ОБЪЯВЛЕНИЯ
АВАТАРИЗАЦИЯ
ПОИСК СОИГРОКОВ
Таймлайн
ОТСУТСТВИЕ / УХОД
ВОПРОСЫ К АДМИНАМ
В игре: Мидгард вновь обрел свободу от "инопланетных захватчиков"! Асов сейчас занимает другое: участившееся появление симбиотов и заговор, зреющий в Золотом дворце...

Marvelbreak

Объявление

мувиверс    |    NC-17    |    эпизоды    |     06.2017 - 08.2017

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Marvelbreak » Отыгранное » [25-26.10.2016] И движения руки хватит, чтобы им поплыть


[25-26.10.2016] И движения руки хватит, чтобы им поплыть

Сообщений 1 страница 12 из 12

1

[AVA]http://images.vfl.ru/ii/1529708976/d6b28415/22216119.gif[/AVA]

И ДВИЖЕНИЯ РУКИ ХВАТИТ, ЧТОБЫ ИМ ПОПЛЫТЬ
http://forumstatic.ru/files/0018/aa/28/36613.png

http://78.media.tumblr.com/1bdbc0f2a9d633d5f083957fd7bbd69a/tumblr_inline_oa3uoe3WUA1rifr4k_500.gif
Эрик Киллмонгер | Елена Беловаhttp://forumstatic.ru/files/0018/aa/28/36613.png
Миссия Гидры в Ваканде окончена, много других миссий Гидры, в целом, тоже. У Беловой для Эрика есть новая работа... Как бы она не стала последней. А сперва Лену предстоит найти, как минимум живой после стычек с Тони Старком в туманах поблизости от Аннаполиса.

ВРЕМЯ
25-26 октября

МЕСТО
Мэриленд;
где-то в Нью-Йорке

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЯ
бесстыжие взятки

+2

2

На какой-то момент её сердце остановилось. Определенно точно остановилось, потому что так ярко, так близко ту сторону Белова еще не видела. Не ступала на неё одной ногой, не заносила над фатальной чертой вторую. Её сердце остановилось. Её жизнь готова была выкинуть последние крошки отведенного времени на дно песочных часов. И всё бы наконец-то закончилось – для неё, для мира, для Гидры. Для Тони Старка, который и поспособствовал жирной точке в развязавшейся войне. Который стал причиной очередной смерти Елены, который готов был завершить всё собственными руками, если понадобится. Всё могло бы закончиться, но точка снова превратилась в опасное, неопределенное многоточие.

На той стороне холодно. Еще холоднее, чем было в треклятом тумане Аннаполиса, чем в туманных водах Авалона. Там темно. И нет никого из знакомых, друзей или хотя бы врагов. Там только пугающая тишина. Возможно, пройди Елена чуточку дальше, что-то бы изменилось, но дальше Белову не пустили. Её утянуло обратно в реальность резко и больно, когда уже почти пришло смирение, что пора уходить.

Лена с сиплым вдохом открыла глаза, судорожно закашлялась. Она лежала там же, где их с Тони и выкинуло обратно. Где Тони бросил её, посчитав, что с Беловой покончено. Женщина лежала на сыром, грязном асфальте, и вокруг неё опять клубился ненавистный туман. Такое ощущение, что он стал их персональным адом. Русская зажмурилась, потом снова огляделась по сторонам. Перед глазами поплыли цветные пятна, но ей всё-таки удалось встать и отряхнуться.

С Леной определенно что-то произошло. Она была ранена, помнила отголоски гнева, боли и удивления, когда её приносили в жертву во имя Железного человека, который там был кем-то совершенно другим. От подернутых дымкой воспоминаний, Белова презрительно хмыкнула, ощупывая себя. Все травмы и правда исчезли. О пережитом свидетельствовала лишь потрепанная форма, разводы ритуальных узоров на коже и отсутствие огнестрельного оружия. Кажется, она потеряла его где-то на проклятом острове… непонятно где, в общем. В чехле на ноге остался только нож.

Лена попыталась сконцентрировать в руках хотя бы слабый заряд энергии, но не вышло. Второго чуда с собственной мутацией не произошло, впрочем, она и на первое то не очень рассчитывала, так что не ей сейчас жаловаться. Надо было просто идти вперед. Выбираться, пока еще не рехнулся, пока шли ноги, и слуги корабля не взяли в кольцо.

Брести пришлось долго, и картина мира вокруг не менялась. Почти все гаджеты Беловой оказались разбиты или просто вышли из строя. Но когда туман вокруг стал менее плотным (как Елене сомнительно думалось), один из маячков-навигаторов слабо пискнул, уловив сигнал связи. Если Гидра была поблизости… если Гидра еще существовала, и кто-то из её людей остался в трезвом уме и памяти, то его должны были поймать. Лена устало привалилась к стене какого-то здания и боялась разрешить себе надеяться. Туман пропитал её насквозь, проник в легкие, окутал сознание. Она пыталась сопротивляться, но сопротивление сдавалось отчаянию. Возможно, идти-то уже было некуда. Возможно, магия Хельхейма поработила не только Аннаполис, но и весь мир. И больше не будет ни дня, ни солнца, ни даже ночи – только мутная пелена на пустынных улицах и в мозгах.

Белова сглотнула. Стало противно от себя и своего отчаяния. Она попыталась обратить его в злость. Благодаря злости можно было сдвинуть горы, а уж выбраться из ловушки и подавно. Муть в мозгах же решила выгонять радикально – сомкнула ладонь на лезвии ножа, позволяя тонкому металлу войти глубоко в плоть.

Вспышка боли озарила, помогла сосредоточиться. Лена не разжимала пальцы, не зная, заживет ли порез, если убрать нож, или нет. Белова осела на землю и не сводила глаз с потекшей по шву рукояти багровой струйки. Крупные капли разбивались о серый бетон. Собственная кровь превратилась в единственный маяк, удерживающий Елену от того, чтобы окончательно раствориться в тумане со всеми остальными. Белова сидела, как замороженная, и время вокруг неё тоже заморозилось.

+2

3

[AVA]http://images.vfl.ru/ii/1529708976/d6b28415/22216119.gif[/AVA]О том, как именно Киллмонгер удирал из Ваканды, какими путями, и где пропадал по дороге в Штаты, к долгожданному вознаграждению за выполненную работу, на протяжении полутора месяцев, он не расскажет никому. Эрик надеялся, что нищие улицы Киндии будут молчать, и его забытье на протяжении больше, чем тридцать дней, останется для всех, кто хоть мало-мальски с ним знаком, тайной из тайн. Потому что узнать о том, как он проебал целый месяц в алкогольно-наркотическом угаре, смешивая такие вещества, о которых не следовало бы и слышать, это действительно доказало бы, что поражение в Ваканде, такое предсказуемое, такое ожидаемое, практически долгожданное, тронуло его. До глубины продажной и чёрной душонки, которая, оказывается, у него есть, вот досада. Впрочем, Эрик не продешевил и долбил исключительно натуральные вещества, за что когда-то его организм, не убитый вкрай химией, скажет ему спасибо. Возможно.

Из состояния перманентной оргии, проведённой преимущественно в одиночестве, Эрик выходил на протяжении недели, тогда же начал обратно тренироваться, бегать по утрам, заниматься собой, даже есть, как следует, и больше; к возвращению в Штаты, к моменту, когда ему снова придётся отчитываться перед кем-то из Гидры, он выглядел почти по-прежнему, с разницей лишь в каких-то пару килограмм, едва ли кто-то заметит, ведь видели его здесь не полгода, но месяца четыре назад.

Вернувшись в Нью-Йорк, снова ощутив запах мегаполиса, ощущавшегося родным, снова поняв, насколько он скучал по Америке, Эрик попытался выйти на контакт со своим связным и понял, что всё не так просто. С момента его отбытия в Ваканду ситуация в мире очень изменилась, и Гидра, ранее удерживавшая очень хорошие позиции, теперь существенно сдала, что говорить о бегстве капитана... Киллмонгер только поморщился и покачал головой, ознакамливаясь с новостями, в том числе в газетах - звёздно-полосатому парню явно нельзя было доверять, он преследовал свои цели, и вот теперь оставил их практически у разбитого корыта, без Роджерса у Гидры было столько же возможностей пиариться в общедоступных СМИ, сколько у Хефнера - доказать, что его издание подходит для семейного прочтения, в том числе для детей примерно от трёх лет.

Тем не менее, у Гидры было одно отличительное качество, что выводило её на другой уровень сравнительно с другими организациями. Беспринципно и отчаянно сражаясь со спецслужбами всего мира, включая ЦРУ, Интерпол, ЩИТ и подобные им антитеррористические организации по борьбе с преступностью, Гидра всегда выживала. И не на первый, не на второй, не на третий, но на пятый день связной Киллмонгера вышел на связь.

О нём не забыли. И об обещанном вознаграждении, которое должно было смыть хотя бы часть жгучего стыда и позора (Н'Джадака клялся себе ранее, что он не будет стыдиться произошедшего в Ваканде, но не сдержал обещание), тоже. С одним лишь уточнением. Человек, которого он так хотел увидеть, и который обещал ему награду, исчез без вести после вхождения в аномальную зону на побережье страны.

Всё это звучало, как хреновая легенда для того, чтобы от него, Эрика, попроще избавиться. Но обещаниям Беловой он почему-то верил, было в их общении нечто своеобразное, особенное, невысказанный кодекс наёмника, Елене не хотелось врать, и, насколько умел Стивенс разбираться в натурах людей, она должна была к нему испытывать нечто вроде взаимности. Потому, узнав об её исчезновении, Эрик вооружился выданным связным датчиком с частотами Гидры и отправился искать Белову в окрестности Аннаполиса, уже гораздо позже, после пересечения черты зоны поражения, замечая, что газеты не врут и здесь творится действительно какая-то хрень.

Будучи до мозга костей прагматиком, в мистику Эрик верил очень мало. Даже в Ваканде, о которой он читал и слышал от отца, ходило столько слухов, но больше всего там впечатляли именно технологии. Да что там, он до сих пор сомневался в существовании воспетой соплеменниками Баст, всё это могло быть лишь наркотическим действием местной травы... А вот в Мерилэнде было совсем, мать вашу, по-другому.

Эрику было не по себе и он откровенно не хотел здесь находиться больше пяти минут. Всё его внимание было приковано к устройству, которое могло бы хоть как-то вывести его на Лену. Он впивался взглядом в красную точку на радаре, цеплялся за неё, пытаясь заглушить шепот у себя в ушах. Наконец точка на экране стала ярче и Эрик нет, не пошел, а побежал вперёд, пока не увидел чужой силуэт. Непозволительно маленький и хрупкий, сгорбленный, почти полностью опустившийся на землю...

Это была она. Стивенс опустился на колени рядом, отнимая у неё нож, засовывая за свой пояс - вернёт потом, и, не произнося ни слова, подхватывая Елену на руки. В этой растерянной женщине, воистину, было тяжело узнать величественную Голову Гидры, под взглядом которой наёмники дрожали от страха, и от этого Эрику становилось не по себе. Если туман был в силах сотворить такое с ней, то чего же ждать ему? Туман ли... Лена казалась такой лёгкой в его руках, такой крохотной, что, пожелай он, мог бы даже удирать бегом, несмотря на то что приходится её нести.

- Я ни на что не намекаю, но тебя рука к херам распанахана, - поделился наблюдением Стивенс, вглядываясь куда-то вдаль, в надеждах узнать хоть какой-то из предметов экстерьера.  - И кровь хлещет. Так надо, да? Ладно. Выживешь, -  Эрик наклонился ниже, ближе к уху Беловой, словно их могли услышать, коснулся губами светлых волос. - Скажи, куда тебя можно увезти. Шепни, укажи, посмотри в сторону... Я сумею прочесть. Видишь ли, кое-кто только из Ваканды вернулся и в душе не ебёт, кому можно доверять.

Отредактировано Erik Killmonger (2018-03-14 00:17:58)

+3

4

Лена хотела немного передохнуть и идти дальше, но как-то совсем обмякла. Корабль стремился заполучить нового адепта, и окружающая атмосфера, уже насквозь пропитавшаяся магией потустороннего мира, неимоверно способствовала этому. Сопротивляться с каждой минутой, с каждым часом, было сложнее. Лена тратила на это большую часть концентрации и внимания, поэтому упустила нарисовавшийся вдалеке силуэт, и когда спохватилась, фигура уже подобралась к Беловой вплотную.

Маячок продолжал мигать красным. Примерно такой же горел и у незнакомца. Лена не сразу поняла, кто вышел на неё. Не сразу поверила в реальность и уж тем более безопасность происходящего. После всех встреч, после случившегося инфернального дерьма, первым в Беловой активизировался инстинкт самосохранения. Тут же захотелось защититься, ударить. Но её единственное оружие моментально забрали. Дальше, правда, всё пошло не по ожидаемому сценарию. Лена с удивлением отметила, что никто не пытается сломать ей шею, застрелить или убить еще каким-нибудь способом. Белову бережно подняли на руки и несли куда-то прочь. Возможно, несли прямиком к кораблю, в сердце апокалипсиса, но чем дальше они уходили, тем лучше Елена себя чувствовала. Легче дышалось, мозги начинали активнее соображать, да и видимость становилась четче.

Нашедшего она не узнавала до тех пор, пока тот не подал голос. Только понимала, что несет её кто-то смутно знакомый, чей образ рассеянно блуждал в затуманенной голове невнятными обрывками и воспоминаниями. Но голос помог склеить его воедино.

- Киллмонгер? Эрик? – Белова прищурилась, вглядываясь в мужчину и действительно видя, что это он. Или кто-то, кто принял его облик. – Не думала, что ты станешь моим очередным глюком.

Последний раз она встречала его несколько месяцев назад в Ваканде, затем, когда запахло жареным, он исчез и в Америке не появлялся. Поэтому Стивенс просто не мог быть здесь, и всё же, был. От него исходило тепло, которое туман еще не успел сожрать, которое возвращало Белову к реальности куда больше и надежнее, чем кровоточащая ладонь. Лена прикрыла глаза, концентрируясь на его шепоте, а не на посторонних, что серая мгла еще пыталась тихонько влить в уши.

- Никому. Никому нельзя.

Вдова устало мотнула головой, думать логически всё еще было не просто. Да и вообще, как после блужданий энное количество времени практически в другой реальности, где не имеют значения ни день, ни ночь, ни уходящие минуты, можно понять, где и с кем будет безопаснее. Белову предал даже человек, вера в которого у неё сохранялась сильнее и дольше всего.

И всё же, Эрик пришел сейчас за ней. Вытащил из тумана обратно на свет божий. Каким образом нашел, зачем нашел – это вопросы второстепенные, и Лена обязательно задаст их позже, когда выбьет из себя последние отголоски магической мути и ноги перестанут быть ватными. А до тех пор, видимо, придется рассчитывать на Киллмонгера как на подвернувшийся спасательный круг. Верить ему, конечно, тоже довольно-таки чревато, но Стивенс оставался на твоей стороне, пока это было выгодно и хорошо оплачивалось. Как минимум последнее Лена по-прежнему могла ему обеспечить.

- Кто-нибудь знает о твоем возвращении? Где ты остановился? Если нет, то к тебе. Скорее всего, часть Гидры уже считает меня трупом. Не уверена, что узнав обратное, они сильно обрадуются.

До логова Эрика добирались несколько часов на машине. Благо, половина пути пришлась на безлюдную местность – отсюда никаких лишних встреч, вопросов и проблем. Все ближайшие населенные пункты были эвакуированы, как только в Аннаполисе распространилась эта зараза.

- Из краткой сводки новостей – всё хреново, мы в заднице, ну про Стива ты и так, наверное, уже в курсе. – Белова смотрела в окно, на проносящиеся мимо окрестности, слившиеся от скорости, на которой они ехали, в одно непрерывное цветное пятно. В лицо бил холодный ветер, и сейчас это казалось лучшим ощущением в её жизни, но от нервного состояния он не спасал. Лена бессознательно тарабанила пальцами по сидению, наспех перевязанная рука зудела от грубой тряпки. – А ты за денежками вернулся? Впрочем, не важно. Спасибо, что вытащил.

+3

5

[AVA]http://images.vfl.ru/ii/1529708976/d6b28415/22216119.gif[/AVA]Никому?..

Эрик усмехается. Кажется, ему удалось поймать Белову не то что в момент слабости, а в момент, когда кажется, что всё к херам крошится, земля уходит из-под ног, и не выжить при этом никак, совершенно никак, да и зачем?.. Что именно произошло с ней в туманах за эти дни, Киллмонгер без понятия, да и не расскажет она ему, скорее всего, вообще никому не расскажет, но только сейчас, слыша её усталый голос, Эрик как-то не просто осознаёт, но и чувствует, что рядом с ним - точно такой же человек из плоти и крови, как и он. Возможно, даже с похожими шрамами.

Передатчик он выбрасывает ещё до того, как они покидают туман, маячок, который помог Лене указать на себя - тоже, это - необходимая мера предосторожности, раз уж Белова права и доверять нельзя действительно никому.

В машине Елена приходит в себя настолько, что задаёт вопросы.

- Прости, киса, - тон разговора у них явно неформальный и Эрик сейчас не отчитывается перед ней, как перед начальством, а потому на автомате включает привычный слэнг. - Мой связной знает, что я вернулся, он, конечно, удивился нихреново, что я всплыл спустя полтора месяца после возвращения братишки на родину, видимо, надеялся, что я подох где-то по пути и наконец-то удалось от меня избавиться. Ну да, не важно, по факту - он догадывается, что я мог пойти тебя искать. Он же и дал мне передатчик, правда, посмотрел на меня при этом, как на больного. Но, если ты вдруг не заметила, я выкинул и свой и твой маячок там, так что вряд ли данные с них смогут хоть кому-то что-то сказать. Думаешь, не обрадуются? - Эрик хмыкает, ловит взгляд Лены в зеркало заднего вида, глаза у него при этом улыбаются. - А я думал, тебе поебать.

Мест, в которые Эрик может сунуться и залечь на дно, по стране у него несколько, одно из них - дом на границе с Северной Каролиной, в лучших традициях американского пригорода, картонный, с белыми стенами и подстриженным газоном. Ближайшие соседи - за пару сотен метров, а участок якобы принадлежит архитектору, который постоянно разъезжает по стране и не бывает дома месяцами. В этот раз к очередному длительному отъезду даже подготовились - оказавшись внутри, Эрик морщится от запаха пыли, стягивает с мебели белые покрывала, складывая их на полу в не слишком ровную стопку. Впрочем, помещения в очень даже приличном состоянии, Лена, к слову, тоже, Эрик провожает её в душевую комнату, показывая что где, доставая из полки под раковиной аптечку, укомплектованную всем необходимым, чтобы обработать рану на руке.

- Пока ты тут носик пудришь, я пожрать чего соображу, ну и воду включу, ага, это где-то в подвале, так что жди.

Шатаясь по дому, в котором был от силы пару раз, Эрик обдумывает слова Беловой, о том, что в Гидре всё плохо, о бегстве Роджерса, на какой-то момент ему даже кажется, что вся эта акция с капитаном-гидрантом - недурственная диверсия внутри Гидры, и только позже Стивенс понимает - ах да, точно, погибли тысячи людей и это едва ли вписывается в супергеройский характер предводителя шайки в белом, то бишь, Мстителей. За время своего взлёта Гидра получила очень много ресурсов, технологий, да того же вибраниума, со всей заботой отправленного Эриком из Ваканды, чтобы вот так взять и сгнить на корню. Разве что, убить их могла та самая роковая ошибка - выход из тени.

От философских размышлений Стивенса отвлекает голодное урчание собственного желудка. В кухне, естественно, еды нет и холодильник почти пустой, лишь в одной из тумб обнаруживаются консервы, овощные, мясные, даже рыбные, Эрик сгребает несколько и вытаскивает на стол, хрень редкостная, почище собачьего корма. В соседнем - спиртное, подумав, Эрик вытаскивает и ставит на стол бутылку текилы. В надежде найти хоть что-то поприличнее, потрошит собственный рюкзак, притащенный сюда из машины. На столе рядом с консервами, открывашкой и бухлом оказывается - отцовское кольцо на цепочке, пистолет, пара запасных обойм, поддельные документы - к сожалению, только на себя, армейский нож и битком набитая первосортным коксом пудреница.

Эрик смотрит на эту композицию на столе, смотрит и вдруг понимает: а добавить-то нечего. И не зря он переезжает из страны в страну с заполненной на треть багажной сумкой, больше ничего ему и не нужно. Тут вся его его жизнь, всё, что дорого, и это "всё" с лёгкостью умещается на деревянной столешнице.

Отредактировано Erik Killmonger (2018-03-16 13:31:18)

+2

6

Первое, что пришло Беловой в голову при виде дома-убежища — он совершенно Стивенсу не подходит. Слишком правильный, цивильный, нарисованный. Он как с рекламной картинки, поставь у двери улыбающуюся семейную парочку во все тридцать два голливудских зуба, и будет полный комплект. И тем идеальнее, на самом деле, казался его выбор. В таком месте Эрика будут искать в последнюю очередь.

Оставшись в одиночестве, Лена уставилась на своё отражение в зеркале. Оттуда на неё смотрело какое-то чужое лицо: усталое, потерянное и злое. Елену хорошенько потрепало за последнюю неделю, а именно столько она, оказывается, и отсутствовала с того момента, как отправилась в Аннаполис с боевой группой. Но при всем желании списать всё на магическую хрень с туманом и галлюциногенным ужасом, она понимала, что причина разбитости крылась не в этом. Точнее, не только в этом.

Белова пришла в себя и вместе с адекватностью вернулись воспоминания. Увиденное ею в месте, где они побывали со Старком, не выходило из головы, оно прокручивалось в ней снова и снова, как зациклившаяся видеозапись. Лена вцепилась пальцами в раковину и смотрела в зеркало, где уже не отражалось её убитого выражения, там мелькали обрывки, показанные Беловой ранее той женщиной с глазами-омутами. Небо в огне, город в огне, спрятанная от глаз простых людей война вырвалась на улицы, и Гидра ничего не сумела с этим поделать. Гидра рухнула, ценой больших жертв, но всё-таки рухнула. И Тони Старк победил. В его железной маске отражалось красное зарево…

Кулак Елены прилетел ровно по центру зеркальной поверхности, оставив на ней паутину трещин. Мелкие осколки впились в костяшки и без того травмированной руки. Белова чертыхнулась, немного отпрянула в сторону. Обнажив порез на ладони, заметила, что его глубина заметно сократилась, но зато теперь кровь капала на пол из рассеченных костяшек, которые, похоже, даже не собирались заживать хоть сколько-то ускоренным способом. Спасшая Лену регенерация (а после случившегося только на неё Белова и списывала свое чудесное пробуждение), активизировавшись в туманах Аннаполиса, здесь, кажется, снова перешла в спящий режим. Или вовсе исчезла, как и должна была по идее. Лена мысленно поставила галочку, зафиксировав, что неплохо бы разобраться с багами собственного тела позже, после того, как узнает о происходящем вокруг да поймет нынешнее состояние дел.

По трубам зашумела вода. Белова медленно стянула форму, чувствуя себя так, будто по телу несколько раз проехались танком. Лена прикусила губу и на секунду к русской пришла дикая надежда, что все эти события — не больше, чем сон. Что все встречи, путешествия, столкновения, – это лишь дурной сон, невеяный туманом. А может они спят еще дольше, с момента первого ЧП в лаборатории Гидры. Как же Лена хотела, чтобы так оно и было. Чтобы она открыла глаза, а Стив не числился предателем и целью номер один наравне с Железным Человеком. Но её кевларовая куртка продырявлена ровно в тех участках, куда Елену и ранили. А струи прохладной воды обжигали не до конца зажившие травмы. И те пульсировали, словно воспаленные шрамы, не давая усомниться, что всё правда, всё действительно было.

В кухню Белова вошла не в полном обмундировании: в легком нательном топе, практически босиком, с влажными волосами, скрученными в небрежный жгут. На ходу настраивала ПК в браслете, сумевший уцелеть после всех приключений. Вне зоны тумана техника к счастью снова работала. Устройство перезагружалось, затем вывело перед женщиной небольшой голографический экран, на котором мелькали новостные источники – часть прогидровских и ныне официальных, часть неподконтрольных из интернета, что Гидра всячески блокировала, но сейчас, похоже, недостаточно интенсивно.

Беспорядки, протесты, беспорядки… – новости пестрили «счастливыми» сообщениями о тех или иных вспышках волнений, направленных против многоголовой. Больше всего проявляли себя мутанты, пострадавшие от вируса «Геном». Упоминалась тема экспериментов, наверняка подогретая крысами из Мадрипура и АИМ.

- Твою мать.
- Твою мать.
- Твою мать!

Белова листала цифровые страницы, запустив пальцы в волосы, и каждая последующая новость была лучше предыдущей. Когда восклицаний просто не осталось, Лена потянулась к стоящей неподалеку бутылке, и без долгих прелюдий, сделала внушительный глоток прямо из горлышка. Поморщилась слегка, уткнувшись губами в руку, но в сторону еды не взглянула. Кроме алкоголя, сегодня ей вряд ли что-то полезет. Честно говоря, было тошно даже от текилы, но та хотя бы согревала и создавала иллюзию краткосрочного облегчения.

Вдова свернула голограмму, затем ввела еще несколько комбинаций, входя в закрытый канал связи. Будучи в полубреду и отчаянии, она сказала Эрику, что никому нельзя доверять. Это действительно так, и в своем мнении Белова укоренялась всё больше и больше. Но всё же были люди, которые предпочитали работать всецело на неё, нежели на Стива, даже когда тот был официальным лидером организации. Люди, которые тихой сапой наблюдали за всем происходящим изнутри, докладывая Елене информацию, что русская порой упускала в силу занятости или отсутствия. Остался ли хоть один такой человек рядом с ней теперь – вопрос насущный и неоднозначный.

Еще несколько глотков текилы. У Беловой всё-таки висело несколько новых сообщений от информатора. Лена открыла последнее, и, читая его, медленно менялась в лице. Пальцы всё сильнее давили на бутылку.

- Он всё рушит. Он_всё_рушит. Всё, что мы за эти месяцы создали вместе. ВСЁ ЧТО Я СОЗДАЛА. ПРОКЛЯТЫЙ РОДЖЕРС! – Лена вскочила со стула, и с размаху швырнула бутылку в стену. Та со звоном разлетелась на мелкие кусочки стекла, оставив на стене мокрое пятно, медленно стекающее всё ниже и ниже. – Ваканда, Мадрипур, мутанты. Мы потеряли практически всех, а теперь Стив помог сбежать Пеппер Поттс, как ранее Старку. Мы потеряли живой образец с экстремисом и вместе с ней фактическое влияние на активы СтаркИн. Гидра разваливается на глазах. А какого черта ты еще здесь, Эрик?

+2

7

[AVA]http://images.vfl.ru/ii/1529708976/d6b28415/22216119.gif[/AVA]Из задумчивости Эрика вывели звуки шагов. Похоже, водные процедуры явно пошли Беловой на пользу: она заметно посвежела и приободрилась, вот только и посерьёзнела тоже, между двух аккуратных бровок на её миловидном лице залегла упрямая складка. Без оружия, специальной формы и банды телохранителей Елена выглядела, как девчонка с соседнего двора, и только сейчас Стивенс заметил, насколько она небольшого роста. Это было до чёртиков мило, хотя лучше бы такой взгляд на Белову его напугал, но у Эрика всегда были серьёзные проблемы с инстинктом самосохранения. Листающая новости и проклинающая всё, на чём свет стоит, миниатюрная блондинка мало ассоциировалась с тем образом, который он видел ранее, хотя бы потому, что теперь между ними практически не чувствовалось никакой дистанции.

Эрик только рот успел открыть, когда Лена полезла в бутылку, хорошо так полезла - хлебнула с горла, не жалея ни себя, ни текилы, видимо, жалеть уже нечего, во всяком случае, она думает так. Киллмонгер лучше других понимал это чувство, по правде говоря, наблюдая за этой женщиной, он испытывал довольно сильные флэшбэки почти двухмесячной давности, от которых до сих пор становилось нехорошо. Он поднялся с табурета и, пошарив по кухонным полкам, достал пару стаканов для виски, протёр их полотенцем. Пока он это делал, Лена времени не теряла - ещё несколько глотков, бутылка была пуста примерно на одну пятую, эй, таким темпом ему ничего не останется. А потом и вовсе случилось невообразимое. Стивенс сперва не понял, кто именно всё рушит. Кинул Гидру, насколько ему было известно, Роджерс, а во главе сопротивления стоял недобитый Старк, о ком из них говорила Белова, он понял чуть позже, приблизительно в тот момент, когда бутылка со звоном разбилась об стену. Ноздри защекотало приятным знакомым запахом агавы, Эрик усмехается и тянется за ещё одной бутылкой. Хорошее пойло, и помогает лучше, если не бить, а пить.

- Много чего в этом мире разваливается, - на вопрос Стивенс отвечает уклончиво, Белова ведь сама знает, кем он был, кем он является, и сколько его заслугами было произведено переворотов. Чтобы построить новое, всегда надо развалить старое, перераспределить активы, убить нужных людей, подёргать за ниточки средства массовой информации... До некоторых пор Эрик относился ко всему этому с азартом, будучи только исполнителем, наёмником, цель которого выполнить работу, которому совершенно плевать на организации, что рухнут в пыль, на людей, что будут убиты. На людей, впрочем, ему до сих пор плевать, но не плевать на себя. Ведь не так давно он сделал такую же ошибку, как и Белова - он вышел из тени, и теперь мировые разведки знают лишь, что он как-то задействован в странных событиях в Ваканде, а вот вакандцы. При встрече они точно попытаются сделать из него хорошенько прожаренный шашлык.

Надо отдать должное, продал своё имя, свою мордашку и свою историю Киллмонгер достаточно дорого, хоть, глядя на Белову, и сомневался теперь, что ему вообще заплатят. По-хорошему, надо бы свалить отсюда, чтобы не повторить судьбу почившего бутыля с текилой, но Эрик только улыбается, ставя бокалы на стол, вытаскивает из уже новой бутылки пробку зубами и разливает прозрачную жидкость, на двоих, ничуть не на "приличные" два пальца, а примерно на три четверти невысоких стаканов. После чего садится и, выдохнув, пьёт, осушая бокал наполовину.

- Ты смотришь телек? - прямого ответа на вопрос, почему он ещё здесь, у Эрика нет, честного - тоже, он сам не знает, ему лишь кажется, что знает, кажется, что чувствует, что сейчас надо сказать. - Я вот в детстве смотрел. Забавная одна была киношка, как там чувак из неё говорил? ..Вечером, перед боем, ты почувствуешь легкое жжение. Это тебя будет ебать твоя гордость. Нахуй гордость! От гордости только боль. Никакого проку. Придави ее нахрен. Пробейся через это дерьмо. Потому что через год, оттягиваясь на Карибах, ты скажешь себе - Эрик Киллмонгер был прав.

Глубоко внутри себя Эрик хохочет не хуже любой гиены. Знала бы Белова, насколько у него не получилось соответствовать сказанному. Он одним глотком допивает содержимое стакана, а потом ловким движением отправляет к Беловой по столу пудреницу с изображением кинозвезды 50-х, в смущённом жесте придерживающей собственную развевающуюся юбку. Похоже, алкоголь Лене не поможет, зато кое-что другое - вполне. Тогда, после бегства из Ваканды, Эрику помогало только это. Ну или, вышибить кому-то мозги выстрелом из дробовика. Но последнее - слишком ненадолго.

- Открой. Мэрилин меня ещё никогда не подводила, - Стивенс кивает, а потом замечает философски, кажется, текила таки вдарила в голову. - Вот она, кстати, тоже торговала лицом и из-за этого плохо кончила.

Отредактировано Erik Killmonger (2018-03-22 14:31:51)

+3

8

Присутствие Эрика не обнадеживало, нет. Но всё-таки, благодаря его насмешливому спокойствию, Белова не разнесла дом в щепки. А ведь в Елене кипела такая злость и досада, что вполне могла бы. Хотела до ужаса, потому что все эти чувства требовали своего выхода, и в голове была такая дикая каша, что без хорошей встряски не утрамбуешь. Только бить вторую бутылку текилы Лена благоразумно не стала ни об черепушку Киллмонгера, ни об стену. Вместо этого села обратно, залпом опустошая налитый Стивенсом стаканчик.

За ним последовало еще несколько. Текила у Эрика была припасена неплохая, но должного эффекта всё равно не вызывала. С другой стороны, чего, собственно, ждала Белова? Она сама не знала, что ей нужно в конкретный момент. Падать в забытье безопаснее всего в одиночестве, да и то, риск подставить саму себя оставался велик. Решение же напиться в одно лицо в компании Киллмонгера увеличивало этот риск раза в два, если не все три. Эрик вполне способен загнать ее неадекватную тушку властям, Старку, Старой Гидре, добавь лишь пару лишних нулей в его гонорар или предложи что-нибудь действительно интересное. Ответов на извечный вопрос «что делать?» пойло из агавы как-то тоже не предоставляло. Впору было сесть и отчаянно драть на себе волосы, болтая помутившейся башкой взад-вперед. Но до такого Лена, конечно же, не опустилась. Просто продолжала пить, с трудом найдя в этом хоть какую-то пользу в виде согрева. После тумана Лену до сих пор колотило мелкой дрожью.

Стивенс предлагал ей на всё забить и снова ускакать куда-нибудь подальше, где зад будут припекать не проблемы, а горячее солнышко. Интересное предложение, логически верное и прагматически выгодное для таких, как они. Только гордость действительно ебёт и жестко, вместе с ней и амбиции, и алчность, и горечь от осознания своего поражения. Тут уже целая, мать её, оргия, от которой Белова не получала ни капли удовольствия.

Лену трясет и от этого тоже, а по стакану ползут мелкие трещинки.

Внимание на себя переключила пудреница, которую женщина накрыла ладонью, затем взяла в руки. Содержимое коробочки в принципе не удивило, только его внешний вид.

— Черный, серьезно? — Она ухмыльнулась, вопросительно вскинув бровь.

О том, что наркоту научились окрашивать для облегчения транспортировки, Лена слышала, но увидеть такой товар вживую еще не довелось. Тем соблазнительнее казалась мысль попробовать дорожку-другую, сравнивая, отличается ли этот порошок от привычного.

- Так ты с Мэрилин полтора месяца в дороге обжимался?

Лена мотнула головой, с громким щелчком захлопнув коробочку. Это идиотизм. Значит, напиваться с Эриком чревато, а ловить приходы в самый раз? Белова сама себе противоречила. Её накрыли флешбеки из недавнего прошлого с Кубой и свободой от Гидры. Там были любовники, алкоголь и наркотики. Там было море, солнце и полная независимость от происходящего на большой земле. Там Лена упала на гедонистическое дно, но от этого было чертовски здорово, и никакая гордость с самолюбием её не тревожили. Потом случился Роджерс и всё то дерьмо, в которое он Елену втянул. Может, она действительно ошиблась, влезая туда, куда не следовало бы. Может, ей не стоило возвращаться.

Может во всём прав и Стивенс. Ну, или как минимум в том, что Беловой полезно отключиться на какое-то время старыми злачными способами. И если текила не справлялась с задачей, то у Мэрелин были все шансы. Уж Елене это хорошо известно. Только волшебную пыльцу раздавала не Динь-Динь и даже не Фея-Крёстная, а всё тот же Киллмонгер, который на благородного принца явно не тянул, разве что на дракона. И с драконами надо быть осторожнее.

Пудреница всё еще оставалась у Лены в руках. Мэрелин смущенно улыбалась, придерживая юбку, а раздрай и напряжение внутри Беловой только нарастали.

Ладно, к черту.

Коробочка вернулась обратно к Эрику прокатом по столешнице.

- Заманчиво, котик, но только после тебя.

+1

9

[AVA]http://images.vfl.ru/ii/1529708976/d6b28415/22216119.gif[/AVA]- Самый чёрный. На границе маскируют под краску для принтеров, прикинь? - смеётся Стивенс, глядя на содержимое пудреницы. Самый что ни на есть чёрный кокс, Эрик в курсе, что технология его очищения и окраса была изобретена где-то в Европе, заодно это избавляло от характерного запаха, так что собаки на контроле теперь совершенно бесполезны. Стивенсу, в общем-то, было срать на собак, ему нравился цвет, это было чертовски концептуально, ну и чёрный порошок смотрится явно интереснее.

А вот дальше Лена задаёт интересный вопрос, того глядишь, разыскивала его те полтора месяца, а, может, поставила на нём крест и установила надгробную плиточку где-то на кладбище имени безликих агентов Гидры. По крайней мере, она помнила о нём, это уже радовало, совсем немного, но всё же.

- Ну ты посмотри только на себя, зеркальце дать, а? Хитрая кошка, да и только, - хмыкает Эрик, принимая прокаченную по столу пудреницу, похоже, она ему не доверяет, что закономерно, похоже, она его побаивается... или нет? У Беловой было некоторое превосходство в физическом плане, разве что, Эрик не знал, насколько оно работает сейчас, после того, как они выбрались из аномальной зоны, её ладонь всё ещё не зажила. - Хочешь увидеть, как я делаю это первым? - Киллмонгер оглаживает пальцами гладкую поверхность футляра с волшебным порошком, щёлкает замком, приоткрывая пудреницу, и пялится на чёрный песок. - Не веришь мне. И, наверное, хочешь услышать, где я гулял эти полтора месяца, - это Эрик уже резюмирует, аккуратно подтягивая пудреницу ближе к себе, чтобы не рассыпать ни грамма.

Стивенс облизывает собственный палец и макает его в кокс, после чего суёт палец под губу и начинает методично втирать порошок в десну. Он ведь практически завязал на сегодня, это было не так просто, как хотелось бы, но завязал. Спросите у любого доктора, он скажет вам, что употребление кокса не вырабатывает физической зависимости, натурпродукт, чистейшее зелье, доставляющее кайф вам прямо в мозг за какие-то несколько секунд, масштаб прихода зависит от количества и способа употребления. Но психологическая зависимость вырабатывается будь здоров, у Эрика была очень сильная воля, и он осознавал, для чего принимает, почему и когда, и всё же, всё равно рисковал подсесть. И ещё рисковал потерять, например, обоняние. Именно поэтому он не занюхивал дорожки, он боялся перестать ощущать запахи, а ведь для него это было дьявольски важно. Поэтому он жертвовал вкусовыми рецепторами и втирал порошок в дёсны, почти сразу - вместе с охватывающим его ощущением такой знакомой эйфории чувствуя, как постепенно немеет всё во рту, даже часть языка теряет чувствительность.

Не страшно, это ненадолго.

И по большому счёту именно сейчас, отправившись в почти что полёт над небом, снова ощутив, как его охватывает лёгкость, а мысли становятся настолько отчётливыми, прозрачными, и чистыми, Эрик думает - плевать на онемевший язык и плевать на вкусовые рецепторы, ну, правда, не так-то он и любит пожрать.

- Чистейший продукт, - хихикает Стивенс, откидываясь на спинку стула. Вытягивает уставшие ноги и едва ли не жмурится от удовольствия, наконец-то спокойно, комфортно, и никаких сомнений. - Интересно, где я был те полтора месяца, после того, как меня вышвырнули из Ваканды, как обоссавшегося в не предназначенном месте кота? Ну-ка, ну-ка, дай подумаю, милая, мне помогли занять трон, воспользовавшись моей родословной, но не позволили убить Т'Чаллу; на протяжении месяца я грабил свою, кстати, красивую дохуя, историческую родину, продавая вибраниум направо и налево, и переживая становление врага Ваканды номер один, переплюнув даже Кло; в сентябре дражайший кузен возвращается, да не один, выдавая мне такой пинок под зад, что очухиваюсь я, поиметый везде, где можно, где-то... в Конго. Или в Нигерии? Я, блять, правда не помню. Поиметый совсем не так, как мне нравится, - Эрик тянется к пудренице снова, этой анестезии было недостаточно, явно, стоило начать откровенничать и снова почти потрясывает от злости, а ещё нестерпимо чешутся кулаки. Он качает головой и усмехается, глядя куда-то мимо Лены. - Лучше бы я не соглашался на эту авантюру, но умные мысли приходят после, сечёшь?

Эрик с тихим щелчком захлопывает пудреницу и отправляет её на середину стола. Аккурат между ними. Захочет - возьмёт сама.

+1

10

Не отрава — чистый наркотик. Эрик не обманул, и понимать это было приятно. Более того, Стивенс сейчас откровенничал с ней, будто Лена его закоренелый товарищ, и пусть такой разговорчивости отчасти способствовал кокаин, пробуя его Эрик ведь осознавал, что так и случится. Он мог, конечно, и претворятся, заранее хорошенько всё просчитав, но в какой-то момент Беловой осточертело искать в каждом чужом действии подвох. Что ей, в конце концов, терять? По большому счету уже и так всё потеряно. Разве только жизнь. Но вот незадача, Лена уже умирала, причем, не один раз. Это не так страшно, как кажется на первый взгляд.

Белова потянулась за коробочкой, щелкнул замок. Коробочка идеально ложилась ей в руку. Лена провела пальцем по содержимому, зачерпнув порошка. Коснулась верхних дёсен, начиная втирать в них черную субстанцию. Белова не скупилась, и совсем скоро, как и Эрик, чувствовала лишь немоту во рту и непередаваемое ощущение легкости, вместе с которой пришла и эйфория. Как же давно Вдове не было так восхитительно легко. Как будто весь груз Гидры, висящий на каждой части тела, давивший на плечи, разом растворился. Белова вздохнула полной грудью, шально улыбнувшись. Поднялась на ноги, практически подскочила, точнее. Исчез тремор, вместо него на Лену нахлынул прилив энергии. И слова полились сами собой.

- О, милый, здесь было не лучше. Чертов Роджерс. Знаешь, тут выяснилось, что Кобик — маленький_неодушевленный_космический куб — поиграла чуток с мозгами и историей бравого Капитана, сделав его тем, каким его все увидели летом. Но как только он узнал об этом, сразу струсил. Сразу совесть проснулась, видимо, захотелось снова белый плащик примерить. Чертов трус! Он отказался от всего, что было создано по его приказу! Мной создано, котик. Роджерс выдернул меня из собственного идеально-камерного мирка, заразил своей мечтой, а потом свалил, бросив во всём, что осталось от его Гидры. И теперь всё рушится без его каноничного лика на таблоидах, в прессе, на правительственных заседаниях. Всё рушится, потому что оппозиция в курсе, да и сам Стив наверняка без дела не сидит и всячески способствует.

Лена едва не хохотала. Под действием наркотиков происходящее выглядело несколько иначе. Воспринималось иначе. В каком-то смысле всё еще на грани отчаяния, но с хорошей такой долей сумасшедшего веселья.

- Знаешь, милый, это Кэп не позволил Тчалле умереть. Я-то с удовольствием бы увидела, как твой братец падает в водопад замертво. - Она прильнула к Стивенсу сзади, склонившись к нему по правую сторону. Ладонью провела по груди, каждым миллиметром кожи ощущая выпуклость шрамов. - Я создала эту новую империю такой, какую он и хотел видеть. Я сделала её сильной, влиятельной, устрашающей. Моими руками она стала законом. И ты даже не представляешь, котик, как я теперь ненавижу Роджерса за его трусость. За предательство. За то, что оставил нас, отрекшись. Я ненавижу его, Эрик…

Лена говорила тихо, но с яростью. Мазнула своей щекой по скуле Киллмонгера и хищно оскалилась. Её рука по-прежнему лежала у него на груди. Она почти его обнимала. А потом пальцы слегка сжались, и вместо чувственных подушечек, по испещренной шрамами коже Эрика прошлись острые ноготки. Не с желанием навредить, нет, просто в порыве. Белова молчала несколько секунд. Ей голову уже прострелила очередная безумная мысль, которую Лена переваривала прежде чем озвучить. Но в итоге мысль всё-таки стала словами.

- Я так его ненавижу, что сама уничтожу его идею. Я уничтожу Новую Гидру, но только на своих условиях.

+1

11

[AVA]http://images.vfl.ru/ii/1529708976/d6b28415/22216119.gif[/AVA]Эрик плакал, как ребёнок. В какой-то миг, когда Лена поведала ему о истинных причинах внезапной преданности светлого и чистого Капитана порочной Гидре, его просто закоротило. Он, ссутулившись, обнял лицо ладонями и начал хохотать, нехорошо так, заливисто, почти спазматически хихикать, роняя скупые слёзы. Вся история облачалась в настолько фантастические формы, насколько он и не мог предположить. Идеология Гидры во главе с кэпом выглядела со стороны совершенно по-другому. Сперва казалось, что, действительно, кэп всё это время был секретным и к тому же двойным агентом. Потом Эрик почти был готов признать, что всё это - грандиозная и очень жестокая диверсия, целью которой было изучить Гидру изнутри, вывести её на новый, государственный уровень, и, получив рычаги управления и тонну информации, уничтожить. На самом деле вся история была просто таки смехотворной в её случайности. Эрик никак не мог уложить в голове, что вся эта выглядящая такой слаженной акция оказалась лишь случайной игрой... как там Лена сказала? Неодушевлённой космический сущности? Смех, да и только. И, тем не менее, пресловутая сущность сделала своё дело и заставила Капитана мыслить совершенно по-другому. А он, узнав об этом, драпанул, да настолько резво, что оставил Лену в одиночестве. Киллмонгер по-новому переоценил всю ситуацию. У них с Беловой было действительно много общего, они оба говорили на одном языке, языке собственной выгоды. И в какой-то момент для Лены этот язык стал совершенно идентичным языку выгоды великой Многоголовой... Что почти уравнивало значимость выгоды с куда более страшной вещью, Идеей. Эрик почти внутренне содрогнулся, представляя, что попадает в такую же ловушку, но боги миловали, что уж там, из своей ловушки он уже вырвался, оставил там кусок мяса и своей чёрной дешевой душонки, но вырвался. А вот Лене только предстоял процесс.

Он не смеялся в тот момент, когда Белова запустила в него когти. Понял, что давно уже не смеётся, наоборот, хмурится и сомневается - как вообще так могло получиться?.. И ведь без Роджерса весь карточный домик действительно падал. Гидра нуждалась в образе, в чьем-то светлом имени, за счёт которого она могла выехать, кто бы смог за неё поручиться. Потому что в ином случае её ждали презрение и забвение. Что Белова, что он сам, Киллмонгер, что ещё сотни наёмников, возможно, не раз оказывающих неоценимые услуги правительствам, не пользовались такой репутацией, как хотя бы один замшелый Капитан Америка. У них не было мирового имени и им не доверяли. Они были великолепными убийцами, серыми кардиналами, они были исключительны в своих талантах, но единственный недостаток делал их пешками на мировой арене. Они привыкли быть в тени. И теперь были лишь тенями.

Коготки Лены прямо таки впивались в его шрамированную кожу. Стивенс замер, склонив голову, глядя на её напряженные пальцы. Затем тихо вздохнул и потянулся к ней руками, обнимая напряженные кисти, переплетая её пальцы со своими, расслабляя их хватку.

- Уничтожь. Уничтожь всё, что больше не приносит тебе выгоду, - прошептал Эрик, откидывая голову назад.

Он по-прежнему не видел Лену, но чувствовал тепло её плеча затылком, улавливал боковым зрением высыхающие светлые пряди. Он бы сказал, что сам так сделал, что поступил так же, если бы ему было что уничтожать, если бы у него после событий в Ваканде хоть что-то осталось кроме пары сувениров и болезненных воспоминаний. Он и так выложился по максимуму. По сути, он был в этих событиях не такой уж пешкой, скорее интрига Гидры в Ваканде походила на ход конём. Ферзём была Белова. А запомнят все только короля. Сперва Эрика от этого крыло по-чёрному, потом же он понял: в этом его преимущество.

- Кто вспомнит о тебе, говоря о Новой Гидре? - Стивенс по-прежнему говорит тихо, очень тихо. Обнимает пальцами запястье руки Лены и тянет к себе, отодвигаясь назад вместе со стулом и усаживая Белову к себе на колени. Он вспоминает, какой крохотной она показалась, входя в эту комнату, без защитного костюма, без обуви, которая бы увеличивала её рост, и это всё кажется фигнёй. У него на коленках Лена кажется ещё меньше, ведь он по-прежнему смотрит в её глаза прямо или даже немного сверху вниз. Эрик макает влажный от слюны палец в пудреницу и снова втирает себе в дёсны, он, конечно, рисковый парень, но усаживать на коленки Белову - что-то сродни попытке забрать на руки кодло ядовитых змей.

Второй приход приходит мягко, разбавляя первый, добавляя градуса в его релакс и степень комфорта. Эрику становится практически идеально за каких-то двадцать секунд, и он не удерживается от того, чтобы не поделиться этим. Тянется рукой к безотказной Мерилин и, обмакнув палец в чёрном, похожем на краску для принтеров, порошке, подаётся этой рукой уже и к Лене, в нарочито медлительном жесте. Демонстрируя свою безопасность. Эрику кажется, что он сейчас действительно в вольере с дикими ядовитыми змеями, готовыми вспрыснуть в него всю дозу оставшегося яда. Да что там, оставить внутри, вместе с зубами, под его кожей.

- Ты свободна. Так же, как и я. И в то же время, под твоим контролем все ресурсы. Смекаешь, о чём? -  большим пальцем Эрик приподнимает губу Лены и проскальзывает внутрь, втирая порошок в её десну аккурат над острым клычком. На верхней губе Беловой - крохи чёрного порошка, и Стивенс подаётся ещё вперёд, осторожно слизывая его кончиком языка. Вкуса он не чувствует, рецепторы уже достаточно онемели от двух доз, но мышцы - нет, Эрик обнимает Лену за талию, оглаживая раскрытой ладонью поясницу, и одновременно рассасывает во рту чёрные крупицы спокойствия, такие нужные им обоим. Они оба слишком влипли. Слишком похожи для того, чтобы он остался равнодушным сейчас. -  Есть и польза в том, чтобы быть вечной второй скрипкой. Или серым кардиналом? Кем захочешь быть ты?

+1

12

«Ты свободна», - слова Эрика эхом отозвались в голове. Белова как-то не задумывалась об этом в суете последних дней, но ведь Стивенс действительно прав. Лена сбросила с себя все оковы: сначала Красной комнаты, потом Западного ветра и Старой Гидры. В обновленной версии многоголовой она тоже не была абсолютно свободной, в какой-то степени завися от Роджерса и его решений, теперь же рядом нет и его. Рядом нет никого вообще, Елена взобралась на вершину империи, и сама вершит судьбы многих, как когда-то вершили её собственную. Насколько забавно иногда всё-таки шутит карма.

Тем не менее, свобода до сих пор оставалась для Беловой чем-то эфемерным, всегда ускользающим. Свобода всегда приходила вместе с болью, дразнила Елену, и как только русская наконец-то в неё начинала верить, та исчезала из-под носа, разбив все мечты, забрав надежды. Сейчас свобода тоже не пришла просто так. Она требовала жертвы, требовала разрушений взамен, но эту цену стоило заплатить, Белова почти убедила себя, почти смирилась.

- Котик, я хочу быть королевой. Tsaritsei, как сказали бы у меня на родине. Но придется, видимо, снова становиться серым кардиналом.

В объятьях Эрика было хорошо. Тепло. Спокойно. Возможно, даже, Белова ощущала в них некую защищенность, как и в тот момент, когда он выносил Вдову прочь из тумана. Сегодня, после всего, именно это ей и было нужно, поэтому Лена не сопротивлялась его прикосновениям, не злилась на фамильярность, которой никогда между ними раньше не проскальзывало. Наркотики также способствовали всеобщему принятию. Они расслабляли, стирая ранги, границы, условности. Наркотики помогали Беловой забыться, но не до дурмана. Сознание от них наоборот прояснилось, а мысли приобрели такие резкие очертания, стали так последовательны и безумно логичны, что дай Елене сейчас карандаш с бумагой, она запечатлит великий план действий, да еще и дополнит его хитроумными чертежами. Но женщине не хотелось нарушать кратковременную идиллию, что образовалась между ними, и она возводила свои схемы в голове.

Белова улыбнулась, облизнув губы. Она практически не осязала черных гранул у себя на языке, не чувствовала вкуса кожи Киллмонгера или его мимолетного поцелуя. Весь рот онемел, но Лене было превосходно. Все остальные мелочи восполняло воображение, а что-то вовсе опускало. Елена приподнялась, коснувшись плечом чужой ключицы. Прикрыла глаза, слегка застонав, как будто внутри себя сейчас принимала важнейшее решение в своей жизни. Она вновь вспомнила страшные видения, постигшие её в том путешествии. Они могли быть иллюзией, могли и жутким пророчеством. Исходя из новой информации, что поступила Беловой в эти часы, всё указывало на второе. Гидра падет, так или иначе. Падет громко, безвозвратно и болезненно, и если Лена ничего не предпримет для себя, то сгорит вместе с многоголовой тварью. И не будет в этом ни подвига, ни чести, ни героизма. Только глупость несущая абсолютный конец.

Видения о поражении фрагментами мелькали в голове, сменяясь крупномасштабным планом, что выстраивался там же кирпичик за кирпичиком. Кажется, Белова уже даже знала, что сделает в первую очередь. Только в одиночку при всём желании ей не справиться. Нужен помощник: мультизадачный, с обширными навыками, умеющий крутить мир вокруг себя мановением пальца, и, самое главное, надежный, кто не подведет…

Эрик, в принципе, еще ни разу её не подвел.

- Заменим то, что нам уготовила судьба – иллюзией. Станем сами демиургами этой истории? Ммм… знаешь, а мне нравится. - Кончики пальцев прошлись по щеке, обвели линию скул и подбородка, вырисовывая контур Стивенса заново. Мазнули по губам и задержались на впадинке под нижней, слегка на ту надавливая большим пальцем. – И ты мне в этом поможешь.

Лена не спрашивала, она утверждала с кривой усмешкой на губах. И по её взгляду было понятно, что отказа русская не примет, совсем не примет. Да и зачем Эрику отказываться от еще одного выгодного предложения, которое может столько всего ему принести? Это было бы неразумно и так на него не похоже. И Белова без зазрения совести намеривалась использовать это. Использовать его авантюризм, алчность и бесконечную тягу к сомнительным делишкам.

- Поможешь мне, и получишь в два раза больше. Получишь часть всех ресурсов. Оружие, разработки, информацию, деньги. Это окупит и наш прошлый долг, и новую работу. У меня даже есть уже кое-какие идеи, но об этом завтра. Сначала нужно немного отдохнуть.

Белова хмыкнула, накрывая губы Киллмонгера еще одним легким поцелуем и потянулась за очередной порцией безотказной Мерилин.

+1


Вы здесь » Marvelbreak » Отыгранное » [25-26.10.2016] И движения руки хватит, чтобы им поплыть


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно