ОБЪЯВЛЕНИЯ
АВАТАРИЗАЦИЯ
ПОИСК СОИГРОКОВ
Таймлайн
ОТСУТСТВИЕ / УХОД
ВОПРОСЫ К АДМИНАМ
В игре: Танос собрал перчатку и изменения в мире уже стали необратимы, чтобы предотвратить дальнейшие катастрофы в Мидгарде объявляется правление Тора и асов, что влечет за собой новые неприятности!

Marvelbreak

Объявление

мувиверс    |    NC-17    |    эпизоды    |     05.2017 - 07.2017

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Marvelbreak » Эпизоды настоящего времени » [май 2017] Bring me the head of prince charming


[май 2017] Bring me the head of prince charming

Сообщений 1 страница 18 из 18

1

[epi]bring me the head of prince charming май 2017
Hel, Sif, Balder, Heimdall
http://forumfiles.ru/files/0019/be/38/36991.jpg
Настало время для асов выполнить обещание, данное царице Хельхейма...
NB! моя семья (с) продолжение эпизода "I am the god of kingdom come"[/epi]
[icon]http://forumfiles.ru/files/0017/90/c0/33138.gif[/icon]

+4

2

- Принц.

Золотые глаза Хэймдалля, не отрываясь, следили за каждым движением новоявленного претендента на трон. Хотя из всех присутствующих именно он первым поддержал леди Сиф, провозгласившую юношу не просто принцем, наследником Всеотца, но и почти что царем Асгарда, хотя именно ему была долее всех ведома тайна рождения младшего отпрыска Одина, Белый ас не торопился титуловать его царем. Может быть потому, что он лучше всех знал, что имя - лишь слово.
Можно родиться в парчовой постели, быть вскормленным белой грудью царицы, и оставаться безвестным.
Можно быть выброшенным из отцовского дома на смерть, в ледяную пустыню,- и оставаться достойным венца.

Выдержав паузу, призванную показать товарищам детских игр, что их присутствие здесь не уместно, и не их досужим ушам внимать тем тайнам, что разделяют между собой члены царской семьи, он продолжал:
- Согласно закону Асгарда, каждый царь в свой последний день волен передать последователю свою волю, которую тот не имеет права не выполнить. Последнюю волю. Сие право дарует ушедшему знание, что ни его близкие, ни его начинания не пострадают, как далеко с его пути не ушел новый владыка. Твой брат, Тор, сын Одина, не был провозглашен царем и не восседал на Золотом троне, но намеренье Всеотца передать ему власть известно в Золотом царстве всем.
Он сделал паузу, словно желая удостовериться в готовности Бальдра выслушать все, что ему надлежало знать.

- Будучи полновластным владыкой Асгарда, твой брат даровал свое слово царице Хельхейма, отменить приговор, наложенный на нее и ее братьев Высшим судом. Желаешь ли ты узнать, в чем состояла их вина, и каков был приговор суда, на который были допущены только члены царской фамилии... ее известные члены.
Внимательный взгляд Стража богов скользнул на леди Сиф, словно вопрошая и ее тоже. Хотя сомнений в том, что пышущий яростью Громовержец поделился с подругой причиной изгнания с суда и своего отлучения от двора, высказать своего знания вслух хранитель многочисленных тайн царства асгардского не имел права. Если воительница пожелает, она сможет сама поведать новому владыке о том, что произошло, и чему тот стал невольным свидетелем.
Пророчество о наступлении Рагнарёка было известно каждому асу, но в этом витке обрело никому не ведомые черты; так ветви Иггдрасиля сплетаются и переплетаются, образуя причудливое полотно, и даже самой искусной ткачихе, будь ее имя Скульд или Урд, не повторить и не предугадать всех узлов и переплетений.

- Впрочем,- с усмешкой добавил Страж,- твое пребыванье в Мидгарде, верно дало тебе знание о многих преданиях, что были произнесены много веков назад, и сбываются ныне. Что скажешь? Хель, госпожа царства мертвых, ожидает тебя, сын Одина, она здесь, и готова услышать решение. Пожелаешь ее пригласить сюда и переговорить с нею, царь?
[NIC]Heimdallr[/NIC]
[STA]страж богов[/STA]
[AVA]http://ipic.su/img/img7/fs/Heimdrl.1534623293.png[/AVA]

+6

3

От имени владычицы загробного мира повеяло холодком. Перед глазами Бальдра промелькнули мерцающие пустоши, а в ушах зазвенела тишина края, в котором нет места суете. Новый царь Асгарда не страшился минувшего, в сердце его не было также и ненависти к племяннице, ибо что как не роль, предназначенную ей судьбой, исполняла она со всем тщанием.

И все же встреча с Хель не была заурядной, и даже тревога за будущее Тора временно уступила месту напряженному ожиданию, которое неизменно вызывало присутствие крови Локи.

– Как могу я отказать родственнице и не выслушать ее, - кивнул Бальдр, у которого обращение Стража еще вызывало желание оглянуться в поисках отца. Но Одина не было ни в царских чертогах, ни в самом Асгарде, и теперь ему, некогда просто воину из дружины Громовержца, приходилось ощущать на себе множество выжидающих, любопытствующих или беспокойных взглядов.
[AVA]http://forumfiles.ru/files/0019/7e/3e/17210.png[/AVA]

+3

4

Сиф посмотрела вслед Фандралу, чья горделиво выпрямленная спина выражала глубоко оскорбленное достоинство. Широкая спина Вольштагга не выражала ничего, но прозрачный голубой взгляд сделался обиженным, как у ребенка. Однако оба друга подчинились без единого слова возражений, хотя по выразительному лицу Фандрала было заметно, сколько сил и выдержки это стоило вспыльчивому блондину. В Асгарде могло перемениться многое, но правило «Не спорь с Хеймдаллем, ему видней» еще действовало.

Леди Сиф знала, о чем пойдет речь, и ей было слегка не по себе. В тайной комнате над ними словно повеяло черной тенью зловещего пророчества, о котором, пусть и без подробностей, было ведомо каждому асу. Хеймдалль говорил торжественно и правильно, но ничто в словах Стража не отражало его отношения к тому, что Тор Одинсон связал себя подобной клятвой. Но ведь иного выбора не было. Не было! Только владычица царства мертвых могла своей волей отменить смерть Бальдра, и в ее власти было назначить любую цену...

Поймут ли это асгардцы? Или первое решение нового царя ляжет тенью на все его правление? Не станет ли цена исправления совершенной ошибки ошибкой еще большей?

Знал, быть может, один Хеймдалль. Но он молчал, безукоризненно исполняя закон и обычай.

Воительница невольно вздрогнула, когда Бальдр голосом ясным и звонким, как солнечный свет, как он сам, согласился принять и Хель, и клятву брата.

– Постой! – вырвалось у неё. – Ты не хочешь узнать побольше, в чем заключался договор между Тором и Хель? – затем новая мысль пришла к ней, и Сиф слегка смутилась, весьма отдаленно представляя, как воспринимают мертвые происходящие рядом события и разговоры. – Или ты помнишь? Знаешь?
[AVA]https://i.ibb.co/KLchBz9/126-1546280497.png[/AVA]

Отредактировано Sif (2019-11-17 16:30:05)

+7

5

Одинссон помотал головой. Конечно же, он не помнил. В том мире, где еще совсем недавно он обитал и откуда его вырвала воля Громовержца, не было памяти, чувств и любопытства. Все, что случилось или говорилось до того, как кровь вновь побежала по его венам, было окутано пеленой, за которой воспоминания угадывались смутно, нечетко, так, словно ничего не происходило вовсе.

– Скажи ты, - ответил Бальдр. Пусть все, кому дорог Тор, знают правду, не теряясь в догадках и не лелея в душе обиду и подозрения. Если ему, сыну Фригги, суждено было носить венец, он не желал получить его как узурпатор или самозванец, пускай таковым он оставался бы лишь в мыслях друзей брата. - Но что бы ни обещал он, я сделаю все, чтобы вернуть его в наш мир.

Он вновь поежился, не от страха или волнения, но от непривычности нового старого тела, звуков и красок вокруг, блаженная отрешенность от которых уходила медленно и мучительно. А может, присутствие рядом Хель заставляло чувствовать себя неловко? Впрочем, это уже не имело значения. Чем бы ни завершилась встреча с гостьей, это не сумело бы поколебать решения царя.

[AVA]http://forumfiles.ru/files/0019/7e/3e/17210.png[/AVA]

+4

6

Белый ас усмехнулся. Воистину, Всемать Фригга была сотни и тысячи раз права, выбирая невесту для златоволосого, скорого на решение сына. Плох тот царь, что узнает о вопросе посла или гостя лишь на приеме, и горе тому народу, чей властитель принимает решения сгоряча, движимый жалостью или понуждаемый чужим обещанием. Кто мог заподозрить, что в пылкой деве, отказавшейся от пышных уборов ради стальной брони, проснется ум столь глубокий и столь проницательный, чтоб пожелать обдумать ответ прежде, чем слышать вопрос?
И пусть ее суженый нынче утратил и имя наследника, и право ступить на порог отчего дома,- она станет верной советницей и проводником его воли, и воли Одина для того, кто не успел ни узнать материнской ласки, ни напитаться отцовской мудростью.

В его глазах мелькнула невольная гордость; отступив на шаг, он поклонился леди Сиф, одновременно и выражая согласие с ее правотой, и свое смирение перед законом Асгарда.
- Когда войско Хельхейма вторглось в Мидгард, Тор Одинсон дал слово царице Хельхейма отменить приговор, что вынесен ей и ее братьям по решению Одина,- его голос звучал глухо, словно даже сейчас, даже здесь, память о прошлых делах окутана была завесой тьмы и печали.- Дети Ангрбоды,- быстрый взгляд на царевича,- осуждены были тогда на изгнанье. Хель требует не отмены сего приговора, но того, чтобы сам он, решение Одина, справедливый суд и непогрешимость царя Асгарда были поставлены под сомнения и признаны несправедливыми. И еще...

Он помедлил, давая время своим собеседникам осознать, уловить все, что он им пытался сказать. Для Асгарда отмена решений царя была делом немыслимым, невозможным, непогрешимость его никогда не ставилась под сомнение,- и даже Один, заняв престол после брата Кулла, не посмел в открытую провозгласить его приказанья преступными.
То, на что согласился Тор, могло стать концом Асгарда не меньше, чем наступление Рагнарёка.
Но то, что следовало за этим, было еще страшней.

- Твоя жизнь, светлый Бальдр, также была выкуплена дорогой ценой.
[NIC]Heimdallr[/NIC]
[STA]страж богов[/STA]
[icon]http://ipic.su/img/img7/fs/Heimdrl.1534623293.png[/icon]

+6

7

Леди Сиф подала Хеймдаллю знак, чтобы тот повременил, но было поздно. Откровенность Стража была подобна каменной лавине, с трудом сдвигалась с места, но тронувшись, была уже неудержима. Сиф вновь остро ощутила зыбкость и неопределенность новой эры Асгарда: как много зависело от того, какие решения и деяния будут совершены сейчас, как будто в руках нового царя мягкой податливой глиной лежало само время, как в первый день творения.

И в то же время воительница чувствовала, как стены древней залы тайного совета давят на нее тяжестью минувших веков, словно сам Один находился здесь, наблюдая единственным пронзительным оком, как они, недавние несмышленые отроки, тщатся отыскать равновесие между долгом, необходимостью и честью.

– Что бы ты сказал, если бы Царица Хельхейма спросила жизнь за жизнь, смерть за смерть, – глухо проговорила Сиф, и невольный озноб пробежал по спине. Воительница знала, кто ожидал за дверью, от чьего невидимого присутствия пламя факелов, трепеща, жалось к стенкам чаш. – Голову за голову? Что ответил, если бы Хель потребовала взамен выдать ей на расправу убийцу великанши Ангборды, ее матери? На то слово, которое дал ей Тор, и которое ты, Бальдр, теперь должен сдержать.

Но уже произнеся это предостережение, леди Сиф в отчаянии поняла, что опоздала. Отменить царский приговор, или взять назад царское слово – равные преступления против чести. Однако в первом случае оправданием могло стать милосердие нового правителя, во втором – причиной мог быть лишь страх перед чудовищными порождениями Ангборды.

Сиф склонила голову, принимая грядущий рок. Каким бы путем они ни шли, в конце всегда ждал Рагнарёк и новый цикл возрождения жизни. И главным для асов всегда оставался вопрос не «сколь долго», а «как».

– Что бы ты ни сказал и ни подумал, принимать решение тебе, Бальдр, – произнесла воительница, отступая на шаг назад.

Следуя невидимому сигналу Хеймдалля, двери тайного убежища отворились, позволяя заговорщикам присоединиться к асгардцам, ожидающим в тронном зале нового царя и новой эры Асгарда.
[AVA]https://i.ibb.co/KLchBz9/126-1546280497.png[/AVA]

Отредактировано Sif (2019-11-17 16:30:36)

+6

8

Хель по старой привычке, еще детской, далекой, огладила теплый мех на плаще матери. Непривычные одежды под ним были нарядны, шиты черным шелком по темно-зеленому бархату, украшены вязью золотых узоров по краям - действительно царский наряд, если бы Хель не видела уже, насколько любят сияние золота и серебра в нарядах придворные дамы. Да и не только дамы. В Асгарде вообще сияло и было подобно солнцу почти все. А если не солнцу, то полным лунам точно - вероятно, сами стены Чертогов Радости требовали соответствовать. Но что для Хельхейма светила, если там царит вечный не день. Что угодно, только не день. А значит она может облачиться в цвета отца, накинуть подобно мантии плащ матери и принести мир на своих условиях туда, где несколько сотен лет назад не было справедливого суда и тем паче - справедливого приговора ни за что.
Она все еще отчетливо помнила, как до боли в животе боялась идти под взглядами Совета по этим залам, как гордо вздернула подбородок на оглашенный приговор, в то время как ноги дрожали и подкашивались от страха и неизведанности. Боль, страх и ненависть теперь сменились на торжество победы если не в войне, то в конкретном бою точно - никто более не посмеет ограничивать свободу ни ее собственную, ни ее братьев. Никто не решится бросить обвинения, которые лишь страхом и навеяны. А если сегодня ей не выдадут голову убийцы матери, лишь защищавшей своих детей... что ж, она выяснит сама - кое-чему она научилась у отца. Да и выспросить о том, что должно на официальных приемах в Асгарде, пришлось тоже у него, ведь кто еще подсказал бы ей снять цвета Хельхейма даже с лица  и волос - ни тени сине-белые, ни инеевые пряди в прическе теперь не говорили всем окружающим прямо, что Смерть ближе, чем они думают. Страха будет и без того полно, а ей, все же, мирный договор заключать.
Насколько он будет временным - решать уже асам.
Взгляд случайно упал на до зеркального блеска сияющую пластину одной из колонн, солнце мазнуло в этот же миг по лицу - Хель пришлось приложить усилие, чтобы не показать окружавшим стражам и придворным, насколько она удивилась собственному отражению: она действительно выглядит столь юной, стоит иному свету коснуться ее тени? Не плохо ль это для дела, что ожидает ее? И долго ли ждет она сама?
Что ж, на пороге она задерживаться не станет - шаг вперед дал понять слугам у дверей, что если не откроют дверь они, Хель распахнет их лично. И стоило переступить порог Чертогов, как тихий ровный гомон в зале стих, пусть и не сразу. Что ж, раз она уже прошла этот путь до трона, только вот теперь ответ держать не ей. Вслед ей летело объявление её персоны, а уж за ним - тревожный шелест по рядам придворных.
- Сын Одина, брат Тора, Светлый Бальдр, приветствую тебя в чертогах этих, - в знак приветствия она склонила голову, но и только - они равны, как два владыки, - тебя и подданных твоих.
Она обвела взглядом, чуть развернувшись, зал, с улыбкой - как на подопечных всех своих. Когда-нибудь часть из них действительно станут ими. Когда-нибудь, но не сейчас. Вновь повернувшись к главным лицам, Хель обратилась лишь к Хеймдалю:
- Могу узнать я у Белого аса, Хеймдаля, что Стражем зовут, Владыкой Асгарда признан Светлейший? Мне с ним говорить о делах?

[AVA]http://s9.uploads.ru/PytgQ.jpg[/AVA]

+6

9

На одно мгновение юноша почувствовал изумление, увидев Владычицу мертвых в новом воплощении. При том, он не мог бы сказать, что изменилось: воспоминания о прежнем облике Хель были размыты, словно растворены в бесконечных туманах Хельхейма. Сейчас же, в этих чертогах, перед ними стояла юная и прекрасная дева; на ее губах теплела улыбка, но глаза были полны мудрости, так что, не знай, кто она, можно было подумать, что это радостная невеста явилась, чтобы приветствовать новый дом.
Словно в тени смерти расцвел дивный цветок. Сама жизнь.
Жизнь!

Быть может, эту удивление было причиной, или сын Одина смутился ответить "да" на вопрос, может ли он назваться именем Всеотца. Оборвать жизнь аса, да еще столь могущественного, каким был Один, оказалось не под силу и Малекиту, и Куллу, и даже горделивому царю Ётунхейма, что сумел сохранить свой народ после позорного поражения. Его тени не было среди мертвых, и зычные голоса не возвестили о пирах в его честь в чертогах Вальхаллы, и, стало быть, он был жив.
Так вправе ли он?

Хэймдалль понял его колебания.
- Царевич еще не принял венец Всеотцов,- склоняя голову, отвечал он, опуская глаза. Страшился ли неведомых чар Хельхейма? Или же видел то, что недоступно было взорам других - вереницы теней, мрачных и грустных посланцев, что взирали на великолепие вокруг, зная, что когда-нибудь те, кто сейчас пылал жизнью, могут влиться в недвижные и нескончаемые туманы.
И раствориться в них.
- Но царство асгардское не может существовать без своего царя, как Элвиднир - без своей госпожи.

Невольная дрожь охватила Бальдра, когда Белый ас без трепета произнес название этого места. Если верить сказаниям, что он читал и слышал в Мидгарде, Стражу была уготована участь пасть от руки Локи, умертвив того во время Рагнарёка. Но... разве не суждено было ему самому пасть от руки другого аса? И чему из предсказанного суждено сбыться? Особенно теперь?

- Приветствую тебя, дитя,- силясь улыбнуться и выговаривая слова все еще непривычного языка как можно мягче, проговорил Бальдр. Подсчеты показывали, что гостье было едва ли намного менее лет, чем ему, но как еще мог обратиться к ней будущий Всеотец?
Гостье. Дочери Локи.
Мидгардское прошлое, когда утративший память царевич просиживал сутки над книгами, подсказывало ему, что Хель приходилась дочерью не только Ангброде, но и утерянному брату, пусть братом тот являлся не по крови. В Асгарде же никто не ведал об этом, за исключением разве что Хеймдалля, и Бальдр решил до поры не приподымать завесу над семейными тайнами.

– Госпожа?
Картины прошлого снова поплыли перед ним, словно в смутном тумане. Бескрайние серые поля; ведомые только мертвым дороги. Затем - бессловестный призыв и его появление во дворце Хель. Речи Тора, спустившегося из мира живых. И последнее - сам Громовержец, впервые опустившийся на колени не для принятия похвалы и наград, а как проситель.

Твоя жизнь, светлый Бальдр, также была выкуплена дорогой ценой.

Он не мог вспомнить, что это за цена. Что же, пускай назовет ее дитя Локи, пусть назначить выкуп царю асов сама племянница, хотя восседавшему на троне своего отца и было известно, что она потребует и чем грядущее может обернуться. Лишние слова, сорвавшиеся с его уст, могли обернуться неисправимыми последствиями, которыми никто не хотел бы омрачать свое царствование.

[status]the golden one[/status][AVA]http://forumfiles.ru/files/0019/7e/3e/17210.png[/AVA]

Отредактировано Balder (2019-09-08 17:59:06)

+2

10

Она привыкла быть той, на кого уж давно не смотрят, как на дитя. Она привыкла к почитанию и даже в чем-то обожанию своих подопечных. Она слишком быстро отвыкла от обращения материнского, давно позабыла покровительственные нотки в свою сторону. И потому сейчас не сразу сообразила, что Бальдр лишь подтвердил им слова Хеймдаля - Всеотец, как бы молод он ни был, остается Всеотцом. И потому, даже при равных титулах царя и царицы, он волен называть ее так, как вздумается. В определенных границах, разумеется. И Хель лишь склонила голову приветствуя Светлейшего уже как равного, как того, с кем напрямую ей предстоит вести дальнейшие переговоры.
- Мне радостно узреть Владыку в полнейшем здравии и с пониманием того, насколько важным было то решение, принять всю власть, что предлагает титул Всеотца, - она уж встала прямо, расправив плечи рассмотреть давая себя всем любопытным асам и не только, удостовериться, что уж не той девчонкой испуганной она ступила в эти вот чертоги. - Я здесь сегодня с позволения Асгарда, и хорошо, что не за новым подопечным пределов Хель, - она полуобернулась к настороженной толпе придворных, мягко улыбнулась - хотела бы она свой облик показать, но незачем пугать всех тех, кто может косвенно влиять на справедливое решение. - И коль все мы здесь собрались, мне должно объявить о том, что то решение, что приняли вот в этих же стенах чуть менее восьми же сотни лет тому назад, Тор Одинсон мне обещал признать несправедливым и отменить, - Она не была истерзанной сомнениями, горечью утраты и страхом неизведанного девчонкой, а потому волнение ее сейчас, пусть даже если плескалось оное внутри, никак не прорывалось внешне - за ней все армии Хельхейма, а здесь лишь две разницы меж существами: одних заберут Валькирии, вторых - туманными дорогами и тропами поманит в свой предел Хельхейм. - Слов ас на ветер не бросает, и коль я сама да братья мои получим здесь вот и сейчас обещанное Тором Громовержцем, спокойна буду я за справедливость Всеотцов, и мудрость Бальдра будет славить весь Хельхейм.
Ни намёка на угрозу - это давнее решение Одина Несправедливого по мнению Хель теперь должно быть хотя бы внешне отменено по доброй воле нынешнего правителя миров. И все же, весь Хельхейм - это очень много. Об этом стоит помнить здесь присутствующим.

[AVA]http://forumfiles.ru/files/0019/7e/3e/79823.jpg[/AVA]

Отредактировано Hel (2019-10-14 18:06:46)

+4

11

Речи юной девы справедливы, но это не то правосудие, что может принять асгардец. Ибо принять это значит разрушить веру в мудрость и силу Всеотцов. Разрушить и усомниться в планах, которым не знаешь причины и цели. И сделать это, пока тот, кто задумал их, вне досягаемости.
На мгновение в нем пробуждилась гордость. Даже не гордость - гордыня. Сын царя, сын законного правителя должен склониться перед осужденной? Унизить того, чье решение поддержал Совет, кто действовал по предсказанию норн, и кто - если верить великим предкам - окажется прав.
Дети Локи принесут, уже принесли разрушение в Мидгард, и кто поручится, что такая судьба не ожидает и Золотой город.

Но через мгновение Бальдр устыдился столь недостойных мыслей. Кто, как ни Хель, возвратила его к жизни, позволив снова увидеть солнце, вырваться из-под власти туманов Хельхейма? Разве не ее добрая воля позволила ему вновь дышать, вновь видеть солнце. Разве это не говорит, что сердце ее полно любви, а не жажды мести?

- Воля правителя Асгарда оспорена быть не может, и обещанное им будет исполнено в точности,- мягко, учтиво, как мог, обратился будущий царь к своей племяннице. Серые внимательные глаза изучали ее лицо, столь юное, но несшее отпечаток тысячелетней мудрости, впитанной девушкой с воздухом ее царства, с каждой каплей его воды, с каждым лоскутом тумана. И сейчас ему самому предстояло проявить не меньшую мудрость, чтоб не нарушить слово, данное старшим братом, и не уронить чести Одина.- Что же до славы, дитя, то я не гонюсь за славой, но лишь желаю, чтобы торжествовала справедливость. Скажи же здесь, и пред всеми, о чем был ваш договор, и что обещал тебе Громовержец; или, коль пожелаешь, решим это в беседе с глазу на глаз.
[nick]Baldur[/nick][status]the golden one[/status][AVA]http://forumfiles.ru/files/0019/7e/3e/17210.png[/AVA]

+5

12

Как и прочие, веря легендам и пророчеству, леди Сиф воображала Хель совсем другой, да и в Аннаполисе та предстала перед воительницей если не в своем истинном обличье (а то кто ж их магов разберет), то в полном блеске силы и могущества.

Теперь же перед асами стояла тоненькая девушка, почти девочка, и лишь темный глубокий взгляд мог подсказать, что скрывалось за юным беззащитным обликом, но для этого следовало стоять совсем близко.

Сиф была близко.

Не без трепета повернула она голову в сторону той, кого помнила и видела совсем иной, и находила одно только объяснение увиденному.

Обман. Притворство. С жалобой на несправедливый приговор Одина не могла явиться грозная царица мертвых – ей бы ужаснулись, но не поверили бы. Бальдра, уступившего ей, не прекословя, сочли бы недостойным наследником Всеотца.

Однако слушая речи Хель, исполненные показного смирения, но непритворного уважения, леди Сиф нашла другое слово. Из словарного запаса Мидгарда.

Дипломатия.

Ибо в Асгард Хель явилась не владычицей Хельхейма, а просительницей, склоняясь перед могуществом и властью асгардских правителей. Стоило ли дивиться, что собираясь на переговоры, ведьма сменила лицо, как платье. Бальдр, одаривший милостью юную деву, представал в таким случае не слабым, а сильным и великодушным. Слабая улыбка тронула губы леди Сиф, а негромкие перешептывания за спиной подтвердили ее догадку.

Расчет Хель, если то был расчет, а не ведьминское наитие, покуда оправдывался. Асы смотрели на гостью из другого мира с любопытством, без ненависти или страха, в глубине души уверенные, что уж они-то после смерти попадут только в Вальхаллу.
[AVA]https://i.ibb.co/KLchBz9/126-1546280497.png[/AVA]

Отредактировано Sif (2019-11-17 16:31:01)

+4

13

Разговор с отцом перед отправкой в Асгард был недолгим, но полным смысла. И глядя в юные, но многое уж видевшие очи Бальдра, Хель лишь теперь пусть мысленно, но согласилась с разумными доводами Локи - пусть хоть трижды Бальдр должник ее будет, но того, кто покушался (а может и убил) на жизнь Ангрбоды, он не выдаст - самосуд здесь отвергают. Правда, странные дела, но этот вот запрет касается лишь асов. Без следствия и без суда их с братьями родительницу мечом проткнули на глазах у Хель. Одно лишь это видение прошлого, вскипало черным маревом до дурноты кровавых мыслей, но Хель лишь мягко улыбнулась и покачала головой.
- Мне нечего скрывать от подданных твоих, Светлейший Всеотец. Тор Одинсон мне слово дал, что именем наместника признает решение суда отца его, Одина Бёрсона, не...действительным, - нет, паузы почти что не было, но помнится, и в этом знающий не по наслышке асов Локи предупреждал, что память Одина священна, - и возвращает мне и моим братьями право носить имя отца нашего, Локи Одинсона, - если в зале еще и были сомневающиеся в ее выборе цветов одежды, то вот сейчас она и братья вступают в свое право целиком и полностью, довольно уж скрываться, пусть слишком уж большое помещение могло и не донесть до всех имя родителя, - жить и пребывать там, где мы пожелаем. Не знаю, по навету ли, иль по незнанию был приговор тот вынесен Мудрейшим, но мы, всего, лишь дети, уж точно не были готовы нести угрозу миру и Асгарду. Нас осудили за то, что не свершилось даже, но, кто знает, быть может мудрость Одина Великого нам сослужила службу добрую? Ведь наши с братьями дары могли и не расцвесть в лесах Ванахейма.
Эти слова были бы даже правдивы, если рассуждать здраво: Йормунганду было бы нелепо тяжело там вырасти настолько сильным, Фенрир не стал бы столь умелым воином, а ей все мертвые лесов и ваны, что не сразу же сжигались ведь очень скоро что капля в море показались бы. Все так, кабы да если бы не...
Кабы не чувствовала Хель тоску и боль своих же братьев, и собственное одиночество средь ледяных пустынь Хельхейма. Кабы, да но... вот "но"-то и мешается.

[AVA]http://forumfiles.ru/files/0019/7e/3e/79823.jpg[/AVA]

Отредактировано Hel (2019-10-28 01:37:34)

+3

14

Гостья еще не успела еще завершить свои речи, но шепот уже раскатился волнами по дворцу, испуганный и смущенный. Дочь Локи. Дочь беглеца, о коем в Асгарде ходили темные тайные слухи. Говорили, что он отрекся от отца и братьев, что сгинул в темных провалах Бездны; иные же видели его позднее, в асгардской тюрьме. Но были и те, кто сказывал более страшное и дурное: что младший... или тогда почитавшийся младшим сын Всеотца все же нашел свою смерть на холодных полях Свартальфхейма. Иначе - зачем бы наследнику устраивать по нему тризну?
Впрочем, об этой потере судачили мало. Из всех сыновей Одина этот, младший, любви подданных не снискал, предпочитая пугающие тайны колдовства и сумрак ночи светлым лучам солнца и доброй битве. И вот теперь! И ведь нашлась же дева, что разделали с ним ложе!
Да дева ли, полно? Не дух ли лесной или дева морей стала матерью для его детей?

... Шепот растекся, разросся, плеснул, словно волны в тихом пруду, куда шутки ради бросили камень. Теперь все глаза устремлены были на новую гостью: молодые асы дивились ее красоте, а старшие - странным речам; лишь немногие, прозорливые и бывалые люди, нахмурили брови, воскрешая в памяти позабытое время; недоумевая столь дерзкому притязанию. Когда такое бывало, чтобы сын шел против отца? Кто осмелился противиться решению Всеотцов, решению его высшего суда? Да и как можно верить дочери Локи?
Так думали все, но сказать вслух никто не осмелился. Не из страха - из почтения к Белому асу и новому царю. Из ожидания, подтвердит ли слова просительницы леди Сиф.

Будущий царь тоже молчал, хоть и по другой причине. Словно отравленный ядом Хельхейма, что навеки оставляет в душе неизгладимый след, в этот последний миг юноша ощутил робость, почти колебание - ведь ему, здесь, перед всем двором, прямо сейчас предстояло принять решение, на которое не отважился и сам Один. Память о том, что еще только случится, знание, что на Земле уже стало далеким прошлым, а здесь было будущим, заставляло его медлить с ответом - а его взгляд с сомнением, в поиске поддержки, обратиться к своим спутникам и советчикам.
И тут же опуститься долу.

- Последняя воля царя, его последний приказ будут исполнены. Пусть брат мой, Тор, не был посажен на престол, как правитель Асгарда, всем известно, что Всеотец желал видеть его своим наследником. Да будет так!
[nick]Baldur[/nick][status]the golden one[/status][AVA]http://forumfiles.ru/files/0019/7e/3e/17210.png[/AVA]

+4

15

Минута торжества справедливости, хотя бы частично взявшей верх над поспешными, совершенно ужасными выводами и приговорами. Слова, которые не посмеют оспорить даже самые ярые противники нового царя или самих детей Локи, если таковые найдутся. А таковые найдутся обязательно и очень скоро.
Следовало бы сейчас окинуть толпу за плечами взглядом, который бы показал, что царица Хельхейма получила то, зачем пришла, но вместо этого уважительный, как равному поклон в сторону Бальдра, дань его мудрости, проявленной в первом волеизъявлении нового асгардского царя, жест уважения, иначе было бы все предыдущее представление оказалось бессмысленным. Она добилась главного, а уж остальное добудет сама.
- Я благодарю Всеотдца Бальдра Светелйшего за мудрость его и справедливость, а также Тора Одинсона за то, что тот милостью своей пересмотрел решение давних лет.
Намеренное неназванное имя Одина, как принявшего несправедливое решение. Намеренное выделение заслуг его сыновей. Но ей и правда было сейчас радостно на душе - жаль, что мама этим мигом насладить не могла. За дверями ждет Фенрир, но, как и Йормунганд он будто бы плевать хотел на мнение асов и обитателей всех девяти миров. И он был прав, но все же, теперь и он, и Йорма, и сестрица могли спокойно выходить из странных своих тюрем, когда им вздумается, и без статуса невольников бежавших. Теперь, закрепляя положение в Асгарде, ей стоило бы предложить царю еще одно, почти подарок - навряд ли кто-то из его придворных подумать бы смогли о том, что может предложить Асгарду Хель. А вот она, спокойно улыбнувшись, глянула Хеймдалю прямым взглядом, перевела на леди Сиф его, вновь обратилась к Бальдру.
- И в знак того, что ни я, ни братья мои не нарушат данного Тору слова, я предложить хотела бы царю лишь мирный договор с Хельхеймом. Навряд ли здесь нам стоит обсуждать детали, Светлейший Бальдр.
Только законченный глупец отказался бы от усиления собственной армии бесчисленными мертвыми Хельхейма, но это уж не для ушей придворных, коль не считать советников военных.

[AVA]http://forumfiles.ru/files/0019/7e/3e/79823.jpg[/AVA]

Отредактировано Hel (2019-11-08 01:57:12)

+4

16

Глухой ропот, будто приливная волна, прокатился по залу, от края до края, из уст в уста. Но Гладсхейм, чертог радости, воздвигнут был для пиров и песен, судов справедливых и решений мудрых, и стены его были построены так, что ни одно слово, произнесенные в них, не могло исказиться или быть неверно услышанным. Речи Бальдра и царицы Хельхейма, как лучи солнца и порывы северного ветра, беспрепятственно достигли самых дальних уголков, породив сходное волнение.

– Пусть Бальдр возьмет с нее клятву, что крепче Глейпнира! С них всех...

– Ведома тебе такая?

– Хеймдалль знает, пусть подскажет.

– Да что клятва! Союз должен быть скреплен не только словом, но и делом.

– О чем ты толкуешь? Неужто о свадьбе? Сам в женихи запишешься, али на примете кто есть?

– Так царь на что?!

– Царя не трожь..! Ты еще Фенрира с Тюром сосватай! Забыл пророчество?

– Так был Рагнарёк уже, был, окстись! Только ты, видать, проспал всё спьяну, рожа-то вон кака помята.

– А ну, пошли, выйдем, потолкуем...

Леди Сиф прижала ладонь к груди, выражая Хель почтение и признательность за добрые намерения, которые, быть может, так и останутся только словами, но если так случится, то вина в том будет равная и асов, и Хель с братьями, поскольку видела она в Хель довольно искренности, чтобы испытать уважение. Асы же, грубоватые в своем чистосердечном простодушии, как дети, и подавно не способны на обман и коварство.

– Если ты говоришь от чистого сердца, а чувствую я, что это именно так, отрадно мне слышать твои слова, госпожа, – воскликнула воительница. – Клянусь забыть всё дурное, что было в прошлом, и каждый в этом зале с радостью даст такое обещание, верно?

Горделиво вскинув голову, она обернулась к собранию и обвела соплеменников сверкающим взором, каким бывало призывала на битву.

– Верно... – первые возгласы прозвучали негромко и вразнобой, но затем окрепли, и зала наполнилась единым кличем. – Верно, верно!
[AVA]https://i.ibb.co/KLchBz9/126-1546280497.png[/AVA]

Отредактировано Sif (2019-11-17 16:31:26)

+5

17

Звук, как морская волна, хлынувшая в бухту, раскатился по залу, наполняя жилище асгардских царей,- и разбился о неподвижную, невозмутимую, как утес, фигуру Белого аса.
Эта недвижность, и молчание заставили Бальдра нахмуриться. На мгновение сказанное Хэймдалем о цене, коей выкуплена его жизнь вновь всплыло в памяти. Но что могла требовать Хель, дочь Локи, ступив под своды Гладсхейма? Прощения для отца? Власти и трона? Или, как некогда Минос, в знак своего могущества, в честь торжества сильнейшего, она намерена была наложить дань на асгардского царя - дань, что от года к году должен был выплатить верный ему народ?
Да, Тор согласился на это - но знал ли Тор об условии, что царица Хельхейма намеревалась выдвинуть здесь и сейчас?

Здесь и сейчас все, и она в том числе, ждали от него, для кого все три жизни сейчас были лишь сном, решений и приказов, в мудрости не уступающих Всеотцу, а в отваге - его собственным старшим братьям.
Но в одном, несомненно, гостья была права: какое бы ни было условие, его надлежало услышать не всем.

Короткий взгляд на Хэймдалля далек был от повелительности царей. Но Стражу богов внятен был самый тихий голос, как не слышен иногда самый громкий приказ. Поклонившись, Белый ас сделал шаг в сторону, открывая путь в тот же зал, где недавно предвидел явление девы Хельхейма - и, пропустив внутрь троих, вновь встал поперек дороги, невозмутимый, как и всегда.
И, как обычно, стоило гостье и асам скрыться из вида, проросло, и подало голос недоверие.

- Как думаешь, чего она заявилась в Асгард?- спросил у соседа здоровый, словно медведь, детина - кузнец, один из тех, кто не страшился в бывалые времена выйти один на один против Тора. Как многие асы, он чувствовал страх при одной лишь мысли: по смерти очутиться среди туманов земли мертвых, и не увидеть чертогов Вальхаллы. Хорошо еще, что намеренье Хель свести воедино армию мертвых и войско энхериев не прозвучало вслух, а не то его зычный голос зазвучал бы в числе первых противников такого позора.
Его сосед передернул плечом. Видно было, что на него появленье Царицы произвело не меньшее впечатление, вот только судить, не зная дела, он пока не желал.
- Да сам слышал. Царь обещал.
- Да где он, царь-то?- фыркнул кузнец.- И на кой ляд нам здесь мертвяки; своих что ли не хватает? Она бы еще чудищ каких сюда притащила. Слыхал я о том...
- Заткнись,- осек еще кто-то, как видно, поймав на себе взгляд золотых глаз.- Дай ему время. Мальчишка во всем разберется. Как царь Асгарда.

- Прошу тебя, дитя,- тихо, но очень настойчиво проговорил между тем юный наследник, взглянув на гостью.- Здесь, не при всех, не зови меня ни Всеотцом, ни Царем... ибо я ни то, ни другое. Ты - дочь моего брата, так поговорим, как родичи. Прошу, расскажи, о чем заключили вы договор с моим братом, Тором, и какими клятвами вы обменялись?

[nick]Baldur[/nick][status]the golden one[/status][AVA]http://forumfiles.ru/files/0019/7e/3e/17210.png[/AVA]

+3

18

Хель, вероятно, слишком пристально посмотрела на воительницу, прищурилась бы даже в подозрении, но вместо того кивнула медленно и величественно, принимая ее слова за должное, показывая, что обещанию верит - да и простодушные выкрики из залы вторили мнению Сиф. Самое невероятное, что этот договор, покуда жив обидчик матери, дает им время и развязывает руки в поисках - да и, если подумать, ведь не клянется же она здесь не искать того, кто нанес решающий удар. Всегда можно вспомнить уроки отца и мертвых интриганов, что попадали в Хельхейм наравне с невинными душами. Одни могущественные маги при дворах чего стоят - они чаще всего пытались приблизиться к трону Хельхейма, стать приближенными, которых у Хель было немного, но все уж точно проверенные, не способные предать.
- Я польщена таким исходом, и, что ж, словам охотно верю вашим.
Мягкость улыбки и взгляда в сторону этих воинов и не только, могла бы быть воспринята иначе, но слишком уж сильны страх от неведанного, смерти и лесов Хельхейма - не нравится ни асам, ни простому люду, ни ванам - никому, - улыбка Смерти и покровительство ее. но это ладно - слишком уж привычно. Иные, попадая в Хель, от приветственных слов царицы бегут мгновенно прочь, по несколько ночей блуждая во лесах и маясь на Берегу. И лишь смирившись, возвращаются в чертоги. И срок у каждого там свой.
И время для серьезных обсуждений - тоже. Что ж, верно, договоры при толпе не обсуждают, а речь пойдет о слишком уж невероятном мире. Тишины завеса пала на мягкое сияние пусть небольшой, но залы. Хель дух перевела, вдыхая бесшумный воздух и впитывая взглядом все детали. И точно также пристально смотрела она на царя Асгарда,
- Тогда и ты, Пресветлый Бальдр, не одаряй не при народе "дитем" - давно уж вышла я из возраста такого, а Громовержец звал по имени, насколько помню. Мне этого достаточно, поверь.
Она прошла чуть дальше от двери, обратно развернулась и... вздохнула - так словно маску вдруг сняла: радушное спокойствие сменилось летами прожитыми там, откуда нет возврата, говорят. Она правительницей стала в куда как более младые годы, чем Светлый Бальдр, и это не могло не отразиться га взгляде и поджатых в строгости губах. Осталось платье, девичья невинность, но здесь нет тех, кто не способен оценить ее старанья.
- Был пункт еще один, который огласила я, но коль уж скоро Тор не согласился на него, я отступлюсь от мести тем, кто несправедливо мать мою убил. Дела давно минувших дней, и братья это подтвердили - свободны нам теперь достаточно. И все же. раз уж нет причины больше враждовать, раз мы решили все оставить в прошлом, мне нет резона в случае войны Асгарда, досрочно пополнять Хельхейм за счет невинных, не поднявших меч и щит. Валькириям, возможно, в радость пополнение, но вот в Хельхейме - нет, там каждому свой срок сопряли Сестры. А воины это лишь ускорят. И потому, - она обвела всех присутствующих взглядом, но все же после вздоха нового продолжила, - я призываю заключить с Асгардом договор: любой, нарушивший границы ваши, рискует встретиться с моими воинами, а их - бессчетно, знаете наверняка.
Ну, как минимум, знает Хеймдаль.
- Мне мнится маловероятным, что кто-то на Хельхейм решит пойти войной, но асы по первому же зову, как и я, и братья, встанут на защиту Врат.

+3


Вы здесь » Marvelbreak » Эпизоды настоящего времени » [май 2017] Bring me the head of prince charming