, осыпав ствол сияющими листьями, а потом, указывая путь, устремился вдоль тропинки, откуда доносился аромат цветочной пыльцы.

Возникла тишина.
Зеленые глаза мага внимательно смотрели на леди Сиф, и казалось, столько всякого открылось им сегодня – самоотверженность, мудрость, бесстрашие; то, что всякое достоинство, всякая сила спокойна, потому что верна себе, что она не повышает голос, а остается тихой, заставляя умолкнуть все прочие голоса; и то, что красота отважной души смиряет даже самые зачерствевшие сердца.
Знаки на его ладонях все еще пылали, как будто руки были охвачены огнем.

Он вдруг по-детски охнул, прикрыл ладонью округлившийся рот и уже приготовился бежать вперед по ласкающей босые ноги траве.
- Надо идти к жрице! Твои друзья, наверное, уже заждались, - как ни в чем не бывало маленькой птичкой защебетал Афефе, будто это не он только что призывал древнюю магию Ванахейма против обещающих смерть духов.
Потом юный витки помедлил; румянец коснулся мальчишеских щек.
- Я обещал брату, что проведу тебя, но, похоже, это ты спасла нас, - Афефе смущенно улыбнулся, уже представляя укоризненный взгляд Огуна, который тем сильнее мрачнел, чем в больше подробностей проникал. Старший ван никогда не выходил из себя, но умел молчаливо нависать несокрушимой скалой, заслоняющей солнце.

+3

23

Какое-то мгновение Сиф вглядывалась в темные провалы глазниц старейшины, словно не веря, что ее слова сумели достигнуть его сердца и души, или того, что таким, как он, заменяло душу и сердце, а затем приложила к груди сжатую в кулак ладонь в знак благодарности и уважения. Под взглядом воительницы зловещие фигуры растаяли, будто и не было никакой преграды на пути, и лишь ветер, колыхавший ветви золотых деревьев и увлекавший к цели путешествия напоминал об их присутствии.

– Спасла? – Сиф покачала головой, посмотрев на огненные знаки на хрупких детских руках Афефе, вновь превратившегося из грозного защитника в беспечного ребенка. – Только после того, как ты спас нас первым.

... Заветная тропинка стелилась под ноги путников, ластясь ровным полотном и словно искупая первый неласковый прием колдовского леса. Вековые морщинистые стволы деревьев-великанов расступались, открывая дорогу. И все время Сиф слышала ветер, то шелестящий в золотых раскидистых кронах наверху, то спускавшийся вниз, чтобы пробежаться мягкими волнами по густой траве. Он стих только тогда, когда деревья, поначалу истончившись до молодой невысокой поросли, поредели и отступили назад, а тропинка из ровной и гладкой стала обычной лесной тропой с кочками и проплешинами.

– Мы пришли? – Сиф обратила на Афефе вопросительный взгляд и поймала себя на мысли, что теперь смотрит на мальчика не как на дитя, а как на равного.

+3

24

[AVA]http://s9.uploads.ru/8afPx.gif[/AVA][NIC]Афефе[/NIC][STA]Маг Ванахейма[/STA]В ответ он заулыбался и закивал, нетерпеливо смотря вдаль, а домик верховной жрицы, освещенный солнцем, становился все ближе и ближе; воздух здесь был наполнен влагой, и казалось, его можно пить большими глотками, в прохладной резкости ощущался нежный привкус молодых, пробудившихся после спячки виноградных лоз, так что голова пьянела и шла кругом.

Крошечная аккуратная калитка служила входом в сад, где все цвело и буйствовало, не зная ни засухи, ни болезней. С деревьев свешивались огромные сливы, лопающиеся от переполняющего сока, а между белоснежных досок заборчика выглядывали кукурузные початки невероятных размеров.
Тут дверца отворилась, и в ней возникла высокая женщина средних лет, с такими гладкими, лишенными теней чертами лица, словно его никогда не касалась скорбь. Она улыбнулась гостям, поставила на землю плетеную, полную цветов корзину, что держала в руках, и раскрыла объятья.
Юный проводник тут же побежал ей навстречу.
- Афефе, - женщина с улыбкой положила ладонь мальчику на щеку, а потом наклонилась и поцеловала в темную макушку. Приобняв его, будто орлица, укрывшая крылом птенца, она протянула руку девушке. – Здравствуй, Сиф. Проходи в дом. Я провожу Афефе в сад, ему сейчас надо отдохнуть. Ты не голодна? На столе малиновый пирог и травяной чай, в это время он получается особенно вкусным, я добавляю бузину. И пожалуйста, сними с себя всю одежду. Чтобы дать тебе то, за чем ты пришла, мне нужно будет провести ритуал.

Отредактировано Hogun (2018-05-22 23:54:11)

+3

25

Прикосновение маленькой крепкой руки было сухим и горячим, словно тело колдуньи было пронизано теплом солнца так же, как небольшой садик, залитый золотистыми лучами дневного светила. Глубокий взгляд лучистых глаз манил к себе, и Сиф шагнула навстречу, покоренная силой, исходящей от этой женщины.

– Ритуал? – переспросила Сиф, ощущая не тревогу, а только лишь любопытство.

И очень кстати вспомнила, что в Ванахейме ритуал, церемония равноценны самому действию, которое сопровождают. Нарушивший строгий порядок установленной церемонии рисковал оскорбить самого вана, его предков, его потомков, его жилище – в зависимости от значимости испорченного ритуала. Если таков был обычай повседневной жизни, то насколько важнее эти правила должны быть в ванахеймской магии.

Сиф не желала обидеть ни саму жрицу, ни ее дом, ни предков, ни потомков, и потому просто ответила:

– Хорошо.

Следуя приглашению, воительница зашла в дом, наклонив голову под низкой притолокой входной двери. Сиф улыбнулась, подумав, что дверь неспроста сделана такого размера: чтобы каждый, кто приходит к жрице, за советом и помощью, добром или злом, склонял голову, смиряя гордость.

Внутри пахло ароматами сушеных трав и нагретым смолистым деревом. На столе, как и было обещано, красовался малиновый пирог, вплетая сладкое ягодное благоухание в симфонию запахов. Сиф была слишком взволнована, чтобы чувствовать голод, но и она не удержалась от того, чтобы по-детски не отщипнуть кусочек от теплого печеного бока, который немедленно растаял во рту и потребовал продолжения.

+3

26

Любой, кто оказывался в доме жрицы, мог ощутить, что находится под защитой этих стен. Нет, здесь не было ничего, что указывало бы на принадлежность хозяйки жилища к какому-то древнему магическому роду; не было ни тотемов, ни посохов с сияющими набалдашниками, ни сушеных грибов – словом, ничего под скромной кровлей не выдавало в улыбчивой женщине Верховную жрицу Ванахейма, хранительницу равновесия, прорицательницу.
Скоро вернулась и сама хозяйка – высокая худая женщина, не похожая на дородных пышнобедрых ванахеймок, созданных для любви и материнства. У жрицы были длинные волосы цвета пепла, которые она собирала на затылке в пучок и протыкала осиновой веточкой с набухшими почками.
- Ешь столько, сколько захочешь, я могу принести еще пирога, - с радушием произнесла она, поворачиваясь в сторону еще одного прохода в комнату, сокрытого за голубой занавеской.

В руках у женщины была умирающая птица: из клюва сочилась кровь, вырывался хриплый жалобный стон. Ее крыло с дивным радужным оперением стучало о руку хозяйки дома, и нельзя было ошибиться – то предсмертная агония, через которую проходит все живое, оказываясь на пороге смерти.
- Афефе нашел ее в саду, - решила пояснить жрица тихим, спокойным голосом, в котором было столько силы, что не оставалось сомнений – прямо сейчас она оживит несчастную птаху, и та полетит домой к своим сородичам, чтобы вновь дни напролет петь о любви, ясном небе и золоте владыки-солнца.
Но ничего подобного не произошло. Женщина скрылась за занавеской, чья прозрачность позволяла без усилий наблюдать за происходящем в соседней комнате. Там она положила умирающую тварь на крохотный резной столик, совершила над ней какое-то таинство, обрызгав несколькими каплями воды, и, когда птица испустила вздох (грудка поднялась в последний раз и замерла, а клювик раскрылся с выражением покоя и счастья) вернулась к Сиф.

Черные, как деготь, глаза внимательно посмотрели на гостью:
- Сегодня родилась новая жизнь. Все живое утешается в смертный час пониманием, что ничто не заканчивается, - женщина шагнула к навесному деревянному шкафчику, выуживая из него еще один пирог, на этот раз со смородиной, чей аромат быстро разнесся по всему дому. – Так значит, ты пришла узнать о Торе, верно? Наломал дурень дров. И что же ты хочешь знать, милая - кто всему виной или где искать твоего будущего супруга? 
[AVA]http://s9.uploads.ru/OCDtm.jpg[/AVA]

Отредактировано Hogun (2018-05-27 02:02:32)

+3

27

Воительница вскинула на жрицу вмиг насторожившийся и потемневший взгляд. Ее слова, словно эхо, перекликались со странным предупреждением Афефе.

«Я вижу обман рядом с Тором».

– В Асгарде считается, что сын Одина сам навлек на себя гнев и немилость Всеотца своим неразумием и вздорным нравом, – осторожно ответила Сиф. – По справедливости и кара. Но мы, его друзья, думаем иначе. То есть, – поспешно поправилась она, – Один был вправе разгневаться, однако...

Она слегка покраснела, подумав, что проявляет сейчас дерзость, обсуждая и осуждая решения царя. Впрочем, если для Одина и впрямь не существовало тайн в мыслях и настроениях подданных, он не должен быть слишком удивлен горечи в чувствах и словах асгардской воительницы.

Похоже, таких тайн не было и для колдуньи из Ванахейма, иначе она бы не говорила о «суженом Сиф».

– Я хочу узнать всё, – выдохнула Сиф нетерпеливо и, немного подумав, вежливо добавила. – Если возможно.

На благоухающий пирог, сколь бы он ни был соблазнителен, она больше не смотрела.

Отредактировано Sif (2018-05-30 19:45:02)

+3

28

[AVA]http://s9.uploads.ru/OCDtm.jpg[/AVA]Выслушав воительницу, женщина буднично улыбнулась; в ее тепло смотрящих глазах не было ни тревоги, ни волнения, ни страха за того, о ком она сейчас говорила. И не потому, что ванов мало беспокоила судьба асгардского принца да семейные ссоры, а, видимо, по той причине, что жрица, как орел, поднявшийся и парящий над бурей, смотрела на течение жизни со стороны. 
Ритуал, о котором Хранительница говорила несколькими мгновениями раньше, не занял у нее много времени: она вынесла в комнатку несколько простых деревянных чаш с водой, служивших емкостями для защиты половиц во время сильного дождя, чьи струи просачивались сквозь кровлю, расставила их в углах помещения, а между ними положила волокнистую веревку, сплетенную из листьев растений, так что образовался периметр.
- Постой здесь, и не пугайся, - жест просил оставаться на месте, пока сама жрица, пройдясь шагом величественной кошки, встала в центр магического прямоугольника. Улыбка на тонких губах говорила, что в бесстрашии гостьи она не сомневается, но ванахеймская вежливость обязывала предупредить.

Дальше все стало происходить очень быстро: раз – женщина вытянула руки и сплела пальцы перед собой, образовавшие печать. Два – в комнате поднялся ветер, захлеставший волнами по ногам хозяйки и гостьи. Три – в воздухе замелькали маленькие зеленые огоньки, похожие на фонарики светлячков.
Если Сиф раньше доводилось видеть, как практикуют волшбу, то сейчас она смогла убедиться, что колдовство Ванахейма было простым и природным. Никаких впечатляющих искр и тумана, сжимающего горла своими смертельными ласками, никаких зловещих кадил тайных обрядов, никаких ослабляющих волю снадобий и сладострастных движений. Жрица просто протянула руки маленьким светлячкам, словно призывая их себе на службу, и, когда они облепили ее ладони, прислушалась к тихому шепоту, больше похожему на шелест трав.
- Помогли твоему другу, - вдруг произнесла она. И замолчала, внимая зеленым огонькам. – Помогли. Только от такой помощи падают и больно ударяются, а не поднимаются к небесным кручам.

Светлячков стало еще больше, и потому дом наполнил мягкий зеленый свет.
- Предатель есть в Асгарде, о злых обдуманных намерениях рассказывают мне фетчи, - не скрывая печали в голосе, сообщила жрица. – Густая паутина лжи им сплетена, уверток  в избытке смутьяна, так что не подобраться. Много противоречий в его сердце. Непредсказуем, делает, что хочет, свободен он от законов и правил, как ребенок, созданный из хаоса, который пробует, передвигает фигурки, как вздумается, потому что тянет его нарушить порядок. Навсегда он обречен чувствовать холод и желать согреться в объятиях, как страдать от золотого света и жаждать его. Таков он по сути своей, и ничего с этим не сделать. Огонь огню, лед льду. Потому нелегкий путь лежит перед сыном Одина. Беда его сильнее сделает. Не отчаивайся, милая, и не ругай день, пока не зашло солнце. Страж Хеймдалль вам поможет найти друга, живого и невредимого.

Отредактировано Hogun (2018-06-01 15:28:53)

+2

29

Сиф, не скрывая любопытства, наблюдала за движениями колдуньи, и впрямь на редкость простыми и будничными, но при этом выверенными и плавными, словно танец. Однако воительница не удивилась. У нее было довольно времени, чтобы узнать ванов на том единственном, кто был рядом много лет и кого она называла другом.

Огуну, в бою ли, в повседневной жизни, тоже была присуща скупая красота действий и мыслей, стремление к равновесию и простоте.

И Сиф невольно поддалась завораживающему ритму колдовского обряда, качнувшись навстречу рукам жрицы, как влекомые ее жестами огни. Но медлительный умиротворяющий транс рассеялся жестоким и неожиданным приговором.

– Кто? – хрипло спросила Сиф севшим от волнения голосом. – Кто посмел предать сына Одина? Я хочу знать имя...

Воительница осеклась, осознав, что другие слова жрицы неминуемо подводят только к одному имени, в истинность которого она не могла до конца поверить. Слишком страшным получалось предательство.

– Нет, не говори, – Сиф вскинула ладонь, как будто отстраняясь от полученного горького знания, полученного при помощи ведовства, а стало быть, не вполне честно. – Когда я вернусь в Асгард, спрошу сама, глядя в лицо тому, кого ты не назвала.

+3

30

[AVA]http://s9.uploads.ru/OCDtm.jpg[/AVA]Женщина лишь улыбнулась, видя печаль девушки, горечь, волнение и под всем этим зарождающийся гнев истинной воительницы. Да, это был именно он – в этом нет сомнений. Праведный, чистый, как ее душа, способная превращать яростный гнев в ледяное спокойствие.
Одних гнев ставит на колени, сжигает в пламени бессилия. Других пробуждает, закаляет, заставляет звенеть.
Будто и не было сейчас этого разговора, будто она и не пророчествовала вовсе, приоткрывая чужие тайники, жрица слегка повела пальцами, и зеленые огоньки спорхнули с ее рук, устремляясь в разные стороны.
С улицы по-прежнему доносился щебет птиц. Все шло своим чередом. Солнце собиралось закатиться багровым блином там же, где и всегда, луна, похожая на блюдце – вновь проливать свой призрачный свет в озерную воду. Ничего не менялось.
- Поступай так, как повелит твое сердце, - отозвалась жрица тихо, наконец, поворачиваясь к девушке и глядя ей в глаза. – Шторм все равно снесет убежище, а ветер задует пламя лампады. Рано или поздно тайное станет явным, а возмездие и горький урок поразит тех, кто любовь обменял на вражду. Все происходит в свой срок.

… Когда светлячки исчезли, хозяйка дома вновь вернулась к своим делам, превратившись из ведуньи в простую женщину. Было очевидно, что она лишь исполняет волю маленьких духов, тех, кого она назвала фетчами, и только они одни могут решать, что говорить, а что оставить в тайне. Ваны – люди маленькие. Они строят свои дома и растят детей там, где позволяет природа. Жрица, этот дом, Изумрудное царство, маленький Афефе, да и Огун – все они служили этой великой силе, и за это она награждала их миром, изобилием, чудесной ясностью и жизнью.

… Скоро вернулся и Афефе: сонный, как будто глаза после дремы еще не привыкли к свету неба, с бледным румянцем на щеках. Женщина погладила черную прядь его волос, когда юный маг склонил голову ей на руки. 
- Вам пора возвращаться, - она вновь посмотрела на Сиф. – Магический проход через старый колодец приведет вас к дому Огуна. Я всем сердцем верю, милая, что, отправившись сюда, ты получила куда больше, чем рассчитывала.

+2


Вы здесь » Marvelbreak » Отыгранное » [лето 2011] Over the hills and far away


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно