ОБЪЯВЛЕНИЯ
АВАТАРИЗАЦИЯ
ПОИСК СОИГРОКОВ
Таймлайн
ОТСУТСТВИЕ / УХОД
ВОПРОСЫ К АДМИНАМ
В игре: Мидгард вновь обрел свободу от "инопланетных захватчиков"! Асов сейчас занимает другое: участившееся появление симбиотов и заговор, зреющий в Золотом дворце...

Marvelbreak

Объявление

мувиверс    |    NC-17    |    эпизоды    |     06.2017 - 08.2017

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Marvelbreak » Отыгранное » [16.10.2016] Я буду твоим другом


[16.10.2016] Я буду твоим другом

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

Я буду твоим другом
http://forumstatic.ru/files/0018/aa/28/36613.png

https://i.imgur.com/vJmCF5F.gif http://ipic.su/img/img7/fs/ezgif.1520716044.gif
Bruce Banner | Katherine Summershttp://forumstatic.ru/files/0018/aa/28/36613.png
Пустой ангар и двое которым сложно в этом мире.

ВРЕМЯ
16.10.2016

МЕСТО
База на Аляске

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЯ
нет

Отредактировано Katherine Summers (2018-03-11 01:37:39)

+1

2

Чарльз Хеллоуэй второй чашкой кофе приводил в
порядок расстроенные бессонной ночью,
раздумьями и поисками нервы.
Рэй Брэдбери.

Пожалуй, ранее утро было временем, которое Брюс любил больше всего на базе. Тишина, почти никого нет, не ощущаешь тяжелых взглядов на спине, можно свободно пройтись в легкой куртке до самого двора с чашкой кофе и подышать свежим воздухом окончательно просыпаясь. Привыкнуть спать в одной кровати с другим человеком пока не получалось, но они как-нибудь с этим справятся и тогда Брюсу не нужно будет сбегать каждое утро так рано, чтобы не мешать Чарльзу выспаться. А сам он….не очень то ладит со сном в последнее время. В голове дикий рой мыслей, от которых никуда не деться, и лучшее что можно сделать в этой ситуации, это тренировки. Брюс старался не демонстрировать силу кому-то, а то и вообще целыми днями просиживал в комнатах Чарльза, уходя с головой расчеты. С одной стороны заняться было чем, несколько изобретений Бенертека на ранней стадии, но….с другой, он действительно хотел размяться, быть уверенным в себе и в том, новом Халка. Контроль и покой. Свобода в ощущениях и ленивое присутствие того, другого парня, теперь не угнетали Брюса, скорее…это походило на любопытство. Зеленый монстр только приоткрывал один глаз, когда Брюс обращался к частичной трансформации или и вовсе отворачивался в сторону, если точно знал, что доктор не позовет его. Не в этот раз. Не сегодня.

Шрам и не рвался, лениво продолжая спать на задворках сознания Брюса, отзываясь только громкими вдохами или невразумительным ворчливым рычанием, если Брюс делал что-то не так. Они учились существовать вместе, и иногда тяжело было не только Брюсу, но и тому, другому. Он рвался наружу всего несколько раз и Брюс вежливо просил его отступить.
Они разговаривали между собой. И эти диалоги иногда смущали Беннера, а что если их услышит Чарльз? А если…он так увлечется, что заговорит вслух?

- Спокойно, Брюс, здесь никого нет, - Нет, конечно нет, слишком раннее утро для учеников, но Брюс все равно насторожено осматривает пустой ангар, придирчиво окидывая взглядом самые темные углы. После тренировок ученики всегда убирают за собой, и не хотелось бы и самому оставить хотя бы какой-то намек на след, но…с силой гиганта это куда сложнее, чем кажется.
Брюс осторожно отставляет на пол кружку с еще горячим кофе и не смотря на холод в помещении принимается раздеваться. В аккуратную стопку ложиться куртка, свитер и даже носки. Брюс остается стоять совершенно босым, в спортивных штанах и футболке посреди бетонного пола, и слегка ежится от холода щурясь в темноту стен.
Сосредоточиться, позвать к истокам, только на чуть-чуть будя настоящую мутацию.

Это пока чертовски сложно, потому что эйфория охватывает почти сразу, сердце моментально скачает, адреналин повышается в крови и Брюс всем телом ощущает, как проступают вены наполняясь зеленой кровью. В ушах стучит так громко, этот стук заглушает даже собственные вдохи.

Спокойно-спокойно, Беннер, это все еще ты. Тому парню здесь не нужно появляться, оставайся собой.
Тебе что-то нужно, Беннер?  Зверь вроде бы заинтересовано приподымает один глаз, но Брюс только мягко улыбается, протягивая руку чтобы коснуться большого зеленого пальца.
Нет, пожалуйста, спи дальше. И присутствие Халка уходит, давая ему полный контроль над телом.
Наверное, со стороны это выглядит жутко, даже футболка на три размера больше, которую Брюс одел специально для таких случаев, теперь ему впритык, и ткань грозит вот-вот порваться, а штаны и вовсе смотрятся как шорты. Он чуть выше, чуть крупнее, и смутно походит на нормального человека. Свечение зелени в глазах отражается даже в поверхности очков, которые становятся вдруг так малы. Брюс шумно выдыхает и осторожно, как только может, снимает очки складывая их почти трепетно. Он настолько увлечен процессом частичной трансформации что даже не замечает чьего-то присутствия.
Взгляд доктора, сейчас видящий куда дальше, яснее, натыкается на тонкую фигуру девушки, стоящий у самой двери ангара. Брюсу кажется, что она даже не дышит, но на самом деле он почти сразу ощущает ее дыхание и бешено бьющееся сердце.

Напугал.

- Простите, я думал я здесь один, - Доктор почти забывает, что даже его голос сейчас кажется чужеродным, искаженным мутацией, поэтому растерянно замирает оглядываясь на стопку вещей. И совершенно забывает про очки в руке, от чего те моментально крошатся в пыль от малюсенького сжатия. Брюс тихо чертыхается, стряхивая осколки с руки и снова оглядывается на женщину. Она кажется ему смутно знакомой и слишком взрослой для простых учеников Ксавьера. Нет, разумеется на базе полно взрослых мутантов, но почти всех Брюс знает в лицо, а эта женщина…За все пребывание на базе Брюс видит ее впервые, и кажется начинает понимать кто это, но все еще не уверен.

- Вы…Кэтрин? – Он возвращается в свой обычный облик человека так же быстро, без предупреждений, теряя массу гамма-мутации прямо на глазах у женщины. Будет неловко, если это не она. А если не она, то он просто еще раз вежливо извинится и вернется в спальню к Чарльзу.

Отредактировано Bruce Banner (2018-03-13 21:42:40)

+1

3

Кажется, сделаешь неверный шаг и упадешь в кроличью нору и как та самая Алиса попадешь в страну чудес. Но вот страна чудес ли это? Кэтрин понимает, что долго их с Габриэлем тайна таковой не останется, только не рядом с Ксавье и Джин. Так или иначе, рано или поздно все станет ясно и неизвестно как поведет себя профессор. Нет, Кэтрин была больше чем уверена, что он не станет ее трогать, даже как-то воздействовать на нее не станет, но он будет готов к предстоящим перипетиям. Не то чтобы Кэтрин хотела, как то навредить Ксавье физически, да и кому-либо на этой базе, если уж по существу, но в то же время ее темная сторона требовала отмщения. Она требовала, чтобы виновные заплатили:  Д’кен – за ее смерть, Ксавье – за свою ложь, Скотт и Джин – так же за ложь. И у каждого была своя степень причастности ко всему происходящему. Д’Кена Кэтрин хотела убить. А Ксавье, Скотту и Джин просто сделать больно так же как они причинили ей боль своей ложью. И Кэт почему-то даже не задумывалась, что Скотт вообще-то тоже ее ребенок. Он тоже ее сын. Она уже говорила это Джин в свои первые дни, что после смерти все ее социальные связи были разорваны и только сейчас, до женщины стало доходить, насколько она оказалась тогда права. Она чувствовала привязанность к старшим сыновьям и даже какую-то отдаленную версию любви, но… Это больше не ее маленькие мальчики которыми она их помнила и это создает свои трудности. Тем более что сам Скотт вырос в достаточно молчаливого мужчину. А Габриэль… Габриэль оказался видимо единственным человеком в ее новой жизни, кого Кэтрин полюбила просто вопреки всему. Здравому смыслу, разуму и тому, как он с ней поступил. И это было похоже на то, как жертвы своих мучителей влюбляются в них. В психиатрии это называется Стокгольмский синдром, но для Кэт это был материнский инстинкт, любить своих детей не смотря на, то, что ребенок оказался монстром из самых страшных сказок.
И вот прошло уже три недели, и Кэтрин немного успокоилась вдали от сына и, находясь рядом с теми людьми, которые ее «предали». Уже не все выглядело так однозначно как тогда и не все казалось ужасным и неправильным. Просто женщина видела, что делает Ксавье для детей находящихся на базе и не понимала, как такой человек мог так поступить с ее сыном. А еще по всей базе курсировали различные слухи о Чарльзе. Многие из них были безобидные, но некоторые ставили женщину в тупик или заставляли закатывать глаза на фантазию детей. Одни из таких слухов стал о том, что у Ксавье какие-то личные отношения с Брюсом Бенером. О нем тоже ходили разные слухи, хотя мужчину Кэт ни разу за все это время не видела. Хотя когда он появился на базе, это вызвало, прям таки бурю всяких сплетен. Кэтрин так и не смогла понять, в чем причина такой популярности, но смогла уловить только, что мужчина был огромным и зеленым. Посчитав это очередной бредней женщина отмахнулась и забыла об этом. Идя в сторону ангара, Саммерс надеялась, что сможет какое-то время  позаниматься в одиночестве. Последнее время ей так же много уделяли внимания. Ну а как же? Воскрешая мама Скотта Саммерса. Да еще и мутант. Женщина не сторонилась детей, но старалась вежливо отказываться от их общества. Ее нервировали их взгляды, которые буквально каждый ее жест ловили, словно она кино-дива, а не простая женщина. Но какового, же было разочарование женщины, когда она увидела в ангаре человека, мужчину. Кэтрин собиралась развернуться и уйти, но замерла на пороге, наблюдая, как мужчина поспешно раздевается, оставаясь только в огромной футболке размера на три-четыре больше чем надо и в трениках. Но дальнейшее повергло женщину в шок: мужчина стал меняться. Незнакомец стал стремительно раздаваться и обрастать мышцами и стал значительно выше своего роста. Все заняло не больше нескольких секунд, за которые Саммерс забыла, как дышать, шевелиться и даже, кажется, моргать. Нет, она знала, что мутации бывают разные, но настолько?! Серьезно?! Мутант снял крошечные очки и увидел ее. И вот тут-то ее тело вспомнило, что вообще-то пора бы делать ноги, но было уже поздно. Сердце внезапно забилось где-то в районе горла душа частотой ударов, а щит появился сам по себе как реакция на возможную опасность.
— Простите, я думал я здесь один, - голос звучит так же пугающе, как и габариты мужчины, но постепенно до Кэт доходит, что бояться не чего. Она поджимает губы на свою бестактность и неуверенно переступает с ноги на ногу наблюдая как мужчина возвращает себе свои прежние габариты.
— Вы…Кэтрин? – вопрос незнакомца выводит Саммерс из ступора, и она выдыхает, немного нервно улыбаясь и поправляя волосы скорее просто, чтобы двигаться, чем ей это действительно нужно было.
- Да. Я Кэтрин Саммерс, - женщина может собой гордиться, голос не дрожит, да и сердцебиение начало успокаиваться, когда мужчина стал возвращаться в нормальные габариты.
- Простите, что я помещала вам. Я думала в такую рань здесь ни кого не будет. Хотела потренироваться, - Кэтрин вновь улыбнулась, но уже более спокойной улыбкой, даже дружелюбной. Пусть ситуация и вышла неловкой, но в общем-то ничего такого не произошло. Просто это было неожиданно.
- А как вас зовут? – Кэт стало любопытно кто этот мужчина.

+1

4

Не притворяйся тем, кем ты не являешься,
не отказывайся быть тем,
кто ты есть. - Нисаргадатта Махарадж

О, значит я не ошибся. Брюс даже не заметил, что замер, бестактно пялясь на Кэтрин. Женщина, которую учил Чарльз несколько отличалась от того, что успел себе представить доктор. Он видел ее более беззащитной и очень ранимой. А здесь и сейчас она смотрела на него с вызовом и чем-то еще. Брюсу показалось на несколько секунд что это был весьма высокомерный взгляд, такие ему были знакомы и даже частенько. В нем, как в обычном человеке, иной раз не то что угрозы, даже человека то не видели. Невнятно лепечущий что-то врач, это обычная маска. И Брюс решил, что не будет ее отпускать, в конце концов достаточного одного Чарльза, который знает насколько у Брюса может быть тяжелый взгляд.
- Я…Ну, знаете, я не очень люблю представляться. Больше привык что на базе итак знают кто я, но вы как раз из тех людей, которые моей общей истории не знают. Так что… - Брюс мягко улыбнулся и сделал несколько неуверенных шагов к стопке с одеждой, показывая, что вовсе не собирается причинять вреда Кэтрин, а хочет только одеться.
- Пол холодный, - И все же доктор мягко улыбается, насколько это возможно после такой демонстрации своей необычной силы, - Меня зовут Брюс Беннер, - Он идет неторопливо, но почти неслышно, спокойно ступая голыми ступнями по холодному бетону, и не похоже, что Брюсу действительно сильно холодно. Он улыбается неловко, наконец с облегчением обувая кроссовки и накидывает на плечи ветровку. Конечно кофе остыл, потому что он всегда забывает про эту чертову чашку на полу.
- Я…Так вышло что я немного о вас знаю. Чарли…Чарльз рассказывал, - Брюс поспешно поправляется и даже тянет руки к лицу, видимо в нервном жесте оправить очки, но тут же осекается, он сам же их покрошил в мелкую пыль. От того доктор кажется неуверенным, возможно застенчивым и даже с виду безобидным человеком, но что-то все-таки мелькает в его взгляде. Что-то темное, с остатками яркой зелени, всего на несколько секунд.
- Знаете, что? Раз утро не задалось…Может пока отправимся на кухню и сделаем горячего кофе? Там наверняка сейчас пусто, смена караула на базе через два часа только, - Брюс собирает с пола свои остатки одежды и все еще поглядывает на Кэтрин со смесью любопытства и настороженности. Что он о ней знает? Только то, что она «новорожденный» мутант, мать Скотта Саммерса и, вроде бы, у нее есть еще несколько детей. А еще она по какой-то причине зла на Ксавьера, только вот причину Брюс с телепатом не обсуждал.
- Или…вы все же хотите остаться тут? – Брюс наконец-то разгибается, склоняя голову по птичьи, набок, теперь уже откровенно вглядываясь в глаза Кэтрин Саммерс. За что так можно злиться на добрейшего человека на базе? О, нет, нет, Брюс знает, что Чарльз не ангел, далеко не ангел и мог бы натворить достаточно бед, и даже кое-что делал(много чего, Брюс видел, Брюс знает), но что такого он успел сделать своей ученице?
- Скажите, Кэтрин, вам нравится ваша новая жизнь? Быть…мутантом? – Тихо, даже слишком тихо чтобы девушка расслышала, но Брюс продолжает пристально смотреть ей в глаза, всего несколько секунд смиряя каким-то сухим взглядом смешанным на пополам с любопытством. Ведь она стала такой в сознательном возрасте, почти как он. Только вот…Брюс не хотел, не просил, не нуждался, но за какие же грехи его так прокляли?
- Я ведь тоже…стал таким не с рождения, - Он не хочет, чтобы это было похоже на исповедь, скорее на попытку отпугнуть, а может даже поставить четкую дистанцию между ним самим и всеми мутантами сразу. Ведь даже их мутация отличается от того, что сидит в Брюсе. Чарльз бы этого не одобрил, но так ведь легче, гораздо легче осознавать насколько опасный ты монстр. Даже если вы договорились.
Достаточно вспомнить взгляд Кэтрин полный удивление и страха. Так всегда. А ведь она не видела Халка толком, только частичную трансформацию.
Что вы здесь делаете, Кэтрин? Почему бы вам не уйти, как делали многие другие до вас?

+1

5

Саммерс наблюдает за манипуляциями мужчины и ее поражает, насколько он суетлив в движениях и нерешителен. Это кажется странным и каким-то, не естественным что ли. Словно это маска, которую мужчина надевает, чтобы скрываться от всего мира. А может, чтобы люди не боялись его. И когда Кэтрин слышит имя, все становится на свои места. Так вот он какой детский герой о котором столько слухов ходит и из-за которого дети себе чуть ли не все языки счесали, вдохновенно пересказывая друг другу все заварушки где участвовал этот человек. Теперь то женщине стало понятно, что большой и зеленый было не бредом. Это была правда. И почему-то Кэтрин это не пугало, ей даже стало интересно, что же это за человек такой.
— Я…Так вышло что я немного о вас знаю. Чарли…Чарльз рассказывал, - глаза Кэтрин моментально сужаются и она пристально и напряженно смотрит на Беннера стараясь понять, что значат эти слова из уст мужчины. Тем более упоминание Ксавье не приносит женщине особой радости.
- Что ж я рада, что мы заочно знаем, друг друга, - Саммерс сложила руки на груди и усмешка украсила губы женщины. И по всему поведению Кэтрин ясно можно понять что нет, она совершенно не рада этому факту. Но мелькнувшая зелень в глазах Брюса вновь вызвала в женщине интерес, и она немного опустила свою едкость. Она больше не боялась, да и по честному даже в момент, когда она действительно испугалась она знала что ей то опасность не грозит ни какая, просто это рефлекс бояться чего-то необычного и непонятно. Саммерс была больше чем уверена, что вернись Беннер в свою огромную ипостась, он даже пальцем не сможет ее тронуть.
Когда мужчина предложил пойти на кухню, и Кэтрин неопределенно пожала плечами.
- Мне, честно говоря, не особо хочется туда идти. Всегда есть пара детей, которым не спится или именно в тот момент, что я нахожусь там, приспичит попить. Я не против детей, не подумайте, просто по утрам хочется тишины и спокойствия, - теперь уже Кэтрин начала суетиться в движениях то, поправив вновь волосы, откинув их с одной стороны за спину, то убрав невидимую пылинку с рукава толстовки похожей на ту которую надел на себя Брюс. Кэтрин не поднимает взгляда на мужчину, все так же рассматривая свою толстовку и сложенные руки на груди.
— Скажите, Кэтрин, вам нравится ваша новая жизнь? Быть…мутантом?  -  Саммерс моментально поднимает взгляд на мужчину и видит в его взгляде любопытство на пополам с чем-то еще. Кэтрин вновь неопределенно пожимает плечами  и отводит взгляд, разглядывая пустой ангар, но потом вновь смотрит на Беннера.
- Это сложно. Сложно объяснить, еще сложней понять и осознать. Вы ведь никогда не умирали, потому я думаю вам так же сложно это понять. Но… Да мне нравится быть мутантом, - и настоящая улыбка окрашивает губы женщины. Она опускает руки и засунув их в карманы толстовки приближается к мужчине. Ее щит уже давно опущен и она не причинит ему вреда. В близи Кэтрин понимает, что они почти что одного роста но Брюс все же выше нее. А еще у него мягкие и добрые глаза. Но Кэтрин знает это обманчиво. Не настолько Беннер мягок и добр как хочется думать и может казаться.
— Я ведь тоже…стал таким не с рождения, - Кэтрин этого не знала, и ей стало любопытно, как же это произошло. Женщина запрыгнула, садясь на накрытые брезентом ящики, ее ноги болтались над землей, не доставая до нее. Усмехнувшись и как-то задорно посмотрев на мужчину, она похлопала рядом с собой давая понять, что она не против компании Беннера.
- Ну, я такой стала только после смерти и своего воскрешения. Но лично для меня моя мутация это спасение… Я больше не боюсь, что кто-то может причинить мне вред. Теперь это чисто физически невозможно. И то, как я отреагировала при появлении большого парня это просто рефлекс, - Кэтрин решила для себя, что будет так называть Брюса в своей другой форме. Большой парень звучит не обидно и отчасти отражает действительность того каким становится Брюс.
- Так что даже если бы вы кинули на меня в своей форме большого парня, то не смогли бы даже волоса тронуть на моей голове. В меньшей степени вас бы просто оттолкнуло на пару шагов, в большей степени полетели бы через весь ангар головой вперед, - женщина усмехнулась, представив себе эту картину, и она доставила Саммерс какое-то мрачное удовольствие. Тряхнув головой, Кэтрин отогнала свои мрачные фантазии куда подальше. Еще не хватало, чтобы Беннер подумал, что она какая-то садистка или еще что «повеселей».

+1

6

Есть предел, за которым человек уже перестает испытывать возмущение,
но зато в нем появляется другая способность. Это способность терпеть.
Хальдоур Кильян Лакснесс

Брюс улыбнулся как можно мягче, разглядывая Кэтрин с интересом.  Выходило, что она почти ничего о нем не знала, раз решила, что он и есть тот, другой парень. Весьма…забавно. Ее убежденность в своих силах сначала обрадовала Брюса, о способностях Саммерс Ксавьер тоже рассказывал, но пусть она думает, что находится в безопасности. Хотя бы сейчас, и  с ним, как с человеком.
- О нет, вы неправильно поняли. Я не тот, большой парень. Это все еще был я. А Халк…он гораздо крупнее и сильнее, я просто пытался понять возможности своего контроля, и пока это максимальная форма. Но и она занимает много сил. Халка трудно уговорить не злиться. Он сам гнев, - Брюс неловко пожимает плечами и подбирает с пола холодную чашку кофе, всматриваясь в темноту напитка. Его вкус такой же горький, как и правда, о которой Беннер умалчивает. С одной стороны, это не честно по отношению к человеку, для которого после смерти даже весь мир как чистый лист, и, очень хочется казаться в чьих-то глазах безобидным простаком, которого вот так просто могут отправить головой в стену ангара, но…
- Вам лучше не встречаться с тем парнем, Кэтрин. Никому не стоит. Он несколько…своеобразен, и иной раз мне непонятен его ход мыслей. Он неуправляемый монстр. Но это тоже часть меня, - Халк молчит, ему нет дела до разговоров между людьми, поэтому Брюс только шире улыбается, ощущая уверенность в своих словах. У Брюса много вопросов, от того, что Кэтрин почувствовала при первом побуждении, до, есть ли что-нибудь за чертой смерти. Но…с другой стороны, он уже очень хорошо знает человека который так же воскресал.
- Я не особо откровенничаю с людьми, которых вижу впервые. Но с другой стороны, я мало с кем общаюсь на базе в последнее время. Наверное, неплохо заиметь друга, собеседника, которому можно высказать все что у тебя на мыслях. Даже если это неприятная правда. Но проблема в том, что я не люблю говорить. Особенно в последнее время. Что вы почувствовали, когда в первые очнулись? Когда осознали себя, наконец? Я говорю не о первых минутах жизни, а позже? – Брюс все-таки следует предложению и подходит к ящикам с брезентами протягивая неожиданно Кэтрин чашку с кофе. Он даже не успел отпить и глотка, и кофе остыл, но он все такой же вкусный. И горький. Брюс не любит ни этот вкус, ни саму традицию, это просто попытка казаться таким же как все, быть своим среди чужих. Но даже здесь он все равно остается чужим.
- Гамма-мутация. У меня нет икс-гена, Кэтрин. Никогда не было. Несчастный случай во время эксперимента. Если вкратце, я сам это сделал с собой. Почти одиннадцать лет я искал возможность вернуть себе человеческий облик, но, кажется понадобилось больше десятка дней и десятка чужих душ, чтобы я осознал, что…уже не хочу меняться. А вы…что вас заставляет быть такой? – Брюс кидает изучающий взгляд на Кэтрин и просто пожимает плечами. Этот вопрос можно воспринять по-разному, будто Брюс видит ее враждебность, или вообще спрашивает об общем отношении к миру. Все или ничего. Не такой уж и простой этот доктор, а вся его добродушность и милая улыбка расползаются по швам, стоит отвести взгляд к стене. Сейчас в ангаре удивительно тихо, настолько, что даже слышно завывание сквозняка и отголоски холодного ветерка доходят до ног, вызывая наконец-то зябкое ощущение и дрожь в руках. Значит до момента, как он начнет ослабевать после частичной трансформации где-то три или четыре минуты. Неплохой результат, но все равно недостаточно. Чтобы не бить настолько уязвимым в эти минуты необходимо быстрее работать над силовым полем Беннертека. А ведь Брюс даже не испытывал его толком в бою. Ему нужен помощник, который бы не испугался ощутить на себе искажение прибора и...Брюс снова кидает оценивающий и заинтересованный взгляд на Кэтрин.
- Ваши способности…векторный контроль, да? – Слишком резкий переход, Брюс еще не успел поработать над этой линией поведения, от добрых улыбок к сухому и мрачному взгляду доктора-ученого, но он старается, как только может. Вернуть улыбку, помягче взгляд. Будь человеком, Беннер, оставь свои безумные идеи хотя бы на пять минут.
Кто-то из старшего состава монстров сказал, что ум Беннера ориентирован только на уничтожение, как и его изобретения. Это был разговор, конец которого Брюс услышал случайно, и хотелось бы возразить, но деяния Халка говорят об обратном. Одно только его существование опровергает всю возможность Брюса защищаться от этих слов. Нет права, нет возможности.
- А до какого уровня контроля вы дошли? Быть может вы могли бы мне помочь с моими разработками. Что-то вроде испытания, правда…я пока над этим только работаю, - И такая ли уж это хорошая идея, Беннер? А вдруг ты ей навредишь? Уже нашел себе подопытного? Ну ты и сволочь, Беннер. Брюс отгоняет эти противные мысли куда подальше, это просто пока предложение, и, может ему вообще никогда не суждено сбыться. 
- Кэтрин….Можно еще вопрос? Что у вас произошло с профессором? Я…заметил как вам неприятно слышать даже его фамилию, - Это неэтично, они едва ли знакомы, но рубить напролом уже входит в привычку у доктора, и…пока он не очень-то собирается от нее избавляться. Это черта характера Халка, совершенно не свойственная человеку Беннеру, но почему бы и нет, в конце концов? Может хотя бы так он научится смотреть правде в глаза.

Отредактировано Bruce Banner (2018-03-15 22:43:18)

+1

7

Когда  Кэтрин услышала что то, что она видела минутами, ранее был сам Брюс, а большого парня она так и не увидела, ее брови сами по себе медленно полезли вверх.
- Халк? Зеленое чудовище, которое разнесло половину Нью-Йорка, пока защищало его от нападения инопланетных захватчиков, тот самый Халк? – вот теперь смысл детских слухов стал в полной мере доходить до Кэтрин. Но как это, ни странно она все еще не чувствовала страха. Нет здоровое понимание того что опасность реальна присутствовала, но сейчас все было спокойно. А думать о плохом раньше времени не стоило, потому Кэт приняла к сведению то, что ей сказал Брюс про Халка.
- Ну что же могу вас поздравить, мистер Беннер вы герой детских историй, они чуть ли не захлебываются когда обсуждают ту заварушку, - женщина усмехается и все так же спокойно смотрит Брюсу в глаза. Она действительно не боится мужчины. Пока он не начал меняться все нормально. Вот когда станет зеленеть, тогда-то можно будет и испугаться. А зазря нервы напрягать не стоит.
- Я рисую и потому общаюсь в основном через холст. Краски это мой язык, который в полной мере способен передать все, что я думаю. Чувствую и ощущаю в момент написания очередной картины, - Кэтрин потирает ладони и слегка покручивает пальцы на правой руке. Так она всегда выражала себя с самого детства, и часто ей не было нужды искать общение среди людей. Часто, но не всегда.
- Но вы правы, всегда хорошо иметь рядом человека, с которым можешь обсудить практически все на свете, - легкая улыбка появилась на губах женщины. Услышав вопрос Брюса про воскрешение, взгляд женщины потемнел, вспоминая свои мучения в тот день. Кэтрин опустила взгляд, на свои руки все еще перебирая пальцы правой руки пальцами левой.
- Это… Сложно. Я была уверена, что на дворе 80-е. Что каким-то образом я сбежала из тюрьмы на Ши’аре и оказалась в Нью-Йорке. Я думала о детях, которых выкинула из самолета на единственном парашюте и которых должна найти. И когда мне сказали, что прошло двадцать пять лет это почти сломало мой рассудок, потому что я ничего не понимала. Прибавьте к этому неконтролируемые способности, которых я боялась, так как не понимала, что происходит и получите серьезный психоз с постоянными истериками и страхом перед самой собой… - женщина говорила тихо, но была уверена, что Брюс ее слышит. Саммерс поджала губы, вспоминая свои первые дни в новой жизни. Вспоминая знакомство со Скоттом и Джин, а потом и Ксавье. Да Кэтрин злилась на мужчину, но все же не могла забыть того как он помог ей освоиться в этом пугающем и новом для нее мире. Тут перед глазами женщины появляется кружка с кофе и Кэт, подняв взгляд, видит взгляд Брюса и с благодарной улыбкой берет бодрящий напиток. Сделав глоток Кэт, понимает, что кофе уже давным-давно остыл и стал ледяным, но почему-то это даже нравится женщине, как и горечь напитка. Хотя чаще всего женщина пьет кофе со сливками.
Саммерс внимательно слушает мужчину рассказывающего о том, как он стал таким. Кэтрин и жаль и не жаль его. После всего через что ей пришлось пройти, она поняла простую истину, все происходит как происходит и они не в силах этого изменить. Нет конечно можно и даже нужно стараться изменить свою судьбу, но если это не в твоих силах то не стоит рвать себе душу от того у тебя нет сил что-либо изменить в своей жизни. Но стараться изменить жизнь и измениться самому нужно.
Вопрос Беннера ставит Кэтрин в тупик. Она хмурит брови стараясь понять суть вопроса Брюса. Тишина в ангаре становится полной, и Кэтрин все еще хмуря брови, смотрит на Беннера, который почему-то рассматривает ангар и не смотрит на нее. Женщина уже хотела спросить, что имел ввиду Брюс, когда он вновь заговорил.
— Ваши способности…векторный контроль, да? – и взгляд пытливый пронизывающий и раскладывающий ее на составляющие. Саммерс вскидывает бровь, пытаясь уловить эти резкие перемены в мужчине и кивает.
- Да. Я могу менять вектор любого движущегося предмета. Если в меня что-то летит я прикосновением рук могу изменить вектор движения объекта, не важно, что это будет, и перенаправить его движение в другую сторону как с такой же силой, с которой его в меня кинули или же ускоряя до невероятных скоростей. Самое большее, что мне на данный момент удавалось  это разогнать теннисный мяч на скорость сто сорок километров  в час, при запускаемой скорости примерно в двадцать километров в час. В потенциале я могу разогнать предмет до скорости света, и управлять движением атомов меняя их вектор движения. Но до этого еще далеко. Ну и помимо наступательных способностей через руки я еще и защищена коконом радиусом в метр вокруг меня. Т.е если я не вижу угрозы, то она отразится автоматически. Не так сильно как через руки, но тоже существенно, - Кэтрин немного неловко пожала плечами. Ей все еще казалось невероятным то, что она умела, но постепенно она привыкала к этому. И ей уже не верилось, что когда-то раньше она была обычным человеком.
- А в чем суть проекта? – Кэтрин не собиралась сразу же давать свое согласие не известно на что. Но ей стало интересно над чем работает Беннер и потому она могла спокойно рассматривать такую возможность как помочь доктору.  Сделав очередной глоток кофе, Кэтрин отставила наполовину пустую кружку рядом с собой.
— Кэтрин….Можно еще вопрос? Что у вас произошло с профессором? Я…заметил как вам неприятно слышать даже его фамилию, - Саммерс застыла каменным изваянием а ее взгляд моментально стал холодным, а губы сжались в тонкую линию.
- Вопрос то вы задать можете, но не думаю, что это касается вас. Слухи, конечно, ходят разные и если им верить, то не вам защищать Ксавье. Так или иначе, мы разберемся сами. Он должен самостоятельно отвечать за свои поступки, а не прятаться за чужие спины, прикрываясь добродетелью и общим благом, - Кэтрин разозлилась, снова. И не на шутку разозлилась. Даже дыхание стало более частым, а кулаки сжались, больно впиваясь ногтями в мягкие ладони. Резко спрыгнув с ящика, Саммерс прошла мимо Брюса, не оборачиваясь, но ее ярость бурлила и требовала выхода. Резко развернувшись, она вновь вернулась к Брюсу, тыча в него указательным пальцем но, не прикасаясь к мужчине.
- Вы защищаете его не зная даже того что он сотворил. Я могу понять любовь и прочее, но, черт возьми, он мучил моего сына! Он лгал мне! Он выражал свои соболезнования о том, что мой сын погиб, когда на самом деле он был жив и ну надо же был его пленником долгие годы! – Саммерс разошлась не на шутку. А при последних словах в ее голосе было столько яда, когда она показательно изобразила удивление и раскинула руки в стороны, словно выражая это самое удивление.
- Мой младший сын, которым я была беременна, когда на нас напали и перенесли на Ши’ар был вырезан из моей утробы после моей смерти. Он был их рабом, безвольным, не способным противостоять. Но когда ему хватило сил бежать благодаря своей мутации, он оказался здесь на Земле. Пусть и не сразу, но он оказался рядом с Ксавье. И что же сделал наш добродетельный профессор? Стал подавлять его силы заключать его разум в клетку, из которой нет выхода, а потом просто бросил его одного, оставил его гнить и сходить с ума внутри своего разума не способного найти выход. А теперь его считают опасным психом только потому что он смог вырваться из этого плена. Он хотел стать частью семьи, нашей семьи и что сделал Скотт? В начале он старался его переделать под свои стандарты, и когда этого не получилось он разочаровался в нем. И чем это закончилось? Он напал на брата. И вот скажите теперь за что мне любить Чарльза Ксавье? – гневная тирада была окончена и Саммерс все так же тяжело дышала, смотря Беннеру прямо в глаза сверкая праведным гневом и ощущением своей правоты в этой ситуации. Зарычав, женщина отвернулась, от Брюса зарываясь пальцами в волосы и сжимая голову руками, словно стараясь унять жуткую боль. Закрыв глаза, она старалась успокоиться.
- Я понимаю… Понимаю что в каждой ситуации есть две стороны медали, но это… Это мой сын… Единственный сын…  - Саммерс замолчал пораженно распахнув глаза и прикрыв  рот рукой понимая что только что сказала. Когда она обернулась к Брюсу, в ее глазах читался уже страх. Давно уже не было этого с момента воскрешения, не было такого разброда мыслей, и эта последняя фраза напугала женщину. Ведь это не так. Ведь у нее есть Скотт и Александр. У нее есть еще два сына. Но правда в том, что она практически ничего к ним не чувствовала. Они были ей чужие. Она лишь изображала то, что должна была чувствовать, но на самом деле этого не было. А вот Габриэля она действительно любила, даже не смотря на то, что он хотел ее убить. Не смотря на то, что он не признавал в ней матери. Вопреки здравому смыслу и рассудку Кэтрин Саммерс любила своего младшего сына и ничего не могла с этим поделать.

+2

8

Эдди открыл одну из великих истин детства:
настоящие монстры — взрослые.
Стивен Кинг.

Брюс не разделял восторженности молодежи о его поступках. Кроме того, скорее всего Кэтрин даже не понимала, что именно могли обсуждать дети между собой.  Скорее всего тот случай, когда он пришел на базу с окровавленным Куртом на руках был известен не многим, так, какие-то слухи. Но именно старший состав иксов прекрасно осознал насколько из себя представляет опасность по-настоящему разъярённый Халк. То, что он не убил Курта было чудом.
- Ну, страшные сказки с участием здоровяка рассказывали детям как страшилки еще со времен битвы с Читаури, Кэтрин. И...я до сих пор не знаю как на это реагировать. Настоящими супер-героями не пугают детей, - И все-таки Брюс улыбался, так не хватало сейчас в руках оправы очков, чего-нибудь, во что он может вцепиться и потупить взгляд, спрятать свое разочарование в себе. Это еще одно напоминание насколько велик груз его вины, и нет ему конца и края.

Наверное, поэтому ответ женщины совсем не удивил Брюса. Как-то так он и представлял ее воскрешение. Ее боль, растерянность и непонимание. Она словно родилась заново, только с возможностью помнить прошлое, но разве для будущего? Такого будущего? Наверное, именно поэтому ей нравились свои способности. Возможность защищаться от этого жестокого мира. Быть кем-то, больше чем несчастная мать, желающая спасти своих детей от смерти.
Зря он предложил ей поучаствовать в эксперименте сейчас. Она не готова, не раскрылась полностью, наверняка с контролем пока еще сложно, и даже то, что Кэтрин рассказывает о мяче только еще больше подпитывает сомнение в нем.
- Я хотел испытать мое изобретение. Оно генерирует защитное силовое поле на основе сил Халка. Это…сложно объяснить. Моя ярость и гамма-излучение, все это связано. Им бы я мог не только обороняться, но и нападать. Преломление силовых полей, практически искажение пространства, хотя это уже другой мой проект, - Брюс спокойно делиться своими идеями, в который раз увлекаясь научной темой и строчки расчета вновь бегут перед глазами, но не сейчас, это неподходящее время. Быть может потом, когда Кэтрин действительно окрепнет в своих силах, и они смогут все испытать так чтобы никого не покалечить и ничего не разрушить.

— Вы защищаете его не зная даже того что он сотворил. Я могу понять любовь и прочее, но, черт возьми, он мучил моего сына! - Брюс осекается даже в своих мыслях, пораженно разглядывая Кэтрин. Что-то было не так, в ее решении, в ее признании. Он не верил, что Чарльз бы поступил так без надобности, только ради спасения людей, зная, что может принять на себя весь огонь, только если…Если ее сын действительно был опасен. Перед глазами проносится окровавленная голова Бэттси с ее безжизненным взглядом, и Брюс с трудом сглатывает тяжелый комок в горле.
Чарли не поступил бы так без причины. Кэтрин может не понимать, не знать, не чувствовать того, что знает Брюс. Они вросли разумами в друг друга, и у Чарли нет тайн перед ним. В клетке Халка он видел достаточно чужой боли, даже тайн самого Чарльза, всего, что он бы никогда и ни за что не показал даже ему. Халк вскрыл разум Ксавьера, словно раковину рака-отшельника, вытащил всю грязь, разрушил все ментальные стены и…Брюс поклялся, что станет сам этой защитой. Не важно, чтобы не сделал Ксавьер, он сможет простить.
Но Кэтрин, она была полностью поглощена своей болью, своим несчастьем. Брюс сейчас видел в ней только слабую страдающую мать, и если она заплачет, наверняка ее слез хватит чтобы наполнить реками и океанами все иссушенные миры.
- Кэтрин… - Брюс делает нерешительный шаг в сторону женщины. Он не осуждает ее за гнев на Чарьза, он понимает, что ее невозможно винить в этой боли, невозможно злиться даже за то, что она несправедливо обвиняет своего учителя. Брюс понимает, что не может винить Саммерс даже за искаженное, израненное виденье ситуации. Он знает, что у Кэтрин есть еще два сына, а младший…не может быть единственным. Он хотел ее убить, он хотел убить Чарльза. Наверняка. Наверняка он так же опасен, как считает сам Чарли, и Брюсу даже не нужно спрашивать у телепата, что именно произошло. Он просто верит. Как и верит в искреннюю боль этой женщины.

- Кэтрин, я понимаю. Я понимаю, почему вам так больно, - У Брюса горячие руки, гораздо теплее чем температура у нормального человека. Он подается вперед, касаясь сначала плеча женщины, потом с мягкой улыбкой обнимает ее, привлекая к себе в утешительных объятиях, стараясь показать, что здесь и сейчас она не одна, и даже он готов понять ее, выслушать все, не важно, даже если это обвинения в адрес единственного человека, которого он любит.

- Кэтрин, вы не виноваты в том, что вы любите своего сына. Нет ничего страшного в вашем желании защитить его. Даже если он сделал все то, о чем вы говорите. Даже если Чарльз считал необходимым поступить так с ним. Вы его мать. Вы всегда будете его матерью. Как и для всех своих детей. В вас говорит боль, Кэтрин. Но никто…никто не отнимет у вас права быть его матерью, слышите? Даже если он сам вас не принимает. Просто будьте осторожны. Если вы действительно хотите ему помочь, вы должны стать сильной. Соберитесь с мыслями, соберите свои чувства воедино. Жизнь продолжается дальше. Но вы должны понимать, что месть ничего кроме боли вам не принесет. Даже если Чарльз действительно виноват во всем этом, вы должны отказаться от гнева в вашем разуме. Он отравит вас. Я знаю об этом как никто другой. Я постоянно…живу в гневе, - Слова доктора совсем не вяжутся с его добродушной улыбкой и мягким взглядом. Даже ему верить не стоит, потому что на дне его глаз плещется темнота его прошлого, то, что заставляет доктора бесконечно злиться, и приумножать силу своего внутреннего монстра. В его взгляде так же чувствуется горечь холодного утреннего кофе, словно он отлично знает, чего стоит эта месть, это разъедающее душу желание уничтожить своего обидчика, причинить ему бесконечную боль, разрушить.

Чарльз Ксавьер видел это в клетке, достаточно насмотрелся на злобу Беннера, осознал насколько может быть разрушителен гнев самого Брюса. И нет ничего, чтобы могло его остановить в выражении этих чувств. Сломанный еще в самом детстве, он раскололся на две части и уже никогда не соберется воедино. Даже ученый в Брюсе смирился с этим и теперь искал возможности только приумножить этот раскол. Пусть вместе они будут еще более опасны, чем порознь. Брайан Беннер был прав, Брюс действительно монстр, мутант душой, чудовище.

- Иногда, не обязательно иметь своего ручного монстра, Кэтрин, чтобы быть настоящим чудовищем. Не ступайте на эту дорожку, оттуда нет возврата, - Это Брюс говорит совсем шепотом, продолжая успокаивающе поглаживать женщину по спине.

Отредактировано Bruce Banner (2018-03-20 16:10:38)

+1


Вы здесь » Marvelbreak » Отыгранное » [16.10.2016] Я буду твоим другом


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно