• Щ.И.Т.: расстановка сил Наступление Таноса и Черного ордена: старт Грехопадение Юные мстители
ОБЪЯВЛЕНИЯ
АВАТАРИЗАЦИЯ
ПОИСК СОИГРОКОВ
Таймлайн
ОТСУТСТВИЕ / УХОД
ВОПРОСЫ К АДМИНАМ

Marvelbreak

Объявление

мувиверс    |    NC-17    |    эпизоды    |     03.2017 - 05.2017
В игре: Черный орден уже на Земле, начались поиски камней и сражения по всей планете. Танос подобрался слишком близко к своей цели для того чтобы хоть кто-то из героев мог оставаться в стороне!

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Marvelbreak » Флешбэки и флешфорварды » [08.01.2017] что подают на гарнир к геноциду?


[08.01.2017] что подают на гарнир к геноциду?

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

[epi]что подают на гарнир к геноциду? 08.01.2017
Магнето, Феникс
https://i.pinimg.com/564x/43/d7/3b/43d73b9868f09cc3a1896743a5b6ef93.jpg
Джин решает навестить старого знакомого, в конце концов, у Феникса слабость к философским беседам с Эриком. Тем более он о геноциде знает все, так почему бы и не пообщаться, вдруг получится донести до него идеи нового лучшего мира для мутантов, которым Феникс, конечно же, заниматься не будем, но может вдохновить.
NB! ничего такого, просто визиты к родственникам по списку[/epi]

Отредактировано Jean Grey (2019-05-14 16:20:50)

+1

2

Эрик Леншерр - крайне гостеприимный хозяин. Гостеприимство же заключается в том, что ты не сживаешь со свету твоих не особо званных гостей при первом же их появлении? Значение слова, возможно, стоит всё-таки уточнить, а избавиться от Джин Грей - это, конечно, громкое заявление, но кто ж ими не любит бросаться. Во всяком случае, её появление вызывало интерес.

В последнее время почти всё на свете могло вызвать интерес из-за своеобразного «заточения», если уж очень грубо выражаться, на Геноше. Эрик сам никуда не рыпался, строил планы, рушил, перестраивал, рефлексировал и пытался быть в курсе событий. Кто-то извне - отличный вариант для обогащения информацией. Правда, естественно, первым никто не станет делиться.
А уговаривать было не в его правилах.

Вообще, не сказать, что Грей была в топ-списке самых желанных гостей, кого бы Леншерру непременно хотелось увидеть. У него и списка-то, как такового, не было, но все же. Тяжело было анализировать симпатии и их противоположности по отношению к ней. Точнее, вообще ни в коем разе не тяжело, вот только признаваться в чем-то выходило самому себе дороже. Да и после стольких лет изменять старым привычкам не хотелось.

Поэтому видеть Джин на Геноше было не самым ярким его желанием за последнее время. В двух словах все эти взаимоотношения и перипетия не выразить. Из них бы потрясающий тандем получился, честное слово. Если бы не несметное количество разнеобразнейших «но», которых действительно настолько много было, что они где-то сами себя оспаривали.

Вывод в любом случае напрашивался только один - Эрик почти что больше всего на свете любил интересных собеседников, но настолько же сильно ненавидел тех, кто пытался копаться в его мозгах. Чаще всего это были одни и те же личности, к слову. Умел он круг общения выбирать!

Как бы оно ни было, Джин была одним из очередных напоминаний о прошлом. Довольно болезненном прошлом, стоит заметить. Леншерр давным-давно уже не маленьким был, чтобы болезненно реагировать на такие вещи - да и опять же, в какой-то момент, абсолютно все знакомые становились ходячими транспарантами, а на каждом буквально кричаще написано всё то, что он когда-то сделал не особо правильно. Стоит заметить, этот момент наступил слишком давно, не нужно было и восемьдесят лет проживать. С ним было что-то не так? Да вроде бы нет.

Ну вот. Девушку он ещё даже не увидел, а мозг сам себе вынес. Самостоятельность - одна из главнейших вещей, знаменующих успех. Да, это определено было про него.

- Совсем скучно стало, раз до меня добралась? - не начинать же разговор с приветствия или, не приведи бог, объятий. К слову, Джин, скорее всего, этому варианту тоже бы особо благодарна и рада не была. Забота о ближнем также являлась одной из положительных черт характера Эрика. Перечислять можно днями напролёт. - Большое желание, для общения, наверное, нужно иметь, чтобы...

Мысль он не закончил, но все всё понимали. На лице не отразилось никаких эмоций, но хотелось лишь устало вздохнуть; превращать диалог в цирк с первых фраз - заведомо плохая идея. Не стоило также забывать, с кем этот диалог происходил и на какие ответы он мог неосторожно напороться.

+1

3

Геноша была защищена, капитально защищена, не подкопаться. Но для Джин - для Феникса - преград не было никаких, сейчас все это казалось мелочью, достаточно закрыть глаза в одном месте, а открыть их уже на Геноше. Рае для мутантов, состоявшем из пальм, чистого песочка, океанского прибоя, криков чаек. Наслаждайся сколько угодно, цени каждый день спокойной жизни, но Джин тут была не за этим. Она и себе не могла объяснить, зачем отправилась повидаться с Эриком. Они не были так уж близки с Леншерром, давно находились по разные стороны правды, той правды, что у каждого была своя.

Любопытство - единственное, что привело Грей с визитом к Эрику. И ей было все равно, будет ли он рад, ему выбора не давали, а Джин хотела задать парочку вопросов. Обсудить, например, что делать с будущим мутантов, если сжить со свету всех людей. Феникс прекрасно знала, чего от нее ждали, мутанты вымирали, снова вымирали, а ее появление спасло их от этого, обратив эффект Генома в обратном направлении. Но сколько можно спасать тех, кто все время пытается стать историей? Что вообще не так с мутантами, и почему никто не жаждет подарить им, наконец, заслуженный мир?
Не то чтобы самой Джин до этого было дело, Фениксу точно не было. Все повторялось, снова возникало чувство пофигизма, делайте, что хотите, не трогайте меня. Но поиграть в вопрос-ответ с Эриком было традиционно забавно, а что, мужа убила, до Чарльза пока не добралась, вот и еще один пункт плана.

- Чтобы выяснить, что твои системы защиты фуфло? Симпатичное местечко, надо сказать, чувствуешь себя королем?
Джин не ждет приглашения, нахально усаживаясь в кресло, рассматривая Эрика. Внутри то ли буря пылает, то ли лед тает, внутри расползается адское пламя, но Грей не обращает внимания на это. Она не пытается читать мысли Эрика, не пытается гадать, о чем он думает, он ей не рад, но когда Феникса вообще волновало подобное. Ну нет вывески приветственной, нет красной дорожки, зато можно устроить пожар.
На кончиках пальцев искрит пламя, но Джин сжимает руку в кулак, наигранно вопрошает:
- Ты мне не рад? Что ж так-то? Неужели совсем ничего не осталось от того, кто держал за руку малолетнюю Джин Грей, уводя ее из дома родителей?
В зеленых глазах пляшет пламя, буйное, неровное, вот-вот полыхнет, но Джин его контролирует, искажая губы в ехидной улыбке, отбрасывая рыжий локон, упавший на лоб, назад.
- Кажется, мне нужен урок, Эрик, который ты забыл мне преподать. Чарльз о нем мне ничего не расскажет, а вот ты, с твоим опытом... как ты относишься к геноциду, Эрик?

Она стучит ногтями по подлокотнику, у Эрика хороший вкус, мебель так подходит ему, все почти совершенно, все почти идеально в таком не идеальном для мутантов мире. В прошлый раз Эрик хотел нести что-то мутантам, уничтожая людей, в этот раз спрятался на острове, делая вид, что его ничто не касается.
Неужели ему не скучно?

+1

4

- Да, хотя бы для этого, - губы дрогнули в легкой ухмылке, Леншерр лишь пожал плечами, не собираясь поддаваться выводу на эмоции с первой же фразы. Пожалуй, в эту игру могли играть двое. Пожалуй, преимущество было явно не на стороне Эрика - и он это прекрасно понимал, честное слово - но азарт, знаете, штука совершенно интересная, заставляет поступаться многими принципами и адекватными мыслями. Закоренелые игроки настолько вязнут в долгах, что уже запаха свободы даже теоретически вспомнить не могут. Также было и с ним, только вот отношения в игре были отнюдь не товарно-денежными. А адреналин намного выше и резче подскакивал, к слову.

Вальяжные рассуждения Джин не могли не наталкивать на определённые мысли, да и она клала ход беседы в необходимое русло. Возможности даже самого сильного и величайшего мозга были далеко не безграничны, обновлённое тело не обнуляло историю, перенасыщенность событиями только подстегивала к тому, чтобы забывать неудобные вещи или же интерпретировать их совершенно иначе. Но ту ситуацию он помнил так ясно и непредвзято, что сам порой удивлялся. Нет, правда, до жути удивлялся, что происходящее затрагивало какие-то еле живущие уголки давным-давно омертвевшей и иссохнувшей - по крайней мере, в понимании его окружения, а с каких-то пор и его самого - души. Вот только не нужно, Эрик, вспоминать своё детство, проецировать одно на другое и вообще жалеть детей. Дети вырастают и становятся такими, как ты. Или как Джин. Альтернативы, вообще-то, не такие диаметрально противоположные, как это могло бы показаться на первый непредвзятый взгляд.

- Если для тебя верх удовольствия - саркастические издевки над дедушкой, могу только пожалеть, - как там говорят великие знатоки человеческих взаимоотношений? Не хочешь, чтобы тебя задели, посмейся над собой сам. Но Эрик следовал не данному принципу, когда смаковал на языке разные фразы, размышляя, какая подошла бы в качестве ответа. - Не рад, но приятно удивлён. Считал, что совсем уже обо мне позабыла.

Считал или всё-таки рассчитывал? Некоторые знакомства хотелось - нет, не обнулить - стереть из истории полностью, и даже не для того, чтобы начать всё заново. Просто смешно. Старое или новое, какая разница, если желаете, можете списать на что угодно, но некоторым вещам природой заложено происходить именно так, как оно получалось. Это был, пожалуй, тот случай. По-другому быть не могло. Эрик был Эриком, он бы и постарался исправить какие-то ошибки, если бы считал, что они у него были.

- Нет, ты действительно думаешь, что это забавно? - Леншерр едва-едва нахмурил брови, считая хотя бы до пяти про себя и еле удерживаясь от того, чтобы шумно выдохнуть. Самое интересное, что он предельно понимал - девушка была серьёзна. Но что за вопросы такие? Ни с того ни с сего «осчастливить» мутанта своим посещением ради того, чтобы подавить на больные точки и порассуждать о геноциде за чашечкой крепкого кофе? Кофе не заварил, хозяин, видимо, из него не особо удачный и гостеприимный. Хотя, можно было всё свалить на то, что ясли, которые были у него на Геноше какое-то время, так и не согласились в предоставлении помощи по «облагораживанию» территории, так, может быть, и сорт бы свой вывели. И вообще, новый Эдем, птицы бы никогда не умолкали, ни днём, ни ночью, ни зимой, ни летом. - На какой ответ рассчитываешь? Да, всеми руками за, мне прекрасная картина из юности вообще ни о чем не сказала?

И ведь это было даже не попыткой устыдить, упаси боже, не на ту пошёл бы, если бы попытался. Его действительно злоба брала из-за того, что все постоянно делали из него - пускай, не самого добродетельного и идеального - если не крайнее зло на Земле, то того, кто настойчиво стремится к этому. Такое поверхностное впечатление о себе он оставлял? Просто зло, абсолютно чёрное пятно - это даже для подростков звучало слишком максималистски. В жизни всё на оттенках строится, почему же его так уверенно закрашивали одним, даже не пытаясь разобраться?

+1

5

Ох уж эти людишки с их страстями.
И мутанты в этом от них совершенно ничем не отличаются. Кого-то хотят любить, кого-то ненавидеть, жаждут власти, управления миром, хотят страдать, хотят счастья, и ни черта из этого не получают. Ломают себя, ломают мир, а потом ждут мессию, который их спасет. Что там было на этот раз? Геном, уничтоживший за пару месяцев едва ли не половину мутантского населения, и если бы не Феникс, так бы все и осталось. А они после этого никакой благодарности не выказывают, открыток не шлют, снова спотыкаются о свои низменные хотелки, идут вперед, убиваются и прочее и прочее и прочее.

Чем отличался Леншерр?
Да ничем. С той только разницей, что он все еще пытался что-то делать. Иногда.
У самого Феникса было два режима поведения - ничего не хочу и сжечь всех, как правило, второе, выплывало из первого. Но огненная сущность уже успела порезвиться в Саммерсе, во уж кто все пытался принести доброе и светлое будущее мутантам, а вышло... ну что вышло, то вышло. И Феникс растягивает губы в ехидной улыбке, продолжая изучать хозяина.

На Эрике нет его привычного шлема, и никакие блоки, если таковые и имелись, не могут скрыть от Феникса ни одной его мысли. Даже напрягаться не надо, чтобы прочесть все то, что там себе думает Магнето. И о том, что ему этот визит не в радость тоже, предпочел, чтобы его вычеркнули из списка так называемых родственников, пусть не по крови, и перестали навещать. Вот только у Феникса тут свои желания, и только ими она руководствуется, а еще к ее услугам все мысли и воспоминания Джин Грей, и есть в них нечто любопытное.
- Ну-ну, не горячись, на дедушку ты не очень-то и похож, впрочем, может стоит спросить твоих детей, не потрудились ли они для этого... ах да, ты не особо-то знаешь, где они. Кстати, кому послать благодарственное письмо за твое омоложение? А то я собиралась расщедриться на этот рад, а вот опоздала, - и Феникс капризно дует губы, как так, опередили ее, вот беда.

Она играется, как кошка с мышкой, не торопясь задавать вопросы, получать ответы и уходить. Это же так интересно наблюдать за тем, как Эрик гадает, что она хочет от него на этот раз. А в прошлый ведь ничего не хотела, это ему нужны были все ее силы, вся ее мощь, с которыми он так и не смог совладать. Сколько раз было говорено, не трогать то, что тебе не по зубам. Нет, всегда одно и тоже.
- На какой ответ? Ну знаешь ли, положительный. Или отрицательный, но это будет очень грустно.
Феникс опускает глаза, рассматривая свой маникюр, будто бы это самое замечательное зрелище в мире. Да о чем вообще речь, какие политические дебаты, какие речи о геноциде, если она вот думает, что алый цвет замечательно смотрелся бы на ногтях. И правда, рука сразу приобретает угрожающий вид, а ногти становятся похожими на результаты кровавых ванночек.
Так о чем она там?
Ах да.
Феникс снова поднимает глаза на Эрика, взгляд из безразличного становится немного даже любопытным, она слова находит в памяти Джин нужное ей:
- Ты ведь знал о том, что Гидра не будет терпима к мутантам, а все равно влез в нее? Ой, не переживай, я не собираюсь тебе читать нотации, я же не Чарли, а ты взрослый мальчик. Но, полагаю, если не знал или если не послушались твоих советов, захотели уничтожить весь род мутантов... то почему бы не помочь людям уничтожить самих себя? Достойная плата, не так ли, Эрик?

+1

6

Эрик, возможно, и был придирчивым к людям и их моделям поведения время от времени, но, откровенно говоря, мало кому бы из вообще всех людей на Земле нравились бы издевки. Настолько открытые и откровенные, что даже челюсть держать пришлось бы, если бы это удивляло. Леншерра, конечно же, не удивляло, он не хотел этой встречи, не был уверен, чего стоило ждать, но намного более странным было бы, если Джин заняла другую позицию. И злиться, выбешиваться, страдать в данном случае стало бы абсолютно бесполезной затеей, которая только к лишней растрате нервов привела бы. Тело, вроде и новое, но нервов, к сожалению, никто не прибавил, а вот стоило! Так и ненароком можно помереть, не дойдя до заветной юбилейной отметки - ста лет. А с таким-то окружением хотя бы до девяноста доковылять.

Поэтому он ровно дышал, сосредотачиваясь на хороших мыслях и - если бы они были - приятных воспоминаниях. Пытался представить совершенно другую картину перед собой, как могло бы быть, если всё свершилось иначе. Только он же уже давно пришёл к выводу, что в любом случае сводилось это всё в одну и ту же плоскость, хотелось бы верить, не только по его вине. А девушка била по больному, крайне умело и уверенно. Можно было в ладоши похлопать и, как минимум, записаться на мастер-класс - Эрик был хорош, но, очевидно, не дотягивал. Тяжело ли скрывать свои уязвимости? От телепата, знаете-ли, крайне напряжно. А сильно напрягаться не хотелось, поэтому он попросту старался не пускать в свою голову даже себя самого, при этом, искренность ответов сильно-то и не страдала. Тяжело лукавить, когда пытаешься не думать.

- Мои дети и без меня отлично справляются. Не хотелось бы портить друг другу жизни, - правда? Если и да, то очень уж странное её понимание. Абсолютно искренним он был бы только в одной вещи - его семья (скорее то, что как бы условно ею называлось) была самой последней темой, которую он хотел бы разделить и посмаковать в этой беседе. В любом случае, все его мысли - если бы кто-то захотел этот улей разворошить - могли бы быть прочитаны, облегчать процесс собеседнику и рассуждать об этом вслух Леншерр не особо торопился. Надеялся, что, откровенно говоря, до каких-то личных драм и коллизий никому не было дела. К слову, так оно на самом-то деле и было, хотя посторонние иногда изо всех сил столь забавно пытались доказать обратное. Интерес к чему-либо вызывало только яростное сопротивление Эрика, вот он и не противился. Возможно, восемьдесят лет жизни хоть отчасти даром не прошли, некоторым «трюкам» смог научиться. - Как бы мне не хотелось расстраивать нежнейшее и ранимое существо, но ответ, к сожалению, именно «отрицательно».

Вроде бы и издевался по легкой, но даже не хмыкнул, всё продолжал стоять в легком напряжении, не сводя взгляда с Джин и пытаясь хоть как-то считать реакцию. Настрой. Проскакивающие мысли. Да хоть что-нибудь, что могло бы ему определённой подсказкой стать. Было ли это реально в данных условиях? Абсолютно и точно нет. Но отказаться от попыток - это ведь заведомо признать себя проигравшим?

- Приятно, что вы считаете меня именно жестоким, а не глупым и доверчивым, - признавать такое было бы непросто ещё буквально некоторое время назад. Кому-то другому. В принципе, вообще всем, кроме нескольких человек, и Чарльз, и Джин были в их числе. Только, естественно, непонимание со стороны Ксавье задевало намного сильнее, он ведь - по скромному мнению никому не интересного Эрика - обязан был чувствовать и понимать его на таком уровне, чтобы никаких вопросов не возникало. А собеседнице, по большому счету было все равно, по крайней мере в данный момент. Всё это было лишь актом обыкновенного интереса, навеянного ещё более обыкновенной скукой. Кому приятно быть «развлечением»? Тем более, когда выбирают настолько неприятные темы. - Я никогда бы не присоединился к ним, зная настоящие планы. И никогда бы не поступил точно так же. Добиваться своих целей таким способом - заведомо проигрышный вариант.

Эрик тяжело вздохнул. Пытался-то объяснять свои поступки искренне, тысячу раз напомнив себе, что по-другому бы ничего хорошего и не вышло. Только даже искренние ответы не радуют, если они хотя бы каплю не похожи на те, которые ждёшь.

- Меньше всего на свете меня напугали бы твои нотации, милая, - вставив это как бы между словом, мужчина почти мгновенно осознал, что постепенно переставал удерживать язык за зубами, из-за чего его могли хорошо так укусить. Досадно и неприятно, однако, видимо, не настолько, чтобы остановить себя и задуматься. Взвесить все «за» и «против». Свериться с расчетами ещё раз. - Для провокации - это очень слабо. Для рассуждения - очень поверхностно. Чем я буду отличаться от монстров, готовых оставить за собой поле, усеянное трупами, где только несколько из них будут виновны?

+1

7

Чужие мысли как на ладони. Сворачивались в эмоциональную ленту событий, скучных, интересных... хотя нет, Фениксу все было скучно. У нее вообще было мало интереса во всем это происходящем, было нечто другое, что трогало ее, но не душу. Мутанты, лишаясь способности, умирая, молили нечто могущественное придти на помощь им, спасти их, стать спасителем. Феникс была склонна к разрушению, а не созиданию, и уж тем более не помощи.
Но мутанты просила бога о помощи, бог не хотел их слушать, ему было плевать, а Феникс могла что-то делать.
И делала.
Пусть и по-своему.
- Ооо, это так грустно, быть отцом, но не быть им на самом деле... хотя подожди, ты же никогда не стремилась к этой ролевое модели, так что тебе и не страдать, правда? Предохраняться не пробовал, а то плодовит вышел.

Исходящее от Эрика нежелание продолжать разговор и уже тем более пускать в свою голову огненную птицу было достаточно сильным. Джин будто бы купалась в негативных эмоциях, все больше расцветая, лениво потягиваясь и впитывая их. Волосы стали чуть ярче, а под тонкой кожей будто бы огонь струился.

Эрик пытался играть. Пытался парировать. Пытался противостоять. Джин все еще развлекалась, наблюдая за всем этим. Она все еще обиженно хмурится, когда Лешерр озвучивает отказ, хмурит брови, дует губы, кукольное личико отражает все недовольство ситуацией. Фениксу всегда нравилось владеть телом и разумом Джин Грей, это было замечательное вместилище со своими способностями, эмоциями и привязками к окружающему миру, и этим телом можно было играть в свое удовольствие, используя ее память и тыкая в болевые Магнето.
Ладно, обсуждать детей и правда было как-то скучно и не очень интересно, то ли Эрик и правда их не любил, то ли любил настолько извращенно, что даже космической силе было его не понять.

Раздражение вспыхивает яркой волной, проходясь по телу, швыряясь в мозг. Джин сжимает кулаки, ногти впиваются в ладони, а все вокруг начинает дрожать, наполняясь живой силой телекинеза. Улыбка, только что милая и мягкая, сменяется ехидным оскалом, Фениксу становится еще более скучно, а главный актер этого шоу, вернее, приглашенная звезда, не ведется и не говорит, что нужно.
Еще и огрызаться начинает. Это почти так же, как твоя еда начинает тебя посылать и отказывается быть сожранной. Почти тоже самое. Возможно, Феникс недооценила Магнето, позабыв, что перед ней не божий одуванчик.
- Помнится, раньше тебя ничто не останавливало. Или забыл?

Джин поднимается с места, теперь уже теряя свой безобидный вид, теперь уже все вокруг нее приобретает угрозу, она сама чистая угроза, способная своей силой снести все вокруг, утопить этот мутантский рай в океане.
- Помнишь, ты хотел меня использовать? Хотел принести свободу мутантам, за мой счет. Тогда тебя не смущало, сколько жертв останется позади, даже бессмысленных. А что сейчас? Пугает? Как-то ты измельчал, получив второй шанс на перерождение, переосмыслил, спрятался здесь, среди пальм, лелеешь новое поколение мутантов, и уже решил довольствоваться малым. Помнится, это привилегия Чарльза, хотеть жить в мире людей, ты хотел заполучить мир мутантов. Что ж в тебе изменилось?
Джин стоит рядом, совсем близко, всматривается в глаза Эрика, но не ищет там ответ. Она могла бы вломиться в его мысли, но и это не так интересно, как заставлять человека говорить, произносить слова, тем самым признавая свои слабости, свою силу.

+1

8

Эрик и сам понимал, что заигрывался, увлекался и ступал неаккуратными шагами на уже чересчур выжженную - причём, не один десяток раз, землю, в сторону которой даже смотреть и не стоило. А он чуть ли не вприпрыжку решил пройтись прямиком по взрывоопасным минам, все это время нагло и самодовольно ухмыляясь. Ладно, это было преувеличением - Леншерр лишь позволил себе немного съязвить, но стоило понимать, что и этого было бы достаточно, чтобы раззадорить аппетиты раздражения мутанта, славящегося тем, что если вы и успевали отметить то, что она раздражена, то после этого уже долго ничего не успевали, даже если сильно бы хотели. Опять же - легкое сгущение красок, всё выходило каждый раз по-разному, но соблазнять судьбу - дело всегда опасное, особенно, для Эрика. Кажется, его она не любила особенно сильно и трепетно.

Но и не в его интересах было строить из себя забитого, скромного мальчугана, который был готов всё на свете стерпеть и со стойкостью вынести, лишь бы угодить собеседнику. Даже идея о попытке следования такой модели поведения слишком уж смешно по отношению к нему звучала. Наверное, многие конфликты заканчивались бы удачнее, будь он несколько талантливее, ну, то есть, спокойнее и умиротвореннее. С другой стороны, Леншерр действительно был прекрасным манипулятором, пока дело не касалось тех людей, которые знали его болевые точки, а таких было не так уж и много на самом-то деле. Везде ведь должны быть исключения?

- Ты пришла, чтобы пообсуждать со мной способы предохранения? - Леншерр вопросительно поднял бровь, естественно, не морщась, но внутри испытывая, мягко говоря, довольно смешанные чувства. Ой, только давайте без приписывания ему статуса ханжи или слишком смущающегося юноши - он уже слишком давно был не юношей, чтобы относиться к таким темам никак иначе, нежели попросту прохладно. Однако, говорить об этом с Джин было явно лишним - она действительно время от времени становилась ярчайшим воспоминанием детства. А детство слишком чисто и непорочно, чтобы примешивать к нему всё вот это. - Я не стремился, чтобы не портить жизнь своим детям. Затем тем, кто попытался бы через них и с помощью них мной манипулировать. Ну и, в конце концов себе, когда меня снова бы наградили почётным статусом монстра за то, что я не считаю месть чем-либо плохим.

Он буднично пожал плечами, стараясь не смотреть на Грей. Да, скрывать свои мысли он порой не умел от слова совсем, телепатом тут вообще не обязательно становится было, чтобы все с первого раза схватывать. Пытался делать вид, что его всё это настолько не трогало, что если бы Джин не упомянула, то он даже бы и не задумался. Но он задумывался и не раз.  Не так часто, как мог бы, но только потому что собственноручно делал всё, чтобы вещи оставались именно такими, какими они были. Даже, если существовал соблазн. Даже, если он был велик и огромен. Даже, если иногда появлялись сомнения, а не было бы подобным образом лучше. Особенно, если они появлялись. Потенциальные враги ловушки в его жизни и без того слишком часто выстраивали, чтобы самому им помогать.

- Джин, людям свойственно отказываться от своих же идеалов - мы все способны допускать ошибки, - он устало потёр глаза, совершенно не понимая, чего девушка от него добивалась. Признания своей некомпетентности? Падания в колени и полнейшего раскаяния? А в чем, собственно? Этого бы не произошло, потому что он перестал себя корить за ошибки - сделанного не повернуть вспять, да и стоило бы оно того? Шанс на починку заранее полуразвалившейся шаткой конструкции, честно говоря, был минимален, хорошо бы положение ещё сильнее не усугубить было. - На банальном страхе и трепете перед собой, конечно, уедешь, но не очень далеко. А выкашивать всех без разбору - действие, может, и соблазнительное, но не особо радующее своей логикой. Я просто... устал постоянно оттираться от чужой крови.

Леншерр брезгливо сморщился, но не для подтверждения своих же слов, а скорее, именно из-за них. Самому было противно и мерзко такое слышать - говорил как человек, который давно уже прекратил борьбу и вышел на пенсию, но ведь у него были планы! Местами, не менее бесчеловечные, чем были раньше. Эрика просто окончательно вымотали убийства без разбору, ради удовлетворения мимолетного желания, потому что эти желания - внезапно - не удовлетворялись. Кто ж виноват, что понадобилось столько лет для осознания простой истины.

- Я хочу мира для своих братьев. Оазис среди груды костей - это не первая картинка, приходящая при таких идеях в голову.

+2

9

Феникс смеется.
- Нет. Мне нет дела до того, сколько у тебя было, есть или будет детей... ооо, - лицо Джин озаряется, будто бы она только поняла что-то. - Им, наверное, следует завидовать мне. Той части меня, которая знает тебя больше, чем они. Может, мне следует поговорить об этом с ними? С твоими дочками, например, какой только? Той, что маленькая ведьма? Или той, что благодаря тебе провела сколько-то времени в психушке? О, у нас с ней есть общая тема!
В глазах Джин полыхает огонь, на лице - деланный восторг, она играется с этим всем, играется с сознанием Эрика, начинает плести образы, видения, основанные на его собственных картинках, на девушке с зелеными волосами в смирительной рубашке, она кричит, а металлическая кровать сминается под выплеском ее способностей. Из образов, таких вот, придуманных, невозможно извлечь эмоции, и Феникс играется тем, что дает ей Джин, ее собственными страхами от пребывания в подобном заведении, бросает их Эрику, заставляет почувствовать.
- Знаешь, как ей было страшно? Никто на самом деле из нас не знает, но хотя бы представить можешь. И это сделали они. Те, кто не хотел принимать ее такой, какая она есть по праву рождения. А еще это сделал с ней ты, тем, что никогда не проявлял к ней интереса.

Устал он.
В раю, видимо, жить не устал.
Феникс замирает у окна, способная спалить все это, но лишь стучит коготками по подоконнику.
- Сейчас такие замечательные стиральные порошки, разве нет?
Она оглядывается, внимательно рассматривая Леншерра.
- Ладно, хватит, - лицо Джин приобретает холодное выражение, улыбка сползает с губ. - Игры закончились, Эрик. Пора поговорить серьезно.

Она любит играть, но только до поры, до времени. А теперь уже злится, награждая Эрика головной болью, та зарождается в висках и расползается дальше.
- Тогда тебе очень нужна была моя помощь, для своих целей. Любой ценой. Тебе было все равно, что твой друг был убит, тебе было страшно, но ты пытался обуздать силу, которая тебе не по зубам. Что ж, я согласилась, хотя тогда мне было не интересно. Настало время платить по счетам, Эрик, - Джин перебирает пальцами в воздухе, мелочевка в комнате медленно взлетает со своих мест. - Теперь мне нужен тот, кто возглавит шествие мутантов против людей. Мне надоело, что каждый раз они вас уничтожают, а я должна это исправлять, и так по кругу. Мне надоело, что мир наполнен нетерпимостью к моей расе. И мне надоело, что вокруг слабаки. Саммерс оказался слаб. А что касается тебя, Магнето? О, и да, если ты надеешься, что у тебя есть право выбора, то нет. Я не буду угрожать тебе смертью, Эрик. Ты выживешь. А вот этот мир сгорит в огне. Потому, что так хочу я.

Феникс щелкает пальцами, на кончиках пальцев играет два огонька. А за окном неожиданно загорается лавочка, привлекая внимание прохожих.
- И начну с Геноши. Сколько тут населения, не подскажешь?

0

10

Что ж, да, он сам прекрасно понимал, что заигрывался и увлекался, произносил вслух такие вещи, которые следовало и в мыслях бы с упорством скрывать, но ничего поделать с собой не мог. Реакция Джин, учитывая её нестабильность, не была чем-то внезапным, иррациональным или абсолютно нелогичным. Но он к такому не был готов, по крайней мере, надеялся на то, что дальше обыкновенных разговоров и насмешек дело бы не пошло. Вообще-то, в гости он никого и не звал, можно было бы проявить хотя бы элементарные правила приличия. Зря он во что-то так искренне верил, сочувствия от своих гостей он вряд ли бы когда-нибудь дождался. Только очередные нападки в свою же сторону, и это очень повезет, если только словесные. Вот же кому-то скучно жить было, раз "добрым" словом его время от времени, но в последнее время очень уж часто, вспоминали, никак не давая спокойно отдохнуть.

- Может, и следует, тогда хотя бы не меня своей до ужаса многосторонней личностью и философскими разговорами доводить будешь, - ну, да, он понимал, что разговор очень стремительно покатился в опаснейшую пропасть, но лишь придавал ему всё большей скорости падения. Законы физики не поменять, вспять и вверх волей случая поехать не получится, так что, если скатываться, то почему бы не с ветерком? Джин была виновата сама - она действительно знала Эрика и прекрасно понимала, припоминая особенности характера, что он не стал бы молчать. Видимо, она вообще-то очень уж банально, но действенно провоцировала Леншерра, желая вновь выставить его виноватым в её проступках. Если бы что-то плохое и сделала, то ведь совсем не специально, это Эрик ее до такого довел своим скотским поведением! Взрослый мужик вроде бы, а игрались с ним некоторые, будто с ребенком, причем с такой легкостью и незатейливостью, что за себя даже стыдно становилось. Но кто вообще опускается до того, чтобы затрагивать тему семьи? Смешно, конечно, утверждать, что для Эрика это было чем-то святым. Нет, пожалуй, даже слишком смешно. Оно и не было. Но оно болело. Вызывало исключительно неприятные чувства. Томилось неприятным осадком на самых затворках сознания, бередить всё это не стоило. Но его эту лодку продолжали неумолимо раскачивать. - А еще это сделали все вы, для которых пачкать свои чистейшие руки в столь невинной человеческой крови было верхом аморальности, пока я пытался хоть что-то поменять. Спасти не одну свою дочь, а всех вас.

Можно было, конечно, утверждать, что он не злился и держал себя в руках. Это было не так. Грей поступала очень подло - вмешивалась в его сознание, когда он находился перед ней без шлема, без защиты, изначально не выказывая какого-либо отрицательного настроя. Плевать ему на всех с высокой колокольни было, абсолютно все равно на характер или поступки, пока это не касалось его. Он не собирался никого осуждать за совершенные ошибки. Но прощать столь неуважительное отношение к себе тоже не собирался.

- Но нет, гораздо лучше из раза в раз спасать друг друга, жертвуя остальными, а, в конце концов, не умея оберегать до конца самих же себя. Желательно, еще обвинить во всем меня после, - он не мог залезть в голову к Джин, не мог как-либо проявить свои способности, ведь один неверный агрессивный шаг в сторону девушки - и она бы буквально взорвалась праведным (и не очень) гневом, а под горячую руку попал явно бы не только Леншерр. Поэтому он был вынужден просто стоять, скрестив руки на груди, и стремительно закипать, пытаясь отмахиваться от навязанных собеседницей мыслей, старательно переключаясь на другие, в надежде успокоиться. Ни черта, конечно же, не получалось, но он действительно пытался. Служило ли это оправданием? Если и да, то очень уж слабым. - Не знаю, кто был бы рад тебя видеть и где бы такой человек нашелся, Джин, но это явно не здесь и, совершенно точно, не я. Поэтому имею большое удовольствие предложить не мозолить мне больше глаза.

Храбрость ведь пересекается с глупостью? Именно в этом случае да, однозначно. Эрик не стеснялся выражений и делал это, откровенно говоря, зря, даже сам уже прекрасно понимал. Просто иначе было никак.

- Ты собираешься спасать своих братьев, начиная с их уничтожения? - он держался как мог, держался до последнего, собирал волю в кулак и глубоко дышал, стараясь не надумывать и не крутить всевозможные, не самые удачные для него варианты развития событий, которыми Джин могла обеспечить сполна. Она затронула единственную дорогую для него вещь, которая была в данный момент, единственное место, которое он так старательно берег, которое никто еще не успел испортить, изничтожить, оставить очередным болящим рубцом на душе. - Только посмей. Попробуй. Клянусь, я сделаю всё, чтобы заставить тебя вспомнить о человечности. Сделаю это, чтобы следом выкосить всё, что тебе хоть каплю дорого. Ты очень удивишься моим способностям.

Ему плевать, даже если он выглядел жалко в глазах девчонки, которая, заводясь, ничего кроме своей злости видеть не могла. Не так уж давно Леншерр был точно таким же, и это делало его слишком уж слабым. Не то чтобы сейчас он мог назвать себя неуязвимым - Грей не понадобилось и лишней минуты, чтобы ударить по нескольким болезненным точкам одновременно, но все-таки. Ярость была той характеристикой, от которой стоило уметь абстрагироваться, в любом ином случае она становилось лишь помехой. Крайне значимой и крайне неудобной.

- Я не сижу, сложа руки, и у меня есть свои планы. Но, пока это не станет единственной возможной опцией, никакого геноцида не будет, - Джин действительно рассчитывала, что он не стал бы брыкаться? Это точно уж не в его характере было. Вот даже если он был согласен с собеседником целиком и полностью, стоило тому попытаться хоть к чему-то Эрика принудить, он сразу же шел в протест. А тут была намного более наглая история. - Повторюсь: попробуй. Заставь. Посмотри, что из этого выйдет.

И это даже нельзя было назвать блефом, ведь он прекрасно понимал, что не возьмет девчонку на слабо. Она либо поверит ему, либо сожжет тут все, уничтожая последние крохи, соединяющие его сознание с адекватностью и хоть каким-то подобием спокойствия и желания решить все не самым кровавым путем. Эрик не был к этому готов. Но в этой ситуации объективно он был слабее, и не смог бы чему-либо помешать.

0


Вы здесь » Marvelbreak » Флешбэки и флешфорварды » [08.01.2017] что подают на гарнир к геноциду?